Ведьмачья сказка или матерь для ведьмаков. Том 5

      — Еще только мечей тут не хватало, — пробормотала я и уловила заманчивый запах шашлычка, жарящегося у неподалеку разбитой палатки.       И сразу как-то вспомнилось, что обед был давно, да и тут наш променад уже подзатянулся. Нахмурившись, я исподлобья уставилась на Эскеля, разрываясь между идеей зайти в местную кафешку — разнообразить свое меню чем-нибудь новеньким и не искушать судьбу шарахающимся от парапланов Эскелем, — и отправиться ужинать восвояси.       — Что ты так смотришь? — явно не понял моего внезапного интереса к нему ведьмак. — Я вижу, что оружие у вас тут никто не носит.       — Да я хотела предложить зайти куда-нибудь поесть, — решила я все-таки озвучить свои мысли, — но не знаю, выдержишь ли ты такое испытание.       — Вряд ли в этом мире еда людей ядовитее ведьмачьих эликсиров, — заметил Эскель, скептически глядя на меня.       — Это ты просто список консервантов на каком-нибудь красиво упакованном круассанчике не видел, — хохотнула я. — Но самое страшное, что там очень много техники и людей, и если ты на автоматические двери отреагируешь как на параплан, не избежать нам как минимум лишнего внимания.       — Объясни мне заранее, что есть что, чтобы я реагировал правильно, — несколько уязвленно отозвался мужчина.       — Если бы я еще знала, о чем предупреждать, — вздохнула я, с грустью отказываясь от идеи посещения общественных мест. — Для меня все эти вещи совершенно обычные, а тебе может показаться опасным… кондиционер.       — А что это такое?       — Прибор, охлаждающий воздух в помещении, — ответила я.       — Как выглядит?       — По-разному. Иногда это продолговатая, обычно белая коробочка на стене, иногда — просто решетка в потолке, да и мало ли как еще задекорируют. Так что нет, посещение кафешки мы оставим на следующий раз, — уверенно сказала я и озвучила другую идею, пришедшую мне в голову, — а сегодня поедим уличной еды.       Припомнив небольшой крытый рынок, у которого мы делали остановку во время одной из экскурсий, я на сей раз сама целеустремленно направилась к кустам. Заходить в них, правда, не стала, а лишь убедилась, что со стороны отдыхающих нас не видно. А через пару мгновений уже удостоверилась в правильности своих воспоминаний. Рынок находился на прежнем месте, как и нужная мне палатка, готовая накормить всех желающих местным вариантом шаурмы.       Всё недолгое время, что заняла готовка нашего заказа, Эскель стоял рядом со мной с совершенно невозмутимым и даже скучающим видом, решив, очевидно, продемонстрировать всю беспочвенность моих сомнений в нем. Его спокойствие не поколебали ни машины, ни велосипеды, ни зажегшееся уличное освещение, ни яркая реклама, ни непривычно одетые люди в непривычном количестве. Я лишь мило улыбалась, отвечая на вопросы продавца, и ни на минуту не сомневалась, что ведьмак мог приспособиться к чему угодно, нужно было лишь немного времени.       Получив заказ, мы отошли подальше от людей и присели на лавочку в живописном месте, чтобы перекусить. Тут только я поймала себя на мысли, что без проблем поговорила с продавцом, а в таких непопулярных среди туристов местах русскоговорящие были редкостью. Речь продавца же лишь показалась мне несколько странной, но понимала я его отлично, как, судя по всему, и он меня. Преимущества Старшей крови начинали нравиться мне всё больше, правда, раньше я никакой разницы не слышала, а теперь вот…       — Эскель, скажи что-нибудь, — попросила я, захотев проверить, распространяется ли этот эффект только на турецкий.       — Что? — переспросил ведьмак.       — Что-нибудь подлиннее одного слова, — усмехнулась я.       — В твоем мире нет магии, но техника очень на нее похожа, — сообщил свои наблюдений Эскель.       — Есть такое, — с улыбкой согласилась я и несколько запоздало прислушалась к себе, вспомнив, зачем попросила Эскеля заговорить.        Едва заметное ощущение инаковости присутствовало и в речи ведьмака, не заострила бы на этом внимание — не заметила б. Мы с ним слишком много общались, я привыкла, а вот речь турецкого продавца сразу ввинтилась в уши.       — Кажется, я начинаю различать языки, — поделилась я своим наблюдением.       — Языки? В каком смысле?       — Когда я только переместилась в твой мир, для меня все говорили на одном языке — моем родном. И никаких отличий, например от Старшей речи, я не слышала. А теперь вот турецкий мне показался необычным, да и, прислушавшись к тебе, я начинаю различать нюансы.       — Но ты все равно понимаешь меня? — обеспокоился Эскель.       — И тебя, и того мужчину, и, очевидно, вы оба меня понимаете, — кивнула я. — Но говорите вы для меня по-разному. Может, я так, наконец, на Старшей речи смогу заговорить!       — А это тебе так необходимо?       — Иногда было бы проще, если бы я могла произнести заклинание вслух, — ответила я. — Да и то, что все всегда тебя понимают, тоже бывает неудобно. Захочешь что-нибудь сказать или написать так, чтобы понял только конкретный человек, и никак! — развела я руками.       — Не думал об этом в таком ключе, — задумчиво признался Эскель.       — Что ж, — отряхнув руки от крошек, сказала я, когда закончила есть. — Эксперимент пора завершить и признать удачным. Надо возвращаться. Как думаешь, где лучше появиться, чтобы скинуть хвост, если таковой появится?       — На окраине Новиграда, — чуть подумав, ответил Эскель. — В Обрезках легко затеряться и уйти в Каэр Морхен порталом, но только не в этом, — поднявшись со скамейки, Эскель развел руки в сторону, намекая на одежду.       — О да, в Новиграде сейчас еще мороз, пусть и небольшой, — с усмешкой согласилась я, представив наше эффектное появление, считай, в нижнем белье посреди мрачной холодной улицы не самого благополучного квартала города.       Отыскав укромное местечко (благо, уже совсем стемнело и требовалось лишь отойти с освещенной улицы), мы быстро, как два заядлых путешественника между мирами, сменили имидж с праздно шатающихся туристов на неприметных горожан неопределенного рода занятости и растворились в воздухе.       После жаркой Турции в Новиграде мне показалось особенно холодно и промозгло. Захотелось поскорее оказаться у камина в своей комнате. Однако Эскель настоял на запутывании следов. Вернувшись в родные пенаты и воссоединившись с оружием, он явно почувствовал себя значительно увереннее и провел меня одним ему ведомым маршрутом с самой окраины почти до Золотого города. Только тогда я наконец смогла открыть портал.       — Уф, — устало выдохнула я, буквально падая на диван, с которого всё и началось несколько часов назад, а потом явно неожиданно для Эскеля застонала.       — Что с тобой? — переполошился он, вмиг оказавшись рядом со мной.       — Надо идти Йен всё это рассказывать, — простонала я, падая на диван боком. — Она ж мне весь мозг проест сначала моей безответственностью, а потом — расспрашивая подробности, а у меня сил нет. Перемещаться между мирами оказалось довольно энергозатратно!       — Не ходи. Завтра расскажешь, — предложил Эскель, присев на корточки возле меня.       — Нет, — мотнула я головой, — надо сегодня. Завтра будет еще хуже…       — Тогда скажи, что была со мной. Она в последнее время всё, что связано со мной, почему-то по большой дуге обходит, — совершенно серьезно сказал ведьмак.       — Почему-то, — покивала я с таким же серьезным видом.       Не выдержав, мы прыснули одновременно. Теперь, когда всё было позади, можно было и посмеяться, и даже использовать ситуацию в своих интересах.