Жизнь Собачья

      Сириус усердно трудился, готовя спальни для своих гостей. Он был рад исполнять роль радушного хозяина, но он помнил, как отреагировала на него Молли в больничном крыле Хогвартса. Он догадывался, что эти предубеждения против него будет сложно искоренить.       Артур несколько раз связывался с домом на Гриммо через записки, переданные Дамблдором. И один раз посетил дом.       Сириус, конечно, переживал о том, как воспримет глава Уизли условия, в которых придётся два месяца прожить его детям. Но Артур был как всегда вежлив и кроток, ничего плохого про дом не сказал, хотя, конечно, был сильно впечатлён степенью его обветшалости. Но его сейчас мало что могло потрясти больше, чем уход из семьи Перси.       Люпин вполголоса говорил с ним об этом у камина, предлагал какие-то доводы, старался его успокоить, но всё было тщетно. Сириус видел это, чувствовал… Поэтому он просто переключил его внимание на тему борьбы с Воландемортом, и Артур с благодарностью перешёл к обсуждению дальнейших действий Ордена. А ещё он подсказал пару полезных бытовых заклинаний, которые ускорили работу Сириуса по очистке. — Как они доберутся? — Сириус нервно мерил шагами кухню. — Дамблдор создал для них портал, они прибудут рано утром, до рассвета. Молли, близнецы, Рон, Гермиона и Джинни. Артур присоединится только вечером, после работы.       Сириус кивнул и, усевшись на стул, тут же начал на нём раскачиваться. — Я их встречу и передам записку с адресом, написанную лично Дамблдором. — Понятно… — бесцветно ответил       Сириус, продолжая качаться. Он думал о том, что эти люди очень близки Гарри, и что для него очень важно найти с ними общий язык.

***

      Сириус наблюдал из тёмного коридора, прислонившись к холодной стене. А Римус на площади перед домом наводил отвлекающие чары. Ещё не рассвело и случайных прохожих не было, но в некоторых окнах одиннадцатого и тринадцатого дома горел свет и работал телевизор.       Хлопок, которого не услышал ни один из маглов, и из пустоты возникла группа волшебников с объёмными чемоданами. Джинни, Гермиона и Рон повалились на траву, Фред и Джордж хохотали, придерживая чемоданы. Молли взволновано осматривала всех присутствующих: все ли в порядке? ничего не забыли?       Люпин подал руку Гермионе и Джинни, помогая подняться. — Профессор Люпин! — воскликнули девочки, радуясь встрече с бывшим преподавателем. — Доброе утро! — приветливо и бодро обратился он ко всем. — Все целы?       Фред и Джордж поприветствовали его и пожали руку, они с интересом ждали дальнейших действий, похоже, что перемещение в штаб борьбы с Воландемортом, они восприняли как весёлое приключение.       Когда Люпин пожал руку Рону, и помог поднять повалиашийся чемодан и клетку Сычика, он наконец-то обратился к Молли.       Сириус видел её настороженный взгляд, похоже, у неё были предубеждения не только против него, но и против учителя-оборотня.       Но Римус улыбался самой открытой и дображелательной улыбкой. — Мистер Люпин, — Молли смерила его изучающим взглядом, от которого Фред и Джордж переглянулись и изобразили, как трясутся от страха. — Пожалуйста, просто Римус, я рад наконец-то познакомиться!       Молли хмыкнула, не зная, разделять ли восторг своих детей от этого знакомства. — Так где же дом? — спросил Рон, с последней их встречи на третьем курсе он так сильно вытянулся, что уже почти был одного роста с Люпином. — Одно мгновенье! — сказал бывший профессор с улыбкой и извлёк из внутреннего кармана мантии клочек пергамента.       Все склонились к нему, но в сумерках было не прочесть… Люпин поднёс к листку ладонь с мягко колышащимся пламенем.

«Штаб-квартира «Ордена Феникса» находится в Лондоне, на площади Гриммо, 12.»

