Пути

      Вечера — самое прекрасное и чарующее время суток, способное хранить непередаваемую атмосферу тишины и спокойствия, либо сочетать в себе смех, крики и удивительные события. В Токио вечера особенно красивы. Когда на потемневшем небе уже начинают зажигаться первые звёзды, а улицы освещаются сотнями вывесками и разноцветными фонарями, то создается непередаваемая словами атмосфера жизни. Она сочетает в себе игру блеска в глазах людей, звуки большого города и топот множества ног: от усталого шарканья ботинок до галантного цоканья высоких шпилек. Такие вечера прекрасно подходят для самых нелепых и странных встреч, которые впоследствии могут обернуться счастьем или горем по одному лишь велению судьбы. Могут навсегда свести людей, вручив витиеватый ключ к самым разнообразным чувствам, коими одарено людское сердце, а могут разбить желания на тысячи острых осколков. И собирать их — лишь резать себе пальцы.       Именно в этот момент по одной из улиц Токио, кто-то в спешке, а кто-то, никуда не торопясь, идут тысячи людей. У каждого из них свои мысли, свои чувства, свои эмоции на лице, свои дела. У каждого из них своя жизнь. Скорее всего, у более половины людей, присутствующих в этот момент на площади, история куда увлекательнее, печальнее или веселее. Но из огромного выбора персонажей и судеб, мы остановим своё повествование на одной девушке, почти непримечательной, но чья жизнь скоро изменится и изменит её, пусть сейчас она всего лишь капризный ребёнок со своими комплексами и заморочками, думающая только о себе и своих желаниях. Она строит из себя взрослую, но ещё совсем наивна.       Если бы не чудо техники нового мира на её ногах, называемое АТ, девушку совсем не было бы видно за толпой. Ей шестнадцать, но рост у неё как у тех людей, кого обидно называют «метр с кепкой», она уступает даже японцам, больше похожая на ребёнка одиннадцати лет. Фигурка совсем тощая с неброскими линиями, коленки и плечи острые, ноги и руки словно веточки, а кожа бледная, просвечивающая сеточку фиолетовых вен. Маленькая лисичка с ярко-рыжими волосами, пылающими жарким огнём в свете фонарей.       Рядом с ней вышагивал её спутник. В отличие от своей сестры-непоседы, он выглядит очень привлекательным, многие молодые девушки оглядывались на высокого иностранца с шоколадными глазами и россыпью серёжек в ухе. На плече он нёс футляр с гитарой. Музыкант. Прямо мечта многих девушек. Но, несмотря на столь смелый образ, его сестричка прекрасно знает, какая он невообразимая зануда. Даже сейчас он негромко ворчал, капая ей на мозги. — Ты вечно всё делаешь мне на зло! Ты специально потратила деньги на эти ролики, чтобы мы снова поссорились, — он на секунду замолчал, пытаясь понять, произвели ли хоть какой-то эффект его слова. Когда девушка это нагло проигнорировала, он уже повысил голос. — Лисса, ты бы могла хотя бы из вежливости меня слушать!       Сестра раздражённо оглянулась, лишь чудом не врезавшись в кого-то. Она нарочито-сердито надула губы, показательно фыркнув, словно пыталась свести всё к шутке, но её выдавали глаза. Как в открытой книге, в них читались невесёлые мысли, тучей висевшей в её душе. Словно скрывая это, девушка прикрыла веки, но брат слишком хорошо знал сестру и видел мельчайшие изменения в её настроении. Только теперь он не мог понять причины. В последнее время они сильно отдалились друг от друга, и пропасть с каждым днём всё разрасталась. У него появилась девушка, с которой ему хотелось проводить время, а она так и осталась одиночкой, которая всегда себе на уме и которую тянуло к этим странным роликам. Их отношениям это не пошло на пользу. — Не неси ерунды, Сэмми, — почти на распев прощебетала она, в такт махая маленькой ручонкой. — Я так давно сюда не приезжала, дай мне немного пространства. Пока ты снова не ограничишь мою свободу, посадив на короткий поводок.       