В твоей тени

Еще неделя снова проходит в гнетущем спокойствии. Пока Тэхёна не забирают в гости дедушка с бабушкой со стороны покойной матери. Хочу поехать с ним, но останавливает приказ от Чонгука остаться. Так и делаю, идя в кабинет к господину. Чувствую ниточки что заставляют играть по чужим правилам. Там меня конечно встречает Чонгук одетый как и раньше, от иголочки. В приталенном костюме, явный готовый к отъезду. Не знаю зачем могу ему понадобится, отчего спрашиваю грубо: — Что вам еще от меня нужно? — Ты поедешь со мной в Китай на деловую встречу. Собирайся, я приготовил одежду. Объявляет мне бывший хозяин, поправляя манжеты. — Отказываюсь. Я не обязан подчиняться. Отвечаю грубо и уже хочу уйти. В этот момент останавливает толстая папка, шлепнувшаяся на стол из сильных рук брюнета. — Здесь, весь компромат на тебя за много лет. Если уйдешь, я отдам их кому следует и всю оставшуюся жизнь ты проведешь в тюрьме. Угрожает мне Чонгук. Это больно задевает гордость. Возможно если останусь, взаправду смогу возненавидеть этого человека. — Тюрьма или нет…мне все равно, лишь бы не здесь… Отвечаю с болью в голосе, отчего усмешка стирается с прекрасного и наглого лица. Хозяин мрачнеет, отворачивается, следом его голос звучит надломлено: — После этой поездки я отпущу тебя и больше не буду преследовать. Такой уговор тебя устоит Тэтэ? — Более чем. Отвечаю безразлично, тут же покидая кабинет. Совсем не радуясь маячащей где-то совсем близко свободе. Просто одеваю костюм в мелкую клетку, избавляясь от кудряшек, делая укладку, что давно забросил. Когда встречаемся в холле, я уже тот, что был прежде. Тень, без чувств, без эмоций, без сомнений. Как и прежде держусь позади Чонгука оберегая спину. Полет до Китая проходит без приключений и заминок. Вот уже там меня удивляет то, что номер нам с хозяином достается один на двоих. Но не мне спорить с солнцем. Просто поднимаюсь за господином, отключая ненужные для тени функции. Мечтая о том, чтобы это поскорее закончилось. Однако всё это не исчезает всполохах как сновидение. Как же жаль… После переодевания и душа не знаю куда себя девать. Особенно когда Чонгук из ванной выходит в одном полотенце на бедрах. Совсем меня не стесняясь и не обращая внимания. Меня наверное и не существует для этого человека. Повисает неловкая пауза. Особенно когда он начинает при мне одеваться. Отвожу взор, не в силах сдерживать чувства. Хотя я никогда не посягну на солнце в страхе обжечься. Как назло, воспоминанию о поцелуях и касаниях заставляют проглотить вязкий ком в горле. Прикрываю глаза, пытаясь вернуть равновесие. Но вот когда открываю всё становится гораздо хуже. Ведь Чонгук усаживается у моих коленей в пижамных штанах, с расстегнутой рубашкой от них же. Смотрит снизу вверх, задавая странный совсем неуместный вопрос в такой ситуации: — Тэхён…почему ты тогда ушёл ничего мне не сказав? Я стал противен тебе? Смотрю сверху на пушистые ресницы, большие и бездонно голубые глаза, на точенное лицо только на секунду вспоминая, что он младше меня. Мне хочется коснуться в это мгновения горячих губ, вместо этих облизываю свои. Отвечая односложно: — Как я уже говорил, моя миссия была завершена. Однако даже получив ответ хозяин не успокаивается, его ещё влажные руки ложатся ко мне на бедра, а голос становится на октаву ниже: — Ты был со мной с самого детства просто из-за долга? Ничего большего нас не связывало? Новые вопросы забивающие гвозди в мою гробовую тоску. Хочу дернуться, чтобы жар не распространялся от рук легко массирующих внутреннюю сторону бедер. Голова от близости, касаний и хриплого голоса собеседника кружится. Вцепляюсь руками в боковинки кресла, отводя взгляд от сводящего с ума лица, отвечая как загнанный в клетку зверь. — Я…я не могу сказать. Не мог смотреть как ты обрел свое счастье. Не спрашивай меня о подобном. Я…мне больно. Ощущаю как с ресниц срываются непрошенные слезы, спешу их смахнуть. Однако мою руку перехватывают, а на ладони у запястья расцветает поцелуй. В этот раз хозяин не пьян и лишь от этого, такая ласка прошибает меня насквозь. Мой самоконтроль, мой рассудок, чувство гордости, всё это летит к чертям. Просто притягиваю Чонгука к себе, утягивая в поцелуй. Вцепляясь в широкие плечи, прижимаясь к его груди своей. Дыша как загнанный зверь. Молящий о ласке и шепчущий в бреду: — Я люблю тебя…люблю и ненавижу. Не хочу быть тенью, хочу чтобы ты видел лишь меня. Целую господина, что не сопротивляется в подбородок, акуратно языком пробуя на вкус кожу цвета парного молока. Ощущая свое безумное возбуждение граничащее с истерикой. Однако все замирает, становится размытым от шёпота слетающего с горячих губ Чонгука. — Это ты всегда был моим солнцем. Лишь благодаря тому, что ты не покидал меня, я мог бороться. Но когда мы взошли на вершину и могли собрать лавры. В момент когда я хотел подарить тебе весь мир, ты исчез. Оставив меня в одиночестве на этих руинах. Не уходи больше, прошу....Умоляю... — Ты…ты любишь? Не веря своим ушам, задаю вопрос, что тонет под напором поцелуя. — Всегда любил… Отвечает Чонгук, касаясь моих губ своими, крадя дыхание. Собирая слёзы и отдавая себя в дальше последующем поцелуе. Рассвет настигает нас спустя долгих восемь часов. И я проснувшись в крепких объятиях не чувствую не груза прошлого, не болезненность будущего. Кажется мы с ним просто запутались. Он был моим солнцем, я его тенью, но кажется всё это время так думал только я. Осознавая свои ошибки, оставляю на открытом лбу любимого поцелуй. Шепча тихо и нежно: — Я навсегда останусь твоим солнцем. Слыша крадущиеся шаги в коридоре. Быстро одеваюсь, берясь за пистолет. И даря спящему господину еще пару часиков на сон. Смело встречая недругов. Понимая, что изначально был на своем законном месте. Тенью были лишь мои глупые сомнения и фантазии.