Backfire

Эра проснулась после беспокойного сна, всё тело ломило, вокруг лежали холодные влажные тряпки. Без сомнения, жалкая попытка служанок уменьшить пятна и отёки. — Ваше Высочество, вы проснулись. — Её главная фрейлина, леди Леора, констатирует очевидное, нависая над ней с пристальным вниманием. Если бы Эре не было так больно, она, наверное, закатила бы глаза. — Сегодня знаменательный день! Недоумённое выражение Эры вызывает такое же у женщины, которая оборачивается к другим фрейлинам, а те — к нескольким служанкам позади них. Принцесса встречает болезненную тишину поднятой, ожидающей бровью, почти шипя от малейшего движения. — Король не сообщил Вашему Высочеству во время вчерашнего визита? Эра едва не фыркает. — Там было не так уж много «сообщений». Больше избиений. Другие фрейлины её юмора не разделяют, все взгляды мгновенно устремляются в пол. — Н-ну, я немного… удивлена, что Ваше Высочество не было уведомлено. — Главная фрейлина замолкает, нервничая. Страх тяжёлым комком оседает в животе Эры. — Уведомлено о чём? — требует она, устав от вступлений. — Вы должны, — Леора морщится, — начать традиционные приготовления к браку сегодня, поскольку скоро встретитесь со своим женихом. Эра смеётся. Она смеётся снова, в полном одиночестве в этом смехе. И снова — с отчаянной надеждой, что хоть кто-нибудь, кто угодно, даже вороны, сидящие на башенных зубцах снаружи, присоединятся к нему. — Леди Леора, у меня нет жениха! — Эра отрицает это почти истерически, глядя на серьёзные ряды лиц. — Господи всемогущий. Вы серьёзно? — Мы лишь повторяем то, что нам приказали, Ваше Высочество, прошу вас, не бойтесь, — умоляет леди Агнес. — Я полностью уверена, что ваш отец и Король выберут самого достойного дворянина, истинную пару— — Я не хочу достойного дворянина, я хочу… Я хочу Чонкука. — Я хочу… — голос Эры ломается, — я хочу… быть свободной от этого места. Леди Леора вздыхает и присаживается рядом с кроватью Эры, осторожно беря её за руку. — Ваше Высочество, пожалуйста— Громкий стук в дверь покоев разбивает то тёплое утешение, которое главная фрейлина собиралась ей дать. — Его Королевское Высочество, Принц-консорт, желает видеть принцессу. Рука Эры бессильно падает из ладони Леоры. Она умоляюще смотрит на женщину, быстро качая головой. Та отвечает ей мучительным выражением лица, но всё же произносит окончательное решение: — Войдите. Каждая женщина почти падает на пол в реверансе, кроме Эры, когда двойные двери распахиваются и холодные, целеустремлённые шаги эхом раздаются по камню замка. Принцесса просто смотрит на угол своей кровати так, словно это самая интересная вещь в мире. Хор «Мой государь» почти не пробивается сквозь внезапную удушливую тяжесть в огромной комнате. Мужчина прочищает горло. Левый глаз Эры дёргается. Это точно он. — Дамы, не могли бы вы оставить нас на некоторое время? Они оказываются за дверью буквально через секунду после того, как последние слоги сходят с его губ. Эра предполагает, что просто оттягивает неизбежное, игнорируя его, растягивая эту муку, которую ей всё равно придётся пережить. Она медленно выдыхает, собираясь с силами. — Чего ты хочешь? Холод пробегает по её позвоночнику, как только их взгляды встречаются. Холодный. Бездушный. Совсем как у Короля. — Так ли обращаются ко мне после трёх долгих лет? — Это были лучшие три года моей жизни. Эра почти ухмыляется, наконец переводя взгляд на мужчину с неподдельной ненавистью. — Аурелия, дорогая Аурелия. — Он насмехается. — Как же я скучал по твоему острому языку и колкой язвительности. — Чего ты хочешь? — повторяет Эра, сломленная физически и эмоционально, слишком измотанная, чтобы играть в игры разума Принца-консорта. Мужчина издаёт долгий, притворно тоскливый вздох. — Хотелось бы, чтобы ты не рисовала меня таким чудовищем, Аурелия. Я всегда хотел для тебя только лучшего. — Конечно. — Мне не нужно напоминать тебе, как следует вести себя в стенах дворца. Не забывай, что у меня повсюду глаза и уши. — Я бы и не подумала об этом забыть. — Она саркастически улыбается. — Ты принцесса. — Но не настоящая принцесса. — Эра зевает, морщась от боли в челюсти и ноющих мышцах, когда потягивается. — Всё же в королевском животном, которое ещё не выдали замуж и не развели, есть своя ценность. Она должна была увидеть пощёчину заранее. — Не будь такой вульгарной, — шипит мужчина. — Именно о таком поведении я и говорил. — Разве твой тесть не передал тебе сообщение? — Эра закатывает глаза, прижимая ладонь к воспалённой розовой коже щеки. — Мне сказали не трогать лицо. Его рука снова взлетает к ней, но на этот раз Эра быстрее — и уже окончательно сыта по горло. Она хватает бронзовый таз для умывания возле кровати и бьёт изо всех сил. Раздаётся пронзительный крик и брызги крови — но на этот раз не её. И она не может удержаться и бьёт снова. Шум шагов. Десять королевских гвардейцев врываются в комнату, а следом появляются её пять фрейлин, все ахают и визжат от ужаса. Эра смеётся, глядя на направленные на неё копья. Зрелище действительно впечатляющее. Принцесса стоит в ночной рубашке, забрызганной кровью, с необычным оружием в руках, возвышаясь над Принцем-консортом — могущественным и почитаемым Принцем-консортом — распростёртым на полу в луже собственной крови. Таз со звоном падает на пол. Она рычит на ближайшего стражника — на самом деле на главу королевской гвардии — делая шаг ближе к его обнажённому оружию. Она чувствует холодный металл у своей шеи. — Давай. Убей меня. Она делает шаг ближе, он пытается отвести клинок. Эра хватает рукоять сверху, удерживая его на месте. — Избавь меня от страданий, главный страж. — В-ваше Высочество, пожалуйста, прекратите это безумие… пожалуйста… — умоляет леди Леора, падая на колени. Остальные дамы следуют её примеру. Затем и рыцари. — Пожалуйста, Ваше Высочество… прекратите, Ваше Высочество. — Вы никогда не приходите, когда я кричу от боли, — перекрикивает их Эра, не двигаясь с места. — Пожалуйста, Ваше Высочество… — Поднимешь на меня копьё ещё раз — и я собственноручно перережу тебе горло. Она улыбается главному стражу, который стоит как деревянный. — Отпусти. Главный страж неохотно отпускает копьё. Эра делает шаг назад и отводит лезвие от своей шеи. Она недовольно вытирает тонкую струйку крови со шеи. — Убирайтесь. Все. И заберите его. Она указывает на Принца-консорта, который дёргается на полу, едва в сознании.

