Звёздный эльф

Всем привет дорогие друзья! Я, увы, не могу вести страничку ВК в виду того, что стараюсь сократить пребывание себя в сети, а ВК... сомнительный с точки зрения анонимности сервис. Сомнительнее многих. Но по совету Саурона, нашего светоча - я создал Гугл-диск, где собрал арты по Эльфу и Рёву (в разных папках). Эльф https://drive.google.com/drive/folders/1be8QnugVkzH1fPei8L8ACtyS-ffbprp2?usp=sharing Рёв https://drive.google.com/drive/folders/1joysfeoLvUrcnC75rquo95deSoG55QrA?usp=sharing — Уважаемые коллеги, — начала свою речь Амелла, воспользовавшись голопроектором для открытия презентации доклада. — Согласно официальной, Имперской переписи – на территории Империи во время войны находилось тридцать процентов крепостных, от всего населения. Стоит заметить, что крепость – передаётся по наследству. То есть ребёнок, рождённый крепостными родителями – становится крепостным. На отдельных планетах – если один из родителей был свободным разумным, то крепость не наследовалась. Но то в основном в планетах приграничья. Чем дальше, тем хуже. Крепостные закрепляются за определённым сектором, системой, планетой, городом… За своим отвечающим чиновником, таких зовут «бригадирами». Сам бригадир и все его подчинённые-крепостные – закреплены были за дворянством, аристократией, Моффами, Гранд-Моффами, или администрацией производства, на которых работали. — То есть, получается, — заметил Тайл Старфлай. — У нас есть веский повод пойти по жестокому сценарию относительно чиновников и офицеров Империи. — Сценарии с ними обсудим чуть позже, — я посмотрел сыну точно в глаза и тот отвернул взгляд. — Сейчас мы все хотим услышать доклад о грядущей интеграции общества Империи в Республику. Она должна пройти как можно более мягче, учитывая… бэкграунд граждан Империи. — И этот бэкграунд может принести новые проблемы, — подключилась к беседе Шаак Ти. — Даже свободные граждане в Империи – слабы волей и забиты бюрократами безо всякой причины. Помимо того, что разумные будут не знать, что делать со свалившейся свободой – могут возникнуть рабы, которые мечтают реализовать себя, как новых господ, это первое. Второе – быстрое освобождение всех ради всех, во имя добра и справедливости – создаст не только напряжение на рынках, обанкротив фирмы Внешнего Кольца. Получив свободу от крепости – они хлынут в богатые Центральные регионы, создав социальный коллапс. И речь ведь идёт не только о крепостных, так? — Пока что, совместно с армией, мы создали карантинные зоны, — сообщил Оби-Ван. — И надо признать, проблема весьма острая, леди Дойн. — Да, — кивнула блондинка. — Я учла указанные вам факторы при составлении плана. Мною всё было разделено на три этапа. Каждый из них имеет свои подэтапы. Итак… Первый этап – Юридическое равенство. Мы заменяем все права собственности с точки зрения чиновников, хозяев средств производства, аристократии, дворян на разумных, заключивших контракт с государством. Они остаются работать в тех структурах, за которыми закреплены, однако меняется подход. Первый подэтап – собственно юридическое закрепление временных государственных законтрактованных работников. Для этого необходимо будет принять законы, регулирующие подобные отношения. — Полагаю, в дополнение к трудовому кодексу, — задумчиво произнёс Тайл. — Или в кодекс регуляции деятельности бизнеса? — Последний – слишком специфичный документ, — возразил Джокстон. — А трудовой кодекс регулирует трудовую деятельность в общем и дополнение туда войдёт органично. — У меня и проекты законов есть, — произнесла Амелла. — Я передам вам их чуть позже. Второй подэтап… Обеспечение фиксированной заработной платы, ревизия мест жительства работников, дабы выяснить кто из них нуждается в улучшениях жилищных условий. Это один из ключевых пунктов. Мы должны избежать даже намёка на миграционный коллапс, когда жители с окраин ринутся в центр. Второй подэтап первого этапа плавно вытекает во второй этап – создание Фонда Демократизации и Адаптации. Туда необходимо будет направить огромные деньги, но фонд есть краеугольный камень работы интеграции. У фонда планируется два отдела. Первый займётся стабилизацией предприятий во внешнем кольце, необходимо будет не дать обанкротиться ряду промышленных предприятий и сохранить их на рынке, субсидировать и помочь их владельцам после ужасающей, командной экономики Сидиуса. Это сохранит рабочие места. Второй отдел фонда – будет заниматься специфически заработными платами, а так же компенсациями. Многие крепостные пострадали от боёв на Имперских планетах. Компенсация морального вреда – поможет Республике и им. — Только мне кажется, леди