      Рон и близнецы уже осматривались по сторонам, Молли хмурилась, Гермиона прижимала к себе корзинку с Живоглотом, а Джинни просто стояла с разинутым ртом, когда Римус эффектно сжёг пергамент. — Теперь мысленно подумайте о том, что сейчас прочитали. — Вот это класс! — в один голос воскликнули близнецы, а Молли и Джинни ахнули.       Сириус, так и стоявший перед открытой дверью, почувствовал на себе взгляд шести пар глаз. — Отлично! — улыбнулся Люпин. — Я помогу с вещами, — он перехватил чемоданы Молли и Джинни и взглядом указал Гермионе, что и за её вещами сейчас вернётся. — В доме, как зайдёте, ведите себя тихо и ничего не трогайте. Остальное я объясню внутри.       От этого предупреждения глаза Фреда и Джорджа вспыхнули радостным возбуждением. Молли нахмурилась. А Гермиона и Рон посылали Сириусу приветливые взгляды, кажется, они были рады его видеть.       Римус бодро поднялся на крыльцо и по очереди передал тяжёлые чемоданы Сириусу, а сам поспешил за остальными вещами. — Нет-нет, Молли, не беспокойся, — он забрал из её рук тяжёлую сумку и подхватил чемодан Гермионы. Фред, Джордж и Рон со своими чемоданами последовали за ним.       Джинни с клеткой Сычика и Гермиона с Живоглотом зашли следом, Молли пристально оглядела площадь и тоже вошла в дом.       Все толпились в коридоре среди груды чемоданов. Рон всё не знал куда приткнуть свой. — Ну что же ты, Ронни?! — со смешком сказал Фред и взмахнул палочкой. Чемодан Рона взлетел, чтобы встать на чемоданы близнецов, но манёвр получился не очень ловким, чемодан углом врезался в локоть Рона, тот взвыл и отшатнулся в сторону, наступив на ногу Джинни. Она взвизгнула, дёрнула Гермиону за руку, переноска с котом выскользнула и с грохотом полетела на пол. — Мерзкие осквернители рода! Уроды, предатели! Грязнокровки! — раздался пронзительный крик миссис Блэк. Сириус среагировал сразу же, как только вскрикнул Рон, он уже стоял возле портрета, но унять его было не так то просто. — Вон из моего дома! Предатели крови! ВОООН!       Все присутствующие выхватили свои волшебные палочки и насторожено смотрели вдаль коридора, откуда доносились вопли.       Молли в ужасе смотрела на девочек, которые тоже вооружились палочками, и, подобно курице наседке, пыталась их оттеснить к стене и закрыть собой.       Сириус боролся с портьерами.       Люпин примирительно поднял руки. — Опустите палочки, всё в порядке, это всего лишь портрет, он не может вам навредить. В этом коридоре лучше не шуметь, чтобы не разбудить его.       Сириус с большим трудом справился с портьерами.       Люпин поспешил, чтобы утихомирить остальные портреты. Уизли и Гермиона стояли в немом недоумении у входной двери, Живоглот выгнул спину и громко шипел.       Тяжело дыша, к ним приблизился Сириус, он убрал длинные волосы от лица, и нервно поправил закатанные рукава рубашки. — Почему ты не сказала, что он такой симпатичный? — шепнула Джинни Гермионе, Рон бросил на неё возмущённый взгляд. Миссис Уизли, к счастью, этого не услышала, она шёпотом отчитывала Фреда.       Сириус откашлялся. — Прошу прощение, это портрет моей матери, наши взгляды… несколько расходятся… — он бросил на Молли и всех присутствующих извиняющийся взгляд. — Он бывает очень шумным, к сожалению, его невозможно снять, обратная сторона обработана заклятьем вечного приклеивания…       Фред еле слышно шепнул Джорджу: — Представь, если бы у нас мамин портрет висел в комнате… — Ага, и не снимался… — И всё кричал-кричал… — Неумолкая! — они оба захихикали.       Сириус встретился взглядом с миссис Уизли. — Рад приветствовать вас в этом доме! — он попытался изобразить доброжелательную улыбку, но она явно проигрывала приветливой и искренней улыбке Люпина.       Рон, стоявший к нему ближе всех, протянул руку, первый порыв обнять Сириуса (ведь он был крестным Гарри и они так сблизились с ним, пока он прятался в пещере в Хогсмиде) пропал из-за всей этой неловкой ситуации. — Я Фред! — А я — Джордж! А это Джинни, — близнецы тоже по очереди протянули ему руки, они с живым интересом рассматривали его. — Здравствуйте, мистер Блэк, — взволнованно пискнула Джинни.       Он улыбнулся. — Называйте меня просто Сириус.       Он сделал ещё один шаг к собравшимся и поправил чемодан Рона, который накренившись лежал поверх чемоданов близнецов. — Здравствуй, Гермиона.       