***

— Псс. Ким Сокджин поднимает взгляд от стола, как вспугнутый олень. Его глаза расширяются. Он подскакивает к Эре и утягивает её через боковую дверь. Эра тут же заходится кашлем, с недоверием оглядываясь по сторонам. — Вы тут вообще не вытираете пыль? — Какого чёрта ты здесь делаешь? — требует Сокджин, совсем не разделяя её бодрого настроя. — Тебе опасно находиться вне Дворца. — Это всё ещё— — Это Королевский двор, а не Дворец. Для аристократов, придворных чиновников, фрейлин, Королевской гвардии и всех остальных. Но не для тебя. Не для члена королевской семьи, — твёрдо заявляет Сокджин. — Вам следует вернуться в безопасное место, Ваше Высочество. — Это самое безопасное место, где я могу быть, — подчёркивает Эра. — Я вырубила Принца-консорта. Теперь он будет жаждать моей крови. Сокджин ахает. — Ты что сделала? Боже правый. Они будут искать тебя десятками! Как ты сбежала. — Я украла копьё у главного стража, а потом гонялась с ним за каждым, кто вставал у меня на пути. — Эра! Где теперь копьё? — Вот здесь. — А! — Сокджин в шоке отшатывается, только сейчас замечая оружие, и в результате бьётся головой о книжную полку, на них сыплется пыль. Эра сдерживает кашель, с недоумением оглядывая грязную кладовку. Потом плюхается на пол, прислоняясь головой к ближайшей полке. Сокджин вздыхает и неохотно опускается на пол рядом с ней на максимально почтительном расстоянии, какое только позволяет это пространство. — И что именно ты делаешь по возвращении в Далию? — Шпионю в пользу Ретрорсума, конечно, — фыркает Сокджин. — По крайней мере, так думает мой отец. — Ты приехал составить компанию принцу Намджуну, — переводит она и почти закатывает глаза. У тебя что, в Ким-каунти дел нет? Ты безработный? — И как же Король это ненавидит, — хмыкает лорд. — Он не может взять в толк, почему самый близкий спутник принца — ретрорсиец. Как будто Намджун сам не ретрорсиец. Эра кивает без особого интереса. — Ни капли ему не завидую. — Когда ты в последний раз видела Намджуна? Эра пожимает плечами. — А какая разница? — Потому что он твоя семья. — У меня есть семья, и никто из неё не живёт в этом Дворце, — парирует она. — Я так и знал. Я знал, что вы двое в ссоре. Вы оба мрачнеете, стоит лишь упомянуть друг друга. Жизнь коротка. Вам стоит помириться, пока не стало слишком поздно, — поучает старший юноша. — У принца Намджуна и принцессы Аурелии есть друг друга, чтобы опереться. Сокджин удивлённо поднимает голову на обычно молчаливую принцессу. — Ты сама в это не веришь. Эра какое-то мгновение молчит, пристально разглядывая лорда Кима. — Тебе не кажется странным, что твой лучший друг во всём мире даже не может обсудить с тобой свою семью? Лорд Ким моргает. — Н-ну это просто природа принца— — Нет. Это просто доказательство того, насколько это больное и извращённое место. — Ваше Высочество, — резко возражает Сокджин. — Я много где бывал и могу тебя уверить, Далия — самое прекрасное место для жизни. — Снаружи, — натянуто улыбается Эра. — Забудь. Я ошиблась, решив, что могу тебе довериться. — Эра, — мягче говорит Сокджин, — прости. Что тебя тревожит? — Ничего. — Она хмурится, поглаживая своё трофейное копьё. И безрадостно смеётся. Сокджин бледнеет. — Эра, я очень прошу тебя не делать ничего неразумного, неотменимого. — Есть какие-нибудь новости из Ретрорсума? — Она меняет тему. Сокджин хмурится. — Ты разве не получала писем? — Я получила только письмо от Чимина. — Эра чешет шею. Скорее уж письмо Чонкука. — А потом меня утащили сюда из Клиффсайда, так что возможность читать и отвечать на письма у меня исчезла. — Но их же должны были пересылать дальше во Дворец, разве нет? Как и всем членам королевской семьи, — наивно замечает Сокджин. — Когда Намджун отправляется в Браунвуд-мэнор, его корреспонденцию доставляют туда. — Они не хотят, чтобы я слышала хоть какие-то новости из Ретрорсума. Брови Сокджина сдвигаются от непонимания. — Они знают о Чонкуке. — Палец Эры бессознательно выводит на пыльном полу букву J. — Полагаю, они хотят, чтобы я его забыла. Сокджин кривится. — Принц знает о Чонкуке? Эра одаривает его тяжёлым взглядом. — А что тут знать? — Ты его любишь. — Лорд Ким подбирает слова осторожно. — Намджун мог бы замолвить слово перед Королём— Эра сухо усмехается. — Это смехотворная идея. Принц Намджун, обладающий хоть сколько-нибудь реальным влиянием на разум Короля. — Ты его недооцениваешь, — преданно возражает Сокджин. — Его так сильно любят и народ, и королевский двор. — А меня не любит ни тот, ни другой, — прямо отвечает Эра. — Я не это имел в виду— — Можно я буду честной, Сокджин? Сокджин морщится. Эра проводит линию между ними в пыли. Она тянется от её вытянутых ног до бедра. Затем она рисует вверху корону. — Вот здесь Король. — Прямо под короной она выводит LB. — Лорд Бейли. И граф Далии. Потом Принц-консорт. Потом все остальные королевские советники. Потом твой драгоценный принц Намджун, который находится в середине иерархии — скорее как лицо, чем как рот. Потом идёт Королева. А потом, смотри сюда, принцесса Аурелия. Все остальные принцессы, где бы они ни жили по всему миру. И чем влиятельнее и знатнее муж, тем сильнее Король хочет, чтобы принцесса приезжала. А теперь смотри сюда. Она рисует внизу линии букву C. — А вот тут я. — Почему C? — Ты не знаешь моего второго имени? Он качает головой. — Если бы знал, был бы уже мёртв, — бормочет Эра себе под нос. — Тогда зачем ты это нарисовала? Чтобы показать генеалогическое древо? Я думал, ты не родственница графу Далии? — Не родственница. — Эра закатывает глаза. — Это не генеалогическое древо. Во Дворце нет семьи. Это про власть. — Но тогда Королева и принц Намджун были бы наверху рядом с Королём. — Нет. Статус и власть — не одно и то же. Я говорю тебе, кто на самом деле имеет влияние в этой стране: в политике, внешних делах, финансах и Высшем обществе. А не просто о том, кто является лицом Королевского двора. В этом самом Дворе творятся очень тёмные вещи, и даже принц не смог бы тебя от них защитить. Сокджин сглатывает, а потом нервно смеётся. — Ты всегда была склонна к драме, Эра. Она приподнимает бровь. — Наивность тебя убьёт. — Что? — Он резко втягивает воздух. — Принц Намджун — дурак, если держит тебя здесь ради компании, зная, что Король против. Зная, что твой отец хочет, чтобы ты шпионил. — Я-я… Лучше о себе беспокойтесь, Ваше Высочество. Намджун не позволит им причинить мне вред, — возмущённо огрызается лорд. — К тому же вы забываете, что я наследник Ким-каунти— — Ну, если принц так силён, как ты утверждаешь, тогда он сможет помочь и мне тоже. Передай ему сообщение, хорошо? Юноша издаёт раздражённый звук. Он вдыхает и выдыхает, стараясь взять себя в руки. — Конечно, Ваше Высочество, — неохотно соглашается Сокджин. Дверь уже была закрыта. Он упустил возможность. — Скажи Его Высочеству: если он не может удержать своих родственников под контролем, тогда в семье будет ещё одна смерть.