Лисса его провоцировала, но брат решил промолчать, понимая, что её обвинения не взяты из воздуха. В детстве они часто ездили в Японию, она любила это место всей душой. И сейчас её воспоминания снова оживали, чаруя сердце и заставляя трепетать её душу. Но она здесь ненадолго.       Сэм летел в Китай к своей девушке, а её взял с собой, лишь бы не оставлять дома с дядей. Ей хотелось остаться здесь, в Японии, каждая клеточка её души тянулась к этому городу, словно возвращаясь к своему историческому началу, ведь её родители с маминой стороны — японцы, но весь выбор, который ей оставался, заключался в выборе клетки посвободнее, потому что никто не хотел считаться с желаниями 16-летней девчонки. Сэм немного побаловал её, остановившись здесь, потому что он всё-таки её любил, но даже сама Лисса начинала сомневаться, хорошей ли это было идеей. — Я понимаю твои чувства, Лис, — наконец произнёс он, стараясь подбирать слова помягче, чтобы не обидеть её. — Но сама понимаешь. Ты несовершеннолетняя сбежавшая подопечная. Я не могу остаться здесь и не могу оставить тебя одну. Если не хочешь отправиться домой, то придётся потерпеть. В ином же случае, могу взять тебе билет на первый же рейс до Вашингтона. — Я знаю, — её голос звучал максимально недовольно, но спорить она не стала. Только стала ещё мрачнее. — Вот потерпишь два года, достигнешь совершеннолетия, и ты в праве сама решать, что лучше для твоей жизни. — Я знаю! Ну хватит, пожалуйста, я же не ною, так что давай без нотаций!       Лисса разозлилась. И пусть ему было жаль, Сэм продолжал напоминать о скором отъезде, чтобы она случайно не начала испытывать надежды на то, чтобы остаться здесь. Младший и средний отпрыски семьи Мэдиссон не приходились друг другу кровными родственниками. Родные оставили его на чужом пороге, а незнакомые люди приютили, приняв как родного и подарив любимых сестёр и много заботы. Лиссу он полюбил с первых дней пребывания в их доме. Девочка оказалась не самого лёгкого характера. Плакса, легко обижается, избалована до безобразия, но было в ней и что-то особенное. Её волшебная улыбка, необычный ход мыслей, сильный дух. Она втягивала Сэма в прекрасный мир своих фантазий, в головокружительные приключения, придумывала самые разнообразные игры. Несмотря на то, что парню на пару лет больше, это он ходил за ней хвостом, защищая и успокаивая, когда это требовалось. Для него она была удивительным человеком. Его маленьким солнцем. Он пытался спасти её от саморазрушения, а для этого ему пришлось стать немного жёстче и прищучить избалованную сторону сестры, которая слишком привыкла получать всё, что она хотела.       Он никогда не желал таких событий, но так получилось. Просто потому что жизнь несправедлива. Мелиссе только исполнилось 13 лет, когда их родители погибли. Мир потерял гениального изобретателя, который любил АТ всем сердцем и активно поддерживал изготовление деталей, и его прекрасную красавицу-супругу, бывшую обладательницу Регалии и талантливого переводчика, но для детей эта потеря оказалась намного больше. Артур и Арису были всем для Лиссы.       В тот день семья летела на презентацию в Японию, показать важные чертежи и любопытные разработки, которые должны были что-то изменить в этом непонятном для него мире АТ. Но самолёт, на котором они отправились за границу, поднялся на высоту восьмисот метров, когда ему отказали два двигателя. Причину так и не выяснили, двигатели просто вышли из строя. Пилот попытался посадить самолёт, потеряв свою жизнь и жизни половины пассажиров. В том числе и их родителей. Детям удалось выжить. Родители закрыли их своими телами. В итоге на Сэма приземлился кусок арматуры, оставив шрам на груди, у его сестры шрам и ожог на спине. Не всё так критично, в отличие от психического состояния.       