Пути

      Весна в этом году выдалась очень жаркой, словно уже наступило лето. Календарь лениво подползал к концу мая, но с привычных семнадцати-двадцати градусов, жара уже перевалила за двадцать пять. Золотой песок пляжа обжигал ступни, нагретый ослепительным солнцем, а прохладный морской бриз совершенно не спасал от этой нежданной жары. Многие уже отправились на пляж, предпочитая позагорать, выпить холодной газировки и полежать под разноцветными зонтами, вместо того, чтобы жариться дома. Сейчас как раз наступили выходные, так что пляж на Камакуре был переполнен, и многие люди с энтузиазмом плескались в воде.       Маленький мальчик, лет так пяти от роду, весело смеялся, брызгаясь в волнах возле берега. Совсем один, но кажется его это не сильно волновало. За ним, лениво затягиваясь сигаретой, внимательно наблюдал беловолосый мужчина, сидящий на берегу, и изредка, с неким раздражением, оглядывавшийся по сторонам. — Акито, вылезь на минутку, — неожиданно позвал он, затушив окурок об песок. Мальчик явно без охоты, но послушно выбрался из воды и подошёл к мужчине. — Да, братик? — поинтересовался он, смешно склонив голову набок. — Послоняйся пока по берегу. Я хочу купить чего-нибудь перекусить. Можешь прогуляться, только в воду не лезь. И не смей уходить слишком далеко. У меня нет желания искать тебя по всему пляжу. — Понял, братик Кайто. Я пойду в ту сторону и через пару минут вернусь.       Мальчик улыбнулся и закивал головой, на что Кайто только тяжело вздохнул. Не хотелось ему оставлять его без присмотра, но и с собой тащить желания не было. Затянув новую сигарету, он встал и не спеша направился в сторону небольших палаток, а Акито, получив разрешение на прогулку, просто ринулся с места, держась параллельно океана, любопытно вертя головой и глазея на всех, кто встречался на пути. Есть ему совсем не хотелось, он слишком увлёкся эмоциями, что вихрем кружились в его сердце. Ему хотелось всё посмотреть, ведь он впервые оказался на пляже. Сколько же здесь бродило незнакомых людей, сколько эмоций и лиц. Так необычно. Братишка в честь дня рождения привёз его на Камакуру на целую неделю. Они, в своём небольшом доме на колёсах, расположились прямо недалеко от пляжа вблизи лесистых гор, так что Акито уже не мог дождаться, когда же сможет насладиться малиновыми закатами, отражающимися в спокойных водах океана. Прошёл всего месяц, как Минами привёл его к брату, потому всё, что знал мальчик — это стены лаборатории и серые улицы Токио, которые открывались ему из окошка фургончика. Его первое путешествие будоражило кровь.       За какие-то две минуты Акито даже и не заметил, как отбежал от их с братом места на приличное расстояние. Люди сюда не забредали, а впереди возвышались скалы с редкими пучками растительности. Мальчик уже хотел поворачивать и бежать обратно, Ваниджима-старший разозлится, если он сильно задержится... но неожиданно между камнями мелькнуло что-то белое, что сразу привлекло его внимание. Акито замер, сузив глаза. Показалось ли ему? Кусочек белой ткани снова мелькнул между скал, и парнишка начал медленно приближаться, стараясь не напугать незнакомое «что-то». В его почти пять лет любопытство не знало границ. «Наверное, это привидение! Вдруг, если я его поймаю, братик похвалит меня?» — решил он, подбирая с песка большую ракушку и направляясь в сторону скал. Акито был уверен, что выглядит крайне воинственно, совсем как те персонажи со страниц книжек, которые Кайто приносил ему на досуге.       