Обновленная реальность

- Кто – они? – негромко спросила я. Внутри беспокойство набрало обороты: я испугалась, что неизвестные убийцы еще здесь. - Не знаю. Они вырезали маме сердце, а у папы кишки наружу. Я почти час прятался, возможно, они ушли. Никто не пришел помочь, и двери никто не открыл. Как так? – парень вновь начал всхлипывать. – Мы же чай пили. - Как тебя зовут? - Никита. - Меня Лиза. Никита, посиди с Витей. Это Витя, - я указала на кемарящего рядом мальчишку в гипсе, - мой сын. - А вы куда? – Никита вцепился в мою кофту, не желая отпускать. - Поднимусь и посмотрю, есть ли кто-то еще. Мой телефон не работает. Возможно, у кого-то есть городской. Никита нехотя выпустил кофту и переполз к Вите. Мелкий проснулся и также вцепился в мою руку. - Мелкий, все в порядке. Я на минутку отойду, поспрашиваю телефон. А ты пока посиди с Никитой. - Нет, нет, нет, - Витя замотал головой и сильнее сжал руку. - Витя, - я добавила в голос твердости, чтобы сын почувствовал себя увереннее и выполнил уже не просьбу, а указание. – Я поднимусь, а ты сиди с Никитой. Я буду предупреждать о том, что делаю. Если услышите подозрительные звуки, бегите на улицу или прячьтесь под лестницу. Понятно? Никита быстро закивал и обнял Витю. Витя нехотя выпустил мою руку и напряженно кивнул. Я поднялась на пролет и увидела распахнутую дверь. Мельком заглянула внутрь и увидела женщину в халате с черной от запекшейся крови дырой в груди. Дальше не пошла, и так было понятно, что это квартира Никиты. Не стала звонить в соседние, раз они не открыли подростку раньше. - Поднимаюсь на следующий этаж. Если там ничего не найду, спущусь, - крикнула детям. Позвонила во все квартиры на третьем этаже – никаких результатов. Но одна дверь оказалась не заперта. Зашла внутрь и обнаружила почти ту же картину, что и в квартире Никиты: следы крови, покореженные тела трех людей. Один эпизод – случайность, два – практически стабильность, вызывающая опасения. Поэтому быстро спустилась к ребятам и повела их на выход из подъезда. Когда мы почти дошли до входной двери, с улицы раздался звук воздушной тревоги. Но небо было абсолютно чистое. Точнее как, абсолютно: ни следа ракет или другой военной угрозы, но все оно блестело, как будто находилось за стеклом. Я захлопнула подъездную дверь и обернулась к мальчикам. - Значит так, ребята. Наш дом находится в пятнадцати минутах ходьбы, добежим до него минут за восемь. Там дедушка, он военный, - пояснила я для Никиты, - лучше знает, что делать. Никита, соберись, пожалуйста. Ты попал в ужасную ситуацию, но сейчас происходит что-то из ряда вон. Мы обязательно вернемся за твоими родителями и отведем тебя к родственникам, когда поймем, что творится. Как найдем работающий телефон, позвоним в полицию. Пока нужно позаботиться о тебе. Прошу идти с нами. - У нас нет родственников, - мальчишка решительно проглотил ком в голе, но слезящиеся глаза выдавали его настроение. – Я хочу пойти с вами, я очень боюсь. - Хорошо. Тогда действуем следующим образом: я беру тебя на руки, - смотрю на Витю, - и мне все равно, что ты об этом думаешь. Ты, Никита, держишь меня за руку и не отпускаешь. Мы бежим короткими перебежками – так максимально безопасно. Слушаетесь с первого раза. Все согласны. Мальчишки закивали. Витя, несмотря на прежнюю браваду, побледнел. Я подняла его и крепко прижала к себе, Никита просунул руку рядом с боком и сжал локоть. Резко распахнула дверь и побежала, подросток не отставал. Мы шмыгали от дерева к дереву, от одного строения к другому. В общем счете на дорогу потратили больше времени – двенадцать минут, и наш забег сопровождался звуком воздушной тревоги. Никто не прерывал его на сообщения, что пугало еще больше. Скрытность помогла нам. В один момент мы наблюдали из-за угла за кавалькадой военных Тайфунов. Они двигались ту сторону, куда бежали и мы. Но чаще сталкивались с людьми, в панике и непонимании бегущими во всех направлениях. Некоторые пытались дозвониться куда-то; другие наблюдали за небом и спрашивали окружающих, что происходит. Старались держаться от них подальше. Я одним глазом следила за дорогой, другим – за Никитой. Стресс очень помог выдержать вес Вити почти весь путь, но в какой-то момент руки все-таки начали уставать. Подросток уговорил отдать сына ему, и дальше уже я держала Никиту за локоть. Наконец, мы добрались до нужного дома. У подъезда сидела бабуля Тамара. Она сразу бросилась к нам. - Лизонька! Что происходит? – бабушка была в панике. Платочек съехал на затылок, морщинистые руки она прижимала к груди. - Тамара Васильевна, Поднимайтесь к себе. Не знаю, что случилось, но лучше запритесь дома – там безопаснее. Я второй рукой подхватила бабушку и повела всю группу в подъезд. Она жила на третьем этаже, поэтому дорога была недолгой. Но в течение нашего пути на меня вылили много бредовой информации: вроде как по радио передавали, что на людей нападали существа с рогами и самых невероятных цветов кожи. Даже такая религиозная женщина как Тамара Васильевна вряд ли могла до такого додуматься. Что же здесь происходит? Доведя бабулю до ее двери, я велела закрыться и никому не открывать. Договорились, что сообщу ей, что узнаю. Сами же поднялись выше, уже к нашей квартире. Я тихо, только пальцем воспроизвела стук, о котором мы с отцом условились, и аккуратно открыла замок, боясь увидеть внутри то, что видела в квартире Никиты. Как только раздался щелчок, дверь резко отворилась, и всех нас, как на буксире, внутрь втянула крупная сильная рука. - Ну, что, дочь, у нас проблемы.