Только между нами

      Когда они вернулись, на улице уже было светло. Зайдя в поместье, Панси не задерживаясь в гостиной, прошла в свою комнату. Открыв дверь она замерла на пороге. При свете дня, ситуация стала намного критичнее, чем в темноте. На полу не было места, куда можно было ступить. Вздохнув, Панси начала собирать бумаги, применяя на некоторые очищающее заклинание, от крови. Застелив одеяло, очистила и его. Подняла вещи с пола и аккуратной стопкой сложила в шкаф. Закончив, она обессиленной куклой рухнула на кровать. «Что же теперь будет? Папу посадят в Азкабан, а маму нет. Это нечестно, ведь отец с самого начала, был против службы Воландеморту, а она наоборот, поддерживала все его идеи. Министерство магии как всегда смотрит мимо» Панси потянулась за очередной сигаретой, но с ужасом поняла, что они закончились. Закрыв лицо руками, она агрессивно помахала ногами в воздухе и накрыла себя одеялом с головой. Веки потяжелели от усталости. Только сейчас Панси поняла, что не спала последние пару дней перед судом. Она закрыла глаза и практически сразу погрузилась в сон.

***

Панси проснулась от громкого звона внизу. Было похоже на звук разбившегося стекла. Не торопясь встав с кровати, она медленно подошла к двери. Половицы скрипели под ногами. Панси вытянула руки вперёд, чтобы в темноте не на что, не напороться. Спускаясь по лестнице, она немного присела и держалась руками о стенки. «Мерлин, зачем я пошла» Она уже собралась развернуться, но услышала шёпот. По коже пробежали мурашки. До боли знакомое шипение, от которого стыла кровь, от которого веяло смертью. Панси потеряла контроль над ногами, они сами понесли её вниз. Она хотела остановиться, но почему-то не могла. Когда она спустилась, из общего зала послышались голоса. Девушка пошла на звук, так же вставив руки вперёд. Панси остановилась возле приоткрытой двери. Девушка увидела группу людей. В ночном сумраке она не могла разглядеть их лиц, но смогла увидеть силуэты. Один, высокий мужчина стоял посередине зала, а вокруг него на коленях сидело множество людей. Это было похоже на какой-то ритуал. Снова раздалось шипение. Панси обернулась и увидела перед собой змею, стоявшую на уровне её лица. Девушка вскрикнула и звук эхом прошёл по всему поместью. «Чёрт»  — Кто посмел меня побеспокоить? — прохрипел высокий мужчина — Нагайна, кто это? Змея опустилась на пол и поползла к своему хозяину, шепча что-то на парселтанге. Выслушав животное, он рассмеялся.  — Ты — мужчина тыкнул пальцем в человека на коленях — Приведи мне её! Панси начала ощупывать карманы в поисках палочки, но с ужасом поняла, что оставила её в комнате. «Дура» Тем временем человек уже подошёл к ней. Он бы в капюшоне, полностью закрывающие его лицо. Некто грубо схватил её за волосы, что заставило заскулить Панси, от боли, и потащил в зал. Дойдя до середины, он бросил её прямо в ноги высокому мужчине. Змея угрожающе поползла на Панси, заставив зайти в круг из людей. Хозяин присмыкающего, только рассмеялся этому.  — Ты так труслива, как и твой отец — протянул он, выходя из тени. Лунный свет осветил его лицо. Воландеморт смотрел на неё сверху вниз, гордо задрав подбородок.  — Что тебе нужно?! — голос Панси предательски сорвался — Ты мёртв! Тебя нет! Ты моя фантазия, тебя не существует! Он рассмеялся.  — Конечно существую. Я живу в тебе. Я — это ты!  — Нет. Нет! НЕТ! — кричала девушка.  — Да! ДА!

***

Панси распахнула глаза и подскочила с кровати. Сердце колотилось, как сумасшедшее, а руки дрожали. Девушка не сразу осознала, что лицо её всё мокрое, от слёз и сейчас они продолжают стекать по щекам. «Мерлин, что за бред мне приснился. У меня, что жар? Потому что такая ерунда может приснится только при сильной температуре!» Панси взглянула на часы. Почти два часа дня, скоро обед. О мыслях о еде, её желудок громко заурчал. Она встала и направилась в душ. «Пора бы нормализовать свой режим сна»

