Лу

      Вернувшись из больницы домой, Хироки первым делом увидел на холодильнике прицепленные магнитиком пригласительные на церемонию вручения премии, а на календаре в коридоре Лу отметил нужную дату кислотно-жёлтым маркером. До этого момента предстоящее событие казалось японцу далёким и не заслуживающим внимания, а теперь дата приёма стремительно приближалась. Особенно когда началась подготовка.       Примеряя очередной костюм, который принёс ему в примерочную Лу, Хиро поймал себя на том, что нервничает едва ли не больше, чем сам виновник события. Он не умел ни выбирать, ни носить классическую одежду. Полагаться приходилось исключительно на мнение Лу, такого же профана в этом, да разве что менеджеров. Общими усилиями, через страдания и долгие примерки, одежда была куплена.       Теперь в шкафу их общей спальни красовалось два костюма — серый, поменьше размером, и чёрный. Их наличие как-то заставило Хироки свыкнуться с мыслью, что совсем скоро ему нужно будет играть роль спутника знаменитого человека и вести себя так, будто он умный и воспитанный, хотя на самом деле это не совсем так. Даже смешно стало от этой мысли.       Настал день церемонии. Хиро стоял перед зеркалом в новеньком костюме и несчастно вертел в руках галстук, который не умел завязывать.       — Лу, может, там дресс-код не настолько строгий? Без галстука можно?       — Вообще-то это довольно значимое событие в литературных кругах, — виновато сказал паренёк. — Нужно быть в костюме и в галстуке. Там будет пресса. Извини, я не предупредил сразу… Если боишься, то мне придётся одному. Ты не должен из-за меня, если не хочешь…       — Всё в порядке. Конечно, я с тобой пойду.       Хиро притянул парня к себе и чмокнул в лоб, пока тот возился со своими пуговицами на жилете — он выбрал костюм тройку, испугавшись, что не сможет сидеть в пиджаке, если перенервничает. Японцу он нравился и в футболке с джинсами, и вовсе обнажённым, но он не мог не отметить, как необычно видеть этого солнечного, щуплого парнишку серьёзным и в костюме. Ему совершенно это не подходило, но тем интереснее.       А потом он взглянул в зеркало, где отражались они оба. Писатель и боец. Образованный француз и бестолочь-азиат. Они не подходили друг другу, но стояли вместе, бок о бок и рука об руку. Хиро не сдержал улыбки, ведь они выглядели парой сейчас. Как перед свадьбой, ей богу. Судя по взгляду Лу в глаза отражённого в зеркале Хироки, тот думал о том же.       — Как думаешь, нам ещё пригодятся эти костюмы? — спросил паренёк.       — Я буду очень стараться, — усмехнулся японец в ответ.       Лу явно хотел сказать что-то ещё, но постеснялся. Его щёки в мгновение вспыхнули краской, и, смущённо улыбнувшись, паренёк повернулся к Хиро лицом, чтобы завязать его галстук.       — Ты такой красивый в этом. Тебе очень идёт, правда.       — Скажешь тоже… — проворчал он, любуясь парнишкой. — Кажется, я в этом нелепо выгляжу. Ну, надо так надо…       Он мягко накрыл ладонью тонкую ладошку Лу и склонился к нему. Коснулся лбом его макушки, от которой пахло шампунем и совсем немного — кофе.       — Я люблю тебя, солнышко. И очень горжусь тобой.       — Спасибо, Хиро…       Лица Лу японец не видел, но знал, что тот улыбается и всё ещё краснеет.       — А… Ты бы на мне женился? То есть… нет, это называется немного не так. Ну… то есть, я знаю, что мы оба мужчины. Но у нас во Франции это можно. Если бы мы захотели, то могли бы…       Хироки кинуло в жар, он почувствовал, как вспыхнули щёки. Захлебнувшись воздухом, даже не смог ответить, и Лу воспринял это молчание по-своему.       — Я не настаиваю, ты не подумай, — опустил он голову. — Если нет, то так и скажи. Я не обижусь. Это не слишком одобряется, ты сам говорил.       — Солнышко, — прошептал японец, будто в оцепенении. Он не мог поверить своим ушам. Пара месяцев знакомства, а Лу уже делал ему предложение. Не он Лу, а наоборот, пусть это и не имело значения. Удивляла лишь смелость парнишки и его непоколебимая вера в своего избранника. Связать свою жизнь с таким, как Хироки… Изменить его до неузнаваемости. Странный, милый и добрый Лу. Он это смог. Хиро уже не был тем, что раньше, но был за это лишь безмерно благодарен парнишке. Себе-прошлому он даже не пожал бы руки. А Лу впустил его когда-то в свой дом, чтобы доверить почётное место в своём сердце.       Если мыслить эгоистично, мужчина должен был радоваться тому, что брак с коренным французом обеспечит ему гражданство. Но ему было плевать на это. Он был рад просто тому, что сможет быть с Лу до самой старости, и парень хочет того же. Это ли не счастье?       — Нет? — тихонько спросил тем временем Лу.       — Да. Конечно, да. Лу, это я должен был бегать за тобой и умолять тебя стать моим мужем. А ты бы ещё подумал… Всё у нас с тобой не как у нормальных людей.       — Разве это важно? — улыбнулся паренёк, буквально любуясь сейчас Хироки. Потом его взгляд вдруг стал каким-то оценивающим, и Лу хихикнул, как шкодливый ребёнок. — Тебя могут принять за меня. Ты выглядишь круче и старше. Ладно, пойдём.       — Идём, господин Дельмас, — усмехнулся Хироки.

