Волков: становление легенды!

Над восточной страной солнышко встаёт, А военный мужик пьяный уж орёт. (Небольшая переделка Сектор Газа.)

Сирийская Республика. Военная база РФ.       Солнце светило, не щадя никого, кто был на улице. Хотя, что можно ожидать от восточной страны, часть которой заполнена песком и пылью? Наверное, ничего. Так подумал бы каждый.       А пока Солнце сжигало и испепеляло всё живое вокруг базы, кордон, охраняющий объект, нёс службу. Так бы стояли они, если бы на всю территорию базы не раздался крик, доносящийся из штаба: - Кузнецова ко мне! Живо!       Через несколько минут показалась фигура бойца, экипированного в форму песчаного цвета. Его походка и взгляд могли напугать любого прохожего, но только в мирное время на гражданке, а не в армии посреди военного объекта. Солдат подошёл ко входу в здание. Спокойно открыв дверь и пройдя внутрь, он смог ощутить прохладный ветерок, что исходил от кондиционера, находившегося под потолком. От такого блаженства отказываться было нельзя. Подобно оазису в пустыне, так и кондиционер остудил слегка вспотевшего бойца. Отдышавшись и немного постояв, человек продолжил движение.             Проходя мимо дневального, он уточнил, где находиться начальство. Получив ответ, что они у себя, продолжил путь. Кузнецов вообще редко бывал в штабе, так как не очень любил это. Но время от времени всё же надо было сюда приходить.       “И что им от меня надо?” – подумал капитан, стоявший у входа в кабинет полковника.       Командир базы - полковник Владимир Геннадьевич Бурсак, которого сегодня что-то разозлило. И весь гнев мог выплеснуться на бедного капитана, который учебку окончил 3 года назад, а в Сирии воевал уже 2 года.       “Как он там очутился?” – спросят некоторые читатели, а я вам отвечу:       С детства Виктор мечтал стать военным, и когда ему исполнилось 13 лет, он попросил родителей отправить его в суворовское училище. Папа сразу согласился, сказав, что “наш сын мужает на глазах”.       А мать запротестовала: - Там ему не место! Пусть лучше станет экономистом или юристом – это престижно! – говорила она.       Но спустя пару аргументов, что военные нужны, и у них есть социальные льготы и пособия. Мать Виктора сдалась и попросила его быть осторожным в училище. Таким образом, юный мальчик по имени Виктор начал свой путь в армию. После суворовского он поступил в Московское Высшее военно-командное училище, которое окончил с отличием. И вот лейтенант со специальностью командир мотострелковой роты получает распределение - ему выпала честь защищать Родину на Дальнем Востоке. В итоге ростовский парень отслужил там год, и после ему предложили контракт в горячей точке на 3 года вместо 4 лет оставшейся службы. Молодой, окрепший организм требовал приключений, и, не подумав о последствиях, Виктор подписал контракт в звании старшего лейтенанта.       Два чёртовых года он вертелся в этом аду – перестрелки с боевиками, конфликты с местными и тому подобное. Всё это пережил старлей, а впоследствии капитан. Такие события, происходящие в Сирии, перевернули его сознание. Кузнецов не боялся убить врага, зная, что если не он, то его точно прикончат. Лишь впервые, когда он только прибыл в расположение, ему пришлось попробовать это - вкус смерти.       Но не будем отходить от темы. - Разрешите войти?! – сказал капитан, постучавшись в дверь. - Входи, – не церемонясь, сказал полковник Бурсак, находившийся в своём кабинете, и добавил: - Быстрей!       Дважды повторять не пришлось, и военнослужащий РФ мигом зашёл в комнату. Злить высокопоставленных начальников - себе дороже. А проблемы человеку не были нужны. - Товарищ полковник, капитан Кузнецов по-вашему приказанию прибыл. – отрапортовал командир роты. - Садись, Виктор. Чай или кофе? – от этого вопроса молодой человек встал в ступор.       Полковник никогда к нему нормально не относился, считая его злостным нарушителем воинской дисциплины. И это мнение произошло всего лишь из-за тарана американской колонны бронетехники, которая не захотела останавливаться.       “Ну а что? Сами виноваты!” – подумал капитан, вспоминая тот случай с пендосами: “Не надо было к нам лезть”.       В тот момент надо было видеть их лица. - Вы что себе позволяете? – возмущался вроде бы сержант Америки на ломаном русском: - Я буду жаловаться в ООН и Пентагон! Вы пожалеете об этом, русский солдат! - Слушай ты – американский капиталист, я тут воюю не за деньги толстосумов, а за мирное население, которое страдает от вас и ваших прихвостней. – сказал на английском Кузнецов.       Американец, не выдержав таких слов, развернулся и ушёл к своей машине. После их колонна с протараненным транспортом и с растрёпанным флагом США укатила на Север. - Так, что будешь? – вырвали из воспоминаний слова Владимира Геннадьевича. - Чай. – коротко ответил боец. - Не угадал. Кофе. – сказал полковник, придвигая чашку с ароматным напитком и жестом показывая присесть за стол. - Так зачем вызывали, товарищ полковник? – сев, спросил Кузнецов. - Недавно войска официального правительства Сирии при поддержке наших войск освободили небольшой городок. Там осталось много “взрывных подарочков”, которые предстоит обезвредить сапёрам, которых ты со своими ребятами будешь сопровождать. Карту местности тебе выдадут, а военная полиция сопроводит до пункта назначения. Ты всё понял? – после рассказа о недавних событиях задал вопрос Бурсак. - Так точно! Разрешите выполнять? - Разрешаю. Только отъезд через час, поэтому предупреди бойцов о скором выезде. - Есть! – ответил капитан, встав из-за стола и направившись к выходу из комнаты.       Покинув штаб, он направился в расположение, которое встретило его гомоном бойцов, споривших о чём-то. “Каждый день так. И что они всё время обсуждают? ” – подумал Виктор. - Бойцы, сегодня мы отправимся в небольшой городок для разминирования местности, точнее, для прикрытия сапёров. - Товарищ капитан, а без нас никак? – задал вопрос один из солдатов. - Нет. Мы должны выполнить приказ. Готовность 30 минут! Всем собирать свои вещи и живо на плац, – объявив это, Кузнецов покинул казарму и стал ждать. Как и было сказано, все бойцы были построены через полчаса. - Братцы, по машинам! – сказав слова, капитан залез в головную машину – ГАЗ “Тигр”, который стоял за полицейским Тайфуном и БТРом.       Покидая пределы базы, его преследовало нехорошее чувство.       “Что-то здесь не так. Как бы не произошло чего-то”, - мысли шли потоком, поэтому чтобы их остановить он прилёг поспать.       Как бы хорошо не спалось, а война всегда рядом. Разбудил капитана водитель Тигра (Не танка.), сказав, что им осталось примерно 30 километров до точки, и это где-то 30 минут. Виктор поправил разгрузочный жилет и свой АК. Ну как свой? Государственный. И тут он вспомнил, что забыл выложить свой плеер и смартфон, который был у него нелегальный. Хотя, то, что у него был телефон – мелочь. Некоторые личности умудрялись принести в казармы ноутбуки.       “Ладно, одни играли в видеоигры, так другие смотрели аниме. АНИМЕ, Карл! Нет, чтобы новости или фильмы смотреть – надо АНИМЕ!” – вспомнив эти моменты, Кузнецов улыбнулся, так как, когда ребята смотрели японские мультики, они веселились и отдыхали. - Командир, мы на месте, – сказал водитель. - Колонна, стоп! – сказал в рацию капитан.       Ряд бронетехники остановился у въезда в город, где не было ни единой души. Бойцы стали ожидать дальнейших команд. Каждый думал о своём, поэтому в машинах стояла гробовая тишина. - Покинуть машины! Смотреть в оба, и не дай Бог, вы подорвётесь на минах! – сказав напутственные слова, Виктор покинул ГАЗ и двинул к сапёрам. Они оказались у своих машин, было видно, что им приходилось выгружать новые российские дроны для разминирования, так как вокруг городка было поле. - Всё готово к началу? – уточнил мужчина, облачённый в тяжёлый защитный костюм. - Да, можно приступать. - Это хорошо, можете не мешаться под ногами. Мы начнём от въезда и до конца главной улицы, поэтому это продлиться почти весь день. И возьмите пару бойцов для осмотра местности, только не идите в целые здания, чтобы не подорваться на минах и взрывчатке, – сказал сапёр и пошёл к своим, чтобы дать ЦУ. - Товарищи бойцы, нужно пару добровольцев для проверки местности. Есть желающие? – задал вопрос в рацию капитан. - Так точно! Я и моё отделение готовы помочь вам с заданием, – был ответом знакомый голос сержанта Кабанова. - Отлично! Жду вас у “Тигра”. Конец связи. - Есть! – ответил командир отделения.       