***

Она не была дурой. Несмотря на трёхлетнее отсутствие, она помнила всё об этих покоях и понимала, когда кто-то трогал её вещи. — Я вам уже сказала, — сообщает Эра своим фрейлинам, столпившимся вокруг каменной ванны, в которой она лежит, — у меня больше нет того копья. Хватит искать. Она видит, как они её ненавидят. И ненавидит их в ответ. Они ей завидуют, не в силах постичь, как быть принцессой может быть настолько мучительно. Они не понимают, почему она сама делает свою жизнь такой сложной. Она уже слышала, как они жаловались, что их приставили именно к ней, а не к другой принцессе. — Ваше Высочество, даме вашего положения неприлично владеть подобной вещью. И вот опять леди Леора со своими поучениями. И рядом даже никого нет, чтобы показать, как прекрасно она делает свою работу. — Вам не кажутся другие вещи куда более странными? — Что вы имеете в виду, Ваше Высочество? — хмурится леди Агнес. — Например, то, что вы вынуждены наблюдать, как я купаюсь обнажённой. Или то, что вы делаете вид, будто не слышите, когда королевские мужчины поднимают на меня кулак. — Эра откидывается глубже в ванну, пока они избегают её взгляда. — Осмелюсь спросить, кто лишил меня права писать письма по возвращении? — Король, — бормочет леди Леора. — Ах, Король, — с усмешкой повторяет Эра. — Должно быть, он услышал обо всех шалостях, которые я вытворяла в Ретрорсуме. Фрейлины обмениваются растерянными взглядами. — Что такое? — с любопытством спрашивает Эра, наклоняясь к краю ванны. На мгновение единственным звуком остаётся поток воды, стекающей на пол. — Ваше Высочество было в Ретрорсуме? — повторяет леди Леора так, будто слышит это впервые. — А где, по-вашему, я была? — В Королевской академии в Швейцарии. Эра не может не рассмеяться. — Я слишком неотёсанная для Швейцарии. Король бы и не подумал послать меня туда. — Н-но, — Агнес лихорадочно ищет слова, — леди Маргарет сказала, что там был роман— Глаза Эры расширяются, когда леди Леора резко хватает Агнес. Леди Агнес всегда была любимицей Эры — наименее ужасной из них всех, исключительно потому, что не умела хранить секреты. — Значит, это была другая Аурелия, — усмехается она. — Все эти годы я была в Ретрорсуме. Спросите лорда Ким Сокджина из Кимов. Или даже лорда Пак Чимина из Парков, если он навестит принца во время его свадебного путешествия. — Леди Маргарет, должно быть, ошиблась. Другая принцесса Аурелия никогда бы— Эра хихикает. — Никогда бы не подумала, что Аурелия на такое способна. Роман со швейцарцем. — Ваше Высочество, пожалуйста, никому не говорите. Бедная леди Маргарет— — О, милая. Леди Маргарет уже практически мертва. Принцесса лично потребует казни, если только Король уже не подчистил за ней этот беспорядок. Она любимица. Репутацию самой красивой драгоценности короны нужно сохранить. Её слова встречает тишина. — Когда вы в последний раз видели леди Маргарет? — понимающе спрашивает Эра. — Сразу по её возвращении. Её приставили к замку Клиффсайд, и вскоре после этого она сразу туда уехала. — Упс, — напевает Эра. — А я её там не видела. Лишь когда глаза Агнес наполняются слезами, Эра прекращает своё намеренное издевательство. Её лицо становится серьёзным. — Кому ты рассказала? — Только леди Леоре. — Кому ты рассказала? — Эра поворачивается ко второй женщине в комнате. — Никому, Ваше Высочество, — сглатывает леди Леора. — Так и оставь. — Эра мрачно отдаёт приказ. — Когда леди Маргарет вернулась из Швейцарии? — Меньше недели назад. — Она вернулась во Дворец вместе с принцессой? — Должно быть. Я видела принцессу Аурелию в королевском саду совсем недавно. — Значит, Аурелия уже уехала. Иначе она бы умоляла устроить afteroon tea и хвасталась фантастическими историями о Европе. — Эра закатывает глаза. — Так где же она? Фрейлины так же невежественны, как и она. — Как забавно. Я возвращаюсь во Дворец, она возвращается несколькими днями позже — и ни слова приветствия. А потом её компаньонку отправляют туда, куда все члены двора боятся попасть. — Что вы хотите этим сказать, Ваше Высочество? — Я хочу сказать, что именно я стану той принцессой Аурелией, которая ездила в Швейцарию и завела там роман. — Эра пожимает плечами. — Наверное, именно поэтому меня и выдают замуж. Пока скандал не разошёлся по континенту. — Вы кажетесь спокойной, Ваше Высочество, если это действительно так. Эра пожимает плечами. Ей не впервой быть козлом отпущения. Она задумчиво постукивает по краю ванны. — Кто может тайком передать мне письмо? — Куда? — В замок Клиффсайд, конечно.

