Паук

Хортон сидел в кабинете и гладил змею - императорского питона. Вместе с главой Отдела Тайн в его кабинете сидела Беллатриса Лестрейндж, внимательно читающая книгу, посвященную противощитовым проклятиям и отрывавшаяся от нее только для того, чтобы посмотреть на Хортона примерно таким же взглядом, каким обычные люди смотрели на котов, а маги - на вейл. Эта идиллическая картина была нарушена вошедшим в кабинет Руквудом, который явно не ожидал увидеть Беллатрису до ближайшего рейда. Невыразимец все-таки рассказал и про Снейпа, и про Эванс, и был крайне удивлен тем, что Лестрейндж даже не подняла глаз от книги при упоминании магглорожденной волшебницы. "Вот что библиотека Отдела Тайн животворящая делает..." - подумал Руквуд и удалился. Глава Отдела Тайн же, услышав про Снейпа, понял, что ему улыбнулась удача. Малфой активно пытался завербовать зельевара в ряды Пожирателей и всячески ему покровительствовал, а значит, на праздновании Рождества в маноре Снейп точно будет. Среди приглашенных был и Хортон, как представитель внутреннего круга Пожирателей и учитель Малфоя-младшего. А значит...Снейп не избежит разговора с главой Отдела Тайн в приватной обстановке, найти которую в большом маноре несложно. "И не будь я главой Отдела Тайн - подумал Хортон, - если он не будет моим с потрохами." Остаток дня прошел штатно - к Хортону в кабинет не вбежали стажеры, у которых вырвалась из-под контроля химера, или что-то взорвалось, или к которым пришли министерские, которых недавние выпускники Хогвартса еще не были готовы посылать в кабинет Хортона, или, что было синонимично, к дьяволу...мало ли проблем может случиться у стажера в Отделе Тайн? То, что Белла ушла на тренировочный полигон, количество возможных проблем только увеличивало, но, когда Хортон пришел за ней, чтобы они аппарировали на прием, ведьма выглядела довольной, как кошка, напившаяся валерьянки. - Льюис, это было великолепно! У меня в жизни ничего подобного не было! - Это еще не все, моя дорогая Белла. - глава Отдела Тайн несколько удивился обращению к себе по имени, но решил войти в роль. Рудольфус ему, вообще-то, не нужен - слишком жесток и идеен, и магически даже до Руквуда, годящегося ему в сыновья, не дотягивает. Чего бы не поиздеваться, назвав Беллатрису так уже при нем? Хортон аппарировал в Малфой-манор вместе с Беллатрисой. Накануне он зашел к Ксено Лавгуду, который, помимо того, что видел магических животных, которых больше никто не видел(а поскольку Лавгуд был младшим невыразимцем, в интересах исследований и с его согласия легилиментить его можно было сколько угодно), происходил из семьи, у которой была репутация самых больших чудаков волшебного мира. Поскольку такая репутация среди широких масс Пожирателей Хортону была очень нужна - Лорд мог в любой момент начать воспринимать его не как технического консультанта, а как потенциального кандидата на его место…что, впрочем, было недалеко от истины, потому что, попав в отличные от Невыразимцев слои общества, он увидел, что магическая Британия с его выпуска из Хогвартса не изменилась никак. Поэтому Хортон и Ксено вспомнили, как Антигониус Лавгуд создавал такую репутацию еще во времена создания Статута, и, рассмотрев несколько идей, придумали подходящую конкретно для Хортона и Пожирателей. Хортон взял обычные косметические зелья и добавил к ним некоторые свойства Амортенции, после чего искупался в полученном вареве. Естественно, свойством не был основной эффект - ему не нужно было устраивать побоище среди женской половины Пожирателей. Хортон надеялся, что все сработает как надо, и после аппарации как бы случайно взмахнул палочкой. Беллатриса ничего не заметила. Однако странности начались, когда пара подошла ко входу в дом. Гостей встречал Люциус Малфой, и он поприветствовал «сестер Блэк» и попытался поцеловать руку Хортону. Беллатриса, к счастью, исправила его ошибку - не настолько громко, чтобы это слышали в маноре, а сам Хортон тихо сказал Малфою, что объяснит все потом. На Беллатрису, кажется, зелье вообще не оказало эффекта, что было очень странным с учетом того, что все компоненты зелья по отдельности на нее и Блэков вообще действовали так же, как и на всех остальных магов. В зале уже был почти весь внутренний круг Пожирателей. Выражение лица Рудольфуса стоило видеть, Хортону казалось, что даже будь он в