Мелкими каплями белого золота капает дождь

Ступая на порог квартиры, в которой они с возлюбленным провели прошлую ночь, Цзинь Жулань не ждал ничего хорошего от предстоящего знакомства с родителями парня, без которого он уже не представлял своей жизни. Стоило мальчику пройти в отчий дом Сычжуя, как чувство страха лишь усилилось. По началу он боялся отца, Лань Ванцзи, но познакомившись с ним бета понял, что не всё так страшно, однако, есть ещё и папа, Вэй Усянь, важные решения без которого в семье не принимаются. Вот с ним-то он встречи ждал как с палачом, перед которым придётся предстать на эшафоте. Но только то, как его приняли, такого парень не ожидал. Он вообще не ждал милости от людей после смерти родителей, а тут всё так обернулось. Может, сыграло роль ещё и то, что родители Лань Юаня были совсем молодыми, более понимающими? Интересно, наверное, его собственные мама и папа не приняли бы так спонтанно избранника сына, приведи он того в дом так? Кто знает… – У тебя глаза красные, может капли. Глава семьи взял своего супруга за руку. Совершенно спокойно накрыл его покоящуюся на обеденном столе ладонь своей и аккуратно сжал. – Это от слёз. – заулыбался Усянь, глядя на сидящих напротив деток, которые уплетали за обе щёки домашнюю еду, по которой успели соскучиться за время обучения и проживания в общежитии. – Ничего страшного нет. Семейный ужин как раз был в самом разгаре. Вэй Ин и Цзинь Лин болтали обо всём на свете так, словно знали друг друга всю жизнь. Порой в их речи встревал и Лань Сычжуй, а вот старший альфа лишь заботился о том, чтобы у каждого была полная тарелка, чтоб никто сегодня не ушёл голодным. – У нас с А-Юанем был однажды такой забавный случай, – Усянь чуть отвлёкся на супруга, но очень быстро вернулся в прежнее русло диалога. – На дне Рождения бабушки. Ему тогда было всего шесть лет. Лучшие друзья – отец и дядя Цзян. Мы вас обязательно познакомим, он пока в абстракции, только сегодня узнал, что у них с мужем будет ребёнок. – Ого, у Сычжуя будет двоюродный братик или сестричка? – Цзинь Лин был в восторге. – Да, совсем скоро… Надеюсь… Там сопутствующее заболевание у будущего папочки серьёзное, но я приложу все усилия… Ты же знаешь, что я андролог-гинеколог? – бета кивнул, возлюбленный давно уже заочно познакомил его со своей семьёй. – Так вот, не буду грузить тебя медицинской мишурой, это всё очень сложно и нудно… Так вот, А-Юаню шесть лет, дядя Цзян пример для подражания, да и «в рот он ему смотрел» как маленький воронёнок. А эта зараза, возьми да научи ребёнка песенке. Лань Сычжуй очень сильно хотел поздравить любимую бабушку. Он не часто её видел, но от того желание тянуться к этой женщине не ослабевало. Заранее ребёнок попросил Цзян Чэна, чтобы тот придумал песню, которую бы ребятёнок исполнил, стоя на табуретке в самом центре комнаты в кругу семьи. И омега подошёл к этой задаче с особой серьёзности. Правда, заранее попросил ни кому и ноты не исполнить из «великого произведения», которое сам же и сочинил, да не только стихи, а ещё и мотивчик к исполнению подобрал. – Лань Чжань, доставай телефон, включай камеру! – Вэй Усянь вцепился в предплечье супруга, когда увидел, что сын уже ставит табуретку, готовясь к выступлению. – Сейчас наш мальчик покажет, какой он талантливый. И Ванцзи послушно приготовил камеру, дабы заснять для семейного архива выступление Сычжуя, которого все с нетерпением ждали. – Итак, я бы хотел спеть песню. – начал маленький альфа, наконец взобравшись повыше. – Я очень старательно подошёл к вопросу своего