***

— Смотрю, вам заменили копьё, — язвит Эра главному стражу, осторожно принимая его руку, чтобы подняться по ступенькам в карету. — Ваше Высочество, — тихо, но резко одёргивает её леди Леора, садясь рядом; леди Агнес устраивается по другую сторону. Главный страж и ещё двое заходят в карету и садятся напротив. Ещё двое стражников сидят снаружи по бокам от кучера, и ещё двое — на задней площадке. — Король опять поднял налоги? Не припомню столько охраны для поездок вне Дворца, — замечает принцесса. — Ваше Высочество, — умоляет леди Леора, чтобы она замолчала. — Это из-за вашей привычки убегать, Ваше Высочество, — грубовато отвечает главный страж. — Напомни мне своё имя. — Ксавьер из Глоринга. — Ах да. Сэр Ксавьер из Глоринга. — Она приподнимает бровь. — Любимчик Принца-консорта. — Уверен, Принц-консорт куда больше любит вас, Ваше Высочество. Он издевается над ней. — Это само собой разумеется. Мы же всё-таки семья. — Эра изображает улыбку. — Я слышал, Король тоже очень вас любит. — Вот и посмотрим, насколько сильно, когда покажут моё свадебное платье, — хихикает она, отвечая ему той же неискренностью. — Вообще-то платье заказала Её Величество Королева, — вставляет леди Агата. — Я не видела эту женщину три года, а она вдруг проявляет интерес к моей свадьбе? Что за чушь, — мрачнеет Эра. — Это Clarences? — Разумеется, Ваше Высочество. — Леди Леора предпочитает проигнорировать первую половину её слов. Эра и не пытается скрыть недовольства. — Я хотела Henrietta Bombelle. — Clarences — официальный поставщик Королевской семьи. Все королевские свадебные платья— — Принцесса Хелена выходила замуж в Henrietta Bombelle, — перебивает Эра. — А как же принцесса Сесилия и принцесса Татьяна? — Не забывайте, Ваше Высочество, принцесса Хелена выходила замуж в Ретрорсуме, принцесса Сесилия — в Швеции, а принцесса Татьяна — во Франции, — строго отвечает леди Леора. — И одно только это предложение, леди Леора, прекрасно объясняет, почему короли так любят иметь дочерей и внучек. — Я не понимаю, Ваше Высочество, — надувает губы Агата. — Принцессы — великолепный источник военных союзов и торговли, — вздыхает Эра, рисуя завитки на запотевшем окне кареты. — Ты знаешь, сколько морских каналов, торговых путей и портов получила Далия после того, как тётя Татьяна стала королевой Франции? Никто не отвечает. — Он станет королём? — спрашивает принцесса. — Мужчина, за которого я помолвлена? Главный страж не может сдержать смешка. — Вы не знаете? Эра закатывает глаза. — Конечно нет. Не будем притворяться, будто Король доверяет мне такую информацию. — Мы не знаем, Ваше Высочество. Ваша первая официальная встреча назначена уже совсем скоро, — с надеждой улыбается леди Агнес. — Какая радость. — Зубастая улыбка Эры саркастична, почти едкая. — Даже страну не назвали? — Нет, принцесса. Ни возраст, ни рост, ни внешность. Ни портрета, ни даже имени, — нетерпеливо сообщает леди Леора. — Чудесно, — бормочет Эра. — Разумеется, весь магазин будет только в вашем распоряжении. Нужно снять мерки, всё-таки прошло уже три года с тех пор, как мистер Кларенс видел вас в последний раз. Эра уходит в свои мысли, с тоской глядя, как они проезжают мимо Henrietta Bombelle. — Если вы будете хорошо себя вести, Ваше Высочество, возможно, мы ненадолго зайдём туда. За какими-нибудь повседневными платьями, — предлагает Леора. Эра мысленно кривится. — Платья мистера Кларенса такие старомодные. Я хочу носить то, что носят женщины на улицах! — Поверьте, Ваше Высочество, вам не захочется, чтобы вас сравнивали с женщинами с улицы, — смеётся сэр Ксавьер. Главная фрейлина бросает на него осуждающий взгляд. — И уж точно я не хочу идти к алтарю в платье, подходящем пятидесятилетней доярке, — ворчит принцесса. Карета останавливается. Эра распахивает дверцу и выпрыгивает вниз без помощи и без ступеньки. Принцесса с удовольствием потягивается, оглядывая оживлённую улицу. — Паланквин! — командует её главная фрейлина стражникам, одновременно пытаясь собрать юбки её платья. — Ни в коем случае. — Эра отмахивается от этой идеи. Стражники тут же вылетают из кареты и окружают её. Дамы в нарядных платьях останавливаются и таращатся на королевскую карету. Эра окидывает окрестности пустым взглядом. Ателье, ювелирные, парфюмерные лавки, портные, кондитерские, джентльменские клубы, банки и универмаг Далии — первый в своём роде. Ничего не изменилось. В десяти милях дальше дорога переходит в грязь и камни, воздух становится густым от смога, и слышны крики голода. Эре запрещено заходить дальше Прелюзио, квартала, где живут богатые, делая вид, будто они не знают — или им просто всё равно — о чудовищной нищете в остальном городе за стенами. — Вы рады возвращению в Целатум? — снова с надеждой спрашивает леди Агнес, торопливо выбираясь из кареты. Эра вздыхает, замечая, как по улице к ним маршируют ещё пять стражников. — Ни капли. — Эра возвращает ей улыбку. — Это место — просто красивая иллюзия. — Сюда, Ваше Высочество, — деловито направляет процессию леди Леора. Это довольно просто сделать, учитывая десять королевских стражников вокруг. И тот факт, что они перегородили целую улицу, припарковавшись прямо у входа в магазин Clarences. — Всё же жаль, что вы не сели в паланкин. Боюсь, Король будет недоволен тем, что подданные узнали о вашем возвращении в Далию, — вздыхает главный страж. — Как будто хоть кто-то из них помнит, как я выгляжу. — Эра усмехается, помахивая какому-то мальчугану рядом с матерью. — Прекратите. Вы машете, как простолюдинка. — Леди Леора дёргает Эру за рукав. — Я делала вещи и похуже, — задумчиво произносит Эра, входя в Clarences. — Только не дайте моему жениху узнать, леди Леора. Он сбежит в горы. — Хватит шутить, Ваше Высочество. Свадьбу нужно готовить, — мягко наставляет её леди Агнес, пока стражники осматривают магазин в поисках возможной угрозы. — Если здесь есть кто-то, кто хочет причинить мне вред, он может убить меня прямо сейчас, — тихо замечает Эра, падая на большой chaise longue в центре магазина.

