Лу

      Почти целую неделю Хироки был в неведении. К нему никто не приходил, кроме надсмотрщиков да следователя, который хотел выбить из него признание, но у него ничего не получилось. Хиро упирался и упрямился, будучи правым, и был готов делать это до бесконечности в надежде, что ему помогут, выручат. Хотя бы ради Лу. Ведь у парнишки, такого невероятного, не может быть плохих друзей. Раз они не приходят, значит заняты. Да и сам Лу был в больнице и не мог к нему прийти. Вдруг его состояние ухудшилось? Лишь бы он был здоров.       Однажды утром японца снова разбудили и повели в комнату свиданий. Он ожидал увидеть там Тео, но по ту сторону стекла оказался лысеющий, полноватый человек небольшого роста, выглядящий представительно и серьёзно.       - Месье Маруяма? - проговорил он в трубку, держа её у уха плечом. Руки были заняты — незнакомец водрузил на стол дипломат и достал из него какие-то бумаги.       - Да.       - Я Бернар Тома, ваш адвокат, буду представлять ваши интересы в суде. Меня нанял месье Теодор Обье, чтобы вам помочь. Частный детектив уже передал все материалы по вашему делу. У нас с вами большие шансы на успех, месье Маруяма.       И адвокат принялся излагать всё, что нарыл за неделю частный детектив. Оказалось, что пока Хироки валялся на нарах и ждал, ради его никчёмной жизни суетилась уйма людей. Месье Тома перечислял имена и фамилии людей, которые приложили руку к его будущей свободе, и среди них только Дельмас и, теперь уже, Обье были ему знакомы. Дело благодаря Тео и Лу не просто сдвинулось с мёртвой точки, а повернулось в совершенно другую сторону, ведь детектив вышел на настоящего убийцу тех двух арабов. А это значило, что с Хироки снимут обвинения и отпустят домой.       Когда долгий и утомительный разговор с адвокатом закончился, и японца привели обратно в камеру, он не сдержал эмоций и пустил скупую слезу. Он, мужик с тёмным прошлым и двумя десятками побед в подпольных боях боях без правил, был бессилен, и хотел сейчас только одного — поблагодарить Тео и упасть на колени перед Лу, исступлённо целуя его ладошки со следами графита на пальцах.

***

      «Суд постановил: Ахмеда Сухраварди, гражданина Пакистана, признать виновным в убийстве Али Аббаса и Биляла Аббаса и назначить ему наказание в виде 15 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Виновного взять под стражу немедленно в зале суда.       Хироки Маруяма, гражданина Японии, освободить в зале суда и снять обвинения по статье N* «убийство» за отсутствием состава преступления. За преступление, предусматриваемое статьёй N «давление на свидетелей» назначить Хироки Маруяма наказание в виде денежного штрафа размером 8.000 франков и 12 месяцев лишения свободы условно с запретом в течение 12 месяцев менять место жительство без разрешения органов правопорядка. Приговор окончательный и действует с этого момента»       Стук молотка до сих пор отдавался в голове Хиро ласкающим слух эхом. Он стоял на улице и бестолково смотрел на двери в здание суда, куда заходили люди в форме и без, кто-то выходил, а кто-то вообще шёл мимо. Не верилось, что всё, он может идти. В руке была лишь квитанция на штраф, который был сущим пустяком по сравнению с тем, что ему грозило.       - Месье Маруяма? - позвал его кто-то, в который раз потормошив за плечо. Оказывается, Хироки настолько выпал из происходящего, что почти минуту не замечал своего адвоката. - Поздравляю с успешным исходом дела.       - А… да, - рассеянно кивнул японец. - Спасибо вам. Сколько я вам должен?       Адвокат протянул ему чек. Ещё одна сумма с несколькими нулями, с которой Хиро распрощается с удовольствием.       - Месье Тома? Как удалось выйти на Сухраварди?       - О... Насколько я знаю, о нём вспомнил месье Дельмас. Детектив спрашивал у него, нет ли у вас врагов или тех, кто мог желать вам зла, и месье Дельмас вспомнил эту фамилию. Он сказал, вы знакомы... по работе.       - Что-то вроде... Спасибо вам.       И Хироки снова застыл. Он узнал Сухраварди ещё в зале суда. Его последний противник в боях без правил, лишившийся из-за проигрыша огромной суммы денег. Месть - странная штука, она опустошает обоих, но если бы не Лу, она бы состоялась.       - Ну что? Вроде, не всё так плохо… - Тео подошёл совершенно неожиданно, со спины. Он изучил японца взглядом и протянул ему руку.       Хироки чувствовал себя так, будто прошёл какую-то проверку. Будто этот парень с голубыми глазами и не по годам серьёзным лицом что-то решил про себя, прежде чем сделать этот простой жест. Будто принял непутёвого проблемного азиата в какой-то круг, куда позволялось войти далеко не всем.       - Спасибо, - коротко ответил Хиро, крепко пожав сильную, с выпуклыми венами, руку. - Я твой должник.       - Буду иметь ввиду, - усмехнулся Тео. - Приходите к нам в гости с Лу.       - Придём.       Услышав это имя, японец, как заколдованный, начал искать глазами хоть какой-то транспорт, который сможет довезти его до больницы. Тео, заметив это, улыбнулся и с коротким «пока» ушёл. А Хироки побежал к своему Лу, к своему хрупкому, но такому сильному мужчине, который с больничной койки сумел вытащить его из-за решётки.

