Воздух пахнет тимьяном

Вопреки ожиданиям Сокджина, парни пошли не в лес. Волосы все еще были причудливо забраны назад, и от этого лесной дух чувствовал себя смешным и уязвимым, но Намджун не смеялся. Он молча шел рядом, и несколько раз его губы приоткрывались, парень набирал воздуха, вот только не произносил ни слова, возвращая взгляд протоптанной тропинке, ведущей в узкий проход между чужих домов и дальше — в поле. Между землей и солнечным светом лег слой облаков. Густых, но достаточно светлых, чтобы о дожде беспокоиться было не нужно. Полынь в волосах трепал прохладный ветер, но Сокджин чувствовал жар во всем теле. Идущий рядом человек не сказал ни слова, а Ким уже чувствовал себя отруганным и униженным. Хотелось сбежать. — Знаешь, — дух вздрогнул от неожиданного начала. — Васильки тебе тоже очень пошли бы. Сокджин касается своих волос, Намджун улыбается. Что вообще несет этот парень? Сколько ни сопротивляйся, желание понравиться берет верх, деля это вместе со смущением, и парень выдает тихое «спасибо». За пределами леса он ощущает себя обнаженным и беззащитным, пусть это заблуждение. Видеть его таким — привилегия. А про васильки Намджун сказал совершенно не просто так. Поле с колышущейся травой усыпано васильками, словно кто-то разбрызгал краску. Синие, белые, голубые и розовые пятнышки покрывают зеленый фон и дают чудесный аромат. Стоит задуматься над тем, чтобы использовать их в качестве ароматизатора вместо тимьяна, рассовывая по льняным мешочкам и вешая по дому. Может, такой запах понравится Намджуну больше? Черт, да какая разница, что ему там понравится. Сокджин хмурится. — Не хмурься, — а за его лицом неожиданно пристально следят. — Просто комплимент. — Я не поэтому. — Правда? — человек ему не верит, хотя дух говорит правду. — Да, — тише добавляет Ким. Кажется, что с этого поля ему не сбежать. Достающие чуть ли не до колена васильки становятся клеткой, и это похоже на маленький красивый ад, в котором нельзя скрыться ни от Намджуна, ни от себя. Человек срывает розовый цветок и вставляет в волосы Сокджина, стараясь не причинить боли и не испортить прическу. Такой нежности дух не знал давно. Он терпеть не может, когда люди рвут цветы ради собственного удовольствия, но в этот раз не делает даже намека на замечание. Они проходят дальше по полю, чтобы после свернуть на дорогу побольше и вернуться к дачам возле леса. Но до этого еще идти и идти. — Как познакомились Хосок и Юнги? — да, Ким знает, что на прогулку его позвали не для этого, но, вопреки утренней решимости, сейчас говорить о чувствах страшно. Разве что не о своих. — Хосок и Юнги? — Намджун тоже не ожидал вопроса. — Ну, — вздыхает почти разочарованно. — Они вместе со школы. Юнги был выпускником, а Хосок учился на класс младше. Он всегда был…изгоем, можно сказать. Из-за ориентации и того, что бывший слил интимки. — Интимки? — прервал рассказ Сокджин. — Эротические фотографии, — человек хмыкнул, но более заострять внимание на незнании парня не стал. — Во время конфликта с учителем Хосока очень сильно оскорбили. Выставили шлюхой перед всей школой. Шлюха это- — Я знаю, — буркнул Сокджин. — И Юнги за него заступился? — Более того, — Намджун улыбнулся, к счастью он выглядел увлечённым рассказом. — Юнги представился его парнем, а после и добился увольнения учителя, который оскорбляет своих учеников. Юнги буквально спас Хосока. И вся школа думала, что они встречаются, поэтому боялись задирать Хо. Только обсуждали, сколько раз и в каких позах Юнги его трахал, — Сокджин почувствовал, как горят щеки. — Ты наверное догадался, что стало потом. — Они поняли, что любят друг друга, — закончил рассказ лесной дух. — Мать Природа, — восхищённо вздохнул он, ловко переступая колючку в поле. — Вот это история любви. — Верно, — Намджун тоже широко улыбнулся. Его взгляд набрел на взгляд Сокджина, и оба улыбались поначалу без задней мысли, под впечатлением от рассказа, но после губы лесного духа дрогнули. Он отвел взгляд. Любовное зелье не подействовало, потому что Намджун уже был влюблен в него. — Давай просто попробуем? — либо человек умел читать мысли, либо парни думали об одном и том же, и Ким даже не знал, какое из предположений волнует его сердце больше. — Со мной круто, честно, — осталось только в грудь себя ударить. — Ты никогда не пожалеешь, — Намджун потянулся к руке духа, но тот ее отдернул, прикусывая губу. — Почему нет? — Мне больше тысячи лет, — хмыкнул Сокджин. — Думаешь, легко со мной будет? — А ведешь себя на пятнадцать, — Намджун фыркнул и все равно взял духа за руку, все равно притянул ближе и вынудил заглянуть в глаза. — Моя жизнь слишком короткая, чтобы думать. — По тебе видно, — тихо острит Сокджин, растеряв остатки уверенности, когда широкая ладонь человека опускается на его талию. — Мне нужно быть уверенным, что ты готов. Приходи к моему дому завтра вечером. Начала отношений нужно закрепить особым ритуалом, у нас так принято. Если поймаешь кролика, будет вообще отлично. — Что за ритуал? — настороженно спросил Намджун. — Жертвоприношение? — Да, — духу нужен был повод сбежать от этих чувств, отправить человека подальше, заставить забыть дорогу к дому в лесу. — Мы обмажемся кровью и займёмся сексом, — ему нужно было никогда больше не видеть младшего, чтобы не сорваться в пропасть чувств и не позволить себе окончательно влюбиться. Лицо Намджуна моментально исказилось. Сокджин не знал, что это за эмоция. Страх? Отвращение? Удивление? Сердце больно защемило, но Ким улыбнулся, сказал, что будет ждать. — Подожди! — человек попытался остановить его, когда Сокджин начал стремительно удаляться, когда начал сбегать. — Черт, Сокджин, объясни! Зачем эта хрень?! — но дух не остановился, оставляя Намджуна одного. — Жди, понял?! — прозвучало как угроза, которую младший не исполнит. Оставшись один, человек запустил пальцы в волосы и сжал от досады. У него почти получилось. Надо было поцеловать этого засранца. Собравшись уходить, Намджун услышал тихий свист и обернулся. Чимин стоял в десяти метрах, снисходительно улыбаясь. — Помощь нужна? — предложил он, и человек сделал шаг навстречу.