В твоей тени

Всю следующую неделю Чонгука и правда не видно. Моё же все внимание посвящается маленькому Тэхёну. Правда на телохранителя похож я мало, скорее на няньку. Хотя радует то, что малыш быстро привязывается ко мне, он оказывается моим спасением в этих мрачных стенах. Мы вместе едим, играем и даже купаемся. Чувствую себя от этого всего мамочкой. Хотя, иногда именно от таких мыслей меня коробит зная, что у мальчика есть еще и отец. Наверное от этого через Намджуна прошу передать то, что ребенку нужно его внимание. Чонгука, который явно наплевал на отпрыска. Похоже хозяин явно не прислушивается к моему мнению и не является на тот же самый ужин. Тэхён же в ванной, когда намыливаю мягкие волосики, просит сильно смущаясь: — Вимён вы почитаете мне сказку сегодня. Ночью приходят страшные сны. Я боюсь, спать один. — Хорошо, солнышко. Отвечаю мальчику, заворачивая в полотенце. Сам накидываю лишь шелковый халат, чтобы он не сковывал движений. Когда устраиваемся на слишкой большой для ребенка кровати берусь за книжку. Тэхёна хватает ненадолго, и он засыпает на соседней подушке. Меня же тоже похищает морфей от трудного дня. Вижу уже сон третий, когда до слуха доносится шорох. Только от него готовлюсь защищать спящего мальчика. Но мои руки перехватывают, а до носа доносится запах спиртного. Распахиваю глаза видя подвыпившего Чонгука. Что укладывается позади меня. Прижимается в плотную. Не понимаю зачем он это делает, но не сталкиваю пьянчужку. Просто спрашиваю: — Зачем вы пришли так поздно ночью, господин? Наврятли под утро он решил зайти к ребенку, и это бесит. Хозяин же разворачивая меня полубоком, наваливается на мое плечо грудью, бубня и по пьяне запинаясь: — Ты всё время с ним. Я тебе… совсем не интересен…ненавистен. Только сейчас замечаю, что на нём даже футболки нет. Это мне не нравится как и вся эта ситуация: — Не умете пить, не притрагивайтесь к алкоголю, господи… Хочу сделать замечание, грозно шепча, чтобы скрыть волнение. Что острыми иголочками расходится по телу. Однако, мое замечание явно пролетает мимо ушей ночного гостя. Чонгук смотрит сердито, а затем совсем впав в бред, облизывает мою щёку. Вздрагиваю от такой вольности, против воли покрываясь мурашками. Хаотично бросаю взгляд на безмятежно спящего мальчика и спрашивая строго, с наигранным отвращением: — Что черт возьми ты творишь, Чонгук? Стоит только договорить, как мой рот затыкают горячие губы. Чонгук, о котором столько грезил, тот кого всегда безответно желал. Именно он прорывается языком в мой рот, насилуя губы в болезненном поцелуе. Его руки вцепляются в талию до предупреждающего шипения. Я же в шоке не могу не сопротивляться, не прийти в себя. Лишь оказываюсь полностью развернут, прижатый сверху господином. Что спускает халат с моего плеча, все также орудуя языком. Упираюсь в мощную грудь что напротив шепча: — Прошу хватит. Мне больно от этих ласк морально. Это же просто пьяный бред, я не знаю с кем хозяин меня перепутал но это неприятно. Да и пользоваться такой ситуацией желания нет. Хотя мое сопротивление гаснет от поцелуев и ласк на груди. Странный коктейль граничащий с безумием и радостью свободного падения. Я хочу сдаться, но не могу. Окончательно в себя меня приводит немного захныкавший Тэхён. Набираюсь сил и отталкиваю пьяного Чонгука, поправляя одежду и прижимая к своей груди мальчика, что утыкается в живот и пару раз всхлипнув снова засыпает. Господин же отвергнутый пару раз матерится, следом уходит чуть ли не хлопнув дверью. Я же остаюсь в кровати со сопящим ребенком, разбитый на осколки. Возбужденный поцелуями, слаще которых не чувствовал. Но убитый тем, что даже думать не хочу кому же они предназначались. Лучше бы я никогда не любил этого человека. Надо сбежать, найти способ.