***

      Внутри всё оказалось красиво и празднично: хрустальные люстры, ковровые дорожки, красиво одетые люди, представители прессы, блеск драгоценностей и бижутерии, шуршание тканей и запах женских духов.       Хиро шёл рядом с Лу, изображая нечто вроде его телохранителя. Периодически по залу сновали официанты с подносами, предлагая гостям шампанское и шоколадные конфеты. Японец хотел было взять бокал, но взглянул на своего спутника и сдержанно от шампанского отказался. Дался ему этот отказ не так просто, и несмотря на приподнятое настроение, японец понимал, что весь сегодняшний диалог может оказаться перечёркнут никчёмным бокалом шампанского. Ведь он не сможет остановиться лишь на одном.       Лу тоже отказался и от того, и от другого. Спиртное он не переносил в чистом виде, а от конфет захочется пить — и так в горле пересохло. Он очень волновался. Среди гостей было мало его ровесников, не говоря уже о знакомых, и паренёк явно чувствовал себя не в своей тарелке.       — Лу, не переживай. Всё будет хорошо. Тебя будут поздравлять, а не казнить, — шепнул ему на ухо Хироки, чтобы немного успокоить. Лу благодарно улыбнулся.       Через некоторое время на небольшую сцену вышел ведущий. Привлёк внимание гостей тем, что легонько постучал по бокалу с шампанским, и начал свою речь. Прозвучал план вечера. Сначала церемония вручения премии, потом пресс-конференция с молодыми авторами, а потом небольшой фуршет, чтобы издатели успели поймать кого-то из писателей и поговорить. Гостей попросили занять места в зрительном зале, и началась торжественная церемония.       Лу пригласили на сцену одним из последних, в качестве десерта, представив его как самого молодого обладателя премии за несколько предыдущих лет. Где-то в зале щёлкали фотоаппараты журналистов. Зрители аплодировали, не скрывая удивления. На сцене стоял юноша, если не сказать подросток на вид. Щуплый и невзрачный, с хвостиком на затылке, но такой лучезарной улыбкой, что можно было отдать за неё всё на свете. Хиро сидел в зрительном зале и вместе со всеми аплодировал успеху Лу. Как бы ни хотелось ему сейчас парня расцеловать, он вел себя весьма сдержано, не желая компрометировать юношу. Позже… Позже он обнимет и поцелует его, и обязательно скажет, как ему повезло встретить его в своей жизни.       Лу сказал пару слов стандартной благодарности читателям и экспертам и пошёл на своё место. В руках — цветы, сертификат на некоторую сумму и статуэтка в виде золотого пера с полудрагоценными камнями и гравировкой его имени на подставке. Он сел рядом с японцем, нарочито сдержанно. Губы то и дело дёргались в улыбке, а взгляд блуждал по залу. Лу был не здесь, а в своих мыслях, раз за разом прокручивал в голове момент своего триумфа и явно сдерживался от счастливого писка и радостных объятий.       