Незнакомые вещи немного пугали его, так что, каким бы смелым он не пытался казаться, ракушка храбрости не придавала, а коленки уже заметно начали подрагивать. К его несчастью, а может и наоборот, то, что он принял за приведение, оказалось очаровательной маленькой девочкой его возраста в легком белом платье. С негромким кряхтением, она крайне настойчиво пыталась достать что-то из расщелины, повернувшись к нему спиной. — Эй, чего ты делаешь? — любопытно спросил Акито, откидывая ракушку и никак не ожидая, что его резкое появление напугает девчушку.       Та дёрнулась, резко вскочила, оглянулась и, потеряв равновесие, чуть не полетела вниз. И полетела бы, если бы Ваниджима вовремя не успел схватить её за пояс и потянуть на себя, не давая упасть в расщелину. Потеряв равновесие, дети завалились в песок, подняв облачко пыли. — Ой-ё-ёй… — тихо проскулила девочка, потирая ушибленный локоть, на который она так неудачно приземлилась. Немного кожу содрала, но ничего страшного. — Эй, ты поступила плохо! — сложив руки на груди и стараясь как можно суровее смотреть сверху вниз на сидящую незнакомку, воскликнул Акито. Расщелина не была глубокой, но такая малютка могла серьёзно пораниться, если бы упала. — Не знаешь что ли, что детям нельзя играть в таких местах?! Ты могла упасть и что-нибудь сломать, если бы не я! Благодари своего супергероя! Я спас тебя от гибели!       Мальчик гордо поднял голову, но девчушка никак не отреагировала, просто смотря на него своими огромными ярко-зелёными глазами. Только сейчас Акито обратил внимание на её лицо и огненно-рыжие волосы. Пусть в ней и проскальзывали азиатские черты, она определённо походила на иностранку. — Эй… ты меня понимаешь? — уточнил мальчик, присаживаясь возле неё на корточки и обнимая колени.       Вместо ответа — согласный кивок. Она с несколько секунд ещё смотрела на мальчика, а затем неожиданно подняла руку и показала пальцем в сторону расщелины. — Там цветок… — какой тихий, но приятный голос. У Ваниджимы мурашки по коже прошлись. — Так ты полезла за ним? — понимающе спросил Акито. — Погоди секунду.       Он направился к расщелине, аккуратно сев возле неё на колени и заглянув вниз. В трещине между камнями пробивался нежно-фиолетовый цветок на тонкой ножке. Девочка казалась совсем миниатюрной, она никак бы не смогла дотянуться. Но у него определённо должно получиться: Акито наклонился и без проблем смог сорвать желаемый цветок. — Вот, — он обернулся и с удивлением понял, что девочка держит его за край футболки. — Ты чего? — Ты сказал... что можно упасть… — японский у девочки был очень неважный. Она говорила мало и не особо разборчиво, но Акито понимал. И её слова заставили рассмеяться. Какая милашка! — Вот оно что? Ты хорошая девочка, — мальчик погладил её по голове, ощущая мягкость её рыжих волос, ласкающие пальцы. Незнакомка не была против, наоборот, она прикрыла глаза как ласковый котёнок. — Ну, вот и цветок. Ты довольна?       Девочка робко взяла растение и, чуть улыбаясь, кивнула. На щеках выступил заметный румянец, она осторожно держала огромный фиолетовый цветов с жёлтой сердцевиной, словно хрупкое сокровище, восторженно смотря на него. И её ярко-зелёные глаза сверкали драгоценными изумрудами. — Спасибо… — Ага, — он тоже улыбнулся во все свои молочные зубы, в которых проглядывало две дырки. — Сколько тебе лет?       