Мир?
9 июня 2021 г., 09:13
И вот надо же было так не угадать с главой, куда попал… Да уж… И вот теперь перейти на более дружелюбное общение с Арсением будет довольно тяжело. Я буду психом, если всё же попробую всё исправить? Наверное, да. Но попытка не пытка, а пытка — попытка. В конце концов, не убьёт же тот меня за это? Я же главный герой как-никак...
Парень всю дорогу до кабинета Позова думал о той неловкой ситуации, что произошла ещё на входе.
Ну я же должен был вспомнить, что именно где-то посреди книги Попов «удачно» оказался в офисе, но без задания, и поэтому ему сказали сопроводить двоих магов до здешнего директора. Вот почему до меня всё так поздно доходит?
Зайдя в обитель босса магов воды, Антон сразу же заметил сходство с их офисом. Ведь у водных здание всё было в белых тонах, чем выделялось практически на весь город, но вот кабинет главного был самым тёмным здесь. Словно эти две комнаты взяли и переставили местами, пошутив таким странным образом.
Я, кстати, не помню, чтобы прописывал это. Вот про наш офис было оговорено, что, мол, вот, кабинет Сергея Борисовича выглядит так и так. А вот про рабочее место Дмитрия Темуровича там не было ни слова. Удивительное совпадение, однако...
— Здравствуйте, вы пришли от Матвиенко? Меня оповестили, что от него ко мне должен кто-то зайти.
— Да, Вы правы, — начал, как обычно, говорить Добровольский. К счастью, никто не обратил внимания на то, что Антон предпочитает отмалчиваться при всяком удобном случае. Хотя вроде он и в книге так себя вёл.
— Хорошо, я вас слушаю, — с хладнокровным лицом говорил Дмитрий, но в глазах его было видно, что разговор этот ему неприятен и он желает как можно скорее закончить его.
— Так вот, Сергей Борисович нам сказал, что Вы нарушили условия вашего перемирия. Вследствие чего он разрывает ваш договор.
— Ну смотрите, ребятки, — заметно повеселел мужчина в кресле, словно то, о чём он хотел рассказать, является чем-то веселящим или радостным, — Скажу честно, не я нарушил его первым. Как раз-таки кто-то из вашей компании это сделал, пару дней назад напав на детей работников нашей компании. Вы понимаете, на детей! Арсений вовремя помог им, неизвестно остановился бы этот огненный, если бы наш сотрудник вовремя не появился. Кто именно это сделал, — не буду врать, — я не знаю, Попов и сам не знает кто это. Жалко только, что без ран не обошлось: и у парнишки нашего, и у тех ребят есть ожоги. Ах да, скажите вашему боссу ещё вот что — чтобы разорвать договор, мы должны назначить встречу. Таким было его же условие, так что он не должен про него забывать ни в коем случае.
Павел заметно помрачнел. Он прекрасно понял о каком событии им рассказывают. Ведь именно оттуда парень вытаскивал своего друга, который чуть не прибил пару детей со злости. И единственное, что спасало того, в чьё тело попал Шастун, — незнание их босса об этой ситуации. Новость эта, к счастью, пока что не всплыла, но, судя по всему, скоро Матвиенко узнает о ней, так как Позов планирует с ним встретиться. И Добровольский уверен в том, что тот расскажет всё до мельчайших подробностей, которые только знает. Только вот что странно — босс компании, в которой они сейчас находятся, не упоминает того, что к этому событию был причастен именно Антон. Почему же ему об этом не сказали? И с какой целью Попов умолчал о том, кто на них напал? Он же узнал того, кто учинил всю эту заваруху, так почему тогда парень не зашёл в кабинет и не сдал его с потрохами? У него же и не будет никакой выгоды с того, что он не расскажет про эту ситуацию.
Вопросов появляется с каждой секундой всё больше и больше, а вот ответов… А их практически и нет. И это, пожалуй, запутывает сильно.
Так, а что, собственно, было тогда? Надо бы сейчас напрячь свою память, чтобы потом попробовать извиниться.