***

— Двадцать минут, — торгуется Эра, её колено подпрыгивает так возбуждённо, что трясёт всю карету, пока она смотрит на витрину. — Десять. — Пятнадцать. — Хорошо, только пятнадцать минут, Ваше Высочество, — уступает Леора. Сэр Ксавьер открывает дверцу кареты. — Магазин чист. Внутри остался только персонал. — Ура! — взвизгивает Эра, снова выскакивая из королевской кареты и спеша через мостовую к магазину. Она оборачивается к своим фрейлинам. — Без стражи внутри. Две женщины переглядываются в ужасе. — Я не сбегу, обещаю. Ну пожалуйста-пожалуйста? — Ладно. Ладно. Быстро-быстро. В семь вы должны ужинать с Королевой. Принцесса с визгом толкает дверь. — Здравствуйте, здравствуйте. — Принцесса! — в восторге восклицают швеи и продавщицы, приседая в реверансе. — Ваше Высочество, как давно вас не было. — Управляющая магазином, мадам Свит, снова приседает в реверансе. Эра радостно хватает её за руку. — Мадам Свит, мадам Свит, как же я по вам скучала. — Она оборачивается к своим фрейлинам. — Мои леди весь день на ногах… — Фенелла, проводи леди Леору и леди Агнес в зону отдыха. Теодора, подай угощение. Спутницы Эры не возражают, устало следуя за помощницами к краю магазина. — Моей младшей сестре на следующей неделе исполнится шестнадцать, — с сияющим лицом сообщает Эра мадам Свит. — Что нравится девочкам такого возраста? — О, дорогая принцесса, сюда, сюда. — Мадам Свит лучится улыбкой, скользя с ней по магазину; весь остальной персонал тянется за ними. — Вот это сейчас самый последний писк среди юных девушек. Эра рассматривает украшение для волос. — Цвета чудесные. А есть такое в золоте? Я ни разу не видела, чтобы она носила серебро. Мадам Свит и Эра обмениваются понимающим взглядом. — Кажется, в архиве осталось несколько экземпляров. Одна из помощниц тут же убегает в кладовую. — А как насчёт туфель? Девушка, вступающая во взрослую жизнь, должна иметь только лучшую обувь. Эти сделаны из тончайшего шёлка, привезённого из Азии. Эра внимательно осматривает туфли. — Думаю, атлас был бы прочнее, но полагаю, это для особого случая, а не для прогулки или бала? — Именно так, Ваше Высочество. Помощница возвращается с изящной красной бархатной коробкой и, глубоко присев в реверансе, протягивает её Эре. — Спасибо. — Эра принимает коробку и отщёлкивает золотую застёжку. — Боже мой. Идеально. Она замечает платье на другой стороне магазина. — Можно я примерю вон то платье? — Конечно, Ваше Высочество. — Мадам Свит улыбается. — Я вам помогу. Примерочная вот здесь. — Я ненадолго, — бросает Эра леди Леоре, которая выглядит довольно расслабленной — или, может, просто окончательно смирившейся, — потягивая мятный чай и грызя песочное печенье. Эра выдыхает, как только дверь примерочной закрывается, и тут же поворачивается спиной к мадам Свит, которая поспешно начинает расшнуровывать её платье. — Сколько у нас времени? — спрашивает принцесса. — Думаю, минут пять, прежде чем леди Леора начнёт колотить в дверь. Одна из помощниц молча приносит другое платье — не то, которое Эра просила примерить. — Это нечто вроде наряда далийки среднего класса, Ваше Высочество. — Выглядит как подходящая маскировка. Спасибо. Мадам Свит помогает ей стянуть юбку и лиф платья, затем натягивает на неё новое, бесконечно более скромное, поверх корсета и чулок. Эра надевает шляпу с огромными полями, скрывающую лицо. Снимает атласные туфли и влезает в кожаные ботинки, прихватывая красную коробку. Мадам Свит вкладывает ей в ладонь двадцать далипов. — Этого должно хватить. Пожалуйста, подайте знак, когда сможете, Ваше Высочество. — Подам. Мадам Свит отодвигает бархатную портьеру, открывая ещё одну дверь. Эра ещё раз оглядывает зеркальную комнату, прежде чем сбежать. Дверь выводит прямо в переулок, и, хотя прошло уже три года, Эра всё ещё достаточно хорошо знает Целатум, учитывая, как редко ей разрешали сюда приезжать. Большинство маршрутов были выучены во время её прежних побегов. Она слышит пронзительный свист. Без сомнения, из того места, откуда она только что ушла. — Налево. Налево. Направо. — Эра смотрит в землю, проходя мимо целой толпы королевских стражников, мчащихся куда-то; один в спешке врезается в неё. — Очаровательно, — хмурится она, морщась от резкого запаха тухлого мяса и фабричных испарений. Здания поблекли, улицы стали шаткими и переполненными людьми. Нищие, спорящие торговцы, кричащие и играющие дети, фабричные рабочие, пьющие прямо на улице — и наконец стоянка экипажей. Она вздыхает, подходя к овощной лавке. — Две морковки, пожалуйста. — Двадцать далпенсов за штуку. Эра протягивает далип. — Сдачу оставьте. Она подходит к деревянной телеге, которая выглядит наименее склонной развалиться, и к её бедной лошади, которая, возможно, выглядит наименее истощённой. Она даёт ей морковь. — Морковкой за проезд не расплатишься, мисс. — Её хозяин, сидящий спереди на телеге, ухмыляется. — Мне нужно в лес Фейган. Сколько? — спрашивает Эра, давая лошади ещё одну морковку. — Так далеко? — Он в шоке. — Вы не из города, что ли? — Сколько? — настаивает она. — Дорого выйдет, скажу я вам. — Он пристально её оглядывает. — Мне ж обратно пустым ехать. Там клиентов нет. — Я заплачу и за обратную дорогу, — настаивает Эра, озираясь. Она видит, как по площади расхаживают стражники, высматривая других женщин. — Ну так что, да или нет? — Сколько? — Пять. — Идёт. — Он весело свистит, хлопая ладонью по сиденью рядом с собой, а потом протягивает руку. — Миледи. Эра быстро хватает его за руку и вскакивает на жёсткое сиденье. — Поезжайте, пожалуйста. Мне нужно быстро смыться. Извозчик восторженно гогочет, подгоняя лошадь. — И ну и интересный же выдался денёк.

