Сладкоежка

— Хочешь… я тебе слона выиграю? — парень неуверенно покосился в сторону палатки, в которой на полке ровным рядом стояли игрушки.       Лили, до этого увлеченно разглядывавшая клоуна, который по мнению Северуса выглядел откровенно жутковато, обернулась к нему с улыбкой и вкрадчиво спросила: — Что, прости? Я не расслышала. — Хочешь слона? — Снейп указал на большого плюшевого слоненка небесно-голубого цвета с розовым бантом на шее, лопоухого и с черными-черными глазами.       Девушка задумчиво хмыкнула и окинула взглядом совсем небогатый фонд призов. Слон был там самым симпатичным и милым: розовый медведь показался ей слишком потрепанным, вязанная кукла чересчур детской, хоть она и считала, что плюшевые игрушки не имеют возрастных ограничений, а пони выглядел просто до ужаса несчастным, как будто уголки рта на лошадиной морде специально вышили сильно опущенными вниз. Наверное, днем ассортимент был намного разнообразнее, но под вечер все разобрали. Петуния принесла домой серого пса, которого ей выиграл новый ухажер.       Лили задумчиво прищурилась и посмотрела на друга, прикусив нижнюю губу, густо выкрашенную липким блеском. Не то, чтобы ей так сильно хотелось этого слона, но Сев, наверное, хотел проявить себя как те парни, что ухлестывали за ее старшей сестрой. На днях он принес ей букет из полевых цветов, ароматный и красивый. Она очень обрадовалась, хотя и не поняла, в чем смысл: нее за домом цветочное поле, и пусть тех цветов, что растут со стороны леса у Паучьего тупика, там нет, но они ведь всегда могут выйти и просто упасть в эти цветы на темно-бордовый плед, который ей выделила мама для пикников и просто валяния на заднем дворе под солнцем ради загара.       Эванс пробовала объяснить, что для нее все это не так важно. Свидания, подарки и сладости — это все, конечно, хорошо, но если у тебя нет денег, то лучше не тратиться лишний раз. Она так думала, но вслух говорила немного другое, просто старалась заверить, что ей куда больше нравится гулять с ним по лесу или у речки, чем сидеть в душном кафе — пусть там и готовили чертовски вкусные пироги с персиками, которые Лили обожала, — да и сладкое они могут поесть у нее дома, в конце концов, мамин вишневый пирог или торт с белковым кремом ничуть не хуже, чем в любой из коуквортских забегаловок.       Туни над ней смеялась, но Лили только закатывала глаза. Все парни сестры были старше ее, уже давно отучились и зарабатывали сами, так что деньги на свидания закономерно не были для них вопросом, в то время как Сев был школьником и перебивался случайными заработками, и то если везло, и находился кто-то, кто решался взять его на работу, ведь родители у него персоны в городе известные далеко не лучшими своими чертами. И вообще, такой подход оценки любимого человека по тому, сколько он букетов и игрушек за неделю подарил был не для нее.       И в тоже время, Лили понимала, что и Северус не глупый, и очередная попытка убедить его в том, что ей «просто не нужно» может задеть его за больное — невозможность быть как все парочки. Сводить ее в кино летом, купить в Хогсмиде плитку шоколада, который она так любит, посидеть в «Трех метлах» и брать то, что захочется, а не размышлять о том, хватит ли денег до конца года, если он возьмет сейчас еще сливочного пива… Эванс не представляла, как ему с этим помочь. — Может ну его? — все же решила девушка попытаться в этот раз обойтись без лишних трат. Они пришли посмотреть представление, и они его посмотрели, а больше особо ничего и не хотелось. — И вообще, папа говорил, — она наклонилась к его плечу и заговорила шепотом. — Что они банки специальным образом крепят и их просто так с первой попытки сбить очень трудно. — Да ну? — Северус недоверчиво посмотрел на нее. — Но люди же выигрывают. Пойдем, — он улыбнулся и, взяв ее под руку, потащил к палатке.       