Рыжеволосая подняла вверх правую руку и очень внимательно посмотрела на неё, снова вызвав у Акито лёгкую улыбку, а затем с гордым видом показала маленькую пятюнечку. — Пять лет? — девочка расплылась в широкой улыбке, яростно закивав головой. Кажется, она сильно волновалась насчёт этого. — Да-да! — она смешно замахала ладошкой в такт своим словам. — А мне четыре... получается, я немного младше, но мне тоже скоро пять, уже через три дня, — похвастался он. Ну да, в свои года, он был очень сообразительным мальчиком. Но его почему-то покорёжило, что такая малютка оказалась старше него. — А как же тебя зовут? — Лис, — мигом отозвалась она. — А ты? — Лис-тян, значит? — он чуть удивлённо склонил голову набок. Странное имя, но красивое. — Я — Акито. — При-приятно познакомиться… — она встала с колен и склонилась в лёгком приветственном поклоне. Мальчик даже растерялся, увидев вежливость от иностранки, но, когда Рыжик снова бухнулась на колени, продолжил разговор. — Да, мне тоже. С кем ты здесь? — С мамой и папой… а ещё с сестрой и братиком… и бабушкой! — она начала говорить чуть увереннее. Видимо, эти слова она знала лучше, а может просто прониклась к нему доверием. — Вот как. А... — но договорить ему не дали. Со стороны пляжа показалась ещё одна тень. — Мелисса? Лис?! — громкий девчачий голос разнёсся вблизи камней, словно гром среди ясного неба. Намного старше, чем их собственные. Это даже немного испугало Акито. Не хотелось ему иметь дело с незнакомыми взрослыми. — Это сестра, мне пора, — пояснила девчушка, вставая и отряхивая белое платье от песка. — Погоди, — Акито и сам не сильно понимая, что он делает, неожиданно схватил девочку за руку. Она с удивлением оглянулась. Мальчик забрал у неё цветок и аккуратно вставил его в волосы за ушком. — Вот так... Знаешь, ты очень миленькая, Лис-тян.       Лисса резко покраснела и, поспешно поклонившись, скорее развернулась и побежала на голос. Незнакомец страшно её смутил. — Натали, я здесь! — по-английски прокричала она. Ваниджима его тогда совсем не понимал. Лис уже почти скрылась меж камней, но вдруг что-то вспомнив, резко остановилась и оглянулась. — Ты будешь здесь завтра? — Я тут на целую неделю... — Тогда... давай встретимся здесь после обеда? Примерно в... в... — она нахмурилась, пытаясь вспомнить, — в два часа! Знаешь, сколько это? — Да! Хорошо, я буду здесь! — Отлично!       Рядом с камнями появилась вторая девушка. Куда старше, чем её малютка-сестра. Наверное, ей уже лет двенадцать. Очень красивая и высокая с длинными тёмно-сапфировыми волосами, волнами струящимися по спине. За её спиной мелькал тихий с виду мальчик лет пяти-шести. Он что-то тихо пробормотал, а сестра схватила Рыжика за руку и повела её в сторону пляжа, отчитывая на том же английском. — Мама мне уши оторвёт, если с тобой что-то случится! Кто разрешал тебе убегать?! С ума что ли сошла?! Тебя нельзя даже на минутку оставить! Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не уходила с пляжа?! Господи, Лисса, а что с платьем?! Где ты успела так изваляться?! — Цветок, сестрёнка! Цветок! — весело пояснила девочка, тыкая пальчиком в фиолетовые лепестки и даже не замечая её гневного голоса. — И я познакомилась с мальчиком. Он назвал меня миленькой. Я правда миленькая, да? Сэмми, я миленькая?       Акито, осторожно выглядывая из-за камней, смотрел в след удаляющейся троице, не в силах отвести взгляд от коротких рыжих волос. Неожиданно Рыжик обернулась, что-то спросила у сестры, а когда получила ответ, снова заглянула за спину. — До завтра! — неожиданно прокричала она, помахав рукой. — Ещё увидимся! — ответил Акито, тоже махнув ей на прощание. Вздохнув, он ещё с секунду постоял, а потом побрёл в противоположную сторону. Ему тоже нужно было возвращаться.

***

Вечер того же дня — Братик… — тихо позвал Акито, когда они с Кайто возвратившись с пляжа, укладывались спать в их маленьком фургончике. — Что? — спросил парень, укрывая ребёнка одеялом. — На пляже я встретил девочку. Она не японка. У неё красивые рыжие волосы… Она тянулась за цветком, и я его достал… — Ну и? — Она милая… Я очень хочу снова увидеть её завтра, — Акито зевнул, провалившись в сон. И ему снились мягкие волосы, сверкающие слово пламя на солнце.