выступления на празднике бабули. – А готовил его любимый дядя! – тут же нашёлся Ваньинь, гордо выпрямив спину. Все присутствующие конечно же похлопали, а гостей было действительно очень много. Тут не только присутствовали члены семьи, но и друзья, а так же коллеги. – Я родился где-то под забором, Черти окрестили меня «вором», Мать родная назвала Сычжуем – Ох, мама Цзян*, и с тех пор я шарю по карманам… – Дядя, говоришь? – Лань Ванцзи взглянул на мужа с такими уже злыми глазами, что тому самому страшно стало помимо того, что и его так же напрочь убила песня сынишки. – А-Чэн, честно скажи, ты идиот? – шёпотом обратился Усянь к шиди, а тот, козлина, сидит в ладоши хлопает, довольный такой, что аж по роже съездить хочется. – Браво, молодец!!! Лань Ванцзи нервно щелкнул зубами, вспомнив тот банкет, о котором сейчас рассказывал муж. Альфа никогда не отличался особо развитым чувством юмора и момент, где Цзян Чэн выставил его маленького сына полнейшим идиотом ему не понравился. Разговор между ним и братом супруга тогда был серьёзным и какое-то время после они даже не общались, точнее, Лань Чжань просто игнорировал омегу, а Цзян Чэн за пять вёрст обходил супруга шисюна. – Это, на самом деле, мило. – Цзинь Лин по-доброму улыбнулся Усяню, не желая огорчать возлюбленного ведь посчитал, что тому может быть и неприятно, что папа рассказал о его позоре. Только вечер уже подходил к концу. Вэй Ин принялся убирать всё со стола, юный бета сразу же вызвался ему помочь, причём ясно дал понять, что возражений от омеги он не принимает. Собрал посуду, сгрузил всё в раковину – к посудомоечным машинам Вэй Усянь относился принципиально отрицательно, не доверял им и всё тут, а потом вытирал каждую тарелку, пока омега всё мыл, да и болтали они обо всём, да ни о чём. Лань Ванцзи же вышел на балкон. Он несколько часов не курил и сейчас очень сильно этого хотелось. Мужчине даже показалось, что он может выкурить сразу же две сигареты, хотя, стоило бы вообще с этим делом завязывать, всё же, семенная жидкость имеет свойство накапливать в себе никотин, от того становится горьковатой и не особо приятной на вкус. А зная пристрастия Усяня глотать сперму мужа, то тут его стоило бы пожалеть. Да и пора бы подумать наконец об общих детях, а то и правда, что-то они затянули с этим делом. В конце концов, Сычжуй уже взрослый, возможно, совсем скоро у него появится своя семья, да им с мужем уже не по двадцать и даже не по двадцать пять лет, скоро может стать поздно. За такими раздумьями Ванцзи и не заметил появления рядом А-Юаня. Тот тихонечко вышел на крыльцо и встал рядом с отцом. – Я был идиотом, что боялся рассказать папе о своих отношениях. – начал юный альфа, чуть покусав нижнюю губу. – На подсознании же знал, что он всё так воспримет, что обрадуется и подружится с Цзинь Лином. – он внимательно посмотрел на родителя, который потушил в пепельнице бычок докуренной сигареты. – Отец, – и сразу же начал другую тему, не давая возможности Ванцзи раскрыть рот и сказать, что тот на самом деле хотел выдать. – Скажи, а нормально то, что и мне, и А-Лину понравился грубый секс? Ну, в смысле, с игрушками. – мальчик занервничал, да и смущение никуда не делось. – А ещё, он попросил меня его ударить, но не сильно, и… – всё, голову опустил, пряча покрасневшие щёки. – Я попросил его подрочить мне ступнями. Лань Ванцзи, наверное, если б мог, уже засветился от счастья, слушая откровения своего сыночка и понимая, что, правда, яблоко от яблони падает совсем недалеко. – Я тоже иногда прошу твоего папу подрочить мне