Всего лишь мгновение

       Оглушительный треск. Опора медленно, словно во сне, уплывает из-под ног. Щепки, куски железа впиваются в ладонь, судорожно пытающуюся ухватиться за самый ничтожный прутик. Но пальцы сжимают пустоту, и Шерлок начинает стремительно падать. Рукой, державшей ладонь Мориарти, он силиться притянуть измученное тело к себе. И ему удаётся, должно быть, это — последнее, что ему удалось сделать. И вот, они уже падают вместе. Уильям, скорее инстинктивно, чем сознательно, прижимается к Холмсу, ища последнюю поддержку. Светлые пряди развеваются на ветру, лицо, по которому впервые струятся слёзы, утыкается в плечо детектива. Мориарти плачет. В первый и последний раз он не скрывает своих эмоций. Плакать не страшно, не стыдно, даже немного приятно. Холмс сжимает блондина в объятиях, машинально пытаясь защитить того от неизбежного падения. Он тоже плачет. И солёные капельки оставляют едва заметный след за стремительно несущимися телами. Он не хотел этого. Не хотел такого страшного конца. Он не хотел, чтобы Лиам умирал. Но Мориарти, спланировавший свою смерть заранее… такому человеку невозможно помешать… Тишина. Ветер не свищет. В этом мире больше не существует ничего, кроме Уильяма. Люди, стоящие там на пристани: мужчины, охающие и нервно накручивающие усы, женщины, прячущие глаза в платках, дети, что-то кричащие друг другу — их нет. Их нет и никогда не было. Только Лиам настоящий. Он — это всё, что есть у Шерлока. В ледяной воде отражается алый закат. Всего мгновение, только мгновение, ни боли, ни паники, ничего. Всего лишь рефлекторная остановка дыхания, потеря сознания и безболезненная смерть. Они даже не успеют понять, что умирают. Мориарти отнимает заплаканное лицо от плеча детектива. Усталое, измождённое лицо, ни намёка на страшную восковую улыбку. Уильям — всего лишь человек. Такой же, как и все. Ему тоже страшно. — Помоги, — Шерлок скорее читает по губам, чем слышит. В алых глазах таится мольба. Мориарти просит помощи. В первый и последний раз ему не нужно быть самым сильным. Можно забыться, уснуть спокойно, а через секунду и навечно. Говорят, что перед смертью перед глазами проносится вся жизнь. Это не так. Шерлок видит багряные очи. Краснее крови. Ярче рубинов. На их фоне лица знакомых, друзей, врагов расплываются как в тумане. Но Холмс и не хочет другого. Ни одна жизнь не стоит этих глаз. — Не бойся, — детектив прижимает обессилевшего Мориарти к себе — это не больно. Я с тобой. Лиам послушно закрывает глаза, он верит Шерлоку. Хочет верить. Вода нежно принимает их в свои объятья. Ни холода, ни боли от удара. Только приятное тепло от рук Холмса. — Прощай, — улыбается Уильям. Красная от лучей заходящего солнца вода смыкается над головами. Всего лишь мгновение, ни боли, ни страха, ничего…