Дойн, что вы и некоторые другие личности – наигрались в головидеоигры с бесконечными деньгами в роли читов… Я тут прикинул в уме, затраты предполагаются невероятные… — Пока что мы можем себе позволить перенаправить средства с военной промышленности. Она как раз нуждается в том, чтобы её остудили. Кроме того – реализуем часть Имперских сокровищ, которые были при Палпатине. Вот и деньги… И не извольте беспокоиться, даже так – Орден Джедаев поможет вам. — Хорошо, — Джокстон сложил руки на груди, — дальше. — В рамках первых двух этапов надлежит уравнять в условиях, чтобы разница между ключевыми показателями была не более пяти процентов между внешними регионами и центром. Ну и третий этап, завершающий – выдача Республиканских идентификаторов. Окончательная интеграция, с присвоение полноценных прав граждан Республики. Мой план базируется в том числе на том, что Министерство Экономики и Финансов, — кивнула она Джокстону. — Защитит бизнес во Внешнем регионе, используя свои методы регулирования. В том числе и через повышение ключевой ставки. — Кстати говоря, — подключился Квинлан Вос, который теперь просто Министр Разведки, свою роль Магистра внутри Ордена он передал Эйле, а пост Министра передаст во время новых выборов. — Стоит ли повышать ставку на все территории? Или мы собираемся повысить ставку только для центральных регионов? — Лодигер этого не упоминал, хотя в его команде есть разумная, которая предложила разные ставки для бывших территорий Империи и истинной территории Республики, — пояснил Джокстон, пригладив волосы. — Та дама считает, что для новых регионов уместнее поставить ставку в шесть процентов, дабы разогнать тамошний бизнес, постепенно повышая до девяти. — Если подумать, то что-то в этом есть, — задумчиво произнёс. — Но это в то же время не добавит тебе любви со стороны корпоратов, — не могла не заметить Амелла Дойн. — Порой, дабы достичь какого-никакого развития – мы должны пойти на некоторые уступки. Моя репутация – не стоит того, если речь идёт о благополучии граждан, — сообщил я. — Так что – пусть та сотрудница представит выкладки по понижению ключевой ставки для новых регионов. Обсудим на следующем Совмине, через месяц. К тому моменту – мы так-же сможем увидеть как повышение ставки будет влиять на бизнес Центральных регионов относительно внешних. — Хорошо, — кивнул Джокстон. — В таком случае… Полагаю, не следует излишне заострять внимание на приведение наших сил, как АСО, так и Преторианской Гвардии к довоенным параметрам, с точки зрения наполненности личностого соства, техники и звездолётов самых разных типов. Из четырёх сотен миллионов Преторианских Гвардейцев – мы потери под семь десятков миллионов, притом пятнадцать из них – погибли. Нам необходимо всё восполнить… Джаро, предоставишь Министру Джокстону детальный отчёт. Пусть все ведомства Министерства Обороны составят необходимые рапорта. И я так же благодарю Амеллу за доклад, он был содержателен. Твой план будет вынесен на голосование, в пакете об интеграции Внешних Регионов. Но, полагаю, нам нужно заслушать третью составляющую, Тайл, — обратился к Министру Юстиции. — Надеюсь, тебе тоже есть что сказать. — Да, — кивнул Старфлай. — Есть. Во время войны мы в основном брали в плен и судили – Имперских офицеров. Однако же, с разгромом эскадры Палпатина у Бисса – у нас появились чиновники. От самых низших рангов, то высших. Эти чиновники имеют двоякую роль. С одной стороны – уроды, что ставили себя выше других. С другой – во многих местах это именно что управленцы самого разного уровня и без их участия – вертикаль управления и вовсе развалится. — Но… Люстрация, которую мы предложили… то есть очищение, должна быть проведена, — настойчиво произнёс Квинлан. — Имперские чиновники – это гниль. Сперва они делают лёгкий саботаж, а после и вовсе сколачиваются в банды. Как разумные образованные – могут вполне эффективные банды иметь. — В первую очередь, Оби-Ван, Джаро и Тайл – займитесь и уберите тех, чьи преступления против разумных неоспоримы. Так как мы интегрируем Внешние регионы, где-то полностью, где-то частично, не важно – с точки зрения уголовного кодекса – следует интегрировать новые территории вчера… И осудить всех, кто принимал участие в самых разных преступлениях. Не трогать лишь в исключительных случаях… Да, Джаро? — Насчёт офицеров Империи, — произнёс ласат. — Многие из них перешли на нашу сторону. Но часть отказывается, называя нас «ублюдками и узурпаторами». — Как они нас называют – меня волнует в последнюю очередь, — отмахнулся я. — Проведите дополнительно расследование в адрес тех офицеров, кто отказались сотрудничать. Если