***
— Так, Шаст, смотри. Надо сейчас придумать что-то такое, чего никто из читателей не ожидает, — говорил он сам с собой. Многие, кто проходили мимо его кабинета, где он обычно писал, вместо того, чтобы нормально работать, уже привыкли к тому, что оттуда можно услышать голос парня, причем только его. Сначала, конечно, было как-то странно и пугающе, но со временем все свыклись. Он осмотрелся, словно искал что-то, что его вдохновит. Его взгляд зацепился за окно, в котором увидел детей, мирно играющих около дороги. Им было всё равно, что недалеко от них находится проезжая часть, ребята просто наслаждались своим детством, даже не задумываясь о том, что могут попасть под машину, если что-то пойдёт не так. — Прекрасно, значит так и поступим. Главный злодей, как там его… Андрей? — мужчина попытался вспомнить его имя, перерывая всю свою память. Быстро пролистнув несколько страниц написанного, он обнаружил, что, кажется, оно ещё ни разу не упоминалось. Стоп, они же даже ни разу не пересекались ещё, а Попов не слушал же все эти разговоры про другие компании. Точняк. Значит, надо сейчас придумать то, как его будут звать, самому потом будет проще. — Так, ладно, пускай будет Антон, не забуду хотя бы, — продолжил он свою мысль вслух. — Значит вот как сделаем: Арсений проходит где-то в городе и видит как Антон обижает детей. Тот срывается на него, оставляет ему ожог и они становятся врагами с этого дня. Блин, фигня какая-то. Если что, потом переделаю, коль будет в тексте смотреться не очень. А пока так оставим. Шастун улыбнулся тому, что уже успел придумать, ведь он уже начал продумывать то, как именно опишет это событие, что только что описалось в его голове, и тот вариант, что уже успел набросать (пока что лишь в своей голове), ему даже немного нравится. — Нет, не уберу, пусть лучше именно этот поступок покажет, что главный злодей не спроста является таковым. В конце концов, нормальные люди детей не пытаются обжечь. Ну я про тех, что в книге, конечно же. В реальности в принципе пытаться кого-то обжечь или нанести ещё какой-либо вред является статьёй, так что… — писатель оборвал своё предложение на середине и замолчал. Все его мысли вновь сосредоточились на тексте, который написан ещё только наполовину. А его надо так-то не забыть. И вся комната заполнилась лишь звуком того, как пальцы стучат о клавиатуру. Мужчину вообще не смущало то, что ему ещё надо сделать отчёт за месяц. Сейчас у него появилось вдохновение, а, значит, и весь мир подождёт. По крайней мере, он так считал. А вот его коллеги не совсем были довольны этим, так как считали, что его увлечение писательством является некой отговоркой, чтобы не работать, ведь сырой вариант текста Шастун не хотел показывать никому.***
Прекрасно… А я ещё хуже мог что-то придумать? Парень очнулся лишь тогда, когда они вышли из кабинета. — Извините, Арсений? — робко попытался заговорить он. — Что надо? — грубо ответил Попов. Ну, теперь я и не удивлён тому, что он мне отвечает таким озлобленным тоном. — Я бы хотел поговорить, но наедине. Честно обещаю, что будет просто разговор. Без применения магии с моей стороны. Маг воды остановился, чтобы подумать, пока Добровольский уходил вместе с другим. — Хорошо. Но помни, что ты находишься не на своей территории. — Спасибо Вам большое, что согласились, — искренне поблагодарил парень, на что получил лишь недовольный взгляд. Любой другой на его месте оскорбился бы такому, но он сейчас совершенно не в том положении, чтобы так сделать. — Иди за мной, — отчеканил Арсений и двинулся вперёд, заставляя Антона отмереть через пару секунд и побежать за ним, чтобы догнать ушедшего вперёд человека. Два парня зашли в каморку, где стояли все принадлежности, которыми пользовались уборщики. Попов нашарил рукой выключатель и включил свет, который ослепил и заставил зажмуриться обоих на пару секунд. — Говори, что хотел. — Я хотел извиниться перед Вами, — робко произнёс Шастун, чем вызвал усмешку на лице собеседника. — А пару дней назад ты был куда смелее, знаешь. Да и говори уже на ты, что уж, всё равно же не впервой тебе. Или внезапно стыдно стало? — Да, стало. Я не знаю, что на меня нашло, правда, у меня и в мыслях не было того, чтобы причинить кому-то вред. А уж тем более тебе. Я просто… вспылил… — Вспылил, говоришь? — недовольно зыркнул он. — Это я и сам понял. — Ну и я вот захотел извиниться… Ожог не особо сильный хоть? — грустно посмотрел Антон в глаза Арсения. — Да не особо, — парень быстро закатал рукав, где была перебинтована левая рука. Сняв