После аварии Сэм достаточно быстро встал на ноги, но Лиссе пришлось провести три месяца под тщательным присмотром психиатра: она почти ничего не ела, не могла свободно двигаться и отказывалась говорить. Сэм и Натали, которая во время аварии училась в Японии, с трудом заставляли её чем-то перекусить или хотя бы встать с кровати и немного пройтись. Пережив серьёзный стресс, Мелисса перестала быть плаксой. Она просто больше не могла плакать, слёзы отказывались появляться. Не смирившись со смертью дочери, у бабушки Лиссы не выдержало сердце, и она в скором времени скончалась. Дети остались одни. Опекунство хотела оформить младшая сестра Ари — Эри, но она работала за границей и не смогла заполнить нужные документы вовремя. Даже на похороны не успела.       В конце концов, опекуном детей стал двоюродный брат со стороны отца. Внимания детям он не уделял, да оно и к лучшему. Дядя привык решать проблемы более старыми способами, за плохую дисциплину или неудовлетворительные оценки иногда и руку мог поднять. Отношения в доме царили натянутые. Так что, когда у Сэма появилась девушка из другой страны, он в конце концов решил уехать, прихватив сестру с собой. Дяде вряд ли понравилось, что его несовершеннолетняя подопечная уехала, у него на этой почве могли быть проблемы. Да и похоже он надеялся отсудить часть акций компании за опеку. Но теперь проблемы начались из-за самой Лиссы. Она так упрашивала приехать в Японию, а теперь ни в какую не желала отсюда уезжать. — Эх, остаться в Токио навсегда, — мечтательно промурлыкала Мелисса. Она не обращалась к Сэму, потому он не ответил. — Хотела бы я вступить в команду рейдеров и кататься вместе с ними.       Этот человек обречён... Сэм с трудом удержался, чтобы не схватиться за голову. Нет, они поедут в Китай. И тогда пусть она занимается чем хочет. Она неплохо поёт и ей это нравится? Он готов отдать её на вокал. Или может она захочет снова заниматься гимнастикой? Без проблем. Она хочет АТ? В Гонконге тоже есть рейдеры, пусть тусуется с ними. Лишь бы только Сэм знал, что сестра в безопасности. Там, где её никто не найдёт. Ведь она его по-настоящему родной человек. И всё, что он делал — он делал из любви к ней.       Тем временем, Мелисса, забыв обо всём на свете, плавно ехала вперёд, то смотря слепо перед собой, то заинтересовано вглядываясь в лица прохожих. Они все такие разные, каждый выражает свои мысли, свои эмоции. Кто-то из них бизнесмен, кто-то продавец, кто-то рейдер… эм, рейдер? Прямо возле неё проехал мальчик с таким красивым цветом глаз, что она мгновенно обратила внимание на теплоту этого янтаря, выловив его среди толпы людей. Его второй глаз скрывала повязка.       Сколько народу кругом. А Рыжик вдруг выхватила из толпы именно его лицо, сама не осознавая это и теряя ход мыслей. Незнакомец почему-то показался до боли знакомым, но она могла поклясться, что видела его впервые. Может знала кого-то похожего? От секундной близости у неё спёрло дыхание, а сердце забилось слишком быстро, незнакомец прошёл рядом, чуть не задев её плечом. Другая секунда, и они уже в двух шагах друг от друга. Вот-вот она моргнёт и забудет его лицо, как забывает другие сотни тысяч. Но, словно притянутая магнитом, Мэдиссон обернулась.       Конечно, он просто пройдёт мимо, даже не заметив её. Но нет, незнакомец вдруг и сам на секунду замедлился, чуть повернув голову в сторону девушки. Его пронзительный глаз сначала посмотрел вниз на её АТ, а затем их взгляды встретились на короткий промежуток времени. Ещё одна случайная секунда, но этого хватило, чтобы она ощутила взрыв эмоций. От этого взгляда хотелось сбежать, не оглядываясь, спрятаться где-нибудь, но в тоже время смотреть на него вечно, медленно застывая в этой густой янтарной смоле. Прерывая секундный контакт, парень сразу отвернулся и поехал куда-то вперёд по своим делам. Лисса тоже, сделав глубокий вдох, в надежде, что это ей поможет, что вернёт мысли на место. Но нет, его взгляд стоял