своем истинном обличьи, такого шока на лице Пожирателя не было бы. Поскольку Рудольфус не входил в число умных Пожирателей, его легилиментить тоже можно было сколько угодно, и легигименция показала, что он видит двух Беллатрис. Застолье еще не началось, маги просто общались группами, и Хортон с Беллатрисой отправились на поиски Снейпа. Рудольфус тихо последовал за ними и, когда в коридоре никого, кроме него и «Беллатрис» не было, дважды шепнул: - Полифлюс Реверсо! «Браво. Все-таки ты не только круциатить умеешь. Только вот это не оборотка» - подумал Хортон. Лестрейндж-старший пришел к тому же выводу и на этот раз спросил прямо: - Кто вы, Мордред побери, такие? - Ты свою жену не узнал, Руди? - Беллатриса искренне не понимала происходящего. «И объяснять мы ей, конечно, ничего не будем…» - Или ты настолько напился без нее, что у тебя уже в глазах двоится? - решил вжиться в роль Хортон. - Я? Я трезв как стеклышко, только на донышке налил себе - Рудольфус даже показал это «на донышке». - Но вас явно две. - Нет, Руди, ты явно перепил! Справа от меня же Льюис стоит! - Беллатриса вскинула голову, и Рудольфус явно этот жест узнал. А вот на имя «Льюис» он отреагировал ровно так, как отреагировал бы любой муж в не самом счастливом браке и с доступом к боевому оружию. - КРУЦИО! ТЫ МОЮ ЖЕНУ СОБЛАЗНИЛ, СВОЛОЧЬ ТРАНСВЕСТИТСКАЯ! КРУЦИО! Хортон следовал заветам Грюма в части постоянной бдительности - хотя, с учетом возраста, это скорее он учил нынешнего главу Аврората этому искусству. Поэтому оба красных луча ударили в стену - невербальные ускоряющие чары Хортон колдовал очень быстро. - Ударение, мистер Лестрейндж! И жест палочкой совершенно неправильный. - Хортон снова взял Беллатрису за руку. - Пойдем, моя дорогая Белла, иначе твой муж разнесет весь манор по кирпичикам, хотя ты сегодня только училась высшему из искусств… - БЕЛЛА! Дома объяснишься во всем! - продолжал кричать Лестрейндж. Хорошо хоть круциатить не продолжал, Беллатрисе уклониться было бы гораздо сложнее. С другой стороны, Хортон знал, что наверняка сделал из трещины в браке Лестрейнджей неплохой такой разлом. - Я сегодня весь день провела с Льюисом, и мне так хорошо никогда еще не было, Руди! Чего тут еще объяснять? - ответила Беллатриса. Рудольфус отправился запивать свое горе виски, которого в маноре было достаточно, Хортон пошел в следующую залу манора искать Снейпа, а Беллатриса полминуты постояла на месте и, решившись, последовала за Хортоном. Снейп нашелся в компании Регулуса Блэка. Снейп рассказывал Регулусу про магловскую химию, и чистокровный увлеченно слушал. Хортон подошел к магам и сказал: - Хотите в Отдел Тайн? - Лили?! - Мама?! - Ни один не угадал. Собственно, ваше задание - узнать, кто я и почему я так для вас выгляжу. Белла, ты тоже можешь подумать, у тебя даже фора есть. Глава Отдела Тайн сел на диван с Беллой и с хитрым прищуром посмотрел на Снейпа и Блэка. Хортон не пытался менять природу компонентов, которые он брал из Амортенции и косметических зелий, а значит, у Снейпа было как минимум две точки входа. Блэк был темной лошадкой, но Невыразимец - это не только магические навыки, но и быстрый ум. Из Беллы вот даже после обучения Невыразимца не выйдет, максимум оперативник… Быстрый ум - не значит опрометчивый ум. Регулус не подвел - начал опрашивать свидетеля, то есть Беллу, на предмет того, что она видела и что «мисс Икс» имела в виду под форой. Снейп же обложился сканирующими чарами. Он даже воздействие на сознание предусмотрел и увидел сигнал типа «приворот». Более точного ответа он бы от сканирующих, которым может научиться семикурсник Слизерина, все равно бы не получил, но даже этот ответ, видимо, заставил мозги зельевара работать в нужном направлении. Снейп наколдовал чары головного пузыря и выпил универсальный антидот. Образ Лили не исчез. Снейп усилил окклюменцию. Образ Лили остался на месте. Регулус тем временем выяснил у Беллы, что она все это время видела какого-то Льюиса, и никаких изменений в нем не заметила. То, что кто-то, с одной стороны, предложил им пойти в Отдел Тайн, совершенно игнорируя его секретность и появившись на публике без мантии невыразимца и маски, пусть и в маскировке неизвестной природы, намекало на то, что незнакомец занимает там достаточно высокую должность. Регулус знал про двух Невыразимцев, которые бы могли