Суть ненависти

***

      — Ну что, мы начинаем изумительный сочащийся кровью финал! — восторжествовал Гейзенберг, все его слышали и ждали его «трюка», как он это назвал Псам и Уинтерсу, что ждали в засаде.       Крис и Итан прислушались, скрываясь в доме у кладбища, ожидая сигнала владыки деревни. Внезапно! Земля затряслась, по долине распространился звук скрежещущего металла, и над деревней возвысился огромный монстр из плоти и металла, передвигающийся на шести осях от разной военной техники. Двумя механическими руками, причём была правая заметно больше и длиннее левой, он крушил деревья и выросшие из-под земли пучки чёрного Мегамицелия.       — Это и есть сигнал?! — крикнул в рацию Чёрный Вой, находившийся поблизости от Карла.       — Похоже на то, — ответил Редфилд. Они с Итаном направились к месту проведения церемонии, пока Псы, машины Гейзенберга и подоспевший отряд BSAA расправлялись с ликанами и прочими монстрами долины Матери Миранды.       Крис и Итан осторожно продвигались через заросли к месту проведения детоубийства во имя воскрешения другого дитя. Старые друзья приближались к заметному свету, который исходил от церемониальной площади, когда неожиданно перед ними возник Гейзенберг в человеческой форме, чтобы застигнуть сучару врасплох. Своим первым чудовищным перевоплощением он лишь отвлекал её внимание.       — Отлично, вы подошли прямо к моей мамаше! — сказал он с хитрой улыбкой, окружённый своими механическими созданиями, готовыми сразиться с любым врагом.       Крис и Итан не собирались сдаваться. Они знали, что на этот раз ставка была выше.       — Где может быть Роза? — спросил Итан, схватив Гейзенберга за рукав. — Говори.       — Под алтарём есть помещение, — ответил мутант, начав трансформацию. Миранда в это время подняла руки, возвышая девочку.       — О, моя милая Ева, моя прекрасная дочь. Я так долго ждала этого дня. — с восторгом воскликнула Ангелица, притянув малышку к себе. — Ева? Это ты? О, я так по тебе скучала. — прошептала Миранда с надеждой и любовью к усопшей дочери. — Что? Почему я теряю силы?       — Сюрприз! — взревел Карл со смехом, ломая все ростки Мегамицелия на своём пути. — Сегодня ты подохнешь, как должна была тогда в блядской пещере.       — Интересно, — усмехнулась женщина, придерживая головку малышки, обернулась, взглянув на своё самое успешное создание, чей взгляд был пропитан нескончаемой ненавистью. — Тебе понадобилось столько лет, чтобы вспомнить.       — Я никогда не забывал их и никогда не забуду. Отдай ребёнка папаше, а мы с тобой разберёмся сами, как взрослые люди.       Редфилд из засады выстрелил Матери в лицо. Итан побежал за дочерью. Ему удалось схватить её, прижать к груди, как Миранда вцепилась в девочку.       — Пусти!       — Я приближала этот миг всю жизнь, а вы хотите всё вот так разрушить?! Я своё заберу.       Оттолкнув Итана, Миранда начала своё финальное превращение, забрав Розу и заковав её в зарослях микоризы. Ведьма приняла вытянутую форму тела, покрытую большими костными шипами и порослью, которая подобна корням деревьев. Её лицо трансформировалось в пугающий образ с косыми глазами и раскрытыми зубами. Её руки превратились в огромные когти.       — Гейзенберг, действуй! — взревел Крис, но Карл, как и Миранда, почувствовал слабость.       Мегамицелий слабеет. Голова пошла кругом, и лорд увидел перед собой череду счастливых воспоминаний, разбитых сумасшедшей матерью, потерявшей ребёнка. Он вспомнил её слова, тогда в пещере он пришёл к ней, чтобы узнать, почему она это сделала: «Я верну свою дочь любой ценой, я люблю её. Мария была лишь частью моего плана, и рождение нового сосуда для юной Евы было лишь вопросом времени». Слова Ангелицы больно кольнули сердце Гейзенберга, в голове появилось сомнение во всём, что было связано с его женой, с семьёй, с ожиданием пополнения. Имитация, созданная Мирандой, лишь хорошо продуманный план. Не более.       Но в голове среди хаоса мыслей прозвучал до боли знакомый и любимый голос:

«В час, когда домой придёшь, Утратив всё, Ты всё найдёшь»

      — Я верю в тебя. Мы верим…       Совладав с болью и собственной яростью, переполняющую израненную душу, Гейзенберг поднялся на своих гигантских руках. Миранда сокрушительно нанесла по нему первый удар, сбив лорда с ног и отбросив его на несколько метров. Крис и Итан стреляли по сумасшедшей ведьме из всего своего арсенала. Итан желал вернуть дочь, в то время как Редфилд испытывал чувство вины. Если бы не он, семья Уинтерс не пострадала бы. Если бы они, он, Бэрри и Джилл, много лет назад не дали Вескеру уйти, спаслись бы сотни виновных и невиновных.       Стоявшего на возвышении Криса Миранда схватила и бросила далеко в сторону. Грузный мужчина проломил собой несколько слоёв наростов. Гейзенберг собрался и поочерёдно наносил удары Чёрной Ангелице, кромсая её, режа.       — Она никогда тебя не любила. Никогда, — прорычала женщина, защищаясь от огромной циркулярной пилы Карла.       — Заткнись, сука! — воскликнул мутант, — Ariergard, vorwrts!       С неистовым рёвом и скрежетом металла бойцы Гейзенберга, которых создавали несколько лет, прорываясь сквозь дебри Мегамицелия, вышли в атаку. Миранда была застигнута врасплох, но желание спасти дочь было сильнее. Маленькая Ева ждёт её много-много лет.       — Неблагодарный мужлан! — прорычала Миранда, пуская в механического Гейзенберга шары гриба. — Я дала тебе жизнь!       — Ты просто называла себя матерью, хотя даже близко ей не была! — изнемогая он ненависти и злости, ответил Карл, тараня Миранду всем своим корпусом. — Ты убила меня, пытала, окунала в воду с нарками. Ты сделала из меня…       — Чудовище. Я лишь выпустила то, чем ты являлся всегда. Я дала тебе возможность быть самой. Ты был слаб всё это время, но сейчас… Я вижу, что ты был самым лучшим моим детищем. Ты исполнил свою роль! Твоё семя стало началом новой жизни моей Евы. Два удачных эксперименты породили больше для моей дочери.       — Называешь себя Матерью, желаешь возвращения своего ублюдка, в то время как ты уничтожила нашу семью.       — Ты никогда не был частью моей семьи, даже восседая с нами, с моими детьми и любимой дочерью Мари. Ты был изгоем. Разве не это испытывало твоё сердце тогда? — ощетинилась Миранда, откинув Итана в сторону, как мушку, осталось только прихлопнуть.       — Ты не любила Марию. Никогда не любила. Ты использовала ее… — с болью произнёс Карл, потерявший бдительность. Он, не желая этого, позволили Миранде одним рывком приблизиться к себе и коснуться костями его механизированного лица. Из последних сил Матерь навела на лорда видение.       Лорд Карл, ощутив касание Миранды, внезапно оказался в густом тумане, разрывающем пространство и время.       Мария смутно осознавала запах химических веществ и лекарств, окружающих её, но в то же время она сосредоточилась на грядущем рождении своей двойни. Боли и неудобства были непреодолимыми, но эти ощущения были отложены в сторону волной любви и ожидания.       Она была окружена командой врачей и медсестёр, которые были обеспокоены её благополучием и стремились облегчить её страдания. Это был неожиданный и приятный опыт для Марии, которая раньше не испытывала такого уровня заботы и доброты. Персонал лаборатории относился к ней с уважением и эмпатией, понимая важность этого момента в её жизни. Карл сквозь туман стоял у изголовья её кровати. Он заметил, как сильно исхудала Роза, что всё её тело покрыто кровоподтёками, на ногах и руках было множество следов от инъекций. Сердце Карла сдалось от этой картины.       