бинт, он указал на покрасневшую кожу, на которой виднелись несколько маленьких волдырей. Капец… Насколько мне известно, ожог первой степени без вот этих пузырьков, так что там как минимум вторая. И, надеюсь, максимум вторая. Пожалуй, стоило оговорить в книге, что он отделался довольно легко и всё прошло через пару дней. — Блин… — взгляд писателя ещё сильнее погрустнел. — Я правда не хотел. — Да вообще, скажу честно, бинт тут лишь из-за того, что одежда трёт неприятно, а так он мне особо-то и не нужен. — Но всё равно же серьёзно, это дело непустяковое. Не так, будто противень случайно рукой схватил и сразу же отпустил. А куда хуже. — Ну… Отрицать не буду этого, но сделанного не воротишь, что уж тут. Это всё, что ты хотел мне сказать? Или есть что-то ещё? Если есть, то говори, не молчи. — Почти всё. Есть ещё кое-что. Может… Я свожу тебя куда-нибудь в качестве извинений? Вину мою это, конечно, не загладит, но, возможно, мне удастся немного сгладить впечатление о себе? Попов оглянул человека перед ним странным взглядом, словно даже с каким-то отвращением, и на пару секунд подзалип на стене позади него, задумавшись. Он кивнул сам себе, прежде чем озвучить свой ответ: — Хорошо, я согласен сходить куда-нибудь с тобой, — услышав это, на лице Шастуна расцвела улыбка. — Не радуйся раньше времени. Место и время выберу я, чтобы уж точно не было там никакой подставы. — Честно, я не собираюсь больше причинять тебе вреда. И меня максимум подвезут, так как у самого прав нет. И я правда очень рад, что ты согласился. — Сделаю вид, что тебе поверю. Если меня хоть что-то заподозрит, то потом даже не пытайся ко мне подойти. — Хорошо, — расслабленно выдохнув, ответил Антон. — Запиши мой номер. Чуть позже, как освободишься, напиши мне что-нибудь, чтобы я твой номер не забыл. А теперь пойдём, иначе, чую, тебя там, скорее всего, твой друг с собаками искать начнёт, — пошутил Арсений, ожидая пока парень вытащит из кармана телефон, и продиктовал свой номер. — Хорошо. — Ах да, будь добр, пожалуйста, либо держи своё пламя в узде, либо же вымещай свою злость не на детях, они, к сожалению, не смогут нормально отбиться. Не всегда рядом найдутся те, кто сможет усмирить тебя, или защитить тех, кто попал под горячую руку. Во всех смыслах «горячую», — беззлобно упрекнул он. — Да ну хватит уже, сказал же, что стыдно мне за это… — Ладно, всё, пойдём, — прервал Попов его оправдания и вышел из каморки. Вроде бы всё нормально прошло… Надеюсь, Паша не откажет мне в том, чтобы подвезти меня. А то я разбираюсь в этом городе просто ужасно. Хотя и в реальном мире такое было, так что я даже не удивлён. Парни вернулись ко входу, где их ждали недовольный Добровольский и маг воды, который тоже не шибко был рад тому, что его коллега где-то потерялся. — Тебя где черти носили? — из последних сил сдерживаясь, чтобы не закричать, спокойно произнёс друг. — Да в туалет захотел просто, что ты начинаешь-то? — быстро оправдался Шастун. На его лице ни один мускул не дёрнулся, но вот руки начали сильно потеть, будто он не просто скрывает какую-то не самую важную информацию, а умалчивает о том, что знает много чего про теорию заговора. — Что я начинаю? Да всего лишь то, что ты куда-то пропал вместе с тем парнем, которому не так уж и давно перешёл дорогу. Причём неплохо так перешёл. А потом ты испаряешься с ним и заявляешься обратно с улыбкой на лице. — Рад, что в туалет сходил. Ну, у Арсения же была задача сопровождать нас, вот он и ждал, пока я выйду, чтобы я не натворил тут дел, которые сделают хуже не только им, а ещё и нам. Напарник лишь хлопнул себя рукой по лицу. Весь его вид показывал то, что он вовсе не верит в то, что только что услышал. Но через секунду он тяжело выдохнул и кивнул своим же мыслям. — Ладно, потом разберёмся, пойдём, нам ещё поговорить с тобой надо наедине, — сказав это, он потащил Антона на выход. Они быстро покинули здание и пришли к машине. Разблокировав автомобиль, Павел быстро сел в него, громко хлопнув дверью. — Так вот, ты совсем или что? — начал свою гневную тираду парень, как только они оба оказались в машине. — Ладно я тебя не сильно отчитывал за тех детей, хотя хотелось. Ты вообще почему начал на них злиться? Из-за того, что они только учились контролировать свою силу и замочили твой костюм, который ты только забрал из химчистки? А знаешь ли ты, что это вовсе не повод нападать на невинных ребят? А уж тем более пытаться их поджечь. Да, я помню, что у тебя всегда были проблемы с гневом, но рамки-то надо иметь! — грозно кричал