Часть 13
19 июля 2021 г., 23:26
Дома её ждала записка от домработницы: «Индейка и салат в холодильнике. На столе распечатки документов от редакторши журнала. До понедельника.»
Анна отцепила записку от холодильника и бросила её в мусорную корзину. Индейка, брр… Если она опять откусит даже кусочек индейки, её стошнит. А вот салат — это прекрасно.
Съёмки закончились на час раньше. Сэм должен был появиться с минуты на минуту. уставшая после дублей Анна, еле дождалась, пока Молли отклеила ресницы, быстро села в студийный лимузин, мечтая о душе и доме. Было очень приятно переодеться в домашнее, собрать волосы в хвост и смыть грим с лица. Если будет не лень, можно даже что-нибудь приготовить до прихода сыщика.
Анна поняла, что страшно проголодалась. У неё заурчало в желудке, когда она увидела завернутый в пакет лаваш и бананы.
«Лаваш как раз подойдет к салату» — подумала она. Доставая салат, она задела порезанным пальцем тарелку и поморщилась.
Пока Эрик мог причинить ей боль. Но это будет продолжаться недолго. Она и без того слишком много нахлебалась за свою жизнь.
Анна снова подумала о предстоящей встрече с Сэмом Сэттоном.Надо объяснить ему, что она не хочет, чтобы Эрика убили или искалечили. Его следует хорошенько проучить и убедить в том, что шантаж не принесёт ему ничего, кроме неприятностей. Сейчас она была сильнее его и могла доставить ему такие неприятности, каких он и представить себе не может.
Если он поймёт это, он тихо слиняет. Анна была в этом уверена. Он был порочным и мстительным, но не дураком.
Открыв холодильник, Анна увидела на средней полке миску со спагетти, политым густым мясным соусом. К её горлу подступила тошнота.
«Мэган же знает, что я ненавижу спагетти. Зачем она их приготовила?», подумала Анна, захлопнув холодильник. Она прислонилась к холодной блестящей дверце и закрыла глаза, не зная как избавиться от возникшей в голове картинки: разварившиеся спагетти, липкие, с кусочками мяса в красном соусе — летят с огромной скоростью по воздуху и падают забрызгивая и пачкая всё вокруг.
И она слышит грубый голос пьяного отца.
— Ты ничего не можешь сделать как следует, дрянная соплячка! Ишь, вырядилась как на свадьбу! Никуда ты не пойдёшь!
Это были последние слова, которые она слышала от него.
Воспоминания нахлынули и не хотели отпускать. Анна теперь находилась уже не в своей чистой, обставленной по последней моде кухне. Она увидела себя в закопченной, маленькой кухоньке своего детства и юности, пол был покрыт зелёным линолеумом и всегда выглядел грязным, сколько бы она его не мыла. Там ещё стояла плита с облупившимися боками, место которой было на свалке, стоял шаткий деревянный стол, окружённый складными стульями. Анна как будто снова вернулась в дом, из которого убежала её мать, когда ей было лет десять, в дом, которым отец управлял с помощью бутылки и рычания, и который бабушка тщетно пыталась хоть как-то обустроить.
Анна явственно видела и выгоревшие шторы и телевизор, который переносил её в мир великолепных женщин и обольстительных мужчин, в мир богатства и роскоши.
Анна вспомнила запах магнолий, которые росли возле школы и запах выхлопных газов от школьного автобуса.
— Анна, подожди, у тебя есть сигареты? — обратился к ней Бадди, когда Анна со старым рюкзаком на плече бежала к автобусу. Отбросив со лба длинные не очень чистые волосы, он зашагал рядом с ней.
— Разве вы, мальчики, не знаете, что в моём автобусе не курят? — Рявкнула миссис Хьюст, со скрежетом закрывая дверцы.
Их встретил гул голосов. Бадди хмыкнул, увидев как Деннис и Дина на заднем сиденье хохотали, словно гиены.
Анна сунула ему пачку Кента, когда они пробирались на свои обычные места, мимо Денниса и Дины. Бадди раздал сигареты, по-тихому закурил, и заржал раньше, чем миссис Хьюст произнесла:
--Ничего смешного тут нет.