Несмотря на то, что медицинская команда работала на компанию и проводила исследования, Мария чувствовала, что их главной целью было её благополучие и безопасность. Она знала, что это был прямой приказ сверху, но одна медсестра была особенно добра и разговаривала с ней больше всех. Врачи обладали специальными знаниями и навыками, которые позволяли им обеспечить наилучший уход за Марией и её детьми во время родов, ведь если дети умрут, то их обязательно накажут.       Мария в потуге начала тужиться. Медсестра Саша подбадривала её и держала за руку, пока акушеры отдавали приказы. Группа учёных, стоявших во главе эксперимента, фиксировали всё в свои блокноты и документировали процесс в видео и аудио.       — Дыши, дыши, — прошептала Саша, подав Мари воду, но та отказалась, отвернувшись. В той стороне и стоял Карл. Он наклонился над женой, коснулся её головы, не представляя, что Роза чувствовала в этот ужасный час.       — Вижу головку. Тужься!       Мари напряглась всем телом, выталкивая ребёнка из себя. Огненная боль охватила промежность. Лефорт вся вспотела, её тело дрожало от жуткого холода. Среди ненавистных учёных женщина заметила Миранду в белом халате. В её глазах читалась радость. Скоро родится новый сосуд для Евы.       Лорд Карл почувствовал горечь и грусть, осознавая, что он пренебрёг предупреждениями и не защитил своих близких от Миранды. Он осознал, что его любовь и верность были злоупотреблены, и теперь он должен найти способ восстановить справедливость и защитить тех, кто ему дорог.       В туманном видении Лорд увидел, как его механизированное лицо стало символом борьбы с бездушием и жестокостью Миранды. Он обрёл силу и решимость отомстить и вернуть Марию и свою семью.       Оправившись, Крис Редфилд поднялся на ноги и осмотрелся, вызывая свой отряд.       — Команда, доложить обстановку. — приказал он в рацию, чуть похрамывая, понял, что потерял автомат. — Где поблизости от меня располагается ближайший ящик с оружием?       — Вам нужно пройти пару дворов, — ответил Ночной Вой, следящий за всей битвой в безопасности, он был лучшим связистом.       — Понял. Тундра, Лобо, Пёс, Сероглазый?       — Капитан, — с каким-то сомнением раздался голос Лобо, — мы нашли тела бойцов BSAA.       — Их нужно транспортировать в штаб.       — Всё намного сложнее, Капитан, — вставила Тундра. — Мы отнесём тела в вертолёт. Вам нужно самому на это посмотреть.       Крис не на шутку встревожился, но несмотря на это побежал за ящиком с припасами. Ему нужно было пройти через дворы. Бойцы Гейзенберга, BSAA и «Гончие Псы» зачистили территорию максимально, но Редфилд всё равно оставался начеку.       — Ты умрёшь, сгниёшь в земле совсем как Мария! — из последних сил круша железных солдат, крикнула Миранда. — Я верну свою дочь, и ни ты, ни Уинтерс не помешают мне!       Битва была жестокой и кровавой. Металлические конечности монстра из плоти и металла свирепо рубили в воздухе, искры летели во все стороны. Итан использовал все свои навыки и ресурсы, чтобы противостоять этому непревзойдённому врагу — Матери Миранде. Битва за долину Тёмного Бога была настолько ожесточённой, что кровь и разрушение были повсюду.       — Вставай, мы верим в тебя, — услышал Гейзенберг, испытывая сильную боль, сучара значительно его потрепала. Она оказалась сильнее, а он потерял все силы. Не смог поддерживать свою наивысшую форму и после удара Матери перевоплотился в человека, упав на камни. Множество железных солдат пали, их трупы усеяли поле. — Карл, вставай!       — Роза… — прошептал мужчина, открыв глаза. Перед ним стояла его жена в белом платье. Она держала его за руки. Тёплые нежные руки, на одной пальце сияло кольцо.       — Вставай, любимый. Ты сможешь, мы в тебя верим. Тебе нельзя умирать…       Внезапно Марию оторвало от Карла. Он поднялся через боль. Он чувствовал, что Мегамицелий разрастается, но Миранда теряет силы, как и сам Карл. Итан продолжал стрелять. И вот когда в его обойме остался один патрон, Миранду пронзило деревянным стержнем. Из груди хлестнула крови, чёрная кровь. Ведьма опустилась на колени, пытаясь достать из груди дерево, но оно разорвалось на тысячи кусочков. Миранда упала на землю, над ней возвысился светлый силуэт, но он не совершил последнего удара, он наблюдал за тем, как умирает Миранда.       Послышался треск Мегамицелия. Огромные наросты рассыпались в пыль, обнаружив Розу, лежащую на алтаре. Итан подбежал к дочери и прижал к себе.       — Малышка, всё закончилось. Закончилось…       — Итан! — прибежал Крис с детонатором. — Нам нужно убираться!       Уинтерс схватил дочь и подскочил к Карлу, изрезанному и измотанному.       — Всё закончилось? — тихо спросил он, провожая взглядом белый силуэт, не замеченный Крисом.       — Да, вставай. Пора уходить, скоро всё здесь взлетит на воздух! — крикнул папаша, схватив руку Гейзенберга, чтобы поднять.       — О, это мне нравится, — усмехнулся мужчина и со стоном поднялся, бросив взгляд на место у алтаря, где силуэт растворился в воздухе.       — Бежим! — Редфилд повёл своих союзников в вертолёт, где уже ждала Мия. Гончие Псы были в полном составе. Удивительно, но вся команда спасения Розы уцелела и почти не пострадала.       — Мия! — Итан бросился к жене.       — Улетаем. Поднимай нас! — приказал Крис пилоту.       Гейзенберг упал в кресло, держась за порезанный живот. Он чувствовал, что Псы запрятали дохрена взрывчатки по всей деревне, и вскоре должен был прогреметь взрыв, но его не случилось. Наоборот, Мицелий возрос, доставая почти до неба, и накрыл чёрным куполом всю долину.       — Что за хуйня? — удивился Лобо.       — Это не я, — отвёл от себя подозрения Карл. — Магнетизм, помните? Я не могу это объяснить.       — Нет времени, улетаем. — приказал Крис. — Что вы хот…       Взгляд Редфилда упал на солдата BSAA. Всё бы ничего, но он был не просто инфицирован биооружием, он и был им. Гейзенберг поднялся с сиденья и подошёл к трупу.       — Оу, у них получилось. Забавно, — усмехнулся инженер.       — И ты молчал?! — воскликнула Тундра.       — Как и вы молчали о взрывчатке.       — Хватит! Держим курс на европейский штаб BSAA.       Команда рассредоточилась и приготовилась к дальнейшему полёту. Итан в это время зацеловывал жену, а та пыталась выведать у него, как он потерял пальцы на руке. Роза хохотала на руках родителей, и за ними наблюдал их далёкий родственник, расположившись поодаль ото всех.       Когда вертолёт покинул территорию деревни, Итан подошёл к Карлу, опустившему шляпу на глаза. Да, шляпа осталась с ним.       — Задаёшься вопросом, зачем мы тебя забрали?       — Ты охуенно прав, Уинтерс, — потянулся Берг, закинув руки за голову. — Думал, ты убьёшь меня сразу после смерти Миранды. Оба хотели уничтожить её, а в итоге она померла не от наших рук.       — Нет, я не стал бы тебя убивать, ты ценный союзник и… прадед моей дочери.       — О нет, мы опустим этот момент, я далеко не дед. Есть ещё порох в пороховнице. А теперь отвали от меня, Уинтерс, и сядь где-нибудь подальше на ровной жопе.       Итан улыбнулся, встав, и направился к своим девочкам, как Карл окликнул его:       — Спасибо, внучок, — усмехнулся Карл как-то по-доброму.