***

      Отпроситься у Кайто гулять оказалось очень сложно, так как брат явно не пришёл в восторг от мысли, что Акито будет долгое время бродить без его присмотра. Но всё же взяв с него обещание никуда не уходить с берега и не лезть в воду, он согласился отпустить его до вечера. Потому в указанное время мальчик уже стоял среди камней, нервно ковыряя носком ботинка мелкую гальку. Маленькой Лиссы всё не было, и он уже начинал волноваться, но наконец через пятнадцать минут, одетая в шорты и майку, девчонка показалась средь камней, тяжело дыша. Похоже, она бежала. — П-прости... — пробормотала она, стараясь отдышаться и иногда оглядываясь через плечо, — мне пришлось сбежать от брата.       Девушка выпрямилась, широко улыбнувшись. Какая же у неё милая улыбка, пусть и не хватает одного клыка, у Акито на секунду даже сердце сжалось. Ему хотелось что-то сказать или сделать, но он смутился, не представляя, о чём же говорить с ней. С ребёнком, да ещё и девчонкой своего возраста. Похоже, Лис тоже немного стеснялась, но у неё появилось пару вопросов, потому она начала первая. — Ты... здесь с родителями? — Я с братом. Мы приехали сюда на неделю, а живём в фургончике рядом с пляжем. Это удобно, в любой момент можно выйти и посмотреть на океан. — У моих родителей тут дом... я иногда приезжаю сюда, — она снова улыбнулась, уже более уверенно. И Акито улыбнулся в ответ. Не ответить этой улыбке казалось невозможным.       Медленно, их разговор наконец начал клеиться. Всё-таки японский у Лис был не на высоте, поэтому иногда им приходилось постараться, чтобы понять друг друга: они жестикулировали, пытались объяснить другими словами, смеялись и чувствовали себя неловко, но это было очень весело. Напоминало игру в шарады. Через какое-то время, Лис провела его через небольшую каменистую дорожку в горах на другую сторону пляжа. Это был маленький и тихий уголок, где не было туристов и местных: со всех сторон пляж окружал лес и горы, образуя полукруг. В метрах пятидесяти-семидесяти от океана стоял небольшой трёхэтажный особняк в японском стиле, возле дома в песке копался мальчишка, играя с машинками и строя песочные замки. Близко они не подходили, держась в тени гор, чтобы остаться незамеченными. Иначе бы её брат привязался к ним, а сказать честно, им обоим хотелось провести время вдвоём. Хотя бы потому, что Мэдиссон отзывалась о Сэме как об ужасном зануде. Остальной остаток дня они носились по пляжу среди туристов, играя в догонялки или плескаясь на отмели. Вечером, когда пришлось расходиться, Лис заметно приуныла, но ничего не сказала. Попрощавшись, они разошлись, решив встретиться в то же время на том же месте.