— Конечно, мадам. Мы просто делаем домашнее задание, — пропел Деннис. Сделав вид что хочет почесаться он громко выпустил газы в сторону водителя. Анна захохотала. Бадди посадил её к себе на колени, ткнулся носом ей в щеку и стал совать руку под короткую чёрную юбку.
— Знаешь, со смешком говорил ей Бадди в самое ухо, — я страшно люблю выполнять такое домашнее задание. Ты самый любимый предмет, малышка.
Анна улыбнулась. Сидя на коленях у Бадди, она ощущала себя привлекательной, взрослой и желанной. Она поцеловала его так громко, что сидящая спереди парочка обернулась и захихикала.
— Дина ты не попросишь брата купить для нас пива сегодня? — Громкий голос Бобби перекрыл шум автобуса.
Ширлин ревниво наблюдала как Бадди на заднем сиденье возится с Анной.
— Анна, ая видела как этот тип Рой Коул с тобой сегодня разговаривал, — громко сказала она, подмигнув Бобби. — Может ты его собираешься пригласить на вечер?
Бадди выпрямился и с подозрением уставился на Анну. Его реакция была похожа на реакцию молодого волка, который услышал вой другого самца в лесу. Он бросил сигарету на пол и затоптал её носком ботинка.
Бадди был крепким парнем с карими глазами, густыми ресницами и отдаленной схожестью с каким то актёром. Он не был красавцем, но какое-то мужское обаяние в нем присутствовало. Держался он уверенно, может быть даже нагло. Анне многое нравилось в нём, даже то, как он держал сигарету. Ей нравился его бунтарский дух. В этом плане она была в какой-то степени похожа на него.
— А ну-ка малышка! — Взяв Анну за подбородок, он приподнял его и посмотрел её в глаза. — Ты зачем болтала с этим болваном?
Анна заставила себя рассмеяться, пожала плечами и бросила злой взгляд на Ширлин.
— Не глупи, Бадди. — Она обняла его за шею и прижалась к нему. Но Бадди продолжал подозрительно смотреть на неё.
— Он просто спросил меня, когда будет семинар по химии. Он пропустил занятия, вот и всё. — Анна встретилась глазами с Бадди и очаровательно улыбнулась.
Он пришел в эту группу из-за тебя? — допытывался Бадди.
— На твоем месте я дала бы ему пинка в зад, — посоветовала Дина и достала новую сигарету.
Сердце Анны тревожно забилось. Она провела пальцем по пробивающимся волосам на подбородке Бадди. Наконец его взгляд смягчился и она вздохнула с облегчением, почувствовав, что её женские хитрости срабатывают.
— Бадди, не пытайся стать ещё большим дурнем, чем ты есть, — сладким голосом сказала она. — Все знают, что я твоя девчонка.
— До тех пор, пока ты не забудешь об этом. — Он грубо схватил её за густые блестящие волосы и притянул к себе. Его поцелуй был крепок и продолжителен, он впился зубами в нижнюю губу, а руки по-хозяйски ощупывали её ягодицы.
Анна торжествовала. Извиваясь в его руках, она царапала его спину и лопатки. Она понимала, что Бадди хочет сейчас всем что-то доказать и была вполне готова помочь ему в этом, но в то же время в глубине души, пока Бадди, сопя, целовал и лапал её, она пыталась представить, что чувствовала бы, если её целует Рой Коул. Этот рослый белокурый футболист никогда не был в их компании, так же как она в его. В школе Анна считалась испорченным ребенком. Было известно, что она пьет, балуется наркотиками, посещает по субботам рестораны, и ведет себя вызывающе. Рой Коул был типичный американец, он получал стипендию как футболист, хотел сделать карьеру в области права и жил в центре города в солидном доме на главной улице.
Анна училась кое-как. Она знала, что у неё есть способности, но для занятий не было времени, ей приходилось вести хозяйство, готовить для отца и каждый вечер проводить с Бадди. То, что она девчонка Бадди, помогало ей переносить выходки отца. Она старалась думать не о нем, а о Бадди, о том какая это честь быть его девчонкой. Анне нравилось, что на них глазели и перешептывались за спиной. Тогда она ощущала себя некоей знаменитостью. Она знала, что те девчонки, что шепчутся о ней в туалете, рассказывают всякие истории о ней и Бадди, на самом деле завидуют, будучи сами сексуально озабоченными, но у которых не хватало решительности для того чтобы действовать.