***

      - Спасибо тебе. Мой хороший, мой любимый. Теперь точно всё будет хорошо... - шептал Хиро, крепко сжимая в объятиях такого родного теперь человека. - Солнышко моё... Прости, что причинил столько проблем.       Лу и плакал, и смеялся, сверкая дыркой вместо выбитого зуба. Он похудел. У него была совершенно нелепая причёска, ведь обидчики грубо обрезали ему волосы, и теперь где-то были длинные пряди, а где-то короткие, при этом обрубленные резко, как пучки сена.       Как же Хироки было их жаль… Как он любил зарываться в них носом, вдыхать их запах, запускать в них пальцы в моменты страсти, а в тихие нежные вечера - перебирать подвески и амулеты. Но сам Лу был для него по-прежнему прекрасен. Непостижимо прекрасен. Как ангел, который прислан спасти, заштопать и выполоскать от грязи его загаженную и потрёпанную душу.       - Теперь я рядом. Я с тобой. И всегда буду с тобой.       Хироки не знал, кто это произнёс — Лу или он сам, но это были слова, дарующие безграничное счастье. Всё его тело было им наполнено и сейчас, и когда он вёл парнишку из больницы домой, и когда ждал его в очереди от стоматолога, и когда помогал перекрашивать стену в тату-салоне, и когда прижимал его к себе в общей постели, чтобы вместе заснуть и вместе проснуться.

