Американо, пожалуйста

— Наэт, ты подожди меня минут пятнадцать, хорошо? — произнёс Ли, открывая стеклянные двери кофейни. — У меня кли...— он замолчал, заметив, что необычный гость ушёл. — ...енты... очень странно, я не заметил как он вышел, — Феликс подошёл к столику с нетронутой чашкой кофе и несколькими купюрами вон. — Даже глотка не сделал. — О ком ты говоришь? — Да... просто о посетителе. Пугающий. Пялился так на меня, — Феликс взял в руки кружку с остывшим напитком, в другую деньги. — Просто подкатывал к тебе, — усмехнулась девушка. — Пф, конечно, — парень заметил, что одна из купюр переливалась, словно её испачкали блестящей краской. — Что это такое? — спросил он риторически, но Наэт взяла деньги в руки. — Гламурные у тебя клиенты. — Скорее безумные, — Феликс забрал воны обратно и подошёл к кассе. — Чонвон, ты не видел как ушёл человек, сидящий у окна? — Эм, — невысокий темноволосый парень оторвал взгляд от телефона. — Нет. — И за что Уён тебе платит? Ты же всё пропускаешь мимо, — вздохнул Феликс, кивая на смартфон. — Нас так и обокрасть могут. — Прости... — На, убери в кассу.       Блёстки остались на пальцах, и чем дольше Феликс на них глядел, тем отчётливее становилось воспоминание. Это напоминало фрагмент из памяти, но словно чего-то не хватало; будто что-то важное ускользало от Ли. /20 июня 2020г/       Густые ветки диких кустарников по всей линии предлесья так и намеревались оцарапать тонкую кожу. Несмотря на свою пушистость в качестве всех оттенков зелёного листьев, растения были не слишком дружелюбны. Феликс шёл знакомой тропой, периодически посматривая себе под ноги, чтобы не зацепиться о какую-нибудь корягу. Когда он наконец прошёл глубже и деревня совсем скрылась из вида, он вдруг заметил, что средь зелёных спутанных травинок мелькнуло что-то блестящее. Феликс наклонился, чтобы рассмотреть ближе и протянул маленькую ладонь к земле. Это напомнило ему белые рассыпаные блёстки, похожие на косметический глиттер, однако были они другой консистенции, менее рассыпчатыми и напоминали пыльцу. Парень взял немного на подушечки пальцев и растёр субстанцию между ними. Он вдруг увидел, что блестящие пятна составляли разрывавшуюся местами дорожку, спрятанную в зелени, и Феликс пошёл по следу, иногда останавливаясь. И какого было его удивление, когда он привёл парня к родному водопадику. /сегодня/ — Эй, любимый, — Наэт щёлкнула пальцами прямо перед лицом. — Всё хорошо? — Просто задумался. — Ты минут пять втыкал, рассматривая эти блестяшки. Просто вымой руки.       Устало вздохнув, Феликс поплёлся по коридору, ведущему к уборной. Заперев за собой дверь, он прошептал: — Странный такой день...       Парень было открыл кран, однако заметил знакомые капли на бортике раковины. Пазл в голове не хотел складываться в единую картину, всячески реагируя полным скептицизмом и отбрасывая ненужные подозрения. — Он не может быть из Лигаксу... или... может? — Феликс достал телефон из кармана и быстро нашёл номер старшей сестры, однако на вызов так и не нажал. — Нет, Ари с Минхо точно не до меня сейчас... Уёну тоже звонить не вариант... — парень вздохнул и убрал смартфон. — Я схожу с ума, — он умылся; прохладная вода освежила мысли, но они не улетучелись: теперь Феликса мучал вопрос. — Кто же этот таинственный незнакомец?       