перед глазами. «Кто это... сейчас был?.. Сердцу аж больно, настолько сильно оно стучит..." — она сжала толстовку на груди, словно в надежде нащупать камень, тяжёлым грузом повисший на её сердце. Но это было не самое странное, через секунду её голову пронзила дикая боль, словно черепная коробка решила расколоться, заставив её сморщиться. — Эй, Лисса, ты в порядке? — тяжёлая рука Сэма легла на её плечо, заставив вздрогнуть. Она чуть обернулась. Брат выглядел обеспокоенным, заметив, что она резко побледнела. — Всё хорошо, я в порядке, — невнятно пробормотала она. Её бросило в жар, руки дрожали. — Сэмми, возвращайся пока без меня. Я бы хотела немного покататься и подышать свежим воздухом. У меня голова разболелась. — Да что с тобой сегодня? Сама не своя! — Сэм требовательно потряс её за плечо. Его беспокойство только усилилось. Но она мягко сняла его руку, на короткое мгновение сжав тёплую ладонь брата, почти теряя сознание. — Всё нормально, мы с Кус-Кусом покатаемся немного и вернёмся. Правда. — Покатаетесь? На ночь глядя? Уже поздно. — Я ненадолго. Давай, возвращайся и отдохни. Ты сегодня отлично потрудился, тебе нужен крепкий сон. Иди-иди, — она вновь замахала ладошкой. — Х-хорошо... — сдался Сэм, дёрнув плечом. Её умоляющие глаза действовали на него словно гипноз. Он не мог ей возразить. И давал возможность поступать, как хочет она сама. Он сам её этим и избаловал, хотя стремился к противоположному эффекту. Брат хотел добавить что-то ещё, посмотрел вперёд и… обнаружил лишь пустое пространство перед собою.

***

      Перед глазами всё расплывалось: огни фонарей и вывесок слились в единое пятно, она едва различала дорогу, выжимая из АТ максимальную скорость. Рой эмоций крутились в её сердце, и, словно муравьи за кусочком сладкого сахара, мысли налезали друг на друга, путались и копошились в голове, пребывая в хаосе. Спасибо, что хотя бы боль прошла так же резко, как и началась. «Да что ж это такое!"       Все шестнадцать лет своей жизни, судьба очень благосклонно разрешала Лиссе не влюбляться. Решив, что с неё пока и так хватит проблем. Тогда почему её сердце сейчас так бешено бьётся? Не может же эта странная буря быть хвалёной любовью? А может ей просто кажется? Просто беспокойство от чувства, что она встречала его раньше? Почему же на душе так больно, словно она сейчас упустила что-то, что так долго искала?       Народа на улице почти не осталось. Тёмные дороги освещались тусклым светом фонарей, выхватывая из ночи куски асфальта и пучки травы. Лис сбавила скорость и просто брела вперёд, наслаждаясь тишиной. Сердце успокоилось. Мимолётная встреча медленно выветривалась из памяти. Произошедшая, всего десять минут тому назад, встреча, вдруг стала казаться далёким абстрактным сном, который уже начал стираться после пробуждения. Так что она постаралась выкинуть это из своей головы, ругаясь на до сих пор ноющее сердце.       Ноги привели её к старой скейтерской площадке. Что ж, отличное место, чтобы немного потренироваться и остудить голову от загадочных событий. Лис сделала небольшую растяжку для разогрева мышц, а затем принялась напевать, медленно кружась в своеобразном "танце", рисуя нотный стан на поверхности и вплетая в него свой путь, словно ноты в музыку. Только она, звук и ночь. На мгновение девушка даже загордилась своей грацией и тут же об этом пожалела, расплата за смертный грех пришла мгновенно: она умудрилась запутаться в собственных ногах и упасть на асфальт, разодрав колени и левый локоть. Вот это позор. Развила скорость до помутнения в глазах и упала на элементарной восьмёрке, двигаясь со скоростью сухопутной черепахи. Лис, ну ты просто гениальный рейдер, да? Прирождённый, не так ли? Мамуля бы тобой гордилась. Она прям так и увидела насмешливые зелёные глаза матери, смотрящие на неё сквозь квадратные очки. Да что там мама, как Сэмми-то изольётся желчью!       