***

— Значит, твоя мать заперта в каком-то месте, не может посылать письма и передала тебе сообщение через платье? — недоверчиво фыркает извозчик. — Стэнли, это не такая уж сложная схема. Моя мать отправляет платья с испорченными деталями, чтобы их чинили в определённой лавке, с спрятанной запиской. Потом портниха передаёт записку мне. Я всегда понимаю, что надо идти туда, когда мы не можем поговорить. И кое-кто ещё тоже. — Угу. — Он отвечает с сомнением. — И ей даже в голову не пришло сбежать или что-то вроде? Просто сидит себе в этом месте? — Из того места невозможно сбежать. Её почти ни на час не оставляют без присмотра. — И где она тогда? Во Дворце? — Он гогочет. — Места надёжнее не найти. — Ты бы удивился, — бормочет Эра. — Так, мисс, а что там было написано на бумажке? — Что никакой Маргарет не было— — Кто? — Женщина, которую, как мне кажется, убили. — А-а, да. — Стэнли энергично кивает. — Бедная старая леди. Так мы что, едем искать её труп? — Не совсем. — Эра морщится. — Далеко ещё? — По моим прикидкам, минут пять. Плюс-минус. Эра вздыхает, откидываясь на шаткую спинку сиденья. — Слушай, мисс, ты же знаешь, возле леса извозчиков нет. Как ты потом вернёшься в Целатум? — Я, вообще-то… не собираюсь в Целатум. — А куда тогда? Я могу тебя подождать, пока ты свои дела закончишь, и отвезти назад за достойную цену. Эра обдумывает свои варианты. До Дворца, скорее всего, пришлось бы идти пешком несколько часов, а уже темнело. Блуждать в таких условиях было бы глупо. И если она не появится на ужине с Королевой, Король наверняка узнает об этом в тот же вечер. — Я, скорее всего, задержусь. Может, на час. — Как я и сказал, достойная цена — достойная цена. — Стэнли беззастенчиво лыбится. — О, глянь-ка, приехали. Эра даёт ему пять далипов с суровым видом. Потом смотрит на деревянную хижину на краю густой рощи. Единственную на многие мили вокруг. — Меня не будет как минимум час. — Без проблем. — Стэнли машет ей рукой. — Время для сна мне и Хорселле. — До встречи, Хорселла. — Эра машет лошади с маленькой, натянутой улыбкой, размышляя, зачем её матери вообще понадобилось передавать такое сообщение. Она торопливо подходит к маленькому домику и стучит трижды. Ответа нет. Она ругается и дёргает ручку двери.