появиться на празднике у Пожирателей Смерти. Руквуд не подходил - он даже начальником департамента не был и сидел в форме Невыразимца даже на собраниях. Оставался некий мистер Хортон, про которого Регулусу рассказывал Люциус Малфой. По рассказам получалось, что этот мистер Хортон сильнее Дамблдора и Волан-де-Морта вместе взятых, отбивает Авады голыми руками и пьет Феликс Фелицис на завтрак, обед, ужин и вместо воды. Значит, высокопоставленный маг из Отдела Тайн с очень неплохими боевыми навыками. В рекламных буклетах Невыразимцев про боевых магов ничего не было, значит, остается только вероятность того, что это глава Отдела Тайн. - Северус, ты не представляешь, кто сейчас перед нами. - Я даже не представляю, что он с собой сделал. Вроде похоже на какую-то испаряющуюся форму Амортенции, в магическом зрении непонятно что, но либо она проникает под головной пузырь, либо дело не в испарениях. - Дай посмотрю… Северус, видно, что у тебя не было брата-кобеля. Это ж косметические зелья. Наш мистер Икс, похоже, в них искупался, обычно ими только лицо обрабатывают. - Так вот в чем дело… Тогда получается, что он связал эффекты Амортенции с косметикой, и каждый видит того, кого больше всего любит. Твой брат-кобель не научил тебя заклинанию для нейтрализации косметических зелий? - Универсальному - нет. Но можно испытать несколько… Несколько попыток спустя Регулус все-таки нашел нужное заклинание. Перед глазами изумленных старшекурсников предстал довольный Хортон. - Десять минут. Поздравляю! Да, мистер Снейп - или Северус? - я действительно связал эффект, отвечающий за запах Амортенции с косметическим зельем. Сложнее было сделать так, чтобы показывался человек, а не, скажем, стопка запрещенных книг по ритуалистике. Собственно, мое предложение о работе с Отделом Тайн все еще в силе. - Мистер Хортон… Люциус рассказывал мне про Вас. Это большая честь. - ответил Регулус. - А для того, чтобы показывался человек, Вы взяли компонент Амортенции, отвечающий за создание образа возлюбленной? Но как тогда Вы смогли показать разных людей мне и Регулусу? - Правильный вопрос, Северус. Я их зациклил друг на друга, а чтобы не взорвалось, убрал из косметических зелий часть энергоемких ингридиентов, чтобы этот цикл подпитывал косметику тоже. Но я предлагаю присоединиться к мистеру Малфою, он тоже попал в ловушку этого зелья. Да и мисс Лестрейндж сидит какая-то тихая и задумчивая. Люциус Малфой на этих словах вошел в комнату вместе с Нарциссой. - Мистер Хортон, почему я снова вижу именно Вас? И… Беллатриса? А почему Рудольфус с вашего прихода выпил две бутылки огневиски в одиночку? - Регулус и Северус постарались. Они поняли, что я сделал. Жаль, меня под этим зельем Лорд не увидел. Хотя Рудольфус увидел и, собственно, поэтому он сейчас и пьет по-черному. Если бы Лорд стал так пить, фениксы бы нас всех взяли тепленькими. Так что, возможно, и к лучшему, что Северус такой талантливый. - А Лестрейндж тебя в чьем образе увидел? - Меньше знаешь - крепче спишь, Люциус. - улыбнулся Хортон. - Но дам подсказку: не ты один увидел двух сестер Блэк. Люциус обнял Нарциссу крепче. Остаток приема прошел нормально для вcех, кроме Беллатрисы, которой муж сказал, что до сессии Визенгамота и ее допроса с сывороткой правды с ней говорить не будет и в дом ее пускать тоже не будет. Поэтому Хортону пришлось найти для нее свободную комнату в расширенном пространстве Отдела Тайн, после чего он отправился к Лайеллу Люпину. Старшекурсники говорили, что его сын был одним из четырех гриффиндорцев, задиравших Снейпа, что Хортону очень не нравилось - а вдруг этим двум еще вместе работать? Зелья стаям оборотней ой как нужны, а распространять их будет, скорее всего, Люпин - он Хортону по гроб жизни благодарен за изобретение зелья, которое позволяет неделю до полнолуния лежать без сил, зато потом избегать превращения. Тем более, что стая, в которую Люпин по обычаям оборотней имеет право попасть, еще и находится на правильной стороне в гражданской войне магов, на них и боевых зелий не жалко. Убеждение Ремуса извиниться перед Снейпом прошло успешно и очень быстро - гриффиндорец и сам считал, что поступает неправильно, но не хотел идти против своих друзей. Поскольку сейчас у друзей были более важные занятия, чем какой-то там слизеринец, сопротивления со стороны Люпина не последовало.