Ведьмачья сказка или матерь для ведьмаков. Том 5

      — Когда я очнулась с пузом, я решила больше никогда ни за что ему не верить, — резко выпрямилась и заговорила Цири. — Пока я скиталась с тобой, я ненавидела его все сильнее, особенно за то, что он заставил меня бросить тебя. Когда я увидела тебя уже взрослую, когда ты сказала, что у тебя было счастливое детство, я испытала огромное облегчение. Настолько большое, что моя ненависть к нему даже несколько уменьшилась, и чем больше я тебя узнавала, тем больше она уменьшалась. Ведь если бы не он, тебя бы не было! А ты такая умница! — Цири с нескрываемым умилением окинула взглядом сначала меня, потом мою лабораторию и шумно выдохнула. — Но он все равно отнял у меня возможность быть матерью. Возможность просто забеременеть от любимого мужчины, следить за тем, как сначала растет живот, а потом моя малышка! — Цири сжала кулаки. — Не то чтобы я всю жизнь мечтала выйти замуж и нарожать кучу детей. Конечно нет! Я всеми силами этого избегала, — с горькой усмешкой сказала она, опуская взгляд. — Но я никогда не думала, что это произойдет, как… как у племенной лабораторной крысы во время эксперимента под наблюдением…       — Я понимаю, — заверила я Цири. — Мне тоже неприятно осознавать, что я вместо плода любви оказалась лабораторным экспериментом, но хорошо хоть не результатом изнасилования.       — Нет, что ты! Аваллак’х бы не стал насиловать! Для него прикоснуться к человеческому телу — ниже его достоинства, — обида звенела в голосе девушки.       — В его голове все не так однозначно, — сообщила я и задумалась, закусывая губу. Нужно было подобрать правильные слова. — Я не оправдываю его поступки, да и он сам их не оправдывает. Он сделал, по его мнению, то, что должен был, но я считаю, что тебе необходимо знать, что он жалеет о том, как именно он это сделал.       — Жалеет, — фыркнула Цири, до того жадно слушавшая меня. — Подтереться его жалостью в отхожем месте! А знаешь, почему он вдруг резко зажалел? Чтобы снискать твое доверие и прощение!       — Нет, — веско ответила я. — Я не могу осуждать его за мое рождение. Прощения он должен просить только у тебя. И именно поэтому решение должна принимать ты. Решение, вычеркивать ли его из жизни навсегда или… — я не стала договаривать.       — Или снова стать послушной куклой в его руках? — продолжила за меня Цири.       — Я не могу поручиться, что этого не будет, — честно ответила я. — Даже заглянув в его голову, я все еще понятия не имею, какие у него планы, — развела я руками. — Но, учитывая нашу ситуацию, я считаю, что для принятия решения вы должны быть в курсе всех обстоятельств. Чтобы не жалеть потом об упущенных возможностях…       — Ты сказала ему, что мои чувства к нему все еще не остыли?! — воскликнула Цири, сердито сверкая глазами.       — Я ни с кем ничего не обсуждала, — напомнила я. — Но думаю, после твоего отказа отправить его домой немедленно стало очевидно, что все не так просто.       — Я не… Ай! — Цири махнула рукой и снова сдавила виски пальцами.       — Это никак не ограничивает тебя в принятии решения, — подчеркнула я. — Чужое мнение вообще не должно оказывать на него влияние. Ни Йен, ни Геральт, ни я, ни тем более сам Аваллак’х не должны иметь права голоса.       — Они не поймут, если я даже задумаюсь о том, чтобы дать Аваллак’ху последний шанс, — вздохнула Цири.       — У них самих отношения куда более запутанные, чем твои, — заметила я с усмешкой. — Они много дел наворотили до того, как пришли к тому, что имеют сейчас. А вот с Аваллак’хом тебе придется серьезно поговорить, прежде чем принять решение.       — И толку? — саркастически изогнула бровь Цири, откидываясь на спинку стула. — Он мне в очередной раз промоет мозги так, что я не пойму, где правда, где ложь, а где — манипуляции.       — Лгать он не будет, — уверенно сказала я. — Хоть бы потому, что ты можешь проверить у меня. С манипуляциями сложнее… Я бы сказала, что у него в мозгах сейчас других проблем хватает, но это совершенно ничего не гарантирует.       — А будущее ты предвидеть не можешь? — осторожно поинтересовалась Цири.       Я удивленно приподняла брови. Эта цель ее визита оказалась для меня неожиданной.       — Нет, моими пророческими способностями нельзя пользоваться осознанно, — развела я руками. — А перемещаться в будущее, чтобы узнать его, я считаю крайне опасным. Может быть, если бы стоял вопрос жизни и смерти или судьбы мира, это было бы достаточно веской причиной, чтобы так рисковать, но точно не отношения.       Цири ответом была явно не удовлетворена, но умом понимала, что я права, и молча поджимала губы. На том и разошлись.              Другая сторона этих непростых взаимоотношений «поймала» меня на следующий день, после тренировки. Мне казалось, что уж Аваллак’ху-то выведывать у меня никакую информацию было абсолютно не нужно. Однако, похоже, эльфийский Знающий был далеко не так уверен в себе, как хотел казаться, а его магический интеллект пасовал перед логикой обиженной Цириллы.       — Доброе утро. Могу ли я попросить тебя уделить мне несколько минут? — в лучших традициях этикета обратился он ко мне, когда я закончила серию тренировочных упражнений.       — Здравствуй. Конечно, — не задумываясь согласилась я, тогда еще думая, что речь пойдет о магии.       — Пройдемся, — снова предложил Аваллак’х и, к моему удивлению, указал на выход из крепости.       Тогда, заподозрив во внезапной тяге эльфа к природе попытку избавиться от лишних ушей, я и насторожилась. Но брать свои слова назад и отказываться не стала из-за проснувшегося любопытства. Все-таки не каждый день известный эльфийский Знающий чем-то интересуется у простых смертных. Хотя учитывая, что я являлась его дочерью, носительницей гена Старшей крови и магии Белого Хлада, насчет «простой смертной» я, конечно, сильно преуменьшала.       Однако мы уже отошли на десяток метров от стен Каэр Морхена, а Знающий все молчал, чем, признаться, меня несколько удивлял. Цири довольно быстро перешла к делу. Впрочем, Цири всегда была искренней и порой даже излишне прямолинейной, а Аваллак’х являл собой ее чуть ли не полную противоположность, из-за чего ему, вероятно, и было сложнее.       «Противоположности притягиваются», — вспомнила я расхожую фразу и усмехнулась про себя. В реальности было хорошо заметно, что правило это работало из рук вон плохо, и попадали ли под него Цири с Аваллак’хом, или же к ним лучше подходило «как кошка с собакой», показать могло только время.       — Решил, раз уж остался, начать склонять меня к спасению мира, чтобы не терять времени даром? — нарочно задала я вопрос из совершенно другой, хоть и волей-неволей всплывающей в моих мыслях, темы.       — Не думаю, что испытывать твое терпение, находясь в столь неопределенном положении, является хорошей идеей, — тут же отозвался эльф, будто только и ждал, что я задам этот вопрос.       — А я думала, это основная цель твоего пребывания здесь, — нарочито озадаченно проговорила я.       — Испытывать всеобщее терпение? — повернув голову в мою сторону, поинтересовался Знающий. На его губах неожиданно заиграла хулиганская улыбка.       — Судьба мира! — пафосно воскликнула я, оценив шутку, и поймала себя на совершенно искренней и теплой ответной улыбке.