Юность

Тусклое солнце, слегка прикрываемое дымчатыми облаками, наполовину скрылось за лесным горизонтом. Небо окрасилось в рыжий, словно тёмно-голубое небо вдруг окинули одеялом. Ветер совсем не шумел: не колыхал ветки деревьев, не подгонял снежинки на снегу, не бил в лицо. – Удачного вечера, мальчики! - проговорила Полина, когда Рома и Антон вышли из её дома. – Спасибо, и тебе! - в ответ улыбнулся Антон. Дверь с тяжёлой силой захлопнулась, и парни отправились по дороге к своим домам. Поначалу они молчали, видимо, совсем устав времяпровождением у Полины. Они услышали многочисленные истории от её дедушки, посмеялись вдоволь и, конечно же, сытно наелись. – Не ожидал тебя увидеть там, - проговорил Антон. Рома молча запустил руку в карман и достал нетронутую пачку сигарет. Он подрагивающими пальцами открыл упаковку, аккуратно вытащил тонкую сигарету. В другом кармане оказалась зажигалка, и он ловким движением поджёг конец сигареты. Петров хоть и не курил, но наблюдать за этим всем ему было интересно. Скорее, он наблюдал за пальцами Пятифана, за их аккуратными движениями. Они были тоненькими, словно его сигареты, а на костяшках красовались бардовые отметины. – Не думал, что Полинка тебя домой к себе приведёт, - сказал Рома и, смачно затянувшись, выпустил тёмный дым, тут же рассеявшийся в воздухе. – Не стал бы тогда вам мешать. – Ты не мешал нам, Рома. Почему ты так думаешь? Это я, скорее всего, помешал вам. Я ведь даже не знал, что ты пришёл к Полине. Знаешь, я и не хотел приходить поначалу, просто она рассказала мне, что её дедушка сильно болен, - говорил Антон, смотря на огненный закат. Рома кивнул головой и вновь затянулся. Его глаза от чего-то были задумчивы, в них не поблескивали задорные искры. Петров мало когда видел своего приятеля таким, поэтому он всё время поглядывал на него. Нет, он не был опечален, просто размышлял над чем-то, осматривая природу на своём пути. – Кстати, мы сейчас с Бяшей пойдём на заброшку, он должен кое-что принести, - сказал Пятифан и взглянул на Антона, что привело его в смущение. – А.. Ну а мне пора идти домой. Мама скоро уезжает на новую работу, а Оля одна дома остаётся, - ответил Петров. – Под "мы" я подразумевал тебя тоже, Тоха, - Рома повертел в руках сигарету. – Во сколько у тебя мамка уезжает? – Ближе к девяти, может и пораньше, - неуверенно ответил Антон, разглядывая свои зимние кроссовки. – У-у-у, Тоха, до девяти ещё часа три, если не больше, так что не ссы, - он приобнял Петрова за плечи, приближаясь к его лицу и выдыхая сигаретный дым. – Будешь с нами. Антону в нос резко ударил запах сигаретного дыма, и он, закашлявшись, с отвращением толкнул Пятифана, сам себе не давая отчёта в своих действиях. Он брезгливо поморщился и закрыл руками лицо. Глаза его пощипывало, и даже толстенные окуляры не защитили их. – Фу, как же этот дым воняет! - воскликнул он. – Блять, ты идиот? Ты с курильщиками уже четыре сраных года общаешься! - не выдержав, усмехнулся Рома. – Ладно, если вы курите неподалёку от меня, но зачем на меня эту гадость выдыхать? - недовольно проговорил Петров. – Да пойдём уже, неженка, - пробормотал Пятифан и схватил Антона за запястье, ведя за собой. Дым серой пеленой заслонил линзы очков Петрова, поэтому он плохо видел и едва понимал, куда ведёт его Рома. Он понемногу рассеивался, но тёмные пятна оставались по бокам окуляров. – Да блять! - крикнул Антон, споткнувшись об выступающий корень дерева, но устояв на ногах. – Тох, ну чё ты какой медленный? - фыркнул Рома и остановился. Антон снял с себя очки и аккуратно протёр стёкла, вытащив из бокового кармана рюкзака, который