***

      Они встречались ещё два дня. На второй Лис снова задержалась, а пришла, смешно пыхтя и таща что-то в подоле футболки. Акито любопытно склонил голову, но маленький Рыжик просто вывалила содержимое на камень, широко улыбнувшись и хлопнув в ладоши. — С днём рождения! — воскликнула она, начав громко напевать "Happy Birthday to you".       Акито не понял смысл песни, но догадался, что она предназначена для его поздравления. Внутри всё буквально взорвалось от радости и смущения. На камне лежало два десятка конфет в разноцветных обёртках, которые он никогда не видел. И это было так... мило. Она помнила! Мальчик не очень понимал всю важность этого дня, для него это был первый праздник, но принимать поздравления оказалось так приятно. Кайто подарил ему ролики, которые ему не терпелось испробовать, а маленькая Лис принесла конфеты. Они съели их вместе, деля каждую пополам, потому что Мэдиссон специально выбирала разные. И снова разговаривали, валялись на песке, а Акито всё больше и больше понимал, что ему сложно оторвать от девочки взгляд. Увидев, как он снова таращиться на неё, Лисса непонимающе склонила голову. — Что такое? — Мне так нравятся твои волосы... они такие красивые... хотел бы я увидеть тебя, когда они отрастут длинными-длинными... — С-спасибо... — щёки Лис вспыхнули, она смущённо отвернулась, пытаясь скрыть довольную улыбку. — Тогда, я больше никогда их не отрежу. Чтобы когда мы снова встретились, ты увидел меня красивой. — Ты думаешь, мы ещё увидимся, когда закончится эта неделя? — Конечно! — глаза девочки загорелись, она хлопнула в ладоши. — Я бываю тут очень часто, особенно летом! Я уверена, что мы ещё встретимся! Если не забудешь меня, пожалуйста, приезжай сюда, когда вырастешь. Я буду тебя ждать. — Давай пообещаем друг другу, что никогда друг друга не забудем? — Акито поднялся с песка и протянул ей мизинец, чуть улыбнувшись. — Тогда, чтобы не случилось, мы увидимся вновь. Ведь так?       Вместо ответа, Лис одарила его яркой улыбкой и сцепила мизинцы. А затем поднялась и поинтересовалась, не хочет ли он к ней в гости, пока отец с Сэмом уехали в город. — Сейчас дома только мама, сестра и бабушка. А они хотели с тобой познакомиться. — А... можно? — Акито смутился, зная, что ему надо отказаться. Ведь если Кайто об этом узнает, он очень разозлится. — Конечно, если хочешь. Бабушка сыграет нам на фортепиано!       Лис снова провела его через скалы к красивому особняку, весело напевая какую-то песенку на английском. Акито нравился её голос — такой звонкий и нежный, он приятно ласкал слух. А ещё она смешно кряхтела, когда открывала тяжёлую дубовую дверь, которая никак не хотела поддаваться её тоненьким ручкам. В холле их встретили приятная музыка, доносящаяся откуда-то сверху, и высокая девушка в джинсах, жующая на ходу бутерброд. Завидев детей, она приподняла бровь, но ничего не сказала и быстро удалилась куда-то в боковую дверь. — Это твоя сестра? — опасливо поинтересовался мальчик. Даже в столь юном возрасте незнакомка выказывала... пугающую гордость и власть своей волевой осанкой и прищуренным взглядом алых глаз. — Ага, Натали, — жизнерадостно отозвалась Лис, словно не замечая ничего пугающего в сестре. — Она самая лучшая сестра на свете! Но нам наверх, идём!       Она отвела друга на третий этаж, откуда раздавались нежные звуки фортепиано, и постучала в приоткрытую дверь. Музыка стихла и приятный голос пригласил их войти. За величественным инструментом сидела пожилая японка. Её длинные седые волосы были заколоты в свободный пучок, а некоторые пряди выбивались, что придавало женщине домашний вид, слегка смягчающий её ровную осанку аристократки. Увидев парочку, она мягко улыбнулась. А рядом, читая какую-то книгу, в кресле сидела молодая женщина в квадратных очках с огромными, как у дочери, красивыми зелёными глазами, очень яркими на фоне белой кожи и чёрных волос. Мальчик даже невольно обомлел в присутствии двух