После церемонии к Лу подошли и персонально попросили поучаствовать в пресс-конференции. Все перешли в другой зал, где стоял длинный стол с микрофонами и ещё с десяток-два для журналистов. Рядом с парнем сидели ещё авторы. Вопросы задавали им вразнобой. Лу спрашивали о персонажах книги, о том, был ли он сам в Египте или одной из той стран, которые описывает. Оказалось, что Лу нигде не был. Всё это он писал почти интуитивно и основываясь на своих знаниях, и Хиро поклялся сам себе, что свозит парня хоть в Индию, хоть в Китай — куда он только захочет. Просто потому, что этот человек заслуживает исполнения любого своего желания.       — Поздравляю. — улыбнулся парню Хиро, когда пресс-конференцию распустили, и пришло время фуршета. — Ты явно имел успех…       — Спасибо, — скромно улыбнулся Лу, не ожидавший, что он уже такая знаменитость. — Я так волновался, что проголодался, как волк. Пойдём, возьмём что-нибудь.       Хироки с улыбкой последовал за ним к столам с закусками. Он был рад, что на него самого не обращают особого внимания. Всё для Лу, и это было правильно.       — Здравствуй, Люсьен, — послышался сзади голос, когда парни только нацелились на тарталетки с креветкой в муссе из морепродуктов. Лу обернулся, равнодушно взглянул на гостя и вернулся к закуске.       — Привет, пап.       — Мои поздравления. Мы с мамой очень гордимся тобой, — чинно и неспешно произнёс мужчина в костюме в неброскую клетку, с зализанными назад волосами. Он улыбался, но не той улыбкой, что была у Лу, а той, что есть у банковских работников — заученной и ненастоящей.       Хироки немного напрягся, но старался не вмешиваться. Он помнил, что говорил Лу о своих родителях, а теперь судьба предоставила случай познакомиться хотя бы с главой семьи Дельмас. Если это можно назвать семьёй.       — Да, спасибо, — вежливо улыбнулся тем временем Лу.       — Не представишь нас друг другу? — спросил мужчина, кивнув на хмурого Хироки.       — Это месье Хироки Маруяма, — послушно произнёс парнишка, которого Хиро никогда не видел таким холодным и равнодушным. Даже совсем посторонним людям, продавцам, дворникам и контролёрам в метро Лу улыбался искренне. Но не этому мужчине. Не своему отцу. Парень как будто спрятался в раковину. — Хиро, это мой отец, месье Артур Рене Дельмас.       — Очень приятно, — синхронно произнесли оба собеседника.       Месье Дельмас по-прежнему сохранял на лице дежурную банковскую улыбку, и от неё у Хироки пробежал мороз по коже. Нет, она не пугала. Она просто была неприятной. Хотелось отвести взгляд и поскорее уйти.       — Как там Алан? — спросил Лу. Он не смотрел на отца, когда говорил с ним, и нарушал тем самым все правила этикета, но Хиро его вполне понимал.       — Чудесно. Консерватория должна молиться на такого студента, как он.       — Рад за него. М-м… Мне пора, — улыбнулся Лу. — Представители издательства «Элма» хотели переговорить со мной насчёт тиража. Пока? Ещё увидимся.       Хиро очень надеялся, что увидятся они не скоро. Борясь с желанием оглянуться, японец торопливо схватил канапе со стола и поспешил затеряться в толпе вместе со своим парнем. К его удивлению, Лу уверенно продвигался к выходу. Пиджак висел у него на сгибе локтя, сверху покоился букет цветов, а статуэтку нёс сам Хироки.       — А как же «Элма»?       — Я дал свой номер, мне позвонят. Пойдём домой, Хиро, ладно? Я так устал. Хочу побыть с тобой наедине.       — Конечно, солнышко.

