Снайпер и учёный — The Sniper And The Scientist

Это был довольно тихий день. Команда приземлилась на какой-то планете, чтобы пополнить припасы, прежде чем снова отправиться в путь. Эхо, Врекер, Хантер и Омега ушли на поиски, а Тех остался на корабле, чтобы следить за Кроссхеиром. Обычно снайпер терпеть не мог тот факт, что кто-то присматривает за ним, но после всего, что произошло из-за Приказа 66… Он был несказанно рад, что Тех был рядом. Седовласый клон постучал пальцем по подлокотнику своего кресла. Техник тоже сидел в кабине пилота, пристально изучая какой-то механизм. Кроссхейр прислонился затылком к сиденью, закрыв глаза. В голове крутился целый рой мыслей — слишком большой, если честно. Он не мог не вспоминать ту битву в ангаре на Камино. Тот момент, когда он впервые предал своих братьев. От этой мысли по спине пробежал холодок. Его план в то время был блестящим. Мужчина помнил, как легко было предсказывать движения братьев. Как Врекер, несмотря на то, что был самым грубым в группе, всё ещё оставался легкой мишенью. Громила был устрашающим, но Кроссхейр знал его очень хорошо. Использовать его в качестве приманки было отличным решением. Хантер выскользнул бы из своего укрытия, и Кроссхейр мог бы убить его. Затем Эхо последовал бы его примеру. Всё, что оставалось, — это устранить Омегу и выследить Теха. Внезапно Кроссхейр рванулся вперёд, нахмурившись. Он не должен… Не должен думать о том, как убить своих братьев. Клон встал, выскользнув из кабины, в животе стянулся тугой узел паники. Его чип удалён, но что, если? Кроссхейр стал расхаживать взад и вперёд, нахмурив брови от глубокого беспокойства. Он с силой прикусил зубочистку во рту. Ему нужно уйти — уйти от своей семьи. Что, если Империя каким-то образом восстановит контроль над ним? Он не может навредить своей семье, только не снова. Взгляд его упал на выход из корабля. Он должен… Уйти. Верно? Нет, нет. Этим он только зря потревожит команду. Кроме того, Кроссхейр знал, что не сможет заставить себя уйти. Мысль о том, что придётся снова оказаться в одиночестве, была ужасной. Дыхание мужчины с каждой секундой становилось всё прерывистее, сердцебиение участилось. После минутного колебания мужчина устремился к его общей с Техом спальне. В кейсе с его снайперской винтовкой были наручники. Уже построив надёжный план, Кроссхейр вошёл в комнату и запер дверь изнутри. Затем убрал всё, что могло бы сойти за оружие, подальше от койки. Наконец, с наручниками в руке, он устроился на полу рядом с кроватью, продел наручники через лестницу и защёлкнул механизмы. Было неудобно. Пришлось принять неудобную позу и вывернуть руки, но он успокаивал себя мыслью, что таким образом не сможет навредить своей команде. Чем дольше мужчина находился в таком положении, тем сильнее сбивалось дыхание. Разум выходил из-под контроля, в голове вертелась лишь одна мысль — что он может намеренно навредить своей команде. Мужчина попытался достать из кармана зубочистку, но понял, что не может дотянуться. Его охватила паника, дыхание становилось всё чаще и чаще. Кроссхейр не был уверен, сколько времени пробыл в таком положении, прежде чем услышал знакомые легкие шаги, приближающиеся к запертой двери.  — Кроссхейр, — как обычно монотонным голосом позвал Тех. — Ты здесь? Кроссхейр попытался замедлить дыхание, опасаясь, что брат его услышит. Его опасения вскоре подтвердились, когда в голосе Техника послышалось беспокойство.  — С тобой всё в порядке? У тебя учащенное дыхание, — спросил брат.  — Уходи, — рявкнул Кроссхейр чуть сдавленно. Часть его радовалась тому, что Тех нашел его, но другая изо всех сил кричала держаться от своего брата подальше. Кроссхейр знал, насколько он опасен — и не мог подпустить Теха к себе. Техник на мгновение замолчал. Панель возле двери отрицательно пискнула, что означало, что Тех пытался открыть её и теперь знал, что она заперта.  — Кроссхейр, ты должен впустить меня. Я не позволяю тебе оставаться там одному, когда ты явно в беде. Кроссхейр яростно покачал головой, зная, что Тех не видит происходящего.  — Н-нет, — снова рыкнул он, в голосе слышалась. — Держись от меня подальше! Панель управления издала ещё один отрицательный сигнал.  — Я иду, Кроссхейр. Снайпер боролся с наручниками, отчаянно пытаясь добраться до двери. Если бы он мог запечатать её, тогда… Положительный сигнал панели прорезал воздух, и дверь открылась. Кроссхейр вздрогнул, тут же свернувшись клубочком. Тех обеспокоенно вошёл в комнату. Брату потребовалось всего пара секунд, чтобы оказаться возле койки.  — Не подходи! — Кроссхейр прижался к койке, в глазах читался страх. — Я сделаю тебе больно! Тебе нужно уйти! Выражение лица Теха изменилось. Что-то почти… печальное, казалось, заменило его прежнее беспокойство.  — Ты не причинишь мне вреда, — мягко сказал он. Его обычная монотонность исчезла, вместо вместо неё в голосе брата различалось то, что Кроссхейр слышал лишь несколько раз ранее. — И я, конечно, не оставлю тебя, — Тех медленно опустился на колени, встретившись с братом взглядом.  — Ты этого не знаешь, — практически прошептал Кроссхейр.  — Знаю, — мягко произнёс Тех и медленно потянулся вперёд. — Я сниму их, хорошо? — Он смотрел на наручники. Кроссхейр покачал головой. Без наручников ничто не могло бы помешать ему атаковать Теха.  — Кроссхейр, послушай меня, — начал Техник. — Твоего чипа больше нет. Империя больше не контролирует тебя. — Его руки медленно приближались к наручникам. — Тот факт, что ты так отчаянно пытаешься обезопасить меня, означает, что ты всё ещё являешься самим собой. Если бы Империя всё ещё контролировала тебя, я, вероятно, был бы уже мёртв, — заметил Тех. Кроссхейр прерывисто вздохнул, взгляд упал на пол. Он видел правду в этих словах. Всё, что сказал его брат, имело… смысл. Поэтому, когда Тех стал снимать с него наручники, он не попытался его остановить. Освободив руки, Кроссхейр достал зубочистку.  — Видишь? — Тех бросил наручники на пол, не сводя с брата глаз. — Всё в порядке. Ты по-прежнему остаёшься собой. Кроссхейр кивнул, глаза вдруг наполнились слезами. Ему потребовалось все силы, чтобы не заплакать. Его тело задрожало, хоть он и заставлял себя успокоиться. Мужчина чувствовал, как зубочистка раскалывается от того, насколько сильно он её прикусил. Внезапно его обняли. Кроссхейр напрягся, всё ещё не привыкший к такому дружескому физическому контакту, когда Тех уткнулся лицом в изгиб его шеи. Вскоре он наконец расслабился в объятиях брата и обнял его в ответ. Наконец, уже не сдерживая слёз, он ухватился за Теха так сильно, как только мог. С губ слетел приглушённый всхлип, и слезы начали свободно катиться по щекам и впитываться в рубашку Теха. Уткнувшись лицом в плечо брата, Кроссхейр наконец позволил его словам осесть в своём сердце. Он всё ещё был самим собой, хоть и немного сломленным. Империя больше никогда возьмёт под контроль его разум. И пусть это займет некоторое время, но Кроссхейр позволил себе надеяться, что всё наконец наладится.