ступнями. – успокоился мужчина Сычжуя. – Особенно мне нравится это, когда я близок к оргазму. Ванцзи совершенно серьёзно посмотрел на сына, замечая в его взгляде шок. Ну, а что? Это совершенно нормальный разговор между родителем и ребёнком, который решил вступить в серьёзные отношения. И тема бы была ещё более развитой, окажись так, что эта пара могла бы иметь детей. – А папе нравится, когда я ласкаю его ножки. Пальчики в рот беру, каждый по очереди, сосу их, вылизываю… Мальчишка чуть сморщился. – И тебе не противно? Это, всё же, ноги… – И что? – Ванцзи даже как-то удивился. – Это ноги любимого человека, почему оно должно быть противно? – он усмехнулся. – А римминг с проникновением языка внутрь? Жопа грязнее ног, если что… Да ладно, не переживай, привыкните. К огромному сожалению, Цзинь Жулань не омега, от того вы не сможете познать все прелести течки. Сычжуй тяжело вздохнул. – Мы знаем и уже свыклись с этой мыслью. Подумаешь, такое дело. – И то верно, главное, что вам хорошо вместе… – Отец, – голос мальчика стал чуть тише и сам он воровато осмотрелся по сторонам. – Расскажи мне, что чувствует альфа, когда у его омеги течка? Вот именно у истинного партнёра, у супруга, а не просто он какого-то течного прохожего унюхал? –Словами не передать. – мечтательно ответил мужчина. – Это как единение душ. Ты в эти дни надышаться им не можешь, все мысли о партнёре. Хотя, не знаю как у кого, я всегда думаю о твоём папе, даже когда у него нет течки. Лань Юань посмотрел перед собой. Задумался, переваривал услышанное, а вместе с этим делал вывод, что всё равно он от своего любимого никуда не денется, так как чувствует к нему абсолютно всё то же самое, о чём говорит сейчас отец. Наверное, не всё просто зависит от течки, гораздо большую роль играет то, что партнёры являются соулмейтами. – Что хотел Цзинь Гуанъшань? – всё же, пауза затянулась, мальчик упустил этот момент из виду. Тяжёлый вздох вырвался из груди подростка. – Вроде ничего такого особенного он и не спрашивал, – и это правда. – Поинтересовался, как у меня дела, как я вообще в целом. Спрашивал про папу, где он работает и есть ли у него муж. Но я не знаю, всё это было подозрительным. Я ответил, что со мной всё хорошо, я учусь, а папа работает врачом. Подробностей не говорил, да и по поводу замужества тоже не стал отвечать. Только, знаешь, – парень глубоко вдохнул в лёгкие воздух. – Мне показалось, что он и так всё знает. Не понимаю только, почему он сразу решил связаться со мной, а не с папой. – Потому что Вэй Ин мог просто прервать разговор ещё до того, как тот бы успел начаться. – сухо ответил Ванцзи. – Я в этом уверен. Он бы просто не стал говорить с ним. А ты как лёгкая добыча. Но причина, зачем ему вдруг захотелось вспомнить былое – загадка. Неужели отцовские чувства проснулись? – Думаешь, он может пойти к папе и сказать, как в дешёвых дорамах, что он всю жизнь любил только его, а сейчас это понял и хочет, чтобы мы жили с ним? – Сычжуя аж передёрнуло, Ванцзи же оставался спокойным, по крайней мере внешне. – Папа не пойдёт к нему никогда. – совершенно уверенно ответил старший альфа. – У него моя метка, разорвать между нами связь может только смерть одного из нас. Да и мы с ним как раз-таки истинные, так что тут Гуанъшаню точно ничего не светит. – Я внесу его номер в чёрный список! – твёрдо заявил мальчишка. – Нечего ему вмешиваться в нашу жизнь, тут он никому не нужен. *Да-да, Автор в курсе, что в оригинале эта строчка звучит не так, но, блин, как же оно идеально встало в текст.*крик умирающей чайки*