Бадди ухаживал за ней, проявлял заботу, был по-своему внимательным, чего она не могла сказать об отце: тот интересовался лишь пивом бейсболом и последнее время — официанткой из бара.
За два года Анна видела его трезвым лишь один раз — во время похорон бабушки. Но у него едва хватило терпения дождаться момента, когда могилу наконец засыпят землёй после чего пил еще больше три дня.
Когда пил Бадди, всё было по-другому. Он не швырял в неё вещи, не рычал и не орал на неё как отец. Он возбуждался сексуально, сыпал анекдотами, сажал её к себе на колени на заднем сиденье автомобиля и целовал. Его руки блуждали по её телу и тогда она почти забывала о своём доме, где слышались только пьяные ругательства. И вот в тот день, когда Рой Коул, заикаясь, пригласил её в кино, что-то сладко защемило в её душе. Она не могла даже подумать о том, что кто-нибудь вроде Роя может пригласить её на свидание. Он так мило покраснел, что на лице его выступили веснушки. Зачем ему понадобилась скандальная Анна Ривз, живущая в трущобах?
Странно то, думала Анна, пока автобус еле тащился по улице, что Рой никогда не смотрел на неё свысока как другие подобные ему. Когда их руки соприкоснулись во время занятий химии, ей показалось, что её ударило током. «Но ведь я девчонка Бадди», — напомнила она себе. Бадди принадлежал к её кругу. Его отец работал в той же автомастерской, что и её отец и пил то же самое пиво. Правда его мать не умерла, но могла и умереть. Анна часто видела ту же тоску в её глазах, какую раньше видела у своей матери. Она, Бадди, Ширлин, Бобби, Деннис и Дина жили в мире в котором не встречались спортсмены и принцессы. И она не была принцессой. Так почему же этот сногсшибательный красивый футболист хочет с ней встретиться?
«Из-за моей репутации», — решила Анна. Ладно, скоро она выяснит это. Правда она надеялась, что Бадди не узнает о том, что у неё на пятницу назначено свидание с Роем Коулом. Тем временем автобус остановился.
— До встречи в восемь, — крикнула Ширлин в окно, махнув Анне и Бадди, которые держась за руки, двинулись по разбитому тротуару. Они спрятались ха деревьями, когда из-под колес автобуса вырвались клубы пыли. Бадди шёл с Анной до густых зарослей, окружавших её двор.
Надень сегодня что-нибудь понаряднее, ладно? — крикнул на прощание Бадди, когда она уже поднималась по лестнице.
— Как всегда! — отозвалась Анна.
К её удивлению, отец был дома и храпел на диване. На животе у него лежали газеты, а стол был уставлен пустыми пивными банками. Некоторые из них валялись рядом с диваном. Храп прекратился, когда Анна захлопнула за собой дверь. Отец выпученными глазами посмотрел на неё.
— Папа, почему ты дома так рано? Ты заболел?
— Да, я заболел, и мне надоело, что меня вечно надувает этот сукин сын Диксон.
— Что случилось на этот раз, папа? — Анна осторожно вошла в комнату и расчистила место на столе, чтобы положить книги. Отец не казался слишком уж пьяным. Должно быть проспался, решила она и слегка расслабилась.
Роберт Ривз был крупным мужчиной выше среднего роста с кулаками размером с пивную кружку. До службы во флоте он занимался боксом и всё еще сохранил силу профессионального боксера. Сломанный нос похожий на картофелину и шрам под левым глазом говорили за то, что Роберт Ривз не только наносил, но и получал удары, хотя много раз хвалился Анне, что никто не мог его нокаутировать и он всегда брал верх. Даже если это была женщина, думала про себя Анна, припоминая синяки и ссадины на лице и теле матери.
