Зови меня сэнсэй.

      Бары, в которые ходят братья, всегда однотипны, потому что и мотели, возле которых стоят эти бары, так же однотипны. Те же деревянные столики, те же бородатые мужички, та же молодёжь, те же милые и привлекательные официантки. Различия состояли разве что в том, что в некоторых особенных местах Дин заказывал особенную еду, а так всё по-старому. Тот же чизбургер с беконом и бутылка тёмного пива для него, странная масса из зелени и овощей — для Сэма, который пил то же пиво, что и Дин. По примеру более опытных охотников Джейн тоже решила выпить пива, но из еды взяла свиные рёбрышки в сладком соусе. К чёрту диету и правильное питание.       — А я говорил тебе: отожмись, — произносит старший Винчестер, обхватывая горлышко бутылки губами и делая глоток. — Эта тварь едва не убила тебя, потому что мачете застряло в шее.       — И как пять отжиманий помогли бы ей? — спрашивает Сэм, запивая пищу травоядных тем же алкоголем, что и брат запивал свой гамбургер.       — Ну, положила бы начало, — пожимает Дин плечами и усмехается, видя, как Джейн в очередной раз закатывает глаза. — Хочешь сказать, что я не прав? А может лучше вернёшься к старым-добрым книжкам и будешь более милой и сексуальной версией Сэмми?       — Что? — хмурится в недоумении девушка, а после понимающе кивает. — А, ну да, твоё сексуальное напряжение ведь не может распространиться на брата, но на такую же ботанскую душу, но другого пола — вполне.       — И не родственника, — поправляет её Дин. — Это важно.       — Хочешь сказать, что не принимал Сэма за горячую брюнетку со спины? — усмехается Джейн, опуская обглоданные рёбрышки на тарелку и слизывая соус с пальцев.       — Очень смешно, — поджав губы, кивает несколько раз младший Винчестер. — Снимите уже номер на двоих.       — Как озабоченность Дина влияет на то, что ты похож на знойную красотку? — интересуется Джейн, обхватывая палец губами и обсасывая его. — Ты обиделся?       Испачкавшись, девушка слизывает весь соус с пальцев и не замечает, как на неё смотрит озабоченный Дин. Замечает лишь Сэм, чей взгляд мечется от охотницы к брату, и он не понимает: Баррет намеренно игнорирует внимательные и плотоядные глаза Дина или правда не замечает, как он смотрит? И эти двое абсолютно точно намеренно проигнорировали его слова об отдельном номере в мотеле. Почему? Уже сняли? Принципиально не спят, потому что друзья? Да не, чушь.             — Нет, просто вы двое сексуально озабочены, а не только Дин, — отвечает Сэм и, допив бутылку, поднимается из-за стола. — Схожу принесу ещё. Не прыскайте ядовитыми гормонами.       Когда брат уходит, старший Винчестер коротко смеётся и допивает своё пиво. Раз уж Сэм принял на себя ответственность принести ещё выпить, Дин просто отставляет в сторону опустевшую бутылку и чуть горбится. Расслабленная, чуть хмельная улыбка не сходит с его лица, и Джейн слегка щурится, не зная, принять ли слова Сэмюэля всерьёз.       — Я не сексуально озабочена, — произносит она, и Дин взрывается в приступе смеха.       — Да неужели? — чуть ли не хрюкает он, понемногу успокаиваясь. — Как жаль. А то выходит, что озабоченный тут только я.       — Именно. Только ты, — кивает Джейн и так же допивает тёмное пиво. — И что это было, там, в гнезде?       Девушка поднимает взгляд исподлобья на охотника, вытирая пальцы насухо от остатков слюны с помощью салфетки. Она лишь сейчас задумывается о том, нормально ли то, что между ними происходит столь тяжёлая химия, и если нормально, то насколько? Алкоголь, разогнавший кровь по венам и разгорячивший впечатлённую удачной охотой Джейн, помог ей стать посмелее хотя бы в своих мыслях.       — Ты училась на практике охоте, — отвечает Дин, чуть поведя плечами. — Ты же этого хотела, верно?       В его голове мелькает воспоминание о том, как не сексуально озабоченная Джейн прижалась к нему теснее за той дверью в подвале. Возможно, так вышло из-за малого количества пространства, а может из-за её испуга, может по воле случая и возможно даже из-за её собственного, непризнанного вслух желания прижаться. В любом случае, одного короткого воспоминания Дину хватило для того, чтобы пульс участился, а выдох стал тяжелее. Он словно почувствовал тепло на ладони, которой обнимал охотницу за талию.       — Пойду проветрюсь, — выдыхает Джейн и, поднявшись, забирает со спинки стула кофту и шагает в сторону выхода.       Сэм возвращается как раз тогда, когда девушка выходит на улицу. Винчестер младший садится на своё место, вручает брату новую уже открытую бутылку и пьёт из своей.       — И о чем вы говорили?       Дин молчит какое-то время, пока делает несколько глотков, и задумчиво облизывает губы.       — Она меня хочет.       Сэм выдыхает с усмешкой и закатывает глаза. Он привык относиться снисходительно к выходкам и шуткам брата, а покинувшая бар Джейн, видимо, нет. Потому она и вышла наружу, в тёмную часть парковки и недалеко от места, где одиноко стояла Импала.       Баррет надевает кофту и заматывается в неё, когда дует лёгкий прохладный ветер, и отходит ближе к машине. Смотрит на капот, кусает задумчиво губы и не может выбросить из головы образ сильных, грубых на ощупь, но таких нежных по обращению с ней рук… Не будь Джейн пьяна, она бы решила, что это играют гормоны или открылся новый фетиш.       — Замёрзла? — раздаётся голос сзади, и охотница оборачивается резче, чем хотела. — Тише-тише, охота закончилась уже несколько часов назад, а ты ещё не успокоилась?       Девушка облегчённо выдыхает и складывает руки под грудью, глядя на взрослого мужика, как на провинившегося мальчишку. Тот же, кажется, этого не замечает, а потому подходит гораздо ближе, но всё-таки недостаточно близко для того, чтобы возникло интимное настроение. Но оно всё равно возникает, и они оба не понимают, почему. Это ведь… улица.       — И чего пришёл? — спрашивает Джейн, оставив слова Дина без ответа. — Надоел Сэму, и он тебя выгнал?       — Подумал, что тебя может кто-нибудь украсть, — отвечает Винчестер и делает шаг вперёд. — Вдруг мимо пройдёт кто-нибудь похожий на меня, и…       — И сделает что-то, что мог бы сделать только ты? — выгибает Джейн бровь, но в сторону или назад не отходит, а остаётся стоять на месте, чуть приподняв голову. Нужно же смотреть собеседнику в лицо.       — Не продолжай, а то я заревную и разозлюсь, — отвечает Дин тише, и девушка неким шестым чувством понимает, что он касается капота своей машины: стоит опустить вторую руку на детку, но с другой стороны, и он поймает Баррет в ловушку.       — На воображаемое… нечто? — уточняет она с усмешкой, опираясь пятой точкой на Импалу скорее из-за собственного желания быть пойманной, нежели из-за глупости.       — Некто, — поправляет Винчестер и чуть наклоняет голову вперёд.       Джейн щурится, пытаясь понять, о чём думает охотник сейчас, но в голову лезет лишь понимание того, как усиливается желание двинуться вперёд и прижаться к нему. Из стремления не поддаться своим желаниям девушка поддаётся назад и опирается рукой на капот, от чего Дин поддается напротив — вперёд, но совсем немного. Она чувствует его тяжёлый выдох упавшими на плечи волосами и инстинктивно сводит бёдра вместе, упираясь коленками в ноги Винчестера.       — Как часто ты следуешь советам Сэма? — спрашивает Джейн, пока мужчина мягко касается Импалы второй рукой и всё же производит что-то, похожее на ловушку, стенами которой выступала машина, он сам и его руки.       Их взгляды встречаются, и Дин напирает на неё всем телом, надвигаясь, подобно скале, и обдавая кожу лица горячим, напряженным дыханием. Джейн настороженно прикусывает губу и, опершись руками, садится на капот из стремления уйти от слишком близкого контакта. Однако лишь даёт Дину больше пространства для манёвров, и он проталкивается корпусом между колен охотницы. Теперь она будто испуганно сжимает таз Винчестера бёдрами в попытке не подпустить его ближе, но он едва ли не таранит её и приближается. Приближается так, что дышать становится трудно от ожидания того, что мужчина может обхватить её за талию, но не делает этого.       — А что? — хрипловатый, тяжёлый шепот у самого уха.       Хочется прикосновений. Дин её до сих пор ощутимо не касается, до сих пор не прижимает её к себе, до сих пор не настаивает на своём. И хочется ещё сильнее.       — Его совет об отдельном номере мотеля… — отвечает Джейн с лёгкой дрожью в голосе и почти пугается того, как это звучит. Не договаривает.       Будто ему легко. Знала бы она, как Дин хочет вцепиться, прижать, повалить… Он даже не до конца понимает, почему медлит, почему вместо того, чтобы лапать девичьи бёдра, до сих пор лапает свою детку, но всё же не торопится. Винчестер приподнимает голову, чувствует сбитое дыхание девушки на своём лице, медленно двигает руки к охотнице и всё же касается её. Мягко накрывает бёдра поверх ткани джинсов, неторопливо и ненавязчиво сминает их. Одного прикосновения хватает, чтобы Джейн сама поддалась вперёд, подпустив мужчину к себе и позволив ему прижаться пахом к ней. И этой возможности хватает Дину, чтобы накрыть поясницу Баррет несравнимо крупной по сравнению с ней ладонью, чтобы вжать её в себя, чтобы прижаться всем телом.       Это давление выбивает из лёгких воздух, но вдохнуть, чтобы заполнить их вновь, девушка не успевает: охотник целует её, сминает пухлые губки своими и далее, когда теряется игривый настрой, прикусывает нижнюю губу и чуть улыбается. Поцелуи приобретают более рваный, страстный характер, и Дин ловит губами сдавленный полу-стон, когда обхватывает тонкую талию руками и сжимает, забирается под кофту, обжигает оголённую кожу пальцами.       — А ты сможешь дотерпеть до мотеля? — спрашивает Дин, вжимаясь носом в шею под самым ушком и игриво прикусывая нежную кожу. — Потому что я — нет.       Джейн не успевает ответить, а может просто не находит, что ответить, и мужчина воспринимает это как зелёный для себя свет. Пока она умещает руки на мужских плечах и обнимает Винчестера за шею, сам он прижимается теснее, выцеловывает призывно выгнувшуюся навстречу ласке девушку под ухом и ниже, у самого основания шеи. Щетина щекочет кожу, а от мягких поцелуев и крепкой хватки становится ещё жарче несмотря на то, что на улице дует лёгкий прохладный ветер.       Дальнейшие события происходят слишком быстро, чтобы запомнить всё в деталях. Немного пьяного Дина не волнует то, что они находятся на парковке, потому что он оставил Импалу в самом тёмном закутке, но немного пьяного Дина точно волнует то, как тихо простонала Джейн в ответ на его манипуляции с её задницей. Сжав в крепких руках упругие ягодицы, мужчина чуть приподнимает девушку, напирая на её промежность заметно выделившимся через штаны буром — следствием не только долгого воздержания, но и постоянного поддразнивания со стороны Баррет одним её существованием.       — Как там говорится… — шумно выдыхает охотница, зарываясь пальцами в короткие волосы Дина и притягивая его ближе. — Сексом дружбу не испортишь?       