О НЕПРОСТОЙ ЖИЗНИ ИТАЛЬЯНСКИХ ВАМПИРОВ

По скромному мнению Виктории де Анджелис современная танцевальная музыка была полнейшим отстоем. Она с детства привыкла к тому, что все вокруг с ума сходили по Битлз, а услышав однажды голос Дженис Джоплин она поняла, почувствовала, что между ней и звуками из музыкального магазина, что находился недалеко от ее дома, вниз по улице, что вела к школе, в которой училась Вик, что между ними — какая-то особенная связь, которую она надеялась пронести всего-то через всю свою жизнь, а пришлось проносить через бесконечность. Она плохо помнила начало Того Дня — это ведь был первый музыкальный фестиваль, на который ей разрешили пойти родители, она была совсем юной, счастливой и пьяной. В ее компании были ребята постарше, ответственные за алкоголь, были и сверстники, и музыканты, много кто был, да только они ни в чем не виноваты — как бы родители Вик ни переживали за нее, как бы они ни старались оградить ее от компании, которая казалась им неблагонадежной, у Виктории была голова на плечах, и она точно знала, что общается с хорошими людьми, которые ее в обиду не дадут. Беда же пришла откуда не ждали — к ней подкрался какой-то упырь, увязавшийся за ничего не подозревавшей компанией еще с самого фестиваля, когда она, попрощавшись со всеми, свернула на безлюдную улицу. Он резко, больно схватил ее со спины, так, что она не могла видеть его лица, и тут же впился в шею, рукой зажав ей рот, чтобы она не смогла закричать. Впрочем, кричать Виктория даже не пыталась, потому что шок и ужас, охватившие ее, словно выбили из груди весь воздух. Сколько времени все это происходило — до сих пор оставалось загадкой для Вик, ведь тогда ей казалось, что каждая секунда тянулась невозможно долго. Со словами “А ты хорошенькая, в Тибре найдут — шибко расстроятся” он заставил пить его кровь — вот ужас-то, она совершенно не понимала, что происходит, ей было больно и страшно, а тело совсем не слушалось, так что даже поднять голову и посмотреть на упыря Вик была не в силах. Это воспоминание так и осталось одним из самых неприятных за всю ее жизнь: непередаваемый ужас, пронзительная, ноющая боль в шее, распределившаяся по всему телу, вонь, распространявшаяся от его одежды и дыхания, и густая, бордовая кровь, металлический привкус которой показался ей отвратительным — в первый и последний раз. Ее трясло, колотило изнутри, а слезы сами катились по щекам, сил на истерику не было никаких, но сознание она не теряла — упырь испугался как бы его не увидели, поэтому не выпил слишком много. Виктория вспоминала эту историю каждый раз, когда думала о хорошей музыке, а о хорошей музыке она, к сожалению или, может, к счастью, думала довольно часто. В любом случае, воспоминания уже давно не оказывали на нее такого пугающего эффекта, как в первые несколько лет. Она привыкла к своей новой жизни, нашла новых нестареющих друзей, когда повзрослели, а потом и постарели прежние, стала сильнее и увереннее в себе, носила в рюкзаке перцовый баллончик и никогда не кусала прохожих, никого не подкарауливала, а навык гипноза, впервые обнаруженный в мае того же года, когда ее укусили, перед важной контрольной по математике, использовала только в исключительных случаях. Вот и теперь, пробираясь через скопление потных пьяных тел в поисках друзей, она думала о том, что легко могла бы схватить за запястье любого из здесь присутствующих и, затащив в ванну на втором этаже, выпить хоть всю его кровь. Тогда, конечно, проблем не оберешься, но она могла, например, выпить только половину или, скажем, третью часть, в общем, пожалеть бедолагу, а потом, с помощью гипноза, отвести от себя все подозрения. Но это было против ее принципов. Затащить в ванну на втором этаже… Виктория резко развернулась на винтажных каблуках и бросилась к лестнице. От плохого предчувствия внутренности неприятно сжались. “Nosa, nosa…” - послышались