Добровольский, размахивая руками. С каждым словом Шастун всё сильнее заламывал свои пальцы от нервов, но старательно молчал. — А ещё то, как ты потом направил огонь на этого Арсения! Ты совсем из ума выжил? То сначала ты кидаешься на всех, кого только видишь, то потом таким невинным голосочком говоришь «привет». По-твоему, он совсем придурок? Думаешь, так легко забыть то, что тебе пару дней назад так злостно и старательно жгли руку? — внезапно от ткнул пальцем в грудную клетку Антона. — Думай уже что делаешь. Не все так будут закрывать глаза и молчать, надеясь, что у тебя скоро появится своя голова на плечах, как это делаю я. Понял меня? — Понял… — тихо ответил он и перевёл свой взгляд в окно. — Надеюсь, что в этот раз ты мне не соврал. Хотя что я тут распинаюсь, всё равно же всё повторится по одному и тому же сценарию… — пробубнил себе под нос Павел, думая, что его не услышат. Вот только его прекрасно услышали. Транспортное средство загудело и через пару минут парень уже выруливал с парковки, стремясь максимально быстро покинуть чужой район. Получается, этот Антон всегда себя вёл ужасно? И это не первый случай, если судить по тому, что я только что услышал. Но тогда почему мы являемся лучшими работниками? Ведь тот, кто не умеет управлять своим гневом, а ещё, как выяснилось, и своей силой в состоянии сильной злости, не самый лучший вариант сотрудника. Или Матвиенко так ни разу и не узнал обо всём этом? Как же, чёрт возьми, много вопросов, а ответов кот наплакал. Ну серьёзно. И вообще, почему я это ни разу не затрагивал в книге? Всю дорогу до офиса они ехали молча. Каждый думал о чём-то своём. Но вырвался Антон не когда они приехали, а когда услышал громкий хлопок об что-то деревянное. — В каком это смысле мы нарушили условия договора? — громко прокричал босс. — Ну, нам сказал Дмитрий Темурович, что кто-то из нас напал на них несколькими днями ранее. А ещё он просил передать, что Вы не можете разорвать контракт, так как сами же и прописывали, что это делается при личной встрече. — Чёрт, помнит же. Ладно, это мы уже сами решим. Значит тогда сделаем как: сегодня у вас будет отдых, а завтра вы меня сопровождаете к водным. Там мы всё решим и снова под вашим сопровождением вернёмся обратно. — Но Вы же говорили, что ещё что-то для нас есть, Сергей Борисович. — Паш, это может и потерпеть пару дней. Или кому-то другому скажу сделать это. Ну вот не притворяйся, что не рад тому, что вы сейчас идёте отдыхать, а не делать что-то ещё. — Я просто поинтересовался. А так я очень даже не против того, что сейчас мы поедем домой. — А, ну да, точно, вы же вместе квартиру снимаете. — Откуда Вы… — Ты мне сам рассказывал, — быстро прервал он вопрос Добровольского. Так, ну я теперь знаю, что мы живём вместе. — Ладно, можете быть свободны, — махнул рукой Матвиенко на своих подопечных. Парни покинули кабинет и вновь двинулись к машине. Когда они выехали домой, Антон достал свой мобильник.Неизвестный номер . Это я, Антон
Арсений Обязательно было отправлять сначала точку?Антон (странный чел) Да Ну отправил и отправил, что с того? Ну типа, а что мне ещё надо было отправить?
Арсений Да ничего толком-то. Что ты в принципе и сделал. Ладно, дай мне немного подумать.Антон (странный чел) Чтобы ты потом мне сказал место и время нашей встречи?
Арсений Именно так. Думаю, через пару дней я тебе точно скажу всё.Антон (странный чел) Хорошо Жду
Неужели это похоже на подобие нормального общения? Удивительно. Арсений Только сильно не написывай мне, а то просто заблокирую куда и ты не сможешь больше «загладить» свою вину. А, нет, показалось.Антон (странный чел) Да, конечно, я и не собирался донимать тебя никак. Мне незачем отвлекать тебя от дел. Думаю, и у самого их будет много, так что точно будет не до этого.
Арсений Ладно. — Ты чего такой загруженный? — поинтересовался Павел. — Да о твоих словах думаю. — Неужели сам Антон Шастун соизволил подумать над тем, что ему говорят? Боже, наверное, завтра снег пойдёт! — явно наигранно радовался друг. — Ой, ну ладно тебе, — махнул рукой парень, в который раз устремляя свой взгляд в окно. Квартира их ждала лишь тишиной. Что не было удивительным. В реальности Шастуна его квартира встречала точно так же. Да уж, денёк бешеный выдался. А ведь толком-то ничего и не происходило, но я чувствую себя таким вымотанным, словно мы с самого утра таскали коробки с книгами. Только тело болит иначе. Антон заварил себе чай и вернулся в, как оказалось, свою комнату. Остаток вечера он там и провёл, погрузившись в размышления об этом дне.