Стоя у капота командирского бронеавтомобиля, Виктор начал объяснять дальнейшие действия солдатам, прибывшим для выполнения задания. Все они слушали внимательно, лишних вопросов не задавали, поэтому мини-брифинг окончился быстро. Сразу поделившись, армейцы двинулись в указанные точки группами - двойками и тройками, чтобы максимально эффективно выполнить задачу.       “Опять это чувство опасности – скорой смерти. Нет! Этому не бывать! Я 2 года здесь, и не могу так скоро умереть. Надо следить за обстановкой, чтобы выжить! И пацанов прикрыть, ведь некоторые моложе даже меня”, – шла одна за другой мысли в голове.       А между тем силуэты солдат мелькали в лучах солнца, клонившегося к закату. Две из них отделились от основной группы, и зашли в полуразрушенное здание. Не составит труда предположить, что это был Виктор с напарником. - Сержант, проверь первый этаж слева, а я пойду справа, - дал ЦУ капитан. - Принял.       Нижний этаж небольшого двухэтажного домика был ужасен, повсюду были разбросаны вещи, где-то лежали обломки и куски стен, штукатурка осыпалась в некоторых местах. - М-да, не повезло кому-то, - сказал Кузнецов, проверив последнюю комнату на наличие опасных вещей или личностей. - Кабанов, как там у тебя? - Чисто. Никого нет, - пришёл ответ по рации. - Я двигаюсь на второй этаж, прикрой, - эти слова уже были сказаны лично сержанту, когда они стояли возле лестницы. - Будет исполнено.       Поднявшись на вверх, капитан увидел одну уцелевшую комнату, которая освещалась солнцем через приличную дыру в стене. Он же находился в проходе, который вёл к этому помещению.       “Надо проверить”, - подумав о безопасности, Виктор аккуратно подошёл ко входу. Растяжек не было, как и на первом этаже. Войдя внутрь, он начал поворачиваться в разные стороны, чтобы убедится в пустоте комнаты. - Сержант, у меня чисто. Можем уходить, - отправил отчёт по рации капитан. Не удержавшись, Кузнецов подошёл к разлому в стене. - Хм, красиво. Всё же есть в этом что-то романтичное.       Полюбовавшись великолепным пейзажем небольших высотных зданий и домов на фоне маленьких халуп у окраины, молодой офицер развернулся и пошёл к выходу. Но спокойно уйти ему не дала пуля, впившеюся в спину. - А-а, как больно, – крикнул Виктор, у которого на груди сияла небольшое огнестрельное отверстие.       Чтобы не получить вторую, он начал отползать к стене. - Приём! Я атакован, срочно… нужна… помощь! В городе… снай… пер, - говорить становилось всё тяжелее, но офицер не сдавался и боролся за свою жизнь до конца.       Тут в комнате оказался сержант, он резко прыгнул к стенке возле капитана, истекавшего кровью. - Командир, вы главное держитесь. Сейчас, только подождите, - слух потихоньку отступал, и Кузнецов плохо слышал слова своего товарища, который пытался помочь командиру, вкалывая обезболивающие и другие медикаменты. - Чёрт… Ка-бан… защити ребят… защити, пожа…луйста, - это были последние слова, которые смог выдавить из себя человек перед смертью.       А дальше была темнота, такая приятная и манящая. И она всё больше затягивала в себя солдата, погибшего от пули какого-то снайпера, который прятался среди обломков, боясь, высунуться.       Вот так погиб капитан мотострелковых войск армии РФ Виктор Кузнецов. Где-то в Сирии. Его тело было доставлено на Родину, которую он стремился защищать до самой смерти.       В честь него и других бойцов, погибших в Сирийской войне, был воздвигнут монумент, а на нём была надпись: “Героям, защищавшим мирный народ Сирии от террористов. Слава солдатам, положившим свои жизни во имя исполнения своего долга”. И среди множества имён было имя этого молодого офицера.