Лу

      Утром расстаться у тату-салона было почти невозможно. Лу долго обнимал Хироки и не спешил уходить, каждый раз просил подождать «ещё минуточку». Честно говоря, японец был не против. Он переживал, что Лу будет больно утром после первого интимного опыта этой ночью, но парень или терпел и скрывал это, или действительно не испытывал слишком сильного дискомфорта даже во время езды на мотоцикле. Впервые в жизни Хиро был рад, что природа не сделала его половым гигантом. Для азиата всё было весьма средне.       — Ну всё, иди, к тебе запись. Мастеру нехорошо опаздывать, — усмехнулся Хиро, мягко отстраняя парнишку.       Лу улыбнулся и послушно отступил на шаг.       — Заберёшь меня вечером?       — Конечно. Иди, не волнуйся. Звони, если что.       На том и распрощались. Хироки, поправившийся теперь и физически, и морально, поехал коротать время там же, где и обычно — в спортзале.       Вечером он решил поехать за Лу пораньше и подождать его прямо в салоне. Ему нравилось наблюдать за его работой. В эти моменты парнишка был серьёзным и сосредоточенным, а мужчина только удивлялся, как эти хрупкие руки могут действовать так легко, изящно и безошибочно. Ему нравилось листать альбомы с эскизами. Там было всё от бабочек для девушек и черепов для брутальных мужиков. Эскизы, которые уже были использованы, Лу вырезал или заклеивал, а те, что имели какое-то значение, происходили из индийской, египетской или японской культур, аккуратно подписывал снизу. Пожалуй, сам Хироки не знал свою культуру так же хорошо. Он вообще был мало образован.       На городских улицах, как на зло, было полно машин. Пришлось срезать переулками и дворами. Хироки уверенно чувствовал себя за рулём мотоцикла и снижал скорость разве что на крутых поворотах. В этот раз он так и сделал, но выскочил прямо под колёса автомобиля. Раздался визг тормозов, рёв мотоцикла, и Хиро улетел с него, ударившись обо что-то головой.       Дальнейшие события японец помнил отрывками. Вот перед его лицом мелькают какие-то лица, вот краем сознания слышится звонок мобильного. Вот какая-то яркая лампа над головой, какая-то трубка во рту. А потом темнота.       И уже когда сознание прояснилось, первое, что увидел Хироки — макушку Лу и его вздрагивающие плечи.       — Солнце моё… — прошептал японец заплетающимся языком. Он чувствовал, как всё лицо у него буквально стёрто об асфальт, но он был жив, руки-ноги действовали, а это уже дорого стоит. Его тело было привыкшим к травмам, так что Хиро даже не слишком испугался.       — Хиро, — всхлипнул Лу. — Это я виноват.       — Что за чушь? — покачал головой Хироки и протянул ладонь с катетером в сгибе локтя, чтобы погладить парнишку по голове. — Просто так случилось. Машина выскочила из ниоткуда. Да я и сам невнимательно вёл…       — Ты бы никуда не поехал, если бы не я, — паренёк шмыгнул носом и уткнулся лбом в плечо Хироки. — Ты только поправляйся.       — Я всегда куда-то езжу… Так что никто не виноват. Солнышко, ты что, ревёшь там?       — Угу. Я так за тебя испугался. Я ждал почти час на улице, твой телефон не отвечал. Такси не было, я пешком побежал на остановку и наткнулся на место аварии. Твой мотоцикл разбит, полиция, тебя нет. Как я могу не плакать?       — Ну… Лу… — мужчина слабо приобнял парнишку относительно здоровой рукой. — Я ведь жив… И помирать не собираюсь. Всё будет хорошо.       — Угу, — шмыгнул носом паренёк, не особо успокоенный этими словами. Хиро как мог успокаивал его, мягко поглаживая по спине.       — Не бойся. Меня немного подлатают и отпустят домой. И все как прежде будет… Ты же знаешь, я живучий.       — Хорошо, — Лу поднял наконец голову. Глаза красные, влажные… За время их знакомства он впервые заплакал, и Хиро многое готов был сейчас отдать, чтобы никогда не видеть этих слёз. — Я тебя не брошу.       — Только не торчи рядом со мной сутками. Тебе тоже отдыхать надо.       Лу вздохнул, будто ему сейчас запретили именно то, что он и собирался делать.       — Я не устал, — тихонько возразил он.       — Знаю я тебя. — с напускной сердитостью проворчал Хиро. — Обещай отдыхать нормально. И спать ложиться вовремя.       — Обещаю, — кивнул со вздохом паренёк.       