Ночная тишина отказывалась нести сон в сознание Феликса. Он сидел на кровати, отчаянно пытаясь вспомнить хотя бы что-то, найти хотя бы крохотную зацепку, но попытки были тщетны. Когда на часах была половина первого, он наконец-то провалился в царство морфея. Воспоминание, которое он назвал бы сном, вылетело из глубин разума автоматически. /24 июня 2020г/       Феликс торопливо бежал по каменистой тропинке в саду. За густыми деревьями сишелинов и других диковинных фруктов виднелась посеревшая макушка здания, которое вовсе не было похоже на храм, но парень посчитал это единственной подходящей по смыслу постройкой, указанной в записке, и поспешил туда. Под ногами зашуршали короткие палки и высохшая трава, здесь повсюду были затхлые чащобы и пахло сыростью. Феликс приоткрыл створку высоких обветшалых ворот и вошёл внутрь. В центре полуразрушенного храма возвышалось тонкими ветвями усыпанное горстьями ало-розовых листьев дерево со спиральным стволом, что порос мхом и бросал вниз тонкие лианы. Они купались в заросшем фонтане, место родной воды которого занимали прорвавшиеся сквозь ломанную крышу долгие ливни. Хёнджин сидел полубоком на ободе бассейна и глядел на могучее растение. Из-за того, что он больше не прятал блеска своих небывалых крыльев, спина его была наполовину обнажена и полупрозрачные стебельки блестели на пробивающемся чрез дырявую крышу солнце. Дожди в одночасье сумели затопить и большую часть каменной плитки, что тысячу лет назад так бережно и аккуратно выкладывали эльфы, и теперь в отражении чётко виднелись разбитые толстые колоны с плетущимися от древа вьюнками. Феликс наступил на камень, чтобы не промочить ноги, однако навязчивая жидкость поглотила носки его кед практически сразу. Парень раздражённо вздохнул и направился вперёд, уже не заботясь о вновь разыграющейся простуде. — Привет, — произнёс он, и Хёнджин обернулся так, слово не слышал его шагов. — Привет. — Тут красиво... — Феликс сел на разбитый кафель рядом с фейри. — Странно, да? — внезапно произнёс Хёнджин, поднимая взгляд на Ли. — Что? — Я всё думал почему ты кажешься мне таким близким, а оказывается вот что... это она с нами сотворила такое. — Ты что-нибудь помнишь?       Хёнджин лишь отрицательно помотал светловолосой головой. — А ты? — И я не помню. Мне сложно поверить в то, что мы... ну... виделись раньше. — Почему? — Потому что... я думал, что выдумал тебя. Иногда мне кажется, что ты ненастоящий и... я боюсь закрыть глаза и открывая, осознать, что ты лишь... плод моего буйного воображения. — А как же мой мир? Он тоже ненастоящий для тебя, Феликс? — Нет, просто... — А что насчёт этого? — пухлые сухие губы на мгновение коснулись острой челюсти Ли. — Это тоже ненастоящее? — Нет... — Это место разрушено, но всё ещё священно. — И ты пытаешься его осквернить? — улыбнулся Ли. — Наоборот, — Хёнджин поцеловал парня в спайку губ. — Озарить.       Прежде чем мысли Феликса вернулись из бешеного вихря, талию его обвили длинные руки: крепко, уверенно и напористо. Хёнджин целовал так, что Ли ощущал свою беспомощность перед ним, а огонь в душе разгорался с новой силой, с новым потоком, лишая воли и пробуждая чувства, о которых оба сердца предательски забыли. Нежность и страсть смешались воедино, создавая опасную сладость дайкири, а возникшая из глубин сознания энергия передалась друг другу. Феликс знал, что от поцелуев Хёнджина умирал каждый раз, чтобы воскреснуть, но не помнил об этом; воспоминания возвращались лишь со вкусом его мягких, неимоверно сладких губ, что изучали чужие, снова и снова словно стремясь запомнить на случай нового забвения. — Я больше не хочу забывать о тебе, — прервав поцелуй, прошептал Хёнджин в приоткрытые раскрасневшиеся губы. — Хё... Хёнджин...