Она приветливо кивнула, из её рук вырвался Живоглот, которого она пыталась успокоить. Кот с требовательным «Мррр-мяу» принялся тереться о ноги Сириуса.       Он взял Живоглота на руки и тот принялся громко мурчать. — Привет, дружище, скучал по мне?       Близнецы и Джинни следили за ним в немом изумлении.       Тем временем, Люпин угомонил все портреты. — Ну, что, пришло время показать ваши комнаты. — Все глаза обратились к нему. — Молли, не беспокойся, мы сейчас всё донесём.       Она кивнула Люпину, определённо, он у неё вызывал больше симпатии, чем Блэк. Живоглот мяукнул и перебрался Сириусу на плечо, так, чтобы он смог прихватить чемодан Джинни. — Сначала поднимем вещи Молли и девочек, а потом вернёмся за остальным, — скомандовал Люпин.       Возле лестницы Гермиона сдавленно вскрикнула и налетела от неожиданности на Сириуса.       На её глазах вмиг выступили слезы, она закрыла рот руками. К ней тут же подскочил Рон. — Что с тобой? — взволнованно зашептал он.       Она всхлипнула и указала взглядом на стену над лестницей.       Джордж присвистнул, Фред охнул, при чем было непонятно: от восторга или ужаса. — Это домовые эльфы? — спросила Джинни.       Миссис Уизли осуждающе цокнула языком.       Сириус тяжело вздохнул. — Да, это головы домовиков. Некоторые члены моей семьи, — голос его звучал жёстко, — считали, — он махнул свободной рукой в сторону сморщенных голов (теперь они были без пыли и паутины), — что это подчеркнет величие нашего рода, — под конец фразы голос звучал особенно ядовито. — Я бы с радостью их снял, но это невозможно.       Они поднялись по лестнице на второй этаж. Люпин указал на две открытые двери. — Молли, здесь будет спальня девочек, а здесь для вас с Артуром. Спальня Рона на третьем этаже, Фреда и Джорджа на четвёртом, — близнецы не смогли сдержать радости от того, что их поселят подальше от строгого материного взора, — моя спальня рядом. — Он многозначительно перевел взгляд с Фреда на Джорджа. — Сириус живёт на пятом этаже, а на самом верхнем — Клювокрыл. — Он здесь?! — С ним всё в порядке? — наперебой спросили Рон и Гермиона. — С ним всё нормально, — сказал Сириус и спустил Живоглота со своего плеча на одну из кроватей в комнате девочек. — В доме очень много опасных предметов, — серьёзным предостерегающим тоном, словно бы он читал лекцию по защите от тёмных искусств, сказал Люпин. — Коридоры, кухня, ванные комнаты и предоставленные вам спальни — безопасны, остальные помещения заперты. — Он заметил недобрый блеск в глазах близнецов, именно так горели глаза Сириуса и Джеймса перед очередной шалостью. — Открывать их, ради вашей же безопасности, запрещено! — твёрдо сказал Сириус.       Миссис Уизли строго погрозила близнецам пальцем.       Они оставили Молли и девочек разбираться с вещами, а сами спустились за чемоданами Рона, Фреда и Джорджа.       Дом постепенно начал оживать.       Не прошло и часа, как Молли уже хозяйничала на кухне, готовя для всех завтрак.       Сириус сидел во главе стола, но взгляд его был немного потерянным, Живоглот устроился на его коленях. — Странно, что Кикимер не вышел вас поприветствовать… — А кто это? — насторожено спросила Джинни.       Все сидели за длинным деревянным столом и осматривались по сторонам, на старинные буфеты, полки и висящие под потолком котлы и сковородки.       Римус заваривал для всех чай и расставлял чашки. — Это эльф домовик. Сразу предупреждаю — он старый хам.       Гермиона бросила на Сириуса неодобрительный взгляд. — В общем, он тех же взглядов, что и его хозяйка, он очень стар и долгое время жил здесь один, так что… Не принимайте его слова близко к сердцу. — Подумать только, дом пришёл в такой упадок при живом эльфе! — с искреннем удивлением воскликнула Молли.       Недовольный взгляд Гермионы сместился с Сириуса на неё. — Молли, тебе же не составит большого труда взять заботы о хозяйстве в свои руки? — дипломатично спросил Люпин.       Похоже, это предложение ей польстило, она с самодовольной улыбкой вытерла ладони о фартук и уперла руки в бока, осматривая кухню и всех присутствующих. — Пожалуй, этому дому явно не достаёт женской руки. — Отлично! — с улыбкой кивнул Римус и принялся разливать чай. — Молли, ты можешь составить список всего необходимого, а я прикажу Кикимеру это достать… Это единственная польза, которую он сейчас приносит.       Осуждающий взгляд Гермионы снова сместился на Сириуса, но не на долго.       Вся честная компания приступила к завтраку.