у них есть какое-то преступление – делом должна заняться Прокуратура Министерства обороны, совместно с МВД и Джедаями. Преступников судим по всей строгости, — обвёл собрание взором. — А те, кто невиновен – отправляем их в АСО, в Центральные сектора, под пристальное наблюдение. Проверим – можно ли их реабилитировать. Но в целом – что ещё можно сказать про люстрацию? — Был составлен список чиновников и офицеров, последних раньше, кого мы не подвергнем люстрации, оставив на своей позиции, — ответил мне Тайл. — К примеру те же Таркины, хотя поставить их всех к стенке и на этом и закончить. — Лайхиф Таркин проявил удивительную сговорчивость, — хмыкнул я. — Нет нужды резать каждого, кто вам не нравится. Хотя его быстрые контакты с Сецессионистами могут кого-то насторожить, — я перевёл взгляд на Квинлана. — Но это не имеет никакого значения. Самое главное в процессе люстрации – отделить тех, кого можно наказать от тех, кого наказывать не стоит. Вдобавок – я уверен, что Преторианская Гвардия поможет провести процесс… показательно жёстко, арестовывая некоторые персоналии. Увы, в таких условиях демократия строится довольно трудно. Необходим полный контроль, прежде чем ментальность рас, проживающих на бывших территориях Империи – восстановится и они смогут осмыслить себя, как часть Галактики, выдвинув своих представителей в Сенат, полноценно… В общем и целом – мне понятны все наши части пакета послевоенного устройства. Конечно, некоторые вещи нуждаются в доработке, но, полагаю, на следующей сессии Сената мы сможем представить чистовой вариант и, я уверен, Сенат его одобрит. — Основная проблема – деньги и специалисты, — напомнил Джокстон. — Достанем и то, и другое, — кивнула Шаак Ти. — Ведь реализация проектов не требуется вчера, — пожала она плечами. — Значит время ещё есть. И торопиться не следует. Учитывая развитие общества в Империи – риск возникновение диктатур и монархий, которые никому в Галактике не нужны – слишком высок. Так что мы должны действовать постепенно, наращивая усилия, а не врываться в комнату, поля из всех стволов, во все стороны. — Согласна, — кивнула Амелла Дойн. — Я полагаю, что мы сможем простимулировать учебные заведения по открытию дополнительных мест на госуправление, так что специалистов мы обеспечим… А финансы… Не думаю, что для Республики это проблема. — Не проблема, но удар будет ощутим, с учётом готовых экономических изменений… Впрочем – я и Лодигер будем следить за изменением ситуаций… Просто и вы относитесь ко всему серьёзнее, пожалуйста… Слишком многое стоит на кону, — произнёс Джокстон. На его словах собрание и завершили. Галактику ждали новые потрясения. ** Бледная женщина, красивая, но бледная и ослабевшая, лежала на кровати. Фэй Флаингстар была моей официальной супругой. До сих пор есть… Пусть я и повёл себя несколько мерзко, настрогав детей на стороне и вступил в довольно странные отношения, именно Фэй считалась моей официальной супругой. Последнее время она всё больше отходила от дел, потому как слабела. Всё было связано с её родословной диатима, особой расы с Иего. Будучи полукровкой этой расы она столкнулась с её фундаментальной проблемой – произведённый потомок тянул Силу из родителя буквально после рождения, пока жил… Диатимы были по своей сути больше похожи на женщин и имели свой способ зачатия. Сама же Фэй являлась полукровкой диатима и сефи, моей расы. Диатимы могли выдержать от двух до четырёх потомков, при этом до размножения они могли жить очень долго. И такая аномальная связь с Силой, особенно той, что называется «живой Силой» - давало их потомкам аномальные жизненные сроки. Та же Фэй старше меня более чем в десять раз, при этом выглядела очень молодо. Тем не менее – рождение Стейри, моего сына, действительно подкосило её. Так как она лишь полукровка, то и удар особенности расы диатимов её настиг куда как быстрее. По мере взросления сына – она становилась слабее. И пусть Стейри очень любил свою мать, ведь рождён, как бы, в официальной семье, но при этом – он же её и убивал. Это немного травмировало его, потому что он осознал эту истину в довольно раннем возрасте. Как очень сильный Одарённый – он рано освоил сенсорику Силы и смог почувствовать – кто виноват. С тех пор он старался с матерью не видится, хотя я точно знал – они переписываются. И это несмотря на тотальный запрет на близкие отношения между детьми-Джедаями и их родителями. Всё же, несмотря на разрешённые браки, мы не могли формировать, по-настоящему, то, что можно назвать «семьёй». Воспитание юного Джедая строго регламентировано и родители подключатся к нему довольно поздно, если вообще