всё это время мешался на его плечах, небольшой зеленоватый платочек. – Антон. Петров перевёл взгляд на Рому и аккуратно надел очки. Пятифан слегка улыбался, а завораживающие глаза озадаченно осматривали Антона с ног до головы. Юноша неловко прокашлялся, заметив на себе внимательный взгляд приятеля. – Я тебе кое-что сказать хотел, - проговорил Рома. И вновь по телу Петрова прошлись охлаждающие мурашки, вызванные выскочившей из неоткуда тревогой. "Сговорились что-ли?" - пронеслась мысль в голове Антона, когда он вспомнил о ситуации с Полиной, произошедшей несколькими часами ранее. – Блять, Тох, это серьёзно. Что мина какая кислая? - пробурчал Рома, нервно поправляя шапку на своей голове. – Прости, - встревоженно проговорил Антон, заметив, как пальцы Пятифана подрагивают. – Что случилось? Рома взволнованно закусил губу выпирающими клыками и, запустив руки в карманы, посмотрел куда-то в сторону. – Тох, я.. – Ромка-а-а! О, вместе с Антохой, на! Чё как долго, пацаны?! - послышались неподалёку знакомые крики, заставившие обоих парней вздрогнуть. – Блять, - прорычал сквозь зубы Пятифан. Возле заброшенного здания тёмным пятном красовалась среднего роста фигура. Антон сразу узнал в чёрной толстенной куртке с капюшоном Бяшу. Он махал им свободной другой, а в другой что-то крепко придерживал. – Погнали, Тох, - проговорил Рома, сорвавшись с места. – Стой! А ты не будешь договаривать? - спросил Петров, едва успевая за приятелем. – Потом, - резко ответил Пятифан и откинул на снег зажжённую сигарету, которая тут же потухла, затерявшись среди сугробов. Антон хотел уговорить Рому рассказать то, что так встревожило его, но по разговору самого юноши было ясно, что продолжать он уже не хочет. Ну почему Бяша не мог прийти немного позже? С сожалением Петров смотрел на своего приятеля, но понял это только тогда, когда Роман с явным недопониманием покосился на него. – Ну наконец-то, Ромка! - воскликнул Бяша и вывалил из-под куртки прозрачный пакет. – Ты и Антошку с собой привёл. – Заебись, Бяш, ты и без меня отлично справился, - ехидно улыбнулся Рома, пожирая взглядом пакет. "Смирнофф" виднелось на стеклянных бутылках. Петров осмотрел их сквозь прозрачный пакет и, вздохнув, взглянул на своих приятелей. Они в предвкушении смотрели на заветные бутылки спиртного, облизывая обветренные губы. – Пошлите, - усмехнулся Бяша, схватив пакет, который, казалось, вот-вот порвётся. Рома со своим другом отправились в заброшку, огибая упавший забор с торчащими из них заржавевшими гвоздями. Антон долго провожал их взглядом, не решаясь зайти за ними вслед. Краем глаза он видел, как солнце скрывалось за горизонтом, пока его обволакивали серые тучи. – Чё стоим, Антошка? Давай за нами, - махнул рукой Пятифан, входя в заброшку, чей вход был обрушен и зиял чёрной дырой. Антон нехотя вздохнул и продвинулся за ними. Снег, тёмный от навалившегося на него мусора, едва слышно хрустел под его ногами. Парень принялся осматривать заброшенное здание. Тёмно-серые стены заброшки были обхвачены высохшими стеблями. Окна были выбиты, а за ними устрашающе чернели пустые комнаты, которые нельзя было разглядеть даже вблизи. На крышу то и дело слетались грачи, громко каркая и обустраивая свой новый дом. Прямо у входа, где должна была стоять крепкая дверь, грузом лежали кирпичи. Петров вошёл внутрь. Здесь было темно, но через зияющие квадраты в стенах проходил тусклый свет. Всё комнаты были обрушены, на стенах красовались нецензурные слова и рисунки, на полу был раскидан мусор и остатки обрушенного в некоторых местах потолка. – А какой сегодня праздник, раз вы решили накупить