Первые изменения
26 мая 2026 г., 13:33
Джаспер был прав насчет Элис. На утро в ее памяти остался лишь коридор и его уходящая спина. Она не помнила ни прикосновений, ни его взгляда — ничего кроме самого факта, что он ее проводил.
«Проводил лишь потому что я чуть не упала», — сначала Брендон было неловко и даже немного стыдно, что она снова умудрилась напиться, но потом она решила не париться на этот счет.
Джаспер же не знал, помнит она или нет. У парня были противоречивые чувства. С одной стороны, он хотел, чтобы Элис все-таки помнила. Не сам факт, не дорогу до двери, а тот короткий момент, который не должен был случиться. Но одновременно с этим, ему хотелось, чтобы она забыла, ведь если она будет помнить этот момент, то, наверняка, вспомнит и его реакцию. Он сам все помнил слишком хорошо. Ее рука на его шее — легкое прикосновение, которое для него не должно было значить абсолютно ничего, но именно в этот момент все в нем сбилось. По коже прошел короткий холодок и тело стало слишком собранным и напряженным. А главное — Джаспер, который привык все в себе контролировать, почувствовал отсутствие контроля над ситуацией. Это длилось недолго, всего несколько секунд, но достаточно, чтобы он успел это заметить.
Эммет провел ночь Хэллоуина с Челси — рыжей, слишком громкой и самоуверенной в себе второкурсницей. Куда делись ее соседки по комнате МакКартни не знал, да и если честно, ему было плевать. Девушка была симпатичной, стройной, позволяла делать с собой что угодно, и Эммет действительно делал, что хотел. Утром пара снова занялась сексом, а потом Эммет собрался, бросил что-то напоследок и вернулся в свою комнату, не думая ни о чем.
В комнате МакКартни растолкал парней и предложил пообедать в столовой. Готовить самим не хотелось, ехать в кафе — тоже, поэтому Эдвард с Джаспером без колебаний согласились.
— Ну что там, парни, как успехи? — сидя за столиком и попивая кофе, спросил Эдвард. Друзья сразу поняли, о чем речь.
— У меня все отлично, — пожал плечами Эммет.
— Отлично? — усмехнулся Джаспер. — Тебе Розали нужно трахнуть, а не всех вокруг, кроме нее.
— Все в ажуре, парни, — уверил друзей здоровяк.
— От ненависти до любви один шаг, да, МакКартни? — улыбнулся Каллен. — Такая у тебя тактика?
— У меня хоть какая-то, — в тон ему ответил Эммет. — А у тебя вообще никакая. Белла вообще в курсе о твоем существовании?
— Белла вам не ваши дикарки. К ней нужен особый подход, и важно быть очень осторожным и не испортить все в последний момент.
— Так Белла-то, как раз-таки и дикарка, — рассмеялся Уитлок.
— Не, — отмахнулся Эдвард. — Это твоя Брендон — аборигенка, хрен знает, что вычудит. Не повезло тебе, конечно, с выбором.
— Не завидуй, — усмехнулся блондин. — Она живая, а мне такие нравятся.
— А ты прикинь, что она в сексе, наверное, вытворяет, — вставил Эммет.
— А я о чем? — кивнул Джаспер. Парень решил, что впредь будет действовать аккуратнее. Элис теперь ходила, будто ничего не произошло, и Уитлоку стало казаться, что это не он с ней, а она с ним играет.
Парни пообедали и уже собирались возвращаться в комнату, когда Эммет почувствовал, как чьи-то руки легли ему на плечи и стали скользить ниже, обвивая.
— Привет, милый, — протянула Челси почти у самого его уха и, не дожидаясь реакции, чмокнула в щеку. — Это твои соседи? Я Челси.
Челси широко улыбалась и прижималась к Эммету со спины. МакКартни сначала замер, он растерялся. Эммет привык — никаких продолжений, никаких повторений, никаких «а что дальше?», и тут Челси застала его врасплох.
— Я Эдвард, а это — Джаспер, — Каллен еле сдерживал смех, глядя на выражение лица опешившего друга.
— Так, все, нам пора, не будем вам мешать, — Уитлок тоже был на грани. Парни быстро встали, оставили Эммета с Челси одних за столиком, и уже у выхода громко рассмеялись.
— Ты что делаешь? — произнес Эммет без резкости, но с явным холодом в голосе.
Смех Эдварда и Джаспера прекратился только на втором пролете лестницы, когда они увидели медленно поднимающуюся по ступенькам Элис с огромной коробкой в руках. Девушка еле передвигала ногами, так что было понятно — коробка не только большая, но и тяжелая. Эдвард с помощью красноречивого жеста, многозначительного взгляда и кивка донес до Джаспера, что девчонке нужно помочь.
