Ведьмачья сказка или матерь для ведьмаков. Том 5

      Благодаря всему этому, а также профессиональному ассистированию трех выдающихся чародеев операция по восстановлению лица Цириллы прошла успешно. Очнувшись после суток сна, ведьмачка, не веря своим глазам, около получаса изучала в зеркале свою абсолютно ровную кожу на левой щеке. Я же все это время смотрела на ее счастливое и удивленное лицо с чувством глубокого удовлетворения. Мне очень хотелось избавить ее от шрама и мне это удалось. Вместе с этим я наблюдала за реакцией Аваллак’ха. Может быть, в чем-то он и лукавил, но проработав с ним все это время и видя его сейчас, я была полностью уверена, что он был искренне счастлив за Цири, которая, наконец, смогла освободиться от гнета прошлого.       За время нашей подготовки к этой операции остальные не то чтобы привыкли к Аваллак’ху, но смирились с его присутствием, как с неизбежным злом. Так что эльфийский Знающий теперь даже не был вынужден проводить все свое время в одиночестве или со мной, а вполне полноправно принимал участие в трапезах в большом зале за общим столом, вел беседы и даже присутствовал на изредка устраиваемых застольях.       Что касается отношений Цириллы и Аваллак’ха, то тут подвижки были не такие заметные, но все же были. Цири перестала всеми правдами и неправдами избегать Аваллак’ха, а при поначалу вынужденных, а потом все более добровольных взаимодействиях все реже срывалась на него и огрызалась. До полного взаимопонимания было, конечно, еще далеко, но все понимали, что свой последний шанс эльф получил и, похоже, упускать не собирался.       — Я теперь красивая… — в которой раз повторила Цири, снова, после короткого разговора со мной, прилипая к зеркалу.       — Ты всегда была красивой, — неожиданно отреагировал на эту ни к кому не обращенную фразу Аваллак’х, который в отличие от остальных, уже покинувших мою лабораторию после поздравлений ведьмачки, остался.       — Для человека, — фыркнула Цири, искоса глянув на эльфа.       — Для меня, — поправил ее Аваллак’х.       Цири лишь снова фыркнула, продолжая смотреть в зеркало, впрочем, было видно, что она смущена этим признанием. Поразмыслив пару мгновений, я покинула собственную лабораторию, оставляя их наедине.       Мои взаимоотношения с биологическим отцом были ровными и довольно теплыми. Бессмысленно отрицать, насколько с ним было интересно и эффективно работать. Не раз я ловила себя на мысли, что он мог бы привнести много рациональных идей в формулу создания ведьмаков, но о посвящении его в этот вопрос не могло быть и речи. Поэтому я просто радовалась тем знаниям, которыми он охотно делился со мной. За все время нашего плодотворного сотрудничества он ни разу не дал мне повода усомниться в нем, так что подозрения и тревоги во мне несколько улеглись под напором ежедневного положительного опыта, но до конца, разумеется, не ушли. Так что ни этот мир, ни тот, в котором я выросла, открывать я не спешила, охотно создавая ему порталы в его мир и обратно по надобности. Разумеется, сам Знающий не мог не чувствовать никуда не девшегося недоверия, но разговоров об этом не заводил и недовольства никоим образом не выказывал, очевидно считая себя не в праве торопить едва-едва сложившиеся в его пользу события.       А еще все это время меня одолевали мысли о Белом Хладе. И вот ими я ни с кем не спешила делиться. Чем дальше я думала об этом, тем больше понимала, что просто так они меня не отпустят, а скорее в связи с завершением такого ответственного и занимающего много времени и умственных усилий дела накинутся с новой силой. Да, я все еще не собиралась посвятить свою жизнь борьбе с Белым Хладом и не считала себя обязанной рисковать ради отдаленных трагических событий, но и игнорировать и продолжать жить дальше, как ни в чем не бывало, с каждым днем становилось все сложнее.       Способствовало этому еще и окончательно дообработавшаяся память Аваллак’ха, что я почерпнула во время транса. О своей силе и гене Старшей крови я в самом деле почерпнула не очень много, а вот о Белом Хладе, как оказалось, немало. Самая основная мысль, из-за которой, вероятно, и сам Аваллак’х был одержим этой темой, заключалась в том, что Белый Хлад был нестабилен. Когда-то давным-давно эльфийская Знающая Итлина сделала свое пророчество о Белом Хладе. По ее расчетам оледенение должно было прийти в этот мир через три тысячи лет. Однако предсказанные ей знамения начали появляться намного раньше озвученного срока. Эльфийские Знающие провели повторные исследования, в нескольких последних из которых участвовал сам Аваллак’х, и сначала обнаружили, а потом и подтвердили нестабильность. В результате временные рамки предсказания значительно сдвинулись ближе к текущему моменту, и не было никакой гарантии, что нестабильность не будет прогрессировать. Именно из-за этого Аваллак’х и перекроил свой изначальный план и форсировал события, чтобы приблизить мое появление на свет. Именно поэтому теперь это знание не давало покоя уже мне…       Также Аваллак’х исследовал суть феномена Белого Хлада и пришел к выводу, что он являлся ничем иным, как средоточием мощного потока магической энергии в одном месте, из чего Знающий сделал вывод, что и взаимодействовать с ним можно было как с пусть и колоссальным, но магическим источником. Увы, эльфийским чародеям он не дался и в этот раз. Специфика источника была такова, что черпать из него магию обычным способом было невозможно. Оставалась надежда на Старшую кровь. Однако увидев ледяную магию в моем исполнении, у Аваллак’ха появилась новая идея. Кому, как не мне, обладающей врожденной интеграцией с магией холода, лучше всего управиться с ним?       Логику в его размышлениях я признавала и раньше, но до конкретных шагов додумалась не так давно, когда смогла собрать и обдумать все имеющиеся у меня данные по этому поводу, а также скрытно провести кое-какие свои исследования Хлада. Вот только сделанные выводы пугали меня саму…       — Цири, можно на минутку? — решившись в один из дней, перехватила я свою биологическую мать и единственного живущего сейчас носителя гена Старшей крови помимо себя.       — Конечно, — согласилась она и проследовала за мной в лабораторию.       Заперев дверь и наложив еще парочку заклинаний для верности, я обернулась к резко посерьезневшей девушке, предлагая присесть.       — Что-то случилось? — тут же спросила она, прекрасно видя все мои манипуляции. — Аваллак’х…       — Нет, это его не касается, — сразу же перебила я ее, чтобы она не накручивала лишнее. — Это касается только нас, как двух носительниц гена. Я хотела поговорить о Старшей крови и Белом Хладе, но этот разговор должен остаться между нами.       — Конечно, — согласилась и с этим ведьмачка. — Я слушаю! — Цири сдвинула брови к переносице, озабоченно глядя на меня.       — Как ты точно помнишь, я почерпнула немало знаний из головы Аваллак’ха не так давно, — несколько издалека начала я, собираясь с мыслями. — Среди них были и его соображения о Белом Хладе и о способах борьбы с ним.       — Ты придумала, как покончить с ним раз и навсегда? — возбужденно воскликнула девушка.       Вместо ответа я шумно выдохнула.       — Я придумала способ, который имеет неплохой шанс сработать, — более скромно обозначила я результаты своих мучительных размышлений.