женщин, создающие какую-то новую для него атмосферу чего-то возвышенного. Теперь понятно, почему Натали произвела на него такое впечатление. Вот только его маленькая подруга совсем казалась из другого мира: такая милая непоседа, в которой чувствовалась лишь безграничная теплота и... может лёгкая избалованность. — А это видимо Акито-кун? — улыбнулась пожилая женщина, слегка повернувшись на банкетке. Мальчик неловко поклонился, выражая уважение. Он слегка удивился, что перед ним сидели японки, ведь Лис явно отличалась от них по чертам лица. — Я — Ханако, приятно познакомиться. Арису, милая, не заваришь нам чай? — Здравствуйте... — робко пробормотал он. — Конечно, займи их, мам. А ты, — черноволосая женщина встала, кинув на дочь предупреждающий взгляд, — не смей паясничать, Мелисса. — Конечно, мама, — девушка расплылась в улыбке, на что её мать только закатила глаза, пробормотав что-то про под нос, и удалилась. Малышка сразу же кинулась к пожилой женщине, сжав её руку. — Бабушка, сыграй нам что-нибудь! — Может ты сама сыграешь для нашего гостя? — Я всё ещё не могу достать до дальней октавы! У меня слишком короткие руки! — Рыжик надула губы, чуть ли не плача от досады, словно слова женщины задели её по больному. Но её вдруг озарило, и она повернулась к другу. — Акито! Хочешь мне помочь? Вдвоём мы сможем сыграть. — Но... я не умею... — мальчик вжал голову в плечи. Ему очень хотелось подойти и дотронуться до клавиш, но он боялся. — Смелей, юноша, это очень лёгкая мелодия. Даже эта непоседа запомнила её очень быстро. — Бабушка! — недовольно воскликнула Лис, и женщина негромко засмеялась. — Давай, Акито!       Они уселись на банкетку, и подруга принялась показывать ему его партию, пока ей одной рукой подыгрывала Ханако. Мелодия и правда оказалась очень простой — всего пару клавиш, но она звучала по-своему мило и трогательно. Когда он запомнил порядок, женщина отошла, то и дело, делая Лиссе замечания и прося не спешить. Подруга играла свою партию одной рукой, выражая всю себя — она торопилась, не желала слушать партию друга, чтобы играть синхронно, и вынуждала его подстраиваться под себя. Акито то и дело запинался и путал клавиши, но, когда у него начало получаться, он прям весь засиял.       Через некоторое время Арису принесла ароматно пахнущий чай, на вкус нежный, словно бархат, и очень сладкий, и Акито просидел у них в гостях до самого вечера, смеясь в тёплой атмосфере. Черноволосая женщина, по началу показавшейся ему очень строгой, то и дело тыкала дочку в бок или легонько дёргала за нос, заставляя её смеяться, а потом крепко обнимала, целуя в висок — сразу видно, несмотря ни на что, в дочери она души не чаяла. И Ваниджима даже слегка завидовал этой теплоте, которую он сам никогда не знал. С ним она тоже говорила очень ласково, словно с родным ребёнком. Всего за пару часов он полюбил это семейство всей душой.       Вечер наступил слишком быстро. Лисса проводила друга обратно к берегу, крепко сжимая его руку. Они ещё немного поиграли, прежде чем расстаться — почти целый час копались в песке, изображая из себя пиратов, а когда время всё же подошло к концу, девочка долго мялась, прежде чем заявив, что это ещё один её подарок. И, не давая ему ничего ответить, она подошла к мальчику совсем вплотную и коснулась его губ своими, объяснив, что видела так по телевизору. Это знак, что один человек очень нравится другому. И в этот вечер расставаться было особенно тяжело. Они постоянно оглядывались друг на друга, пока скалы не скрыли их от взора друг друга. На следующий день, ровно в два часа, Акито снова был на их месте, но время шло, а Лисса так и не появилась. Переборов страх, он прошёл через скалы и вышел к особняку, но и здесь царила тишина. Раньше возле дома стоял мощный чёрный внедорожник, но сейчас он исчез. Не сдаваясь, Ваниджима ждал девочку все оставшиеся три дня, несколько раз стучал в дверь особняка, звал её, но Лис больше не приходила.

