𝙸'𝚕𝚕 𝚌𝚑𝚊𝚗𝚐𝚎 𝚎𝚟𝚎𝚛𝚢𝚝𝚑𝚒𝚗𝚐.. 𝙸 𝚙𝚛𝚘𝚖𝚒𝚜𝚎.

      Ворвавшись в кабинет истребителя, я застала ее на полу, полусидя на котором она тяжело дышала и кашляла кровью.       «Последствия яда из глицинии?», — на ходу раздумывала я.       — Шинобу-сан! Что случилось?! — я подбежала к ней, и судорожно махая руками в попытках хоть как-то помочь.       — Кх. Все в порядке, сейчас пройдет. Не волнуйся так… — ответила мне хашира.       — Не волноваться?! Да, действительно, блин! Ладно. Сможете остановить кровотечение, используя дыхание? — я мельтешила у нее перед глазами в поисках воды.       — Попробую. Х-ха… Хотя, раньше не… получалось. — она перестала кашлять, и лишь тяжело дышала.       — Раньше? Значит, это было не раз. Это из-за яда из глицинии? Все потому, что вы употребляете его? — я наконец нашла желанную жидкость, и уже протягивала ей стакан.       Она не обратила внимание на протянутую руку с водой. Напротив… Глаза девушки на миг округлились, демонстрируя шок. И даже несмотря на это, она не потеряла самообладания, произнеся:       — Ах, как интересно. Никогда бы не подумала, что кто-нибудь узнает об этом.       — Если вы того хотите, я буду молчать до конца своих дней. Кровь перестала идти? — у меня из рук наконец забрали емкость с живительной влагой, и я опустила руку.       — Угу. Спасибо, — она перестала выдыхать так часто, и ее дыхание пришло в норму. Вот какова полная концентрация…       — Не за что… Берегите себя, пожалуйста.       — Не думаю, что с моей работой нечто подобное удастся. Но я постараюсь. Ох, точно. Ам. Могу ли я узнать, что произойдет потом? На собрании ты почти ничего не говорила о будущем, и никто не спрашивал, но… Мне хочется узнать, — она выглядела заинтересованно, и в тоже время отстраненно. Необычное сочетание эмоций…       — Вы. Точно хотите знать? Будущее не такое уж и радужное… Многие погибнут, — а сама только и думала, как ей сказать о ее смерти.       — Ну, это все же лучше, чем жить в неведении, имея возможность узнать о своей дальнейшей судьбе. К тому же, все, что случается — к лучшему, —она улыбнулась своей фирменной улыбкой. Фальшивой улыбкой.       — Тоже верно. Что ж… Вы вместе с госпожой Тамаё создадите препарат, способный превратить демона в человека. Сыграете большую роль в победе над 2 Высшей Луной —Доумой. К сожалению, Ваш подвиг будет… Посмертным… —крепко зажмурившись, я выдохнула, пытаясь подавить дрожь в пальцах от такого откровения. — Вы проиграете ему в чистой физической силе, и он поглотит вас, подумав, что все кончено. Яд начнет действовать только через некоторое время. Канао Цуюри и Иноске Хашибира одолеют демона.       — Ох. Вот как. Значит, такой препарат все же реален. Отлично. — Казалось, ее совершенно не волновали мои слова о ее посмертном завершении миссии, но я знала, что это не так. Никто бы не захотел узнать о своей смерти в будущем. В скорем будущем…       — Знаете, можно даже ускорить этот процесс. Тогда все кардинально изменится, многие жизни будут спасены, а судьбы не разрушены… — я задумчиво потерла подбородок.       — Думаешь, получится? И как ты хочешь все это провернуть? — ее глаза выражали интерес. Это, как никак, могло спасти очень и очень большое количество людей.       — Не могу быть уверена, что все получится. Мудзан, в конце концов, тоже не дурак, раз сотни лет так искуссно скрывается. И все же, он далеко не идеален, и парочка недостатков у него имеется…

***

      POV: от третьего лица.       Выйдя из кабинета с весьма уставшим выражением лица, красноглазая увидела поднос с едой, который сама же и уронила. Паста, на которую ушло около часа, теперь теперь валялась на полу. Лицо девушки вмиг омрачилось, а брови свелись к переносице. «Да, Шинобу так и не пообедала… И что же мне с этим делать?.. Нужно выкинуть и убраться здесь», — тяжело вздохнув, она начала собирать с пола еду обратно в тарелку, намереваясь все перемыть.