Дверь в палату открылась. Зашёл лечащий врач с рентгеновскими снимками и результатами анализов. Лу немного смущённо отнял ладонь от руки Хироки и стал тихонько сидеть рядом, чтобы не прогнали. С точки зрения закона и медицины он был тут посторонним и не имел права на информацию относительно здоровья пациента. К счастью, доктор не обратил на него особого внимания и начал говорить с японцем лично. Он долго говорил, показывал какие-то снимки и анализы, а Хиро смотрел на него и с трудом поспевал за темпом его речи, не говоря уже о том, чтобы отвечать. Половину он не понял. Лу хорошо поднатаскал Хироки в разговорном французском, но доктор сыпал медицинскими терминами и проглатывал окончания.       — Вы меня понимаете, месье Маруяма? — спросил он в итоге. Видимо, взглянув на японца, он решил, что его не слишком поняли.       — Хиро ещё не совсем хорошо говорит на нашем языке, — тихонько пояснил Лу. — Помедленнее, пожалуйста.       Доктор вздохнул:       — Если очень кратко… Ещё одно сотрясение мозга, или, того хуже, черепно-мозговая травма, и вы с большой вероятностью останетесь прикованным к постели или потеряете рассудок. Вам нужно быть очень осторожным и беречь себя, месье Маруяма.       Хироки очень хотел бы, чтобы оказалось, что он что-то неправильно расслышал или понял, но он взглянул на Лу и увидел, как тот побледнел и крепко сжал в замок пальцы, как напряглись его плечи и дёрнулось горло в нервном глотке. Казалось, парнишка напуган куда больше, чем сам японец.       — Где вы работаете? — спросил врач, открыв у себя на планшете какой-то лист, то ли с анкетой, то ли с медицинской картой.       — Нигде, — покачал головой Хиро, но понимал, что это ложь. Его бои без правил вполне можно было считать работой, но о них нельзя распространяться.       — Безработный, — заключил доктор с некой ноткой осуждения в голосе. — Вы женаты?       — Нет.       — Вид на жительство: временный или постоянный?       — Временный.       — Стало быть, медицинской страховки у вас нет.       — Стало быть, нет, — согласился Хироки. Никогда он так сильно не ощущал себя пришлым иноземцем, которого сюда никто не звал. Он понимал, как выглядит со стороны. Необразованный мигрант с тёмным прошлым, который даже не пытался выучить правила дорожного движения и не потрудился найти работу в чужой стране.       Хиро взглянул на Лу. Тот смотрел в одну точку на полу и о чём-то думал. Виновато улыбнувшись разодранной щекой, японец протянул к нему руку и коснулся его колена, но паренёк этого не заметил.       — Хорошо, месье Маруяма. В таком случае вам придётся оплатить лечение.       — Я оплачу. Как долго мне придётся лежать тут?       — Думаю, около десяти дней. Время покажет. Поправляйтесь. Если будет что-то нужно — кнопка рядом с кроватью. Медсестра придёт.       Врач ушёл, а Хиро так и смотрел на своего Лу. О чём он думал? О том, что с японцем одни проблемы, очевидно… Что у них есть меньше года, а потом закончится срок временного вида на жительства. Что ему, маленькому и хрупкому, надо оберегать здорового лба.       — Я больше не пущу тебя на арену, Хироки, — абсолютно серьёзно заявил паренёк, подняв взгляд. — Не пущу.       — Лу, я больше ничего не умею. Только драться.       — Ты слышал врача. Тебе нельзя драться. Тебе даже ездить на мотоцикле нельзя, но ты наверняка всё равно будешь. Так вот… На арену я тебя не пущу.       — Лу… — вздохнул Хиро. Ему не нравилось, что парень начал эту тему. Не нравилось, что он, как всегда, прав. — Если я останусь овощем, это будет только моя проблема.       — Нет. Это будет моя проблема, потому что я не смогу тебя оставить. Я знаю, что такое парализованный друг. У меня был такой. Если ты захочешь драться снова, тебе придётся сначала справиться со мной, — смело произнёс Лу. — Ты понял?       Это был ультиматум, и раньше Хироки только рассмеялся бы этому, но сейчас взглянул на парня по-другому, с подобием восхищения. Лу всегда виделся ему слабеньким и безобидным, сейчас же — казался очень сильным. Храбрым. Пожалуй, после такой речи японец не удивился бы, встань Лу у него на пути в дверном проёме или кинься он спасать ребёнка в горящий дом. За внешней хрупкостью скрывался очень жёсткий стержень, и это приятно поражало. Настолько, что Хиро признал в Лу достойного противника хотя бы в этом спарринге и сдался ему.       — Хорошо, Лу. Ты прав. Будет по-твоему.