столько водки? - спросил Антон, продолжая разглядывать местность. Юноши долго молчали, затем переглянулись и залились хохотом. Их смех раздавался эхом в пустых комнатах и, казалось, что разрушит сейчас всю заброшку. Антон не понимал, к чему этот хохот, и с недопониманием взглянул на приятелей. – По-твоему, водку только на праздники покупают? Ну, так-то да, но мы её заныкаем, Тоха, - проговорил Рома, потирая руки. – Во как, на! Учись у нас, Тоха, пока ещё живые, - усмехнулся Бяша. – Пойдём, покажем, - Пятифан вновь махнул рукой, и они втроём устремились в самую дальнюю комнату. Пустые бутылки из-под пива и разорванные пакеты шуршали у них под ногами. Тяжёлые кирпичи препятствовали им на пути, поэтому им пришлось ходить чуть ли не змейкой по зданию. – Тох, а ты когда-нибудь пил? - заинтересованно спросил Бяша, когда они зашли в узкую комнатку. – Пил? Нет, конечно.. А вино, которое мне давали в церкви во время вероисповедания, считается алкоголем? - задумался Антон. – Это кагор, Тоха, чистый кагор, - проговорил Рома, отыскивая место в комнате. Антон лишь пожал плечами на его слова. Он заметил, как Бяша задумчиво осматривал пакет с бутылками водки, а потом вдруг поднял указательный палец над головой. – Тох, а слабо пол бутылки за раз махнуть?! - воскликнул он. Эти слова застали Петрова врасплох. Он прекрасно знал, что вряд ли сможет выпить половину бутылки, тем более за раз. Юноша не желал распивать алкогольные напитки, да и его организм не готов к этому. Но слово "слабо" заставляло его задуматься. – А это обязательно? - неуверенно спросил Антон, всем своим телом показывая свою неохотность к предложению Бяши. – Э-эх, слабак, Тоха! - воскликнул Рома, наблюдая за его реакцией. – Ладно, я готов! - тут же вскрикнул Антон. Бяша с Пятифаном удивлённо переглянулись, а потом ехидно заулыбались. Бяша достал две бутылки "Смирнофф". Одну он протянул Антону, а другую оставил для себя. – Ну, кто быстрее, Тоха? - усмехнулся Бяша, откручивая крышку. Антон нервно сглотнул. Бутылка была не самых больших размеров, но даже её половина казалось ему слишком уж устрашающей. Что с ним станет, когда он проглотит эту, наверняка, мерзкую жидкость? Но до дрожи его пробрала мысль о реакции матери с его сестрёнкой. Оля может и не понять, но мама точно на улицу больше не пустит. – Никогда настоящего спиртного не видел? - усмехнулся Ромка, наблюдая за задумавшимся приятелем. – Видел, - вздохнул Антон. – Я буду наблюдать за вами. И чтобы без мухлежа! - объявил Пятифан, расхаживая между парнями. – Приготовьтесь. Раз..Два..Три, блять! Петров сжал подрагивающими руками бутылку, и понял, что даже не снял крышку. Он быстрым движением открутил её, краем глаза заметив, что Бяша уже во всю распивает спиртное. Антон поднёс бутылку к обветренным губам. Он почувствовал горькую жидкость, которая заставила его язык гореть жарким огнём. Юноша по рефлексу захотел отпрянуть от спиртного, но слова Ромы застряли в его голове. Он докажет, что никакой он не слабак! Каждый глоток заставлял его тело изнутри гореть, словно внутри постепенно разжигали костёр. Он морщился и болезненно жмурил глаза от мерзкого вкуса. – Половина готова! Тоха, ты проиграл! - воскликнул Бяша и вновь залился хохотом. Антон тоже отпрянул от бутылки и кинул на неё быстрый взгляд. Он с явной радостью увидел, что опустошил половину, и победно поднял над собой бутылку. – Наш новый герой! - воскликнул Пятифан и, засмеявшись, захлопал в ладоши вместе с Бяшей. – Ну как тебе на вкус? – Гадость та ещё, - проговорил Антон, закручивая крышку. – Может, до конца осушим? - предложил Бяша. – Нет! - тут же крикнул