Винчестер стягивает одежду вверх, оголяя живот в стремлении добраться до самого сладкого места, но вопреки своему животному желанию не торопится. Он жмётся пахом, трётся о промежность девушки сквозь слои их одежды, а после скользит руками по бёдрам к коленям и разводит их в стороны. Конечно, приятно обниматься всеми конечностями сразу, но раздеть Джейн хотелось сильнее.       — Какую дружбу? — спрашивает Дин, пока девушка откидывается назад, опираясь на вытянутые руки, и выдыхает тяжело над ярёмной впадиной между ключиц. — Друзей не трахают.       Джейн тихо стонет, когда мужчина накрывает ладонью её промежность и вдавливает жёсткую ткань в горячую плоть. Он нетерпеливо расстегивает ширинку и рывком срывает джинсы с ног охотницы, которые тут же обдаёт холодом, но Баррет не мёрзнет. Настойчивые, грубые ладони обжигают бёдра, из-за наличия остальной одежды поясница покрывается лёгкой испариной, и девушка чуть дрожащей рукой расстёгивает ширинку Дина.       — А кого трахают…?       Он глухо рычит, посылая приятную вибрацию в основании шеи Джейн, и касается её пальцами: давит на промежность, поглаживает, трёт большим пальцем в районе начавшего набухать клитора и слышит потяжелевшее дыхание сверху. Его собственное возбуждение даёт о себе знать: стояк выпирает из расстегнутой ширинки, натягивая боксеры, но охотник терпит, скрипя зубами. Терпит, вдавливая пальцы в тонкую, влажную ткань, в конце концов отодвигая её в сторону и погружая пальцы в горячую, приятно сжавшую его фаланги дырочку. Дин тяжело выдыхает, чувствуя, как тесно внутри Джейн, и сжимает второй рукой её ягодицу, чуть забравшись кончиками пальцев под ткань нижнего белья. Поверхность капота нагревается от повышенной температуры Баррет, и Винчестер сдавленно охает, когда чувствует сжатие: девушка обхватывает выпирающий член аккуратными пальчиками.       — Обычно… я с девушками не вступаю в отношения после секса, — произносит он.       — А до?       Вот теперь точно всё, цепи сорваны. Мужчина напирает на девушку, опускается ниже, кусает, обдаёт горячим дыханием кожу в районе груди, расстегнув три верхние пуговицы рубашки, и вставляет два пальца до упора. Слыша тихий стон, Дин упивается приглушённым голосом, и вжимает клитор большим пальцем, растирая его, пока пальцами, погруженными во влагалище, двигает, растягивая узкое лоно под себя. Джейн же сдерживается, чтобы не застонать и не привлечь излишнее внимание.       — Всё, не могу, — рычит снова Дин и стягивает боксеры с джинсами вниз, прижимая охотницу к себе теснее.       Обжигая её жаром собственного возбуждения, Винчестер ловит приоткрытым ртом стон девушки, когда плавно входит. Толкается внутрь, стискивая Джейн в объятиях и с уже утробным рычанием вгрызаясь в её нежную, покрасневшую от болезненного давления зубов кожу.       Она кажется безумно узкой, а то, как Баррет цепляется за плечи Дина, доверительно прижимаясь к нему всем телом, и сдержанно стонет, сносит мужчине крышу. Он бы сорвался, мог бы стать грубее, но для этого нужен был какой-то знак, намекающий на то, что она не против. И одобряющий стон, вырвавшийся изо рта Джейн в тот момент, когда Винчестер запустил пятерню в её пышные кудри и сжал, притянув голову к себе ближе, стал неким намёком. Мужчина несильно оттягивает рыжие волосы назад, заставив Баррет задрать голову, и вжимается горячими губами в шею над кадыком, мягко прикусывая. Дин наращивает темп, вгоняя налитый кровью член во влажное, призывно сжавшееся лоно, и второй рукой хватается за одну сторону рубашки. Хватается и дёргает, отчего некоторые пуговицы не выдерживают и разлетаются в стороны.       