***

      Спустя час Лу уже стягивал с волос резинку и вешал на спинку стула пиджак. Пропахшая волнением и чужими духами рубашка сразу полетела в стирку, а брюки остались висеть на ручке двери в ванну. Хироки следовал за парнем и повторял все те же этапы разоблачения, пока оба не оказались абсолютно нагими под струями воды.       Японец нежно обнял Лу, позволив себе наконец прижаться губами к его виску.       — Ты был неподражаем…       В этот момент грустные мысли испарились, и Лу улыбнулся, подняв взгляд на Хиро.       — Я старался выглядеть хорошо. Чтобы тебе было не стыдно, что ты пришёл со мной.       — Странно, но меня больше заботило, как бы самому не опозорить тебя. — тихо рассмеялся мужчина.       Его губы блуждали по вискам Лу, по его щекам и шее. Ладошки парня в свою очередь плавно скользнули по рёбрам японца, изучали каждый маленький шрам и изъян, как слепой изучает мазки краски на холсте художника, чтобы хоть как-то соприкоснуться с искусством. Только вот Хироки был далёк от шедевра. Он был просто потрёпанным жизнью азиатом, и чудо, что Лу увидел в нём что-то другое.       — Ты такой хороший, Хиро… — прошептал Лу. Простые слова, по-детски наивные, но они были лучше любых комплиментов. Они были искренними. Лу свято верил, что выбрал хорошего человека. Что Хироки, каким бы он ни был в прошлом, сейчас уже другой. — Такой красивый…       Японец улыбнулся. Он понимал, зачем Лу говорит всё это и почему так смущается. Признаваться во влечении для парнишки было слишком сложно. Он не мог подобрать слов, чтобы они не прозвучали пошло, потому и говорил всю эту милую и невинную ерунду.       — Лу, солнышко моё…       Хироки опустился перед ним на колени. Он должен был сделать это ещё утром, чтобы предложить Лу руку, сердце и всего себя, а сел вот только сейчас. И то, чтобы заставить его стонать. Ну, и пусть… Хотя бы это он точно сделает вовремя и так хорошо, как сможет.       Он приблизился к бёдрам парня и вобрал в рот его член, мягко скользнув пальцами между ног туда, к заветному и интимному месту. На этот раз Лу уже не так сильно стеснялся: гладил Хиро по голове, даже направлял его неуверенными движениями и немного подавался бёдрами вперёд, не обращая никакого внимания на то, что два пальца уже проникли в его тело, в тугое пока отверстие. Хироки всё больше растягивал мышцы, всё быстрее двигал головой, выпускал изо рта головку и начинал всё это снова, пока не поднялся во весь рост, решив, что Лу уже достаточно готов.       Паренёк встретил его нетерпеливым и на удивление жарким поцелуем. Хиро понравилась эта сторона его доброго Лу — страстная, жадная до любви. Парень доверял ему, позволял увидеть таким, и это льстило, обязывало соответствовать.       — Перекрой воду.       Тихий шёпот между поцелуями, и пальцы Хироки нежно отвели в сторону мокрые волосы парнишки, упавшие ему на глаза. Лу послушался. Капли перестали капать на разгорячённые тела, а лицо парня озарила улыбка. Его губы покраснели, и Хиро с удовольствием отметил, что это от его поцелуев. Он протянул руку за массажным маслом, которое хранилось на полке в ванной, и быстро открутил крышку.       — Подожди.       Лу забрал у него флакончик и под недоумевающий взгляд сам вылил немного к себе на ладошки.       — Что ты…       — Я хочу сам это сделать, — улыбнулся он и осторожно, неуверенно, протянул ладонь к возбуждённой плоти японца.       От одного этого простого действия Хиро простонал, а кровь буквально хлынула ниже. Член практически прижался к животу японца, когда парнишка наносил на него масло. Боже, как? Ну как Лу может быть таким соблазнительным, делая такую малость?       — Ох, Лу…       Голос вырвался из горла хрипло, почти с рычанием. Хироки притянул Лу к себе.       — Обними меня за шею. Крепче.       Когда парень послушался, японец подхватил его под колено и почти сразу принялся входить в его тело, помогая пальцами другой руки. Задвигался в нём плавно, осторожно, но всё больше наращивал темп. Лу не противился, не вскрикивал от боли. Напротив — тихо постанывал, жарко целовал шею и плечи мужчины и прижимался к нему всё теснее. Он был горячим то ли от воды, то ли от желания, и это пьянило, как алкоголь.       Хиро буквально задрожал от внезапного осознания. В его руках был уже не наивный паренёк, а любовник. Человек любимый и любящий, отдавший ему девственность и своё сердце. Человек, с которым хотелось провести годы, спать и просыпаться вместе, открывать в нём каждый раз что-то новое, как сегодня. Человек, который пожелал быть его мужем не смотря ни на что.       Они кончили почти вместе, заглушив стоны друг друга долгим и медлительным поцелуем. Тело Лу ещё вздрагивало, и Хироки бережно удерживал его на ногах. Он снова открыл воду. Густые белые капли на кафеле — и его, и Лу — унесла за собой вода, а руки возобновили движение.       Хиро сам вымыл немного ослабшего парнишку, то и дело поглядывая в сияющие серые глаза. Завернул в полотенце и отнёс на своих руках в постель. Лу улыбался и хранил молчание.       — Всё хорошо? — спросил японец с улыбкой. Парнишка на это покраснел и смутился, но кивнул. Всё хорошо.