Какие красивые сальто в воздухе выписывали незнакомые ей рейдеры, какие финты. А она грохнулась, просто катаясь. Гордость уничтожена в пух и прах. Сев на землю, Лис какое-то время так и провела, залипая в пустоту, пока на плечо не вскарабкался её маленький друг — хамелеон. Весь его вид как бы напоминал о словах Сэма, настойчиво твердящие в ухо, что она грохнется. Можно ли спихнуть неудачу на его карканье? Думаю, вполне. — Я знаю, о чём ты думаешь. И да, Сэм был п-пр... — речь хамелеона пошла кусками, он яростно замотал головой, пытаясь сбросить с себя тонкий металлический обруч, опоясывающий его шею. — Выглядит как карма, — нравоучительно заметила девушка, и чуть тише добавила, — если Сэм не прекратит, его ожидает то же самое...       Она без проблем расстегнула ошейник с маленькими микросхемами на внутренней стороне и внимательно осмотрела, подсвечивая фонариком на телефоне. В последнее время в механизме расшатывался шуруп, видимо, резьба срывалась. Время от времени ей приходилось его подтягивать, это несерьёзно. И хорошо, если бы и дальше так было. Папа собрал это устройство очень давно, чтобы они с Кус-Кусом могли общаться, и не хотелось бы терять эту возможность. Достав из набедренной сумки маленькую отвёрточку и подтянув нужный винт, Лис вновь надела ошейник на друга. Защёлкнув механизм, она спокойно выдохнула и откинулась назад, запрокидывая голову вверх. С ясного неба ей приветливо подмигивали осенние звёзды Японии. Сколько ей ещё посчастливиться за ними наблюдать? — Спасибо, так лучше. Но нам пора возвращаться, — Кус-Кус забрался на её плечо и требовательно потянул за рыжую прядь волос. Он был прав, коленки жалобно ныли и просили, чтобы о них позаботились. Но ей так не хотелось обратно... Она вдохнула полной грудью, словно пропускала сам запах свободы через себя. Кус-Кус же добавил: — Сэмми будет сердиться.       В ответ Лисса лишь вздохнула и неуклюже поднялась, отряхивая пятую точку от пыли. Брат её точно отчитает. А пока можно наслаждаться царящей тишиной, разбавляемой стрекотанием цикад и тихим шёпотом ветра. Неожиданно её уха коснулся хруст. Она резко подняла голову, вытянувшись струной и вперившись взглядом в стоящие неподалеку деревья. Кто-то наступил на ветку, вызвав по её коже ряд мурашек. Кто-то следил за ней. Или может это бродячее животное? Между стволами мелькнуло движение, и Лис дала по газам, быстрее сматываясь оттуда. Пару раз она оглянулась, но никакой погони не было. В конце концов, девушка убедила себя, что это могло быть и случайностью.

***

Примерно в то же время       Агито полностью погружённый в свои мысли, не спеша ехал по улице, про себя ругаясь на весь свет и ненавидя всех и каждого. Неоновые вывески горели слишком ярко, на больших экранах показывали чушь, людей слишком много, город слишком шумный, Ворон слишком тупой, его собственная скорость слишком медленная! Если бы не этот Минами, что опять полез с чепухой, он бы лучше дома в этот раз посидел! В кои-то веки залупоглазил в телик, узнать, что в мире творится! Так нет же, нужно было довести его до бешенства! С другой стороны, Король Клыка проводит тихие вечера у телевизора. Звучит почти что смешно, да… Смеющегося он бы порвал на куски.       Повсюду звучали голоса, по улицам гуляли толпы народа, и Агито уже жалел, что решил направиться в центр города… Погодите, решил? Боже ты мой, у Ваниджимы мозг отключился, когда он в час-пик попёрся сюда. Токио, конечно, прекрасное место для крови, хардкора, кишок и убийств, но в моменты, когда хочется побыть одному, в этом кусочке мира совершенно нельзя найти безлюдное место! Люди готовы достать тебя везде! Не то чтобы он хотел удариться в сетование на жизнь, а также в депрессию и прочее, для него это унизительно, а скорее просто поворчать, чтобы другим жизнь мёдом не казалась. Пусть никто его мысли и не услышал бы. Вокруг людей куча, то и дело кого-то плечом задеваешь. Все о какой-то своей дребедени разговаривают. И тут, словно гром среди ясного неба — знакомые и приятные ушам слова. Пусть голос и настолько писклявый, что аж противно. — Хотела бы вступить в команду рейдеров...       