Странно, что своими кулачищами отец ни разу не ударил Анну. Когда он был в буйном настроении, он швырял вещи, ему было без разницы что, открытая банка пива или настольная лампа. Но чаще всего он осыпал её ругательствами, оскорбительными словами, не оставляющими сомнения насколько никчёмной она была.
Она ждала своего часа. Всего один год до окончания, и она навсегда уедет отсюда. Ей хотелось жить в большом городе и иметь приличную работу, типа кассира или бухгалтера. Она дружила с математикой и учитель не раз говорил, что ей нужно попробовать поступить на бизнес-курсы после окончания. А когда будет работа, она сможет скопить денег на колледж.
Что бы там отец не говорил, она знала, что далеко не дура. Об этом свидетельствовали её оценки да и бабушка заставила поверить, что она может добиться чего-то в жизни. Бадди, конечно, в свои планы она не посвящала. Он бы стал смеяться и назвать её фантазёркой. А вот бабушка говорила, что если есть цель и человек прилагает усилия к её достижению, то он может добиться многого.
Отец покряхтел, позевал и открыл новую банку пива, пока Анна убирала пустые.
— Хозяин почти всех отправил домой пораньше, говорит дела идут плохо, работы для всех нет и незачем всем торчать… Дерьмо вонючее… Вот скажи мне, как тут заработать на жизнь? — Он глотнул тепловатого пива и прищурился. — Тьфу! Как моча кошачья! Дочь, принеси мне холодного и включи телевизор — где-то должен быть бейсбол.
«Я уйду отсюда», — поклялась Анна, и направилась на кухню. Ей было тошно смотреть на неопрятную щетину на лице отца и грязь под его ногтями. Она ненавидела этот дом, ей было противно сидеть с отцом за обедом и выслушивать бесконечные жалобы и ругательства. Но больше всего она ненавидела его за то, что он вынудил мать сбежать и обращался с ней как с грязью.
«Да, я уйду отсюда, повторила Анна, открывая холодильник и доставая пиво. — И никто меня не остановит — ни отец, ни Бадди, ни даже Рой Коул. Я и минуты не задержусь в этой дыре, как только выпущусь».
Однако через три недели у Анны появились другие мысли. Рой Коул подвозил её домой в своем роскошном лимузине-кабриолете. Их обдувал весенний лёгкий ветер и запах магнолий. Он пригласил её на выпускной бал и она согласилась. Те, кто раньше никогда с ней не разговаривал, стали приветствовать её в коридоре и приглашать на вечера.
Ей было неловко перед Бадди. Она хотела, чтобы они остались друзьями, но Бадди не желал с ней даже разговаривать.С ней никто из прежних друзей не желал разговаривать. Её словно не замечали. Анну нисколько не волновало то, что Ширлин буквально увивалась вокруг Бадди. Но ей было не по себе, что глаза Бадди, всегда загоравшиеся при взгляде на неё, теперь холодно смотрели мимо.
Но она не хотела возврата. Рой умел слышать её. Он заставил её поверить, что мечты сбываются. Он разглядел в ней что-то ещё, помимо красивой фигурки и обаятельной улыбки, то, что она сама в себе не замечала. Она ощутила себя умной, красивой, привлекательной, и для этого вовсе не надо было позволять тискать себя на заднем сиденье автомобиля. Когда она целовалась с Роем, то испытывала нежность. Анна чувствовала себя спящей красавицей, которая проснулась от поцелуя принца, а предстоящий бал казался ей сказочным.
Сестра Роя, Эшли, помогла ей устроиться работать после занятий официанткой придорожной кафешки. Анна подсчитала, что на заработанные деньги она сможет купить себе к выпускному бальное платье.
Она сразу положила глаз на это платье и решила, что должна купить его. Это было изумительное изделие из белоснежного атласа и кружев, с декольте, которое оставляло открытыми плечи и спину почти до пояса. Эшли показала ей как собрать волосы в высокую прическу и предложила длинные серёжки. Анна не имела возможности купить серьги, но готова была удовлетвориться крохотными жемчужинками, которые ей оставила бабушка, вместе с таким же ожерельем. Это была единственная драгоценность Анны, и она будет счастлива надеть их на бал и пройти рядом с Роем, словно кинозвезда.
