Сводящий всех с ума

Из чуткого сна вырвали настойчивые и не очень приятные тычки в бок, за которыми последовало тихое, жалобное: — То-о-ом! То-о-о-ом! Кокосиков хочу… и булочки! — Да чтоб тебя дементор засосал… — едва слышно выругался ни черта не высыпавшийся уже пару дней Тёмный лорд, сжимая в руках ни в чём неповинную подушку и на её месте представляя шею надоедливого гриффиндурка, с которым, по несчастью, он умудрился скрепить союз. — Гарри, — куда более отчётливо и громче обратился к юному супругу, — ты недавно ел раков. Отвали. — Сравнил, блин, кентавра с пикси! Раки — не кокосы! — заявил парень с предельно дурацкой логикой. — Про сдобу я вообще молчу! Даже врач сказал, что мне дрожжи нужны. А я только в выпечке их воспринимать и могу! — Но не во втором, бладжером тебя тресни, часу ночи! — завёлся с пол оборота мужчина и окончательно повернулся к беременному недоразумению. — Опять запрягать моих людей? Раков было мало?! — Пфф, великая трудность — трансгрессировать на море, взять удочку и поймать парочку раков. Да их приготовить сложнее было, — уничтожительно фыркнул Гарри. — Ну конечно, развалить корпус министерства, в котором разрабатывали маггловские законопроекты, веселее и проще, да? Проще, чем беременного голодного мужа накормить! А ему витаминов не хватает! Каждое новое предложение, вылетавшее из уст бывшего Поттера — новая капля в переполненную чашу терпения. Том приподнялся на локте и на лице его читалась злость. Дело не столько в жалости к ПСам, сколько в наглом поведении беременного парня, требующего к себе слишком сильное внимание. Его совершенно не волновал комфорт других людей, даже собственного супруга. Он думал лишь о себе. И сводил с ума всех своими капризами. Доставалось даже Нагайне. У бедной змейки отбирали копчёных мышей, когда бывшему Поттеру страсть как хотелось чего-то с дымком. Застав впервые такую картину, Том подумал, что ему это мерещится в дичайшем сне. Но нет. Довольная морда и цепкие руки обняли его совсем не иллюзорно. — Ну Том, это же совсем несложно. Переместиться в тропики, побить парочку пальм и вернуться, а булочки домовики состряпают, — вновь перешёл к упрашиванию молодой беременный, с готовностью выдерживая тяжёлый взгляд. Таким уже не напугать. Да и никогда по-настоящему Том, если уж на чистоту, не пугал. В Гарри слишком много таилось бесстрашия. Именно этим он и привлёк Тёмного лорда. С обречённым вздохом, тот высвободился из захвата и активировал метку, по которой связывался со всеми ПСами без исключения. На болезненный зов уже через минуту откликнулись все: — Внимание! В течение получаса жду от каждого по одному кокосу. Тропический остров, рынок — меня не волнует, где вы его достанете. Первым добытчиком оказался спящий на ходу взъерошенный Сивый. С большим прозрачным пакетиком и белым порошком в нём. — Кокс чистый. Без добавок. Много не нюхайте, а то в голову сильно бьёт. — Идиот! — взревел Тёмный лорд. Хватило секунды, чтобы понять, что же притащил оборотень. И это действительно трудно достать в магическом мире. — От тебя требовался пальмовый плод, а не наркота! Вконец запутавшийся Сивый смотрел отупевшим взглядом, в котором читалось искреннее непонимание, пополам с сонливостью. Он полез в собственный пакетик и нюхнул приличную дозу прямо с пальца. — А… круглый такой? И шерстяной, да? — дошло до очухавшихся мозгов. — Понял. После чего оборотень исчез. Гарри закатился смехом на весь особняк и чуть не свалился. Благо раздражённый супруг удержал. После Сивого, буквально через пять минут, явилась чета Лестрейндж. Рудольфус и Беллатрикс держали по кокосу в руках. — Повелитель, — почти в один голос поприветствовали Тёмного лорда, выглядя куда лучше оборотня. То, что они спали не так давно — выдавала только одежда. — Маленький лорд, — отдельно к Гарри обратилась Белла и добро оскалилась. Из-за кривоватых острых зубов понятие «улыбка» обходило её стороной. — Мы рады доставить вам удовольствие. И вашему малышу! — Ой, Белла! Рад тебя видеть! Подойди-подойди! Он завозился, потрогай! — просиял Гарри и задергал руками. В обществе Беллатрикс ребёнок активно себя проявлял, порождая тошнотворно-умилительно мурлыканье двух людей. Про кокосы временно было позабыто. Пожиратели, никогда не думавшие о такой задаче в своей карьере, под шумок сдавали домовику с корзиной свой урожай, как совсем недавно приносили раков, и быстро уматывали домой, пока не велели притащить что-то ещё не-пойми-из-каких-дебрей-мира. А домовики-кулинары наготовили так много сдобных изделий, что на кухне не осталось свободного места. Том перестал обращать внимание на своего супруга и верную последовательницу, которая единственная из Близкого круга искренне радовалась приходам в их обитель и была готова ради маленького лорда и малыша на самые безумные поступки. Не удивительно, что Гарри настаивал, чтобы та стала крёстной матерью. Возразить было самоубийством. А Том хотел пережить эту беременность и забыть как страшный сон. Оставалось немного. Два месяца. Шестьдесят дней. Срок у парня был весной. Дай Мерлин им терпения и сил…