Невольно подняв глаза, Агито наткнулся взглядом на копну рыжих волос, но поспешно отвернулся. Всего лишь какой-то глупый ребёнок. Куда этой мелочи в рейдере, размажут в первой же битве по асфальту. И пятно будет таким маленьким, что его даже и не заметишь. И почему он вообще об этом думает? Во всём виноват Ворон. Точно. Довёл его до нервного срыва. Нужно срочно свернуть этой курице шею. Но пока гений-живодёр разглагольствовал о мучениях Икки, он прошёл настолько близко от незнакомки, что почти задел её плечо. В нос ударил аромат ванили и вишни. И пробудил в нём... что-то знакомое. Он оглянулся на мгновение, опустив взгляд на её ролики. «Агито, подними глаза!» — вдруг неожиданно раздался в голове голос Акито. «Что?!»       Парень не успел хорошенько обдумать, как рефлексы сработали сами собой, и его взгляд поднялся вверх, прямо на лицо незнакомки, встретившись с двумя огромными озёрами зелёного цвета. Парень немного растерялся и тут же отвернулся. Не ожидал совсем, что и эта оглянется. «Акито, ты чего? — сердито поинтересовался он. — Сбрендил?» «Стой, погоди! Развернись!» «Что?! — снова повторил Ваниджима. — Зачем?» «Следуй за ней! Пожалуйста!»       Не понимая, что он делает и зачем он это делает, Агито и правда развернулся, чтобы успеть увидеть, как рыжие волосы мелькнули за углом. Чуть надавив на АТ, он быстрее помчался за незнакомкой, про себя отмечая, что скорость у этой мелочи очень даже неплохая. И куда она так рванула? Даже слежку в тридцати метрах от себя не видела. Для Ваниджимы это даже стало некой игрой, чтобы развеяться. Он чувствовал себя охотником, который выслеживает лисицу. И сравнение было очень даже удачным на его взгляд.       Побродив некоторое время по улицам, они остановились у небольшого скверика со старой площадкой для скейтеров. Он решил скрыться за деревьями и немного понаблюдать. Рыжая незнакомка начала что-то напевать и медленно кружиться. Она двигалась изящно и плавно, словно ветви ивы на ветру, мелькая в серебряном свете луны. Это несомненно был путь, но... какой-то странный. Больше похожий на танец, совсем не предназначенный для битвы. От песни, что она пела, в груди что-то трепетало. Что-то внутри него откликалось на её звук.       Эйфория прошла, когда странная девица умудрилась споткнуться об свою же ногу и грохнулась со смачным «бум». Он еле подавил смех, только прыснув и отвернувшись от такого позора. Лезут же все кому не лень на АТ. Люди из-за них жизнью жертвуют, совсем недавно столько рейдеров передохло из-за последней битвы. И тут какая-то малолетняя дура использует их для развлечений. Как же раздражает. «Акито, так кто же это всё-таки? Твоя знакомая?» — раздражённо спросил он, складывая руки на груди. «Я не могу сказать точно… — голос мальчика звучал растерянно. — Мне показалось, что я её знаю…» «Что? Акито, ты сдурел что ли? Мы гнались за девкой, только потому, что тебе она показалась знакомой?» — он обречённо вздохнул и сделал шаг вперёд, но под колёсами хрустнула ветка. Девица тут же напряглась, всматриваясь в то место, где он стоял. Она выглядела, как дикая олениха, которая завидела опасность и готова сорваться в любой момент с места. Но его удивило другое. "Она услышала меня с такого расстояния?.."       Агито отступил назад, а девушка рыжей молнией умчалась куда-то, он даже не успел среагировать. И вот же... и с такой скоростью она умудряется так глупо падать? Да что не так с этой дурой? Странная какая-то. — Вот же... Просто зря время потеряли. «П-прости — сконфузился мальчик внутри него. — Просто что-то щёлкнуло… показалось, кажется. Пойдём домой? Прохладно становится».