Горячая кровь и вспыльчивый характер

Сердце пропустило удар. А затем стало биться в два раза сильнее. Нарастающий крик заставил тело Осаму стать стадионом для забега мурашек, и явно не от страха. А победитель в нём уже определён. Чуя выхватил медальку за способность подчинить себе тело Дазая, ровно как и Рембо сейчас. То есть буквально выбил не хилым ударом ноги. -Я НАШЁЛ ТЕБЯ, ЛЖИВЫЙ АКТЁРИШКА! ТАК И ЗНАЛ, ЧТО ЭТО ТЫ! - ещё один удар, и тело вечно мёрзнущего мафиози летит в стену, вдребезги раскалывая собою камни. - Слышал, Дазай?! Я его выследил! Ты проиграл! -Не-а. Я пришёл за ним первым. -Но...нет! Но это я его обезвредил! Твоя тупая суицидальная рожа просто мило с ним обедала! -В жизни бы не притронулся к еде рядом с помойными крысами. Я бы с большей охотой даже разделил столик на двоих с тобой, вшивый пёс, - рук Чуи Дазай видеть не мог, но был уверен, что те так и оставались аристократично бледными, даже голубоватыми. Кровь, что приливала к ним, не потеплела ни на один градус. Осаму ведь на самом деле был бы совсем не против провести вечер в компании этого рыжего несносного мальчишки. Однако.. -Если твой язык продолжит нести эту чушь, то ты в ближайшее время разделишь разве что могилу с этим чёртовым снеговиком! -Вообще-то, я надеялся, что в мир иной меня сопроводит прелестная дама, но если на её место ты предлагаешь себя, то у меня плохие новости для тебя, Чуя.. -Как и у меня для вас! - ооо, этот голос любой из портовой мафии смог бы узнать из тысячи. Хриплый, высокий, так и веющий какой-то могильной сыростью, промозглостью....Лучшего кандидата на роль живого трупа и захочешь - не придумаешь. Не задумываясь, Осаму стреляет в голову, грудь, ноги. И ничего. Повторно колесить по девяти кругам оживший дряхлый старик и не подумал. Да даже ноги не подкосились! А он ведь попал прямо в коленную чашечку, Дазай уверен. Мори хорошо обучил мальчика, и тот мог сломать несколько жизней одной пулей. Однако сейчас перед ним стояло нечто, сломавшее саму смерть. А Дазай стоять больше не собирался. Шаг, тихий, как у крадущейся кошки. Ещё шаг. Ещё. Пришло время бывшему боссу наконец покинуть этот свет. Осаму поделится с ним этим желанием. Ещё пара шагов, и эспер приблизился к мертвецу почти вплотную, прижав пальцы к шее. К тому самому месту, где год назад красовалась роковая царапина, нанесённая Мори. Царапина, унесшая жизнь человека, холод чьей кожи сейчас обжигал пальцы даже через бинты. А тот в свою очередь зашипел, не в силах выносить горячее касание жизни. Однако со стороны тяжело было сказать, что могильный мороз здесь исходит не от молодого парня. Зрачок его расширился до невозможного, поглощая весь свет вокруг, а белые ленты на противоположной стороне лица лишь подчеркивали тьму, выползающую из его души. Не в силах выносить прикосновение, старик отпрыгнул. Но на этом все. Не исчез, не испарился. Все так же стоит и коптит воздух. Чёрт. Стена. Ещё одна стена. Золотые символы повсюду, куда только не глянь, и звуки доносятся сюда как со дна океана. С той глубины, которую так надеется посетить Осаму в последние минуты своей жизни. Удар. Коса старика оказалась никаким не миражом, но Дазаю плевать. Ему нечем защищаться. Ему некуда бежать. Не за чем. Такая тихая, молчаливая глубина полная покоя и умиротворения.... Смех. Откуда-то слышно истеричный смех. И крики, подобные тому, что недавно заставил стоять волоски на не покрытых бинтами участках кожи. На самом деле, это было почти рычание. Хотя, отражаясь от свинца, заполняющего тело Осаму по мере вытекания крови, звук смахивал скорее даже на мурлыканье довольного кота. Интересно, у Чуи мягкая шерсть? То есть, волосы... -Д..зай! Не см..й так умира..! Ты, беспо...зный кусок и...иота. Встав..ай! Я хочу у...ить тебя соб...венными рук..ами! Подъём пет..хам! Звуки с трудом собирались в слова, но струящаяся по рукам кровь начала жечь. Если сейчас от нее ещё и пар пойдет, будет казаться, что Осаму просто очень разозлили слова рыжего. Как в детских мультфильмах. Потому что по-другому до Накахары донести не получится! Конечно, именно так Дазай бы это и объяснил. Но сейчас он просто поднимает залитые кровью ноги с пола и бежит к напарнику. Он знает, что нужно делать. Они знают. Потому что слова не нужны, когда аккуратная рука Чуи выдвинута в сторону бегущего к ней парня, продавливая золотую стену. Потому что только за эти руки Дазай готов хвататься, награждая их обладателя чем-то кроме последнего надменного выдоха оставшегося в лёгких ядовитого воздуха, как делал это с другими спасительными соломинками, встречавшимися на его пути. Треск. Звон. И ледяная рука Чуи вновь в его руке. Но этот холод другой. Его хочется приложить к сердцу и греть, греть, греть.....Всю жизнь согревать своим телом. Ведь оно все ещё хранит в себе живое тепло только ради этого. Падение. Падение стен. Падение окровавленной косы, оставшейся без хозяина. Падение тела Рембо. Падение безвольно повисшей руки, когда Накахара вновь прячет свои в карманы. Рембо что-то рассказывает рыжему, но Дазай не слушает. Он лишь видит блеск в глазах юноши, видит огоньки надежды в его взгляде и клянётся своей смертью, что ни за что не даст им потухнуть. Пускай сердце этого маленького злобного беса и дальше пылает только лучшими чувствами. И никогда не обжигается лживыми словами сгнившей родственной души. Уж Осаму об этом позаботится.