***

Они с мамой сидели в полнейшей тишине, которая прерывалась звоном столовых приборов. Стул отца в середине стола пустовал. Без него всё было не так…  — Мам, а папу уже… — она замялась.  — Нет, через два дня его посадят в Азкабан — сухо ответила мать.  — А где он сейчас? Женщина закатила глаза.  — В Министерстве.  — Ясно — и Панси снова уткнулась в свою тарелку.  — Я надеюсь ты не забыла, что через неделю Хогвартс!  — Я не хочу туда ехать!  — А я не спрашивала твоего мнения, никто его не спрашивал! Это твоя обязанность. Окончить школу.  — Но Гарри, Рону и Гермионе можно туда не ехать! Почему тогда у меня нет выбора?!  — Потому что они герои — скривилась женщина и встав из-за стола направилась к выходу — Забавно, даже какой-то грязнокровке дают выбор, а нам, гордым и благородным Паркинсонам, нет! Мы чистокровная и уважаемая семья, а она…  — Уже нет! — не выдержала Панси — Хватит самолюбничать, мам! Мы перестали быть уважаемыми с того момента, как вы приняли Тёмную метку! А Грейнджер, Поттер и Уизли в отличие от нас, добились хоть чего-то.  — Ох, Панси дорогая, если ты не заметила, то на твоём предплечье красуется тоже самое, что и у нас с отцом!  — Да, и это благодаря тебе! Мы с папой не хотели этого! В Азкабан должна была попасть ты, а не он! Я ненавижу тебя, это всё ты, ты! Панси пронзила острая боль в щеке, которая сопровождалась звонким шлепком. Из глаз брызнули слёзы. Девушка схватилась за пылающую щёку и испуганно посмотрела на мать.  — Пошла вон, не благодарная тварь — шептала женщина словно змея. Панси сорвалась с места и побежала в свою комнату.

***

Девушка медленно складывала свои вещи в чемодан, оттягивая момент. Поезд отправлялся через час. Громкий стук в дверь, с сопровождением матери.  — Панси! Сколько можно собираться, ты опоздаешь!  — Ты же постоянно опаздывала на мой день рождение…  — Я опаздывала из-за важных дел!  — С каких пор мужики в твоей постели стали важным делом? Элоиза гневно стукнула кулаком об дверь.  — Прекрати меня бесить! — она немного промолчала, а потом добавила — До вокзала доберёшься сама, не маленькая. Увидимся на Рождество!  — Ага, или в аду — прошептала Панси.

***

Пейзажи один за другим мелькали перед глазами. В вагоне было шумнее обычного. Все предвкушали грядущее начало учебного года. А в особенности его предвкушали, уже восьмикурсники. В прочем Панси и самой было интересно, как пройдёт курс которого никогда и не существовало. Да и вообще, накопилось много вопросов. Как же восстановили Хогвартс? Кто заменит Дамблдора и Снейпа? Девушка встала и вышла из вагона. В коридоре было не тише. Младшие курсы, бегали и пускали маленькие фейерверки. Панси нашла место потише и остановилась. За окном начали вырисовываться знакомые пейзажи. Значит они уже подъезжали. С одной стороны, она была рада, но с другой не очень… Мимо неё прошли Гермиона и Рон. Парень придерживал девушку за талию и что-то увлечённо ей рассказывал, а она задорно смеялась. Панси завистливо посмотрела вслед уходящей паре. Её ведь никто так не обнимал, не рассказывал ей что-то с такой любовью и теплотой. Панси всегда была одна. Со временем она уже привыкла и даже смирилась с тем, что любви она не получит даже, от родителей, но всё же в детстве она не переставала представлять своего идеала. Когда ей было двенадцать лет, она запералась в комнате и представляла, как взрослая она кружит в танце со своим прекрасным принцем, как из сказок, которые отец читал ей перед сном. Ну или же, как она живёт с высоким, стройным, опытным магом. У них красивая история любви и много-много детей. Они живут в небольшом, но уютном домике на холме. Рядом протекает река, а вокруг лес с разными зверями. А потом, когда она стала чуть старше, девочка увидела того самого идеального принца и мага в Драко. Всяческими способами она пыталась привлечь его внимание, но тщетно. И как бы Драко не старался не задеть её чувства своей невзаимностью, он всё же задел. Так много фантазий, которые погрязли в болоте, в месте с разочарованной в любви и заботе Панси. С годами она просто перестала мечтать и погрузилась в суровую реальность. Но те вечера, когда она ложилась на свой мягкий, махровый ковёр, прикрывала глаза и погружалась в мир фантазий, Панси не забудет никогда. Потому что, именно эти моменты, помогали ей отвлечься, от проблем и переживаний. Она ценила каждую секунду проведенную в этом танце любви, о котором знала только она, который был только у неё в голове.