***

Эра подходит к месту устало, но быстро, узнавая знакомый красный мухомор. Она отодвигает мёртвые листья, затем пять раз стучит по стальной защёлке и открывает её, ставя обе ноги на лестницу, наполовину высунувшись наружу, чтобы вернуть листья на место, после чего снова закрывает люк. Она спускается по лестнице, жалея, что у неё нет источника света, пока идёт по мрачному тоннелю. Она доходит до деревянной двери и снова стучит пять раз, поворачивая ручку. Дверь открывается. Она хмурится, прихватывая канделябр по дороге, и заглядывает в ближайшую комнату. — Есть кто? — Есть. Эра замахивается на голос у самого уха, сзади раздаётся визг, а затем слышатся суетливые шаги. — Боже, — выдыхает принцесса, сердито глядя на мальчика перед собой. Он смотрит на неё в ответ совершенно невозмутимо. — Эра! Принцесса чуть шею себе не выворачивает от шока, когда её обнимают две крепкие руки, буквально выдавливая из неё жизнь. — Ваше Высочество, — поправляет он. Эра в неверии касается головы девушки. — Юна? Девушка отрывает лицо от её плеча, глаза у неё блестят, нижняя губа дрожит. — Она вообще умеет что-нибудь, кроме как плакать, Ваше Высочество? Эра крепко прижимает Юну к себе, голова идёт кругом от непонимания. — Заткнись, Джон. Эра отстраняет шестнадцатилетнюю девушку на расстояние вытянутых рук, внимательно её осматривая. Она никогда ещё не видела Эру настолько растрёпанной: в одежде конюшка, с лицом, перепачканным грязью, с пушащимися волосами, торчащими во все стороны из небрежного пучка. — Что, чёрт возьми, случилось? — спрашивает она у Джона. — Слушай, это не я дал тот адрес какой-то леди в Ретрорсуме, так ведь? — Я что, должна была велеть им писать во Дворец, Джон? Джон хмурится. — Юна, что случилось? Как ты сюда попала? — мягко торопит Эра девушку, которая всё ещё всхлипывает, ошеломлённо вцепившись в неё. — Чонкук велел мне бежать, сказал, что Амелия знает какое-то место. Она сказала мне ехать в Далию и дала адрес, по которому тебя искать. Поэтому я взяла карету до Порта, потом села на корабль, прибыла в Уорли, и рыбак отвёз меня к краю утёсов. — Она судорожно переводит дыхание. — А там повсюду были стражники, так что я дождалась ночи и спряталась в телеге с тканями, которую подняли наверх к утёсу, а потом оказалась в одной из комнат в Замке. Я встретила хозяйку дома, когда вывалилась из телеги… — Короче, — закатывает глаза Джон, — она встретила твою мать. Твоя мать спрятала её в Клиффсайде, пока не стало безопасно выпускать её дальше. Потом отправила её в Целатум, где ей сказали прийти в Конюшни. Я привёл её сюда, потому что Конюшни — риск. Все дворяне там вечно шляются. Я привёл её к себе в хижину, но ты же знаешь, что у Королевской стражи с домами рядом с Дворцом. Их проверяют каждую неделю, и если они найдут в моём доме дочь какого-нибудь лорда или кого-то ещё, я буду мёртв, как олень на охоте. А мой отец скоро вернётся. Так что у меня не было выбора, пришлось вести её сюда. Мы сами приехали сюда всего час или около того назад, раньше тебя. — Так вот почему ты одета как конюх? — Эра едва сдерживает смех. Но потом до неё доходит весь смысл этой истории, лицо напрягается, а желудок наполняется тревогой. — Почему Чонкук велел тебе бежать? — Меня собираются обручить с лордом Мин Юнги, — слабо говорит Юна, прижимаясь к боку Эры. Эра моргает. — Лорд Мин Юнги? — Да. — Юна чуть не давится. — Теперь, когда я знаю, что ты принцесса, ты ведь можешь это остановить? — Твой брат куда влиятельнее меня в Ретрорсуме, Юна. Доверься ему, пусть он с этим разбирается. — От потрясения у Эры начинает болеть голова. — Я всегда думала, что Чонкук женится на леди Мине, — сокрушается юная леди. — О чём вообще думает мой отец? Эра замирает, задаваясь тем же вопросом. Затем желудок становится ещё тяжелее, а горло пересыхает. — Хотя я не знаю, кто такая леди Мина, но, должно быть, он нашёл кого-то получше для брака, — замечает Джон. Губы Эры кривятся в недовольной линии, и она цокает языком. Ей даже думать об этом невыносимо. — Итак, если кратко, ты сбежала от помолвки, и твой брат через Амелию отправил тебя в Далию. Но, к сожалению, я дала ей адрес замка Клиффсайд — самого уединённого, защищённого и недоступного места на свете. И всё же ты добралась туда и в итоге оказалась в покоях моей матери. Слава небесам— — Её вообще-то могли казнить королевские стражники, — сухо вставляет Джон. Эра предпочитает его проигнорировать. — А потом моя мать отправила… как она вообще умудрилась отправить тебя сюда? — В ящике с одеждой на починку. Его доставили в ту лавку— — Harriet Bombelle, — подсказывает Джон. У Эры не хватает духу его поправить. — Да, в ту самую. А мадам Свит сказала мне идти в Королевские конюшни. — А вот тут вступил в дело я, — хмурится Джон. — Всё, что я смог сделать, это сжечь то дурацкое платье, в котором она была— — Оно не было дурацким. Это было Blossoms— Эра ахает. — Только не платье от Blossoms. У них ведь каждое платье в единственном экземпляре! — Я знаю, — стонет Юна. — Мне и самой оно очень нравилось. Даже если отец и пытался выдать меня в нём замуж. — Сколько ты уже числишься пропавшей в Ретрорсуме? — Эра старается не выглядеть встревоженной. — Наверное, три или четыре дня. Я уже перестала понимать числа и время. — Понятно. — Принцесса кивает, потирая лоб. Юна вдруг ахает. — Я совсем забыла. Твоя мама дала мне письмо. Она вытаскивает из кармана смятый конверт. Эра разрывает его. — Простите меня на минутку. Она уходит в крошечную комнатку по соседству. «Дорогая дочь, Если ты читаешь это, значит, Y благополучно добралась до тебя, и слава Богу! Бедная маленькая овечка, какой же это был милый шок, когда она выскочила из моей доставки с платьями. У меня не было такого волнения в этом проклятом месте уже много лет. Я, конечно же, отправила её в наше место и велела потом идти к Королевским конюшням. Разве твоя мать не самая умная? В любом случае, я получила твоё замаскированное письмо. Нет, я не знала о твоей помолвке, эти больные, twisted ублюдки мне ничего не говорят. Я молюсь за тебя, моя дорогая девочка. Я молюсь, чтобы тебе достался кто-то молодой, красивый и джентльменистый. Я слышала от здешних дам, что лорд Чон Чонкук из Ретрорсума и принц Луис Испанский — самые завидные женихи. К слову о фрейлинах… к сожалению, никакой леди Маргарет здесь нет. Ни теперь, ни раньше, и ты же знаешь, от меня в Клиффсайде не ускользают никакие новости! Я ведь заперта здесь уже целых десять лет! Ха! Вся моя любовь тебе, дорогая. Я не знаю, как ты справишься со всем этим хаосом, но ты всегда находишь выход. Целую, Мама» Эра сдерживает слёзы, складывает письмо и аккуратно прячет его в корсаж. — Ты плачешь? Эра вздрагивает от неожиданного голоса, с её губ срывается резкий вскрик, и Джон с Юной тут же бегут к дверному проёму. — Эйри. — Мальчик застенчиво улыбается, спрыгивая со своего матраса на полу и крепко её обнимая. — Я так, так сильно скучал по тебе. Эра отвечает на объятие, всё ещё будто оглушённая. Она была настолько поглощена внезапным появлением Юны в Ретрорсуме, что совсем забыла, почему вообще так спешила к домику в лесу. — Когда мне передали, чтобы я пришёл в конюшни, я ужасно испугался. Я подумал, что с тобой что-то случилось, и Джон передал сообщение через лавку. Мальчик выпускает её, поднимает с пола зажжённую свечу и подносит ближе к её лицу. Эра всматривается в его черты: он всё ещё болезненно бледен и худ, но глаза у него сияют детской радостью, а отросшие волосы прикрывают неровный шрам на лбу. — Ты так выросла, сестра, — лучится он. Эра улыбается в ответ, снова ощущая, как подступают слёзы. — Сестра? Воссоединение разрушает ошеломлённый вопрос Чон Юны. Она поворачивается к Джону с совершенно растерянным видом. — Ты сказал, что спящий мальчик — твой друг, который скрывается от уголовных обвинений. Два мальчика и Эра обмениваются паническими взглядами. Джон не продумал это настолько далеко. Эра глубоко вдыхает. — Юна, это мой брат, Каспиан. Юна моргает, у неё в голове лихорадочно крутятся шестерёнки. — Но… ты же принцесса. — Так почему тогда её брат спит в подземном бункере посреди леса? — с ухмылкой переводит её мысль Каспиан. Он делает шаг вперёд и протягивает руку. — Принц Каспиан, забытый принц Далии. А вы кто? Юна пожимает ему руку, всё ещё в шоке, её взгляд бегает между юношей и девушкой королевской крови. — Кажется, мы так толком и не представились? — болезненно заполняет тишину Эра. — Леди Юна — старшая дочь герцога Чон из Чон-каунти в Ретрорсуме. Это принц Каспиан Далийский. А это Джон Стэнвелл… конюх. Это наконец выводит девушку из оцепенения. — Для королевского конюха ты ездишь отвратительно, — замечает Юна. Джон хмурится. — Мы едва живыми добрались до леса. — Я ехал медленно только потому, что ты едва держалась на лошади сзади! — Я уже говорила тебе, леди не ездят без седла! Джон указывает на её перепачканную одежду конюха. — А леди сейчас с нами в комнате? — Джон, — резко вмешивается Эра. — Она только что сбежала из дома. Ты мог бы быть и помягче. — Вот именно, Джон, — злорадно добавляет Юна, прячась за Эру с самодовольным видом. — Я не знала, что у тебя есть брат, Эра, — с удивлением говорит Юна, всё ещё слегка оглушённая. — Хотя, с другой стороны, я до недавнего времени считала тебя простолюдинкой. Но должна сказать, принцесса, которая водится с конюхом, и брат в бункере — это очень тебе подходит. Каспиан фыркает, а Джон выглядит в ужасе. — Она мне нравится. — Принц ухмыляется. — Можно мы её оставим? — Абсолютно нет, — стонет Джон. — Прятать принца и леди из Ретрорсума — это прямая дорога к ранней могиле. — Уж я-то знаю, о чём ты, — хихикает Каспиан. Эра закатывает глаза. — Это не навсегда. Мы придумаем план. — Что твоя мать написала в письме? — вздыхает Джон. — Мне она никогда не пишет писем, — надувается Каспиан. — Наверное, потому что считает тебя мёртвым, дружище, — почти фыркает Джон. Юна смотрит в ужасе, а Эре приходится давить смех. — Что ж, теперь есть трое людей, знающих правду. Добро пожаловать в братство, леди Юна. — Каспиан подмигивает ей. Девушка из дома Чонов неловко улыбается, явно не зная, стоит ли просить объяснений. — Что мама написала? — Каспиан подпрыгивает от нетерпения. — Про мою помолвку, — вздыхает Эра. — Про что? — одновременно требуют Каспиан и Юна. — Меня собираются выдать замуж. — Она пожимает плечами, падая на один из немногих предметов мебели — деревянную табуретку, твёрдую как камень, — и тут же морщится. — Я сегодня уже была на примерке свадебного платья. Юна раскрывает рот, как рыба. — Но… но… ты… а как же Чонкук? — Кто? — Джон и Каспиан переглядываются в полном недоумении. — Мой бра— — Вы только посмотрите на время. Кажется, у меня ужин с Королевой в семь. Я умру, если его пропущу. — Пропусти. Тогда сможешь вступить в клуб мёртвых королевских особ, — вставляет Каспиан. — Надеюсь, мы не были слишком утомительны, Юна. — Эра безнадёжно качает головой. — Мой брат почти не видит дневного света и потому беспокоен, а его напарник суров и апатичен, чтобы это уравновешивать. Оба мальчика обмениваются оскорблёнными взглядами. Принц Каспиан гордо выпячивает грудь, уворачиваясь от игривого толчка Эры.