первые ноты из колонки, и Вик закатила глаза. “Видать, совсем упились…” - подумала она и продолжила свой путь в сторону ванной комнаты. Подойдя вплотную, Виктория сначала прислушалась, хотя из-за громкой музыки все равно ничего нельзя было разобрать, а потом приоткрыла дверь и заглянула во внутрь. — Твою мать, Дамиано!! - интуиция не подвела Вик, чему она была крайне признательна. Она оглянулась, не привлекли ли они случайно чье-либо совершенно не нужное внимание, и не проходил ли мимо Итан, но его не было, никого не было поблизости. Тогда Виктория пробралась в комнату через приоткрытую дверь и закрыла ее изнутри. — Что ты творишь, идиот! - на глазах у Вик происходило то, чего она больше всего боялась, приходя на тусовки с Дамиано. Давид стоял, оперевшись о раковину, и самозабвенно потягивал кровь какого-то паренька, Вик, возможно, даже видела его раньше. Она растерялась на секунду, не зная, что предпринять, чтобы ситуация не ухудшилась. Учитывая то, чем был занят Дамиано, а также то, что бедный паренек плетью висел в его руках, находясь без сознания, Виктория сообразила, что она — единственная здравомыслящая в комнате. Тут нечего было и думать — пацана нужно было спасать. Она оттянула Дамиано за волосы от белой шеи и встряхнула, а затем, перехватив русого парня, усадила его на пол, спиной — к бортику ванной. Давид икнул и виновато заулыбался. Нетрудно было догадаться, что он вопиюще нетрезв. — Пьянь! - огрызнулась Вик и присела на колени рядом с жертвой своего друга-придурка, - Нашел место! Вот будет у тебя несварение! Заворот кишок! Так тебе и надо! — Да че ты нудишь, он трезвый был, даже не под чем-нибудь, ну. Я тебе не совсем кретин… Викки, солнце, а ты сотри ему память, как ты умеешь, будь другом… А я тебя за это поцелую… — Сиди и помалкивай! Все расскажу Итану, он тебя проклянет! Паренек выглядел не завидно: бледный, как смерть, с нездоровым, зеленоватым цветом лица, еле живой. Еще бы немного — и некого спасать. Вик коснулась запястья — пульс, слабенький, кажется, пока был на месте. В таком случае, подумала Виктория, выход есть только один. Ярая фанатка кино, де Анджелис много раз дивилась тому, как умело герои голливудских детективов не оставляли на месте преступления ни одной улики, как избавлялись от тел и умудрялись не попасть ни на одну камеру видеонаблюдения. В жизни так не бывает, особенно если действует кучка хаотичных вампиров. Поэтому открыть свою маленькую сумочку, вытащить из внутреннего кармашка лезвие и методично полоснуть по запястью, по своему, конечно, хотя, можно было и Дамиано привлечь, раз уж из-за него ситуация, но в его крови, решила Виктория, столько всякой химии, что бедный паренек пожалеет, что его просто не убили. Вик очень не хотела, чтобы парень умер, не только из-за проблем, которые бы у них появились, но и потому, что он, бедолага, ничего плохого не сделал и не заслуживал того, чтобы его выпил пьяный итальянский дебил на тусовке с плохой музыкой. Меньше чем через минуту все было готово. Тут полномочия Виктории заканчивались, и дальше организм юноши должен был справляться сам. Она как могла избавилась от улик, выставила Дамиано за дверь, сказав ему идти найти Итана, а потом стянула с паренька футболку с кровавыми пятнами и принялась застирывать ее в раковине. Вик не хотела, чтобы первым, что он увидит, когда очнется, была его собственная запекшаяся кровь поверх логотипа Aerosmith на сером фоне. В запертую дверь постучали. “Вик? Это мы” - послышалось спустя пару секунд. Девушка отперла дверь, впустила Итана (“Что вы опять натв- о боже, только не снова!”) и Дамиано, который еле шел, качаясь. — Дамиано, я просто не знаю, как это называется… - Итан присел на корточки возле юноши, осмотрел его шею, пальцем приподнял веко, - Совсем пацаненок… — Пусть скажет спасибо, что я вовремя почуяла неладное, - теперь Вик шарилась по комнате