— Я сам бы не догадался, — усмехнулся Уитлок и сделал несколько быстрых шагов по лестнице, оказавшись рядом с Элис.
— Не хочу даже представлять, как ты доперла ее до общаги, — сказал блондин, перехватив коробку. Она оказалась не такой уж тяжелой.
«Хотя для Элис…», — пронеслось в голове Джаспера, и он боковым зрением взглянул на хрупкое тело девушки.
— Ого, как ты вовремя, — выдохнула Брендон и заметила позади еще и Эдварда.
— Я вам не помощник, — тут же вставил Каллен, и, обогнав Элис и Джаспера, быстрым шагом зашагал по лестнице. Уитлок нес коробку, словно она ничего не весила.
— А ты не такой хилый, как я думала, — усмехнулась Элис, все еще тяжело дыша. Джаспер смерил ее пристальным взглядом. Когда они подошли к комнате, Брендон обогнала его и, открыв дверь, вбежала внутрь.
— Посмотрите, что я купила, — Элис улыбалась улыбкой чеширского кота, за ней вошел Джаспер с коробкой в руках.
— Кошмар, что бы там ни было, — усмехнулась Белла, и они с Розали удивленно переглянулись. Удивление было связано не с коробкой, а с появлением Джаспера в их комнате. Брендон наигранно надула губки, но тут же снова широко улыбнулась. Уитлок поставил коробку в центр комнаты.
— Мне уже кажется, я твоя бесплатная рабочая сила, — усмехнулся блондин и удалился.
— Да, спасибо, — крикнула ему в след Элис и взглянула на подруг, которые во все глаза таращились на Брендон в ожидании объяснений. — Что? Несла я коробку, и тут он нарисовался. Сказанул что-то, выхватил у меня из рук и понес.
— Мне кажется, или сосед запал на тебя? — вскинула брови Розали.
— Да ну, бред, — отмахнулась Элис.
— Ага, бред, — улыбнулась Белла. — То пакеты, то коробки. А еще ручку починил.
— Руки-то не из жопы растут, надо брать, Эл, — рассмеялась блондинка.
— Ой да ладно вам, дурочки, — Брендон уже тоже смеялась. — Просто устал, видимо, вечно пререкаться, и снял эту свою маску дебила.
— Ну, мне он недавно сказал, чтобы я валила из кухни и свет не загораживала, — как бы «между прочим» сказала Свон.
— А я вчера шла с книгой в руках, так он сказал, что такой блондинке, как мне, книга не поможет, — проговорила Хейл.
Элис тоже хотела рассказать подругам о каком-нибудь неприятном моменте с Джаспером, но вдруг поняла, что не может ничего вспомнить, что в последнее время ничего подобного не происходило. На ум приходили разные ситуации с Эдвардом и Эмметом, но вот с Джаспером — ни одной. Брендон даже нахмурилась, пытаясь напрячь память.
— Вот тебе и пожалуйста, — развела руками Розали, будто читая мысли подруги. Блондинка подошла к коробке и, открыв ее, скривилась. — Элис, только начало ноября, — прохныкала она и вытащила несколько гирлянд и мишуры.
— Мы еще украшения от Хэллоуина не сняли, — разглядывая новогодние вещицы, произнесла Белла.
Но Элис уже было не до коробки. В голове витали мысли о Джаспере Уитлоке, отношение которого за последние несколько недель реально изменилось.
«Какова вероятность, что я ему нравлюсь? — задумалась Брендон. — А почему нет? Куча парней толпами бегают, а Джаспер что, особенный? Вполне мог и запасть на меня. А может, это прикол? Ну да, что он, совсем дебил, чтоб месяцами сам с собой прикалываться?».
— Ну все, — Белла пощелкала пальцами перед лицом подруги. — Мы ее теряем.
Подруги весело рассмеялись.
— Да, оставьте вы эти гирлянды, — Элис выхватила гирлянды из рук подруг, сунула их обратно в коробку и задвинула ее в угол комнаты, от чего Белла с Розали засмеялись еще больше. — Вы что, серьезно думаете, что он мог запасть на меня?
Элис улыбалась, подпрыгивала и не могла найти себе места, будто она сама была влюблена в Уитлока все это время. Девчонки знали характер подруги, так что уже не удивлялись такому поведению.
— Не знаю, но согласись, что он поменялся, — произнесла Белла. — А ты себя с ним как вела все это время?
— Я его нахрен несколько раз посылала, — усмехнулась Элис. — И даже не заметила тогда, что он в ответ меня не шлет. Вот я слепая. Еще и хожу не накрашенная и с гнездом на голове, — девушка подлетела к зеркалу и стала осматривать свое лицо.
— Так, стоп, — вмешалась Розали. — Ты что, хочешь с ним… Чего ты хочешь?