За прилавком стоял хорошо знакомый им обоим парень, их ровесник, с которым Лили жила на одной улице. Эванс он когда-то нравился, но ей тогда было лет десять, поэтому серьезности в той симпатии было чуть больше, чем в ее намерении стать известной певицей. Джейкоб был милым, но кроме симпатичной мордашки цепляться было особо и не за что, а вот ему явно хватало только того, что Лили была хороша собой. — Я уж думал, вы не подойдете, — он улыбнулся, и ради приличия Эванс улыбнулась в ответ. — Я надеюсь, играть будешь ты, рыжик, а то у нашего Снейпа едва ли хватит силенок просто мяч поднять. — Ха-ха, очень смешно, — с напускным равнодушием ответил Северус. — Мяч давай, — он положил несколько монет на темное дерево прилавка. — Какой серьезный, ни капли самоиронии, — фыркнул Джейкоб. — Тебе с ним не скучно? Не думала найти другую компанию? — обратился он к Лили, подавая Снейпу белый бейсбольный мячик. — М-м-м, не думаю, что с тобой мне будет намного веселее, — ответила Эванс, скривившись.       Тем временем жестяные банки, составленные пирамидкой, лязгнули и попадали на землю. Лили удивленно хлопнула глазами, глядя на пустое место, где только что стояли жестянки, а затем на Северуса. Тот самодовольно ухмыльнулся и с легким высокомерием взглянул на Джейкоба. — Слона, пожалуйста. — Ага, поздравляю, приз ваш, — недовольно проворчал в ответ парень, отдавая им игрушку.       Эванс приняла из рук Снейпа скромный по цене, но все равно очень приятный и важный для нее подарок. Девушка попыталась сдержать свою радость, но не смогла. Она приподнялась на носочки и мягко поцеловала его в щеку еще до того, как они отошли от палатки. Северус стер блеск с щеки тыльной стороной ладони, заворчав что-то о том, что им не стоит делать такого в людных местах, и так сплетни поползли про них, незачем способствовать их распространению. Лили хихикнула, повиснув у него на руке, прижимая к себе слоненка, и он улыбнулся ей в ответ, довольно и гордо.       Ей бы хотелось сейчас поцеловать и эту восхитительную улыбку, такую редкую для него, но этого Сев точно не простит. Придется терпеть до тех пор, пока они не пойдут домой.       Еще около часа ребята просто бродили по ярмарке, рассматривали палатки, наблюдали за артистами. Эванс все поглядывала на палатку со сладостями и в итоге сдалась своим желаниям: до того, как Северус, с интересом разглядывавший доску с ярким рисунком перед шатром предсказаний, где перечислялся перечень услуг местных шарлатанов с хрустальными шарами и картами таро, опомнился и обнаружил, что в свое руке он держит за хобот плюшевого слона, а ее нет рядом, она уже отдавала добродушной женщине последнюю мелочь из своих карманных денег.       Продавщица протянула ей два яблока в карамели, усыпанных дроблеными орехами сверху, и Лили вернулась к Северусу. — Не смотри на меня так. Это просто яблоко в карамели. Я тебя угощаю. — А разве не должно быть наоборот? Это я должен угощать тебя. — Ты мне ничего не должен. А если должен, то я прощаю, — она с важным видом забрала у него слоненка и откусила яблоко. — Ешь давай, а то карамель потечет. И вообще, пошли на поле, а? Я устала и поваляться хочу.       Северус пожал плечами. — Ну пошли, я не против.       Балаган расположился неподалеку от асфальтированной дороги, что огибала лес по кругу и вела в город, но чтобы к ней выйти, нужно было сначала пройти по пыльной протоптанной горожанами для сокращения пути дорожке. Лили здесь ходить не любила, но это был кратчайший путь к Паучьему тупику от ее дома. Северус старался отвлечь ее шутками, чтобы девушка не думала о своих светлых балетках, которые, пока они дошли до асфальта. Оттуда было рукой подать до цветочного поля и до ее дома.       Расположившись максимально далеко, так, что за высокими полевыми цветами и травой их совсем не было никому видно, они улеглись на растеленный плед. Лили подложила под голову слона, а Северус ее рюкзак. Они смотрели на проплывающие мимо облака на небе, что медленно, но верно приобретало нежный персиковый цвет. — У меня пальцы в карамели, — констатировала Эванс факт, поднимая вверх руку. Ее разморило — И у меня нет с собой салфеток. Ужасно. — Где? — Снейп посмотрел на ее руку.       Он взял ее за запястье и повернулся на бок. Лили повернулась к нему лицом. Они лежали так несколько мгновений, просто смотрели друг другу в глаза. Они делали так уже тысячу раз и каждый раз открывали в глазах друг друга что-то новое, что-то, чего раньше там не было. Кажется, с каждым разом взгляды их становились теплее и нежнее. А мысли в перегревшихся за день головах все похотливее. По крайней мере, Лили часто замечала это за собой, а вот что там творилось в мыслях Северуса… но ведь он парень. Она как-то раз слышала, как мама предупреждала Петунию, когда той тоже было шестнадцать, что парни вообще в этом возрасте только об одном этом и думают.       