***

      Дом… Милый дом. Он был бы пуст и холоден без одного невзрачного мальчишки, который сейчас заваривал после ужина чай. Он был бы пуст, даже загони в него всё население Парижа, если среди него не будет Лу.       Хироки сидел на стуле в кухне и с улыбкой идиота смотрел на его спину в футболке с какой-то дурацкой надписью. На его шею, открытую теперь от волос, на аккуратную стрижку, которую он недавно сделал и был жутко доволен. На его талию, руки, ягодицы.       Мужчина подумал о том, что особенного в этом парне, но вместо ответа «ничего» лишь вздрогнул от прошившего всё тело желания снова прижать его к себе, впитать, буквально выпить. И никаких препятствий этому не было, кроме рассыпанного по столу чая.       Только пара минут подготовки, чтобы не отвлекаться в процессе, и вот уже Хиро подошёл сзади, горячо прильнув губами к выпуклому позвонку над воротом футболки Лу. Ладони прошлись по его рёбрам, задирая ткань одежды. Японец всегда очень мягко начинал прелюдию, медленно раздевал и нежил своего партнёра в тайном страхе отказа, но теперь был уверен, что парень не будет против спонтанного секса.       - Лу… - прошептал он и ткнулся пахом вплотную, давая понять, что стало причиной его нынешней любвеобильности.       - Прямо сейчас? - пробормотал заинтригованный парнишка. - Прямо… тут?       - Угум, - ответ потонул в прикосновениях губ Хироки к плечу Лу. Тот оставил в покое чай и обернулся, глядя на японца немного хитро, но недоверчиво. Ждал, что будет. Не противился, даже встал поудобнее.       Хиро немного приспустил его домашние штаны, а вместе с ними и боксеры. Просунул между прижатыми вплотную телами свою руку. Палец в смазке скользнул в сжатое тугое отверстие, а Лу всё это время покорно стоял, держась руками за столешницу и — Хироки слышал — стал дышать рвано, с долгими перерывами между вдохом и коротким выдохом. Это дыхание было знакомо им обоим...       - Не шевелись, - прошептал японец. Одной рукой он продолжал своё занятие, а другой надевал презерватив.       - Хорошо, - тихо ответил паренёк. Хиро видел, как он несмело запустил руку в пах и стал медленно, прячась, будто его могут застукать за этим занятием и отругать, ласкать свою плоть.       «Правильно, Лу. Ты всё делаешь правильно.»       Он вошёл в него плавно, буквально проскользнул, просочился внутрь, наполнив собой своего любимого Лу, слился с ним.       Ладони двигались в неровном, нетерпеливом ритме по животу парня, губы Хироки захватывали кожу на шее и плечах, а всё тело буквально дрожало в нетерпении, когда Лу — такой невинный и светлый - краснея от стеснения и как-то виновато улыбаясь, задвигался сам, насаживаясь на плоть Хироки и лаская собственную, и самым ценным в этом моменте была уверенность, что он мог быть таким лишь с ним. Что ни с кем другим он просто не сможет быть вот так.       Хиро развернул к себе его лицо и жарко поцеловал любимые губы, а слух ласкало сорванное дыхание и редкие, но такие желанные стоны. Он сам не заметил, как Лу излился. Двигая бёдрам, японец по инерции хотел было накрыть своей ладонью пальцы парнишки и помочь ему кончить, но наткнулся на опадающую плоть и капли спермы. От картины, которая сама собой возникла в его сознании, стало хорошо до дурноты, если такое вообще возможно. Хрипло рыкнув, Хироки потянул Лу на себя и кончил вслед за ним. Он дрожал.       Лу медленно развернулся к нему и с немного пьяной улыбкой поцеловал.       - А как же чай? - с тихим смешком спросил он.       - И чай будет.       - И тут теперь… нужно немного убрать, - покраснел Лу.       - Уберём, - тихо рассмеялся Хироки. Лу так мило смущался каждый раз… Тем больше был контраст между его реакцией сейчас и страстью несколько минут назад. - Лу… Не стыдись того, каким ты можешь быть. Ты — самое прекрасное, что со мной происходило.       Ответа не было. Только ладошки Лу на его щеках и очередной нежный поцелуй.       Они убрали в молчании последствия своего небольшого, но безумно приятного помутнения, а потом сели пить чай, будто ничего и не было. Только румянец на щеках был тому напоминанием да немного потрёпанный вид.       Лу вдруг ни с того ни с сего рассмеялся, чуть не разлив всё содержимое своей чашки.       - Ты чего? - улыбнулся Хироки.       - Ничего, просто… Я представил у себя твою фамилию, а у тебя — мою. Хиро, это так смешно, - снова рассмеялся он. - Что мы будем делать?       Мужчина плотно сжал губы, чтобы не рассмеяться, пока не проглотил чай. Хироки Дельмас или Люсьен Маруяма — то ещё сочетание.       - Что захочешь, Лу, - усмехнулся он. - Останемся при своих, может быть.

Эпилог

      Наверное, это была самая странная свадьба на памяти сотрудников дворца бракосочетания, если однополые браки вообще могли быть обычными. Два парня в строгих костюмах, с бутоньерками в нагрудных карманах, и при этом только два гостя в зале. У Хироки не было в Париже никого, кроме будущего мужа, а сам Лу не стал приглашать ни родителей, ни брата. Только Тео и Мишель пришли на церемонию просто чтобы поддержать новобрачных, поэтому и аплодисменты были жиденькими, но Лу выглядел таким счастливым, будто вокруг сто, а то и тысяча радостно улыбающихся гостей.       Хироки и Лу произнесли «да» и обменялись простенькими, купленными впопыхах за день до свадьбы кольцами, потому что напрочь забыли о том, что они вообще нужны.       Паренёк смущённо клюнул японца в губы на предложение поцеловаться, и, наконец, оба поставили свои подписи в документах.       Снова раздались вежливые хлопки Тео и Мишеля.       - Ну… теперь ты муж, - усмехнулся Хироки, глядя Лу в глаза.       - Ты, вообще-то, тоже, - улыбнулся парнишка ему в ответ.