— Хочу, чтоб он сходил с ума по мне, — лучезарно улыбнулась Элис.
Эммет вошел в комнату. На лице у него читалась злость и раздражение. Парни, увидев его, переглянулись и рассмеялись.
— Привет, милый, — Эдвард передразнил Челси. — Серьезно, МакКартни, ты же так не работаешь.
Эммет закатил глаза, но взгляд немного смягчился.
— Она напомнила мне Кейт, — сказал Джаспер.
МакКартни вспомнил Кейт. Это была его бывшая из Сиэтла. Какое-то время они были постоянной парой, но встречался он с ней не потому, что хотел, а потому что она не отставала. Кейт была самой настоящей прилипалой, не понимающей ни слов, ни действий, и отвязался Эммет от нее, только переехав в Нью-Йорк. Какое-то время она ему еще названивала, потом названивала Эдварду и Джасперу, но так как все троя ее откровенно игнорировали, она сдалась.
— Тебе везет на таких, — усмехнулся Эдвард, и Эммет поежился, надеясь, что Челси не будет так липнуть.
— Нормально, — улыбнулся Джаспер. — Розали увидит, приревнует и дело в шляпе.
Белла не видела Эдварда — ни после Хэллоуина, ни все выходные. Не было никаких случайных пересечений в коридоре или на кухне, хотя Джаспер с Эмметом были в постоянном поле зрения. Сначала это казалось совпадением, позже — странным, а к концу выходных — очень сильно ощутимым. В какой-то момент она даже подумала, что он съехал — постоянно же тусовался где-то рядом — но серебристый вольво на парковке говорил об обратном.
Эдвард же придерживался своего плана. Он не исчезал, он выдерживал паузы, он дозировал свое присутствие. Такова была его тактика — появиться, оставить след, зацепить и уйти. Он знал, что пустота работает сильнее любого внимания, что Белла сама начнет заполнять эту пустоту, приписывая смысл там, где его не было. Недосказанность заставит ее искать, додумывать и возвращаться к нему мысленно. И его тактика работала. Сам он оставался предельно трезвым в своих намерениях. Никаких чувств — только пари.
«Дойти до нужной точки, получить свое, закрыть вопрос», — таким был его план. Единственное, что изменилось — Белла его больше не раздражала. Он помнил, как бесили его все три соседки еще совсем недавно, но теперь ко Свон он относился абсолютно нейтрально, и видел в этом только плюсы.
Розали, как и обещала себе, старалась игнорировать Эммета все выходные, планируя игнорировать и дальше. Все три соседа ее бесили до чертиков, но раздражающие фразочки МакКартни задевали больше всех. А то, что было на вечеринке Хэллоуина вообще выбило ее из колеи. Розали всё чаще убеждала себя, что, наконец, поняла, как работает Эммет. Он был именно из тех придурков, которым нравятся постоянные перепалки — цеплять, выводить, получать эмоции в ответ. Ему нравилось видеть, как она злится, как огрызается, закатывает глаза, бросает в него колкости не хуже его собственных. Вся их вечная война, кажется, только подогревала его интерес и именно поэтому она решила это прекратить.
«Больше не доставлю тебе такого удовольствия — думала Розали. - Тебе так нравится эта игра? Что ж, без моего участия она быстро станет скучной. А значит, рано или поздно, ты просто потеряешь интерес и переключишься на кого-нибудь другого. Просто нужно перестать давать тебе то, чего ты добиваешься».
Розали теперь реже появлялась на кухне, меньше задерживалась в коридоре, старалась выбирать маршруты, где шанс столкнуться с МакКартни был минимальным. Вот только полностью избегать его всё равно не получалось. Они жили совсем рядом, поэтому иногда все же пересекались — то возле лестницы, то внизу у входа в общежитие. И Эммет каждый раз что-нибудь бросал ей вслед, но Розали не реагировала. Раньше бы ответила — резко и язвительно, обязательно с этим своим фирменным взглядом — но не теперь. Теперь она не спорила, не велась на его подколы и провокацию. Иногда Хейл скользила по нему коротким взглядом и тут же отворачивалась, будто вспомнила что-то важное, а иногда делала вид, что вообще его не услышала. Она старалась делать это незаметно, не превращая игнор в спектакль, но для человека, который слишком привык получать от неё реакцию, изменения были очевидны сразу.
Эммет замечал всё: как быстро она отворачивается, как обрывает взгляд, как уходит первой, стоит ему появиться рядом.
«А это уже что-то новенькое», — ухмылялся МакКартни.
Эммет считал, что обращает на все это внимание только из-за пари. И что безразличный взгляд его задевает больше, чем ненавистный — из-за пари. И то, что его бесит, как она проходит мимо, будто его не существует — тоже из-за пари. Только пари — ничего больше.