***

      Солнечные лучи проникали в комнату, мягко освещая все те созданные хашира Бабочки жидкости, мирно покоящиеся в колбах и склянках. В основном это были яды. Несмотря на всегда собранный и сосредоточенный образ столпа, в ее лаборатории царил хаос. Предметы лежали не на своих местах, а небольшой блокнот в кожаном переплете, и хранящий записи об опытах, ныне лежал в углу, видимо, брошенный самой девушкой.       Пробирки, склянки и прочие принадлежности аккуратно покоились на столе, за которым сидела охотница. Стакан давно опустел, но она все так же держала его в руке. Кочо все так же не обращала внимания на кровь на руках. Сейчас ее волновало нечто совершенно другое.              Шинобу никогда не боялась смерти. Она знала, что умрет, сражаясь с демонами, ведь просто не могла позволить себе бессмысленно уйти в мир иной.       Она не ждала смерти с распростёртыми руками, нет. Намереваясь своей смертью помочь победить Доуму — вторую Высшую Луну, и ослепленная желанием отомстить, Шинобу забыла о том, что в первую очередь является человеком.       Несомненно, у каждого человека есть свои мысли и желания. Все имеют право на счастье, но не Шинобу Кочо. Она должна быть готова в любой момент пожертвовать жизнью ради других, обязана умереть, отважно ожидая своего конца. Но правда ли это то, чего девушка хотела? Неужели, возжелав победоносной мести, можно осмелиться и не бояться умереть?       Она вбивала себе в голову то, что она столп, и умрет столпом. Думала, если не скажет об этом никому, если ее не будут отговаривать, будет проще. Однако. Ееслова затронули за душу.       Не умирайте, пожалуйста… Даже будучи охотником, можно прожить жизнь, полную радостных моментов. Вы не одна, так что хватит жертвовать собой ради других!       Желание жить, и наслаждаться размеренными, спокойными деньками дало о себе знать. Мечта, что была подавлена брюнеткой ещё тогда, когда умерла ее сестра, снова обрела смысл. Она просто хотела счастливо провести остаток жизни. Умирать за других — не то, чего бы хотелось молодой девушке.       Одинокая слеза покатилась по лицу, падая и разбиваясь, словно хрусталь. Вторая, третья, и вот, уже полные слез блестящие аметистовые глаза глядят куда-то вдаль, сквозь пространство.       Девичья душа трепыхалась, а сердце, казалось бы, вот-вот выпрыгнет из груди от переизбытка эмоций. С каждой пролитой слезинкой Кочо чувствовала облегчение. С трясущимися от рыданий плечами, она промолвила:       — Мама, папа, Канаэ. Простите меня. Простите, что я такая глупая.

***

      Закончив с посудой, Миядзаки отправилась на улицу. Никаких поручений больше не было, и она решила погулять. Подойдя к искуственному прудику, она присела.       Вспоминая разговор с Шинобу, она улыбалась. Он выдался удачным, ведь девушки разработали план. «Все можно исправить, и я, возможно, вернусь домой. Или, не вернусь?..»       Не зная, что будет делать дальше, длинноволосая погрузилась в раздумья. Что она будет делать здесь после того, как поможет им избежать такого будущего?       Пытаясь приспособиться к жизни в этом мире, она совершенно позабыла о своем. Ее дом не здесь, да и она не попаданка без возможности вернуться домой. Проблем с возвращением возникнуть не должно. Почти.       Тот, ради кого она затеяла все это. Гию. Гию Томиока, вот, встречей с кем она была рада больше всего. Проживая в своем мире, она сильно любила его, как персонажа. Аватарки, никнеймы, обои и даже фотографии в галерее — все было связано с ним. Она попросту симпатизировала ему.       Он был красив, силен, и имел много других положительных качеств. Но он был одинок, и винил себя в смерти близких. Это доставляло ей боль, зная, что он ни в чем не виноват. Хотелось обнять его, защитить от всех невзгод. В ее мечтах они даже любили друг друга. В мечтах.       И вот, наконец попав в этот удивительный мир, она поговорила с ним. Но даже этот разговор совсем не соответствовал тому, что она представляла. Миядзаки просто молчала, терзаемая страхом, и не в состоянии вымолвить и слова.       Она просто заручилась его поддержкой. Да и как бы она ему понравилась? У него, может и нет пары, и все же, она не обладает ничем таким, что могло бы привлечь его. Разве что внешность. Да и то. она, быть может, даже не в его вкусе.       С грустью поглядев на пролетающую мимо птицу, темноволосая отряхнула одежду от пыли и поднялась с земли, решая пройтись по округе. Свободная птица. Не терзаемая тоской по дому и ответственностью за сотни жизней. Не дающая обещания спасти всех, не имеющая возможности изменить все к лучшему. Впрочем, вряд ли оно ей надо.       Территория поместья была небольшой, и даже при этом, тут можно было найти чем зяняться. Вода в небольшом искусственном пруду переливалась от света солнца, радуя глаз.       «У всех столпов есть поместья. Да и охотники насколько мне известно, в деньгах не нуждаются, пусть и не покупают предметы роскоши. Откуда же у них деньги, раз они заняты убийством демонов?» — проносилось у нее в голове.       Обдумывая этот вопрос, она и не заметила, как вышла к выходу из поместья. «Выход, значит. Пойду-ка я отсюда, а то мало ли.» — развернувшись, и не успев пройти и шагу, попаданка почувствовала знакомую боль. Вот черт.        «Снова эта головная боль. Значит, и до обморока не далеко.» И будто в воду глядела — спустя минуту тело стало покалывать, а в глазах потемнело. Девушка почувствовала слабость во всем теле, после чего свалилась оземь без сознания.       Ох уж эти обмороки.. Что в этой жизни, что в прошлой - ничего не меняется, — подумалось ей перед тем, как секунду спустя веки отяжелели и сомкнулись, а сознание унеслось в самые глубинки Тартара.