в поисках фена, - Сейчас бы сидели думали, кому труп скормить. — Я понимаю, что обратить его было единственным правильным решением, но что нам теперь с ним делать? Кто он вообще такой, вы не в курсе? — Неа, - Давид сел рядом с юношей и, подцепив пальцами длинный черный локон Итана, принялся накручивать его на палец. — У бедного ребенка поди психологическая травма теперь, - не унималась Вик, - А нам его выхаживай… — А я вот думаю, что ему понравилось… - Давид окинул оценивающим взглядом паренька, - Да ты на него посмотри, на челку-то, я тебе отвечаю, у пацана мечта всей жизни исполнилась! Итан хотел было возразить что-то неодобрительное, но тут парень зашевелился, приоткрыл глаза и непонимающе уставился перед собой. Лицо Итана тут же само собой приняло то особое выражение, которое всякий раз принимает лицо человека, ухаживающего за больным, который наконец очнулся после ночи метаний по кровати. Торчио уже и не сосчитал бы, скольких новорожденных вампиров выходил, над сколькими сидел вот так в клубах, в театрах, даже в больницах. — Где я? — Я бы посоветовал тебе особо не двигаться и сильно не пугаться. Ты на вечеринке в доме Джорджии Солери. Парень молчал, только едва заметно кивнул. Потом заметил, что на нем нет футболки и немного смутился. В его взгляде по прежнему читалось одно большое непонимание. — Как тебя зовут? — М-меня? Томас… - произнес он севшим голосом, - … Раджи… — Приятно познакомиться, Томас Раджи, - Итан старался казаться как можно более доброжелательным, пока не понимая, как Томас собирается реагировать на происходящее, - Помнишь что-нибудь? Виктория нашла фен и принялась сушить им футболку Раджи, приветливо ему улыбаясь. Она догадывалась, что этого пацана ей придется взять под свою опеку. — Честно… не очень… - немного подумав произнес Томас, а потом скосил взгляд на Дамиано и вздрогнул. Выражение его лица изменилось. Теперь на нем читался страх. Значит, что-то вспомнил. — Это Дамиано, тебе не нужно его бояться, - торопливо начал Итан, по ходу соображая, как глупо звучали его слова, - Я понимаю, сейчас в твоей голове восстанавливается картина этого вечера, ты вспоминаешь что с тобой произошло, но, пожалуйста, успокойся, мы собираемся тебе помочь… Томаса охватил ужас, он стремительно стал вспоминать все до мелочей, лицо Дамиано казалось ему теперь страшнее ночного кошмара. Он попытался встать, но ноги еле его держали, Итан хотел было успокоить его, но Раджи стал вырываться и просить отпустить его, судорожно хватаясь за все что ни попадя. Во все это дело решилась вмешаться Виктория. Ее силы не действовали на вампиров, но она надеялась, что на Томаса они смогут еще хотя бы немного повлиять. Она откинула с его лица русые пряди и немигающим взглядом уставилась ему в глаза. — Успокойся, Томми, все хорошо, - заговорила она сладким гипнотическим голосом, - Ты в безопасности, тебе нечего бояться. Мы не сделаем тебе ничего плохого, Дамиано не опасен для тебя. Выслушай нас и сделай, как мы говорим, будь хорошим мальчиком… Томас смотрел на нее как завороженный. Виктория не придумала ничего лучше, чем улыбнуться ему. — Как думаешь, подействовало? - спросила она у Итана, - Он, кажется, успокоился… — Не знаю что именно на него подействовало, но это, вероятно, работает. Томаса умыли и усадили обратно, потом надели на него чистую футболку, на просушку которой, кажется, потратили все электричество в доме. Итан решил не ждать, пока пацан обалдеет от жизни еще больше, и сразу начал проводить с ним беседу о том, какие симптомы ему следует ожидать. Раджи был, мягко говоря, не в лучшей кондиции, но внимательно слушал Торчио и даже изредка кивал. — Кстати, друг мой, надеюсь, тебе нравилась твоя прическа, теперь она у тебя навсегда, - Итан сдержался, чтобы не засмеяться, такое сложное и испуганное лицо сделал Томас, - Шучу, это миф. Ах да… ты на гитаре, случайно, не играешь?...