— от тягучего карамелью ощущения у Ли закружилась голова, а от объятий фейри и вовсе было сложно устоять на ногах. — Я тоже... "Я тоже не хочу больше забывать тебя, — подумал парень. — Хотя в день нашей первой встречи я испытал настолько прекрасные чувства, что хотел бы переживать это снова и снова." — Ты мой, — прервал сквозные мысли Хёнджин.       Трепетные касания обжигающих губ вели к концу медленно; Хёнджин сладкий и целовал также — жадно, но ласково. Время и пространство перестали быть такими ощутимыми и во всех мирах существовали только они и их всепоглащающая одержимость друг другом. /сегодня/       Проснувшись, Феликс не сразу понял, что щёки его перепачканы солёной водой. Он изумлённо коснулся лица пальцами и отчаянно попытался вспомнить только что привидевшийся сон, однако только обрывки видения всплыли в памяти, оставляя только место: и разговор, и лицо человека — стерлись, словно и не было никакого наваждения. Дрожащими руками он потянулся к прикроватной тумбе и схватил свой телефон. — Феликс? — сонный, но взволнованный голос сестры захрипел по ту сторону. — Что такое? — Прости, — парень взглянул на экран, показывающий "03:16". — Я в порядке, просто хотел спросить... — Издеваешься? — Ари скинула с себя обнимающую её руку Минхо, и присела на кровати. — Мне могли стереть память, как маме? — прямо спросил догадливый Феликс. — Стереть память? — девушка свела брови к переносице, взглянув на проснувшегося жениха. — Почему ты спрашиваешь? — Вчера в кофейню приходил странный парень, он выглядел не как человек... — С чего ты взял? — Он иначе выглядел и вёл себя странно. А потом он ушёл, а на деньгах была необычная пыльца. Может он типа эльфа или фейри? — Ты так близко знаком с феями? — Ари хорошо выполняла обещание ни за что не рассказывать Феликсу о его забвении; при том, что он сам это обещание взял и с неё, и с остальных, кто об этом знал. — Не неси чепухи. — Это не всё. Мне снился сон, я помню только обрывки... я не уверен, но там был этот парень. Я почувствовал, что мы близки, а когда проснулся, понял, что плачу. — Это всё твоя голубоватая натура, маленький извращенец. Ложись спать! И не звони мне из-за такой фигни по ночам. — Может ты и права, — сдался Феликс и завершил звонок, не прощаясь. — Думаешь это был Хёнджин? — пролепетал полусонный Минхо. — Мне нужно поговорить с этим блестючим придурком, — вздохнула Ари. — Естественно это был он. Только какого чёрта объявился сейчас, спустя три года? Он же сам бросил Ликси. — Потому что он скучает. Бьюланы любят только единожды, ты помнишь? — А бьюланы, которые стали людьми? — намекая на самого Минхо, Ари обняла парня, уткнувшись лицом в нежную шею. — Ну не знаю... — А, правда? А разве внутри ты не всё ещё тот элурантроп, которого я полюбила? — Вот видишь, ты прекрасно ответила сама, — Минхо поцеловал невесту в макушку. — Спи, чудо.       Ари и Минхо были поглащены подготовкой к свадьбе. Уён постоянно решал вопросы кофейни, в которых ему неплохо помогал Сан. Наэт закрывала "хвосты" и всё свободное время посвящала подготовке к экзаменам. А больше у Феликса никого не было. Кроме старшего брата, живущего теперь в мире, к которому у Ли буквально "не было доступа". Докучать Уёну с просьбой открыть портал не было смысла, поэтому он просто терпеливо ждал, когда на душе станет спокойнее. Впервые в жизни парень почувствовал себя таким одиноким, таким ненужным, что печаль стала накрывать его бущующими волнами. Он отчаянно пытался отвлечься на учёбу и работу, но накопленные навязчивые мысли не позволяли в полной мере этого сделать.       