***

— Это ещё что за хрень? — хмурится Джон, когда они выходят из лесной чащи. — Наш транспорт. Будь вежлив, — бормочет Эра себе под нос. — Для конюха ты слишком уж сноб, — замечает Юна. — Мисс! Вы друзей привели! — оживлённо машет им Стэнли, когда они подходят к телеге. — И парней тоже. Хорселла мужчин любит. Юна фыркает. Джон давится смехом. — Прекрасные новости, — ухмыляется Эра, забираясь на телегу. — И какой конечный пункт, мадам? — с улыбкой спрашивает Стэнли. — Королевский двор. — Улыбка Стэнли мгновенно гаснет. — Через вход для прислуги. — Господи боже, вы что, работаете во Дворце? — наконец выдаёт Стэнли, медленно трогая телегу. — Да. На кухнях. — Эра кивает. Джон тихо хихикает. Юна надувает губы. — Нечасто я встречаю дворцовых людей в Целатуме, — замечает Стэнли с восхищением. — Говорят, вы там народ скрытный, при Королевском ведомстве числитесь. Платят лучше, чем всем нам, простым смертным, это я слыхал. И жильё бесплатное. Как думаете, вы могли бы меня порекомендовать, мисс? Я и Хорселла всё доставим в два счёта, я эту страну и её дороги вдоль и поперёк знаю. — Не сомневаюсь, Стэнли. Но поверь, моя рекомендация была бы скорее приговором. — А-а. — Стэнли хохочет. — Значит, вы лентяйка! Начальству не нравитесь. Спорим, ещё и в город без разрешения сбежали? — У меня было разрешение, — настаивает Эра. — Ну да, конечно. Полагаю, вы просто искали вот этих озорников сзади? Они с кухни сбежали? Носильщики, что ли? — Это конюхи. Стэнли вытягивает шею, чтобы хорошенько их рассмотреть. — Вы только гляньте на этого маленького, тощего! Он вообще буханку хлеба поднять сможет? Джон уже не выдерживает и разражается смехом, а Юна хмурится. — Он ещё совсем маленький. Ему нет и одиннадцати, — стараясь не выпадать из образа, отвечает Эра. — Ваши братья? — Да. — Эра продолжает врать. — От разных отцов, небось? — Как ты догадался? — хихикает Эра, глядя на ужас на лице Джона.

***

Башни становятся всё выше, Дворец всё ближе. От него и к нему тянутся телеги со специями, курами, цветами и зерном; в квартале для прислуги, как всегда, стоит шум и гул. — Джон, садись на моё место, — командует Эра, перепрыгивая назад, к Юне, и низко опуская голову. Юна хватает её за руку. — Всё будет хорошо, — шепчет Эра. Стражник останавливает повозку. — Назовите цель вашего прибытия. — Он осматривает Стэнли — это обычная процедура, но наивный извозчик всё равно вылупляется на него. — Добрый день, Джеймс, — улыбается Джон. — Сэр Джон. — Даже шлем не скрывает потрясения на лице стражника. — Что вы делаете в этой развалюхе? — Эй! Следи за языком! — одновременно рявкает Стэнли, а Юна выпаливает: — Сэр Джон? Джон легко толкает Стэнли локтем. — Просто езжай. И тот едет дальше, петляя мимо стай детей, кухонной прислуги и носильщиков, гоняющихся друг за другом и убегающих от стражников. Вся эта суматоха — идеальное прикрытие: другие слуги тоже висят на задках телег, потому что именно сюда высаживают возвращающихся с поручений и доставок, пока они ждут в длинной очереди экипажей и телег, чтобы припарковаться. Эра вытаскивает свой кошелёк с далипами и суёт его в ладонь Стэнли. У извозчика глаза лезут на лоб от одного только веса. — Джон, Стэнли отвезёт тебя в Конюшни. Спасибо, Стэнли, и прощай. — Но как же— Вопрос Джона остаётся без ответа: Эра дёргает Юну с телеги и бросается вместе с ней за линию припаркованных повозок, нагруженных поставками, ожидающими, пока их внесут во Дворец. Эра быстро осматривает их и замечает одну с глубокими мешками зерна. Она поворачивается к Юне и хватает её за плечи. — Юна, ты залезешь в один из этих мешков. Их отвезут в королевскую кладовую. Подожди там, а потом я тебя вытащу. Глаза девушки из дома Чонов расширяются. — Ты хочешь тайком протащить меня во Дворец? В далийский Дворец? — Да. — Эра моргает. — Не волнуйся. Я делала это сотни раз. Юна делает глубокий вдох. — Ладно. Я тебе доверяю. — Хорошо. — Эра тянет её за собой, пока они пригибаются за рядом телег, и наконец добираются до нужной. — А я там дышать смогу? — Юна с опаской смотрит на кажущуюся бесконечной яму зерна в раскрытом мешке. — Конечно. Конечно. Залезай.