юноша. Они снова звонко засмеялись, и Антон едва заметно улыбнулся. Юноша и не заметил, как свет перестал проникать в заброшенное здание, а за разбитыми окнами уже стали рассеиваться сумерки. Поверит ли его мама, если он скажет, что до сих пор был у Полины? Даже если поверит, то что подумает? – Ладно, парни мне уже пора домой. Маме скоро уезжать нужно, - проговорил Антон. –Погоди, Тох. Сейчас запрячем и вместе по домам разойдёмся, - ответил Пятифан. Бяша тут же схватил пакет и кивнул Пятифану на старый шкаф, которого Петров до сих пор не замечал. Рома присел и распахнул нижние дверцы шкафа, которые оглушительно заскрипели и заставили парней поморщиться. Бяша отдал ему свою добычу, и юноша, схватив тяжёлый пакет, запрятал его внутрь. Он долго ещё обустраивал его там, а потом победно захлопнул шкаф. – А никто не увидит? Здесь любопытных глаз много, - спросил Тоша, усомнившись в надёжности их нычки. – Не-е, Тох, мы там специальную дыру проделали. Туда точно никто не залезет, не догадается, - сказал Пятифан, стряхивая пыльные руки. – Тох, ты даже не спросил, откуда я бутылки достал, - обиженно проговорил Бяша, притворно дуя губы. – Ох, Бяша, ну и откуда же ты взял эти чудесные бутылочки? - засмеялся Петров. – Украл, на! - воскликнул Бяша. Петров никак не ожидал такого ответа, и от удивления сделал шаг назад. Честно сказать, он даже не задумывался, откуда он взял такой клад. – Ромка даже подсобить не пришёл, на, - фыркнул Бяша. – А я ждал, Ромочка, ждал тебя-я одного! – Пф, ну да, ты бы со мной гораздо лучше справился, - Пятифан похлопал друга по спине. – Чё? Ты ваще видел, как я все эти бутыли схватил, да под куртку распихал, на! Потом пакет нашел какой-то, да и туда запихал! - воскликнул Бяша. – Быстро ты пьянеешь, - вздохнул Рома. – Ладно, давайте выходить. Они вышли из заброшенного здания, по пути пиная мешавший им мусор. Антон чувствовал, как туман рассеивается в его голове и даже, казалось, перед глазами. Мысли его смешивались, приходя из неоткуда. – Бля, ну и где снег? Тучи ходят, а снега нету! - возмущённо заявил Бяша, выбегая из заброшки. – Слепой что-ли? Снег прямо перед тобой лежит, - усмехнулся Пятифан. – Олень ты, Ромка-а! - Бяша приобнял друга за плечи и показал пальцем на небо. – Во, тучи видишь? Во, гляди, на! Тучи ходят, ходят, а снег не падает. Антон стоял возле парней и растерянно смотрел по сторонам. Виски сдавливало. Вдруг, его желудок скрутило резким спазмом, от чего он схватился за живот. Петров чувствовал, как быстро нарастала боль и переходила ниже. Он даже и не думал, что спиртное так быстро подействует на его организм. Тошнота комом появилась и застряла в желудке. – О, Тоха, подействовало? - спросил Рома. Тело Антона свело судорогой, и содержимое желудка излилось наружу. Голову тут же обхватило огнём, а в ушах адски зазвенело. Он чувствовал, что прямо сейчас свалится на снег и забудется крепким сном. – Так, Антошка, спокуха, - взволнованно проговорил Рома где-то над ухом Петрова и неожиданно схватил его со спины, не дав упасть. – Так, так, Антошенька, ты чего? - Бяша подбежал к нему и приобнял спереди. – О-о-о, а наш дружок уже бухой! – Я совершенно трезвый, - недовольно пробурчал Антон, но тут же замолчал, когда тошнота вновь подкатила к его горлу. Парни повели Петрова домой, но Антон этого совсем не понимал. Он лишь чувствовал, как сжимают его с обеих сторон руки Ромы и Бяши. Юноша устало волочил ноги по земле, норовя упасть лицом в снег, но его приятели не давали этому случиться. – Не дадим мы тебе больше бухла, Тоха, - услышал Петров отчётливые слова Пятифана среди их тусклых голосов.