Феликс вышел из кофейни в половине пятого и поморщился, глядя на вечернее небо, кое постепенно затягивали коварные тучи. Странное тяжёлое чувство окутало сердце Ли, почему-то захотелось плакать. Улицы были пусты, где-то угрожающе прогремел гром, но вместо автобусной остановки, парень добрался до скамейки в зеленеющей аллее. Мелкие капли в скором времени превратились в более крупные, и вот уже радостно напитывали сухой асфальт свежестью. Феликс вдохнул чистый воздух полной грудью и закрыл глаза. Внезапно, дождь перестал грызть его своими зубами; над Феликсом появился купол большого белого зонта. /23 июня 2020г/       Феликсу показалось, что дождь закончился также резко, как начался, но через секунду понял странность — только над его худеньким телом. Он ничего не слышал, кроме ударяющей окружающую природу воды и оглушающих раскатов грома, но когда над ним буквально из воздуха появился полупрозрачный блестящий зонт, Ли услышал приглушение и вскинул голову к небесам над собой.       Это правда был зонт. Самый красивый из всех, что Феликс видел до этого бесподобного момента. Он не был похож на остальные, как и его хозяин. Ли повернулся наполовину, ловя глазами колени в знакомых белых брюках, что намокали из-за обрушившейся стихии, и неспеша встал, поднимая растерянные глаза.       Перед ним стоял тот, ради кого он пришёл; тот, кто своим существованием занял все мысли, вытесняя более важные события. От ладони Хёнджина, согнувшего одну руку в локте, исходило призрачное бронзовое сияние и образовывало тот самый необычайной красоты зонтик. На месте спиц и стержня кружили лишь бегущие на месте переливы света, Феликс понял, что видит настоящее волшебство, но тут же расстроился, потому что Хёнджин, по светлым волосам которого благообразно катились водопадики дождя, весь купол направил на него, позволяя себе намокнуть. — Эй, — Ли перешагнул через камень и оказался стоящим вплотную к парню; зонт двинулся вместе с ним. — Не мог больше наколдовать? Зачем сам под дождь встал? — Почему ты сидишь здесь? — отвечая вопросом на вопрос, блондин даже не дёрнул бровью. — Разве это не очевидно? Я волновался о тебе, — лицо Хёнджина оставалось каменным, Ли уже начинало казаться, что у этого парня отсутствуют все эмоции. — Ты должен волноваться только о себе.       В тишине, нарущаемой звуками природы они стояли несколько минут, только глядя друг другу в глаза, и Феликс... он тонул. Тонул в этом бескрайнем, непредсказуемом и неизученном океане голубых глаз, не пытаясь спастись. Если бы ему предложили вечность провести во взгляде напротив он бы охотно согласился, скорее всего попросил сам, нет — умолял. /сегодня/ — Вы? — и без того широкие глаза Феликса удивлённо распахнулись: рядом с ним сидел тот самый причудливый посетитель кофейни и в руках у него как раз был этот белый зонт. — Что Вы делаете? — Ты... Вы простудитесь. — Следите за мной? Или хотите сказать это совпадение? — Я шёл мимо.       Всё это время Хёнджин смотрел вперёд себя, но когда повернулся к Феликсу, тот мгновенно поддался взгляду старлитовых глаз. Знал бы он как изменились его собственные в этот момент; фейри показалось, что он вновь увидел тот самый огонёк и сердце его пропустило удар. За внешним спокойствием Хёнджина пряталось столько боли, тревоги, сожаления, сколько не вместилось бы в омелевшее озеро в лесу Бьянтхо. Парень, сидящий рядом, больше не был его Феликсом. Он вырос, стал серьёзнее, но самое печальное было то, что теперь он общался с фейри как с незнакомцем, и грань эту Хёнджин нарушать не имел права. Он ведь сам во всём виноват. — Я тебе не верю, — грубо сказал Феликс, выныривая из лазурного омута и вскакивая со скамьи. — Кто ты такой? Чего тебе от меня нужно? — Ты просто мне понравился, — спокойно ответил Хёнджин, мгновенно придумывая оправдание. — Но я видел, что ты уже счастлив. А сейчас я действительно шёл мимо. — Вот и шёл бы дальше, — от слов Феликса, Хёнджину становилось всё больнее: если парень ничего не помнил, то почему вёл себя так? — Я пойду в полицию, если не перестанешь меня преследовать. Можешь просто перестать появляться передо мной? Это подозрительно, — он пошёл по дорожке, но обернулся через полминуты, осознав, что нахамил блондину, однако незнакомец уже пропал; словно и не было никого.       