***

      Лу приходил к нему каждый день, приносил одежду и даже домашнюю еду, когда Хиро невзначай пожаловался на то, чем его кормили. Сам японец быстро поправлялся. Самой большой его проблемой было очередной сотрясение мозга и зашитая рваная рана на ноге, которая ныла и чесалась, поэтому врач велел больше лежать и спать, а передвигаться по нужде только медленным шагом, что Хироки и делал. Но лежать ему было скучно. Визиты Лу были желанными и спасительными, как манна небесная.       — Хиро… Мне сегодня пришло письмо на электронный ящик, — смущённо признался как-то Лу, пока Хироки уплетал домашний супчик с лапшой. — Говорят, я номинирован на какую-то премию по литературе. Нужно прийти на приём. Это не скоро, но я не знаю, что мне делать. Я вообще не знал, что участвую в каких-то номинациях. Я просто… писал книжки и всё.       — О, так это же здорово.       Японец был искренне рад и горд за него, но улыбка, правда, вышла немного виноватой, когда мужчина сообразил, что не читал ни одну из книг Лу.       — Ну… Пойдешь на прием. Может, весело будет.       — Я не умею себя вести на таких мероприятиях, — тихо возразил паренёк и поднял прядь своих волос с совиным пером. Выглядел он растерянным. — И выгляжу не так, как полагается. Я боюсь идти один, к тому же приглашение на двоих. Мне нужен спутник. Пойдём со мной?       — Лу, я мог бы пойти с тобой, но я тоже не умею там себя вести… — тихо вздохнул парень. — От меня там толку не будет никакого…       — По крайней мере, я буду такой не один, — хихикнул паренёк. — В кино все писатели и художники ходят на приёмы со спутницей.       — А не боишься? Все-таки обычно парни с девушкой приходят… — с сомнением произнес мужчина.       — А чего мне бояться? Ну… у меня нет девушки. У меня есть ты.       — В обществе не принято, чтобы парень с парнем встречался, Лу. Это считается ненормальным. — пояснил мужчина, признав таким образом вслух, что они встречаются. Как он хотел бы снова обнять парнишку покрепче, просто лежать с ним рядом, а может и больше. Но сейчас это было недоступно.       — Но мы же не будем ничего такого делать, просто придём вместе. Я не боюсь. Хочу, чтобы ты пошёл со мной.       — Хорошо… Если ты хочешь, я пойду. — хмыкнул Хиро. — Только будь готов, что я тебя опозорю…       — Да я и сам могу опозориться, — вздохнул паренёк, уверенный, что в среду литераторов он не впишется.       — Ладно, не будем о плохом… — тихо вздохнул. — Наверное, костюмы нужны будут…       — Наверное, — пожал плечами Лу. — Обсудим всё, когда ты поправишься. Тебе тут, наверное, скучно целыми днями лежать. Надо что-нибудь принести.       — А принеси мне какую-нибудь из своих книг.       — Из своих? — растерялся парень. — А если тебе не понравится?       — Ну… Почитаю и узнаю. — пожал плечами парень. — Принеси ту, за которую ты номинирован.       — Ладно, — согласился паренёк, хотя и нервничал. Вроде и хотелось узнать, что думает о его творчестве самый важный человек, а вроде и страшно. — Завтра принесу.       — Вот и отлично… А когда я выздоровею, пойдем смотреть костюмы.       — Хорошо. Только ты не торопись, тебе нужно полностью поправиться.       Лу наклонился и положил голову Хиро на грудь, слушая его дыхание и сердцебиение. Мужчина улыбнулся и прикрыл глаза, все так же перебирая пальцами волосы парня и понемногу проваливаясь в сон. Наконец, рука соскользнула с волос юноши, дыхание выровнялось. Хиро крепко спал.       На следующий день Лу, как и обещал, принёс мужчине не одну, а сразу три книги.       — Вот, — скромненько протянул ему небольшие томики. На одном изображён египетский фараон в окружении стражи на фоне строящейся пирамиды. На втором — пейзаж, стилизованный под суми-э. На третьем звёздная ночь и панорама турецкого города с силуэтом ассасина на крыше. Везде автор — Люсьен Дельмас.       Хиро в жизни столько не читал, но был полон решимости осилить хотя бы одну из книг только потому, что автором был Лу. Было ужасно интересно, куда заводит парнишку его фантазия.       — Спасибо, солнышко. Прочту непременно. — пообещал он, рассматривая обложки книг. Начать решил с книги про фараона, но это позже. Сейчас же он просто соскучился по Лу и протянул к парню руки.       — Это если не понравится про Египет, — уточнил, кивнув на остальные две и, отложив в сторону рюкзачок, наклонился, чтобы крепко обнять Хироки.       — Я о тебе думал, — честно сказал он, улыбаясь мужчине в плечо.       — И я о тебе.       Хироки нежно обнимал Лу в ответ, вдыхал такой родной запах и хотел сейчас только одного — чтобы это длилось как можно дольше.       — Лу, ты даже не представляешь, как я уже устал здесь лежать… Даже толком по коридору пройтись нельзя.       — Не представляю, — виновато признал паренёк. — Я не лежал никогда в больнице. Ещё несколько дней, и всё. Потерпи. Нога заживёт, и будешь ходить и бегать. А потом всё будет как прежде, ты сам говорил. Только будешь беречься и ездить очень осторожно.       — Да, еще несколько дней…       — Зато ты будешь дома. Дома всегда лучше, — убеждённо заявил Лу, с улыбкой глядя уже Хиро в глаза.       Он отстранился немного, но объятий не распустил, и японец поцеловал его. Мягкие губы податливо раскрылись навстречу, а по щеке хлопнули ресницы Лу. Он всегда так трогательно прикрывал глаза, каждый раз смущаясь проявлений нежности и любви от Хироки, но не скупясь на таковые от себя. Когда поцелуй завершился, паренёк был весь красный.       — Да, дома будет лучше, — улыбнулся мужчина, поглаживая щёку парнишки большим пальцем. — Главное, чтобы там был ты.