Но желание не просто прикоснуться, а сделать приятно, и самой получить удовольствие было порой таким сильным, что захлестывало с головой и она терялась в нем абсолютно. Лили уже делала это сама, она неплохо знала свое тело, и ей хотелось, чтобы Северус тоже знал его.       Он коснулся губами подушечек ее пальцев, липких от карамели. Эванс замерла, чувствуя, как легкий электрический разряд прошелся по руке. Северус вдруг лизнул ее указательный палец и взял его в рот, облизывая. — Действительно в карамели, — улыбнулся он в ответ на ее смущенно-удивленную реакцию. — У тебя такие прелестные пальчики… — он рассмеялся, переваливаясь неловко обратно на спину. — Видела бы ты свое лицо. Прости. Просто мне показалось, это должно быть соблазнительно. Но руки у тебя и вправду красивые, — Северус соединил их кисти в замок. — Сев, могу я… — Эванс легла ближе и хотела было опустить ладонь сразу на его пах, но задержалась в паре миллиметров над джинсой и поднялась выше, к низу живота, туда, где она уже трогала его даже без футболки, когда они вместе ходили на карьер. — Это так неловко, — честно призналась она, спрятав лицо у него на груди. — Ты такая трусишка для гриффиндорки, — Северус хмыкнул. — Но так мило смущаешься. Можно я поцелую тебя? — Ты до сих пор спрашиваешь разрешение на поцелуй и называешь меня трусишкой? — она прищурилась недовольно. — Ну, я и не отрицаю, что я не любитель кидаться в любую опасность ради геройств и прикола, но это же не изменяет того факта, что ты трусишка… — он хитро улыбнулся, даже немного противно, и Лили насупилась. — И в отличии от тебя, я не побоюсь сделать так, — Северус внезапно уложил ее на спину, а сам лег сбоку, как до этого рядом с ним лежала она. — И забраться к тебя в шорты, — кончики его пальцев проскользнули под ткань, нащупывая резинку ее белье, и замерли. — Если ты не против. — Я — нет, — выдохнула девушка. — Но ты должна будешь мне немного помочь, — он улыбнулся.       Лили прикусила губу, сгибая ноги в коленях и чуть разводя их в стороны, позволяя Снейпу скользнуть к ней в трусики и удобнее устроить руку. Парень так смело действовал, что Эванс растерялась. Она привыкла быть ведущей — первая поцеловала, первая призналась в чувствах. Сейчас он, прижавшись губами к ее шее, скользит по ее киске, размазывая смазку, чуть-чуть проникая во влагалище пальцами. От этих прикосновений у нее сладко сводило низ живота, поджимались сами собой пальцы ног и рук, учащалось дыхание.       Она затормозила его запястье, когда его средний палец оказался на клиторе. Лили тоже скользнула рукою под ткань, накрывая сверху его ладонь и показывая правильные движения. Она осторожно, медленно вытащила руку из шорт, и окончательно замерла. Северус уверенно задвигал пальцами, и Эванс невольно дернулась с тихим стоном, приподнимаясь. Девушка широко распахнула глаза, глянув на парня, но тот только ухмыльнулся, продолжая ласкать ее. — Расслабься, — прошептал он ей на ухо, поцеловал в мочку невесомо. — Моя сладкая девочка, расслабься.       Это было совсем иное ощущение по сравнению с тем, что она испытывала, когда мастурбировала сама. От его поцелуев у нее горели шея и ключицы. Лили прошла рукой под футболку, чтобы ущипнуть себя за сосок. Его взгляд ожидаемо оказался прикован к очертаниям ее кисти под футболкой, тискавшей грудь, а она почувствовала, и это чертовски распаляло и заводило еще сильнее. Столько раз уже она ловила себя на том, что ей хочется, чтобы он смотрел на нее так жадно, приоткрыв губы, чтобы он хотел ее.       Напряжение внизу живота лопнуло, разливаясь по телу ярким теплом, таким, что сложно было не застонать. Эванс шумно выдохнула и посмотрела на Северуса, что чуть улыбнулся, медленно выскальзывая из ее трусиков. — Ты после этого откажешься меня целовать, но мне очень хочется сделать вот так, — он облизал свои пальцы, покрытые ее смазкой. — Все равно салфеток у нас нет.       Лили притянула парня к себе и крепко поцеловала, заваливая на себя.