***

— Не слишком ли ты активна, Лисса? — ласково спросила черноволосая женщина, заворачивая смеющуюся дочь в одеяло и нежно целуя её в нос. — Мне казалось, в тебе уже кончилась энергия. — Мама, после того, как он побывал у нас в гостях, мы с Акито искали клад на берегу! Я нашла монетку и колокольчик, а он красивую ракушку и ленточку. Мы закопали их возле скал, как наш собственный пиратский клад! А завтра мы отправимся устраивать раскопки и искать скелеты динозавров! — женщина виновато улыбнулась, погладив дочку по голове. — Прости, солнышко... я не сказала тебе раньше, но папе срочно позвонили по работе. Утром нам нужно вернуться домой. Вряд ли ты ещё увидишься с Акито. — Но... — Лис расстроенно хлюпнула носом, надув губы. В её глазах уже застыли слёзы, но она помотала головой и постаралась улыбнуться. — Ничего страшного! Мы ведь ещё вернёмся сюда? Мы пообещали друг другу, что ещё встретимся. Так что... ничего страшного...       По ней было видно, что она очень расстроена, но старалась не подавать виду. Вздохнув, Лис свернулась маленьким комочком, возле Сэма, который уже сопел в две дырки. И настолько крепко, что даже не слышал их возни. Сказать честно, он был на сестру в обиде, так что пусть и волновался, но даже и не думал с ней об этом говорить. Она игнорировала его несколько дней, играя с каким-то мальчишкой! Сэмми расценил это как предательство.

***

Через семь лет — Ты не можешь кататься? Тогда я буду ездить за тебя…       Совсем темно, лишь где-то капала вода и слышался чей-то тихий успокаивающий шёпот, который прогонял из сердца страх. Этому шёпоту очень хотелось довериться. Он на подсознательном уровне знал, что ему можно верить. — Кто ты? — такой робкий и настороженный вопрос разорвал повисшую тишину. — Я? — по голосу можно было понять, что незнакомец усмехнулся. — Я тот, кто возьмёт на себя все твои грехи и всю кровь с твоих крыльев. Я твои тёмные желания и страхи. Меня зовут Агито. — Ты возьмёшь всё плохое? Всё то, что меня тревожит? — голос звучал испуганно и недоверчиво. Это, наверно, просто сон, да? Он проснётся в клетке. И выпустят его лишь для того, чтобы снова пролить кровь. — Да. Просто скажи. Я здесь, чтобы защитить тебя… Чтобы исполнить твои желания. Что ты хочешь? — Я не хочу больше убивать… — совсем тихо. Шёпотом. — Хорошо, я убью за тебя. Всех, кто только попадётся на нашем пути.       Рядом упала ещё одна капля воды, издав тихий хрустальный звон. Этот звук успокаивал и раздражал одновременно. Он был чарующе прекрасен и отвратительно мерзок. Хотелось, чтобы он продолжал звучать и заткнулся навсегда. — И не хочу чувствовать боль… И печаль, — ещё тише. — Я заберу и это.       Снова что-то капнуло. Прошу, продолжай и заткнись. Он не раз слышал этот капающий звук. Как он дробился о камни, рождаясь в рваной ране и погибая на земле. Это было прекрасно и отвратительно. — И… — мальчик прервался, не зная, можно ли просить что-то ещё. — Да? — ответил голос, подталкивая действовать смелее. — Есть что-то, что очень долго терзает меня. Я не знаю, что это за чувство… Я забыл, что оно значит. Я словно постоянно чего-то или кого-то жду, а когда устаю ждать, начинаю искать. И из-за этого мне иногда так больно. Иногда снится чей-то голос. И мягкость чьих-то волос. Я слышал девчачий смех, сквозь крики, который успокаивал меня, но теперь это тяжёлый камень на моём сердце. Я... — на секунду он замолкает и смотрит на свою руку, но затем продолжает, — я хочу забыть. — Хорошо… — на секунду, кажется Агито немного растерялся или просто задумался. — Я заберу его. Это всё?       Лёгкий кивок и облегчённый вздох. Где-то снова капнула вода, после чего в этом мире наступила тишина и покой, которые мальчик так долго искал. Кто-то другой стоял, наблюдая, как расходятся круги на зеркальной воде, отдающей кроваво-красным цветом смерти. Кто-то идентичный, но совсем другой. Он прогонял незнакомые чувства через себя, словно играясь шариками между пальцами, а затем отпустил, позволив пустоте поглотить их.