Джейн заходится в сбитом дыхании, пытаясь не стонать слишком громко, но всё равно не выходит: охотник ускоряется, благодаря хватке обеих рук не позволяя ей отстраниться или отползти. Дин закидывает ножку девушки себе за поясницу, входит резко и до упора, выбив из партнёрши более несдержанный стон, и удерживает её голову в удобном для себя положении, чтобы оставить ещё несколько ярких кровоподтёков на открытой шее.       — Дин…! — срывается Джейн, пока под ними негромко поскрипывает Импала, и царапает ноготками заднюю сторону шеи охотника. — Дин…       Винчестер любуется раскрытыми в очередном стоне припухшими губами, наслаждается тем, что сдерживать стоны становится всё сложнее, и игриво прикусывает Джейн за ушную раковину. Потом точно придется стирать с капота смазку, но сейчас Дину достаточно того, как тесно обхватывает его стояк напрягшаяся сильнее охотница. Становится сложнее сдерживаться.       Сэм, решивший, что слишком долго они оба отсутствуют, выходит на улицу и тут же замирает. Заметив, как в тёмном углу парковки какая-то парочка трахается на импале, он закрывает рот, открывшийся от ступора, и разворачивается, чтобы уйти обратно. Говоря снять номер мотеля и намекая на то, что этим двоим нужно переспать, он не имел ввиду, что вот так…       Дин брата не замечает, а потому сжимает обеими руками бёдра Джейн и вынуждает её опереться руками назад, потому что сам держит только за ножки, очень близко к ягодицам. Ткань трусиков чуть трётся о его ствол, но мужчина не обращает внимание, практически насаживая охотницу на себя и вталкиваясь в неё раз за разом. Винчестер понимает, что вот-вот кончит — следствие суперсексуальной подруги и отсутствия секса, но не останавливается. Он хочет, чтобы Баррет кончила первее. И ради этого, скинув сочные ножки с себя, оттягивает трусики сильнее в сторону и накрывает двумя пальцами клитор, размазывая смазку.       И вместе с тем переворачивает Джейн на живот, и та и не сопротивляется. Покорно выгибается в пояснице, выстанывает громче, скользит руками по капоту и принимает мужчину снова. Импала кажется более холодной в том месте, где она не сидела.       — Кончи для меня, — рычит Винчестер, давя на хрупкую спинку почти всем своим весом и протискиваясь рукой между телом Баррет и машиной. — Какая ты шумная… можешь быть погромче?       И желание Дина сбывается. Прикусив губу, девушка измученно мычит, и ей хватает нескольких движений пальцев Дина, чтобы сжать его в разы сильнее и вытащить из сурового старшего Винчестера глухой, низкий стон. Он чувствует сокращение мышц членом, утробно рычит в затылок и хочет отстраниться, чтобы закончить куда-нибудь в сторону, но… зарывается в кудри сильнее.       Охотник сжимает талию Джейн, когда толкается до основания и остаётся внутри. Дин выдыхает ей в шею, пока она пытается привести в порядок дыхание, и едва не ложится сверху, второй рукой пробравшись под шею охотницы. Обхватив горло девушки, Винчестер поднимает её голову и шумно выдыхает у уха:       — Умница. Ученица из тебя…       — Заткнись, Винчестер, — с облегчённым вздохом перебивает его Джейн, пока тело обдают послеоргазменные мурашки и холод.       Между ног безумно мокро, горячо, и совсем не хочется, чтобы Дин вытаскивал. И в голову закрадываются вопросы. Первый: почему не хочется? Второй: не забыл ли Дин презерватив?       — Я хотел сказать «отличная», но и девушка получится неплохая…       Джейн недоумевающе щурится и приподнимается, пока мужчина нежно оглаживает её ножку и дышит у самых волос, довольствуясь идиллией и приятным запахом.