Но Хёнджин по-прежнему смотрел на парня. Он крайне редко применял способность невидимимости, но раз Феликс попросил "не появляться?", то почему бы и нет? Ведь если он своим прекрасным низким голосом скажет Хёнджину пойти и умереть — он сделает это, и сделает с радостью, потому что для любого фейри лучше не жить, чем жить так. — Ты нарушил наше правило, — сестра Хёнджина, королева Ынджи, встала из-за стола. — Мы выполняем свои обещания, а ты обещал исчезнуть из жизни этого юноши. Зачем ты его мучаешь? — Если бы я знал, что это не в нашей крови, как одна любовь на всю жизнь, — вздохнул он и скинул пальто; прекрасные большие крылья тут же радостно распахнулись. — С тобой хочет поговорить Ари, его сестра. — Это она слила меня тебе? — Слила? Что за слова? — Не важно. Я не хочу ни с кем говорить. Прости меня, я больше не вернусь на Землю. — Ещё скажи, что обещаешь. — Моё присутствие делает его злым. Я больше не хочу так... я сейчас же пойду к Скарлетт. — И что? Сотрёшь все воспоминания? — А что, я буду целую вечность страдать по Феликсу? Я... я устал, Ынджи. Меня так тянет к нему, и я ничего не могу с этим поделать. Я такой жалкий, правда? — Я всегда говорила, что лучше стереть тебе всё, что связано с Феликсом, но вместо этого ты наоборот, вернул все воспоминания до последней капли. Ну не дурак? — Сам знаю, — Хёнджин ещё раз вздохнул и трансгресировал к резиденции Верховного эльфа, чтобы встретиться с его сестрой.

* * *

      Ари и Минхо сидели в холле. Девушка сжимала в руках приглашения на их свадьбу для друзей из Лигаксу. Хонджун общался с Уёном и Саном, пока они ждали главу ангелов Сонхва, главу оборотней Сынмина и Верховного правителя эльфов Чана, который был занят правительственными делами. И пока ожидание это тянулось как карамель, Феликс решил прогуляться. Спонтанное предложение Уёна навестить Эльпусон застало парня врасплох: он едва успел вернуться домой. Всё ещё обвиняя себя за грубый ответ на симпатию таинственного незнакомца, Ли топал по затерявшейся в густой траве тропе. Когда он вышел на поляну с заброшенным зданием, напоминающим храм, странные воспоминания посетили его. Знакомые вычурные силуэты моментально освежили память: теперь Феликс был точно уверен, что бывал здесь раньше, однако факт оставался фактом, ведь парень знал, что был здесь не один. Он не долго находился внутри; сердце сжималось, и в лёгких заканчивался воздух, поэтому Феликс поспешил вернуться к друзьям. Однако, у него был свой план, о котором никто не знал. Ли незаметно прокрался на семнадцатый этаж резиденции, где жила Скарлетт. Он уверенно и твёрдно постучал в дверь, и эльфийка открыла сразу же. — Неожиданно. — Госпожа, можно с Вами поговорить? — Входи, Феликс. — Вы мне стирали память? — входя в квартиру, в лоб спросил парень. — Только честно, пожалуйста. Я мучаюсь... — Если я скажу правду, ты будешь мучаться ещё сильнее. — Значит всё-таки стирали?       В дверь вновь постучали. Скарлетт и Феликс одновременно посмотрели на неё, но та открылась, не дождавшись ответа. Облитый оранжевым светом коридорных люстр, перед ними стоял Хёнджин.