подключаются. Впрочем, переписываться, звонить, общаться по голонету было не запрещено. Так они и общались… Фэй же с каждым днём не становилось лучше. Я буквально видел, как ту, которую я отчасти и любил, которую зовут моей женой, буквально растворяет в Силе. Причём без шуток, она медленно, но сливалась с самой Силой. — Лайт, — губы женщины изогнулись в подобии улыбки. — Видишь, я уже совсем ослабела. Скоро станешь вдовцом. К сожалению, ни одна из техник Силы, или какая-либо технология не могла настолько сильно вмешаться в жизненный цикл даже полукровки-диатима. — Я вижу, у тебя ещё есть силы улыбаться, дорогая, — я сел на край дивана. — Только на это, — тяжело вздохнула она, отбрасывая одеяло. Она находилась в пижаме, довольно открытой. — Увы, только на это… Я обратил внимание на вазу с новыми цветами. Обычно ей цветы носит Стейри. Он же у своей матери выяснял, какие лучше подарить своей девушки. Слышал, они устроили тут двухчасовой разбор по этому поводу. — Силы тебя покидают? — Не изволь волноваться, — её холодная ладонь дотронулась до моей щеки. — И не надо препираться, Лайт. За столько лет ты действительно полюбил меня и моих коллег, по счастью. Силы… я просто скоро уйду, слившись с Силой. И в том я тебя не виню… Я хотела подарить жизнь Стейри, я хотела этого ребёнка. Просто до встречи с тобой – не понимала и не принимала свои желания. — А теперь эти желания сводят тебя в могилу, — не мог не отметить я. — А знай, что я умру, ты бы не стал всё это делать? — Нет, — быстро покачал головой. — Ты же… Понимаешь, если есть возможность избежать смерти, то её лучше избегать. — Иронично, что это говорит кто-то вроде тебя, любимый, — рассмеялась она. — Но я рада такому ответу от тебя… Хотя я всё равно бесконечно рада и люблю, не описать как, нашего сына… Надеюсь, твои остальные дамы сердца, не станут его как-то принижать, потому что я скоро уйду. Хотелось бы ещё без пышных церемоний… — Ты же сама знаешь ответ на этот вопрос, — спокойно произнёс я. — Никто и никогда не станет из них осуждать его. Мммм? — она удивлённо посмотрела на меня. — Что-то не то? Ты… — Тихо, — я обнял приставшую Фэй. — Просто задумался о том, как мне с вами всеми повезло… И какое я по итогу ничтожество в этом отношении. Не потому, что не смог сохранить жизни своим любимым. А потому, каким по итогу стал. Я много раз об этом думал и всегда приходил к одному выводу. Как отец, как мужчина – я провалился. Я могу быть сильнейшим Джедаем, или воином, убийцей, политиком, полководцем… Но, как мужчина и отец – я полное ничтожество. — Не думай так, — сказала Фэй. — Я не хочу знать каким образом ты пришёл к тому, кем оказался для нас, пятерых. Это не особо интересно. Самое главное, что все мы приняли того Лайта Флаингстара, которым ты для нас стал. А как ты пришёл к тому? Меня лично не волнует… Никогда не волновало. Вся моя жизнь – бесконечные путешествия по Галактике и помощь всем, кому можно было. Я помогала всем мирам во Внешнем кольце и Неизведанных регионах. Шла туда, куда вела меня Сила, но по итогу – ты поможешь куда больше, чем я. И что самое главное в моём отношении – ты помог мне. Сделал меня счастливой, как мог. Нельзя думать – а могло бы быть лучше, ведь всегда могло бы быть лучше. Тем не менее – надо радоваться тому, что по итогу вышло… ведь вышло неплохо. Фэй Флаингстар умерла где-то спустя полгода после двадцать третьего дня рождения Стейри. Мы устроили ей традиционные похороны Джедая – обычно погибших и умерших в Ордене кремируют, а после помещают в специальную стену. Эта война забрала множество Джедаев, но Фэй умерла в миру и покое, в котором заслуживала изначально. Как персонаж оригинальной истории комиксов Звёздных Войн – она точно заслуживала умереть в спокойной обстановке. Возможно это стоит считать победой. Стейри… Сын воспринял гибель матери стоически. Он с самого начала знал – куда всё придёт. Меня волновало – а не будет ли у Стейри таких проблем. На четверть, но он диатим, на что Фэй как-то произнесла, что он уже слишком далеко генетически и с точки зрения Силы от расы её матери. Поэтому, вероятно, сын не столкнётся с поглощением Силы… С другой стороны – диатимы никогда не считали такое пожертвование чем-то из ряда вон, или тем же проклятием. Они обычно рождали по два-четыре потомка, прежде чем окончательно умирали, то есть воспроизводили свою расу. И для них такое поглощение считалось чем-то навроде дара богов, в которых они некогда верили. И хоть богов никогда не было, по крайней мере не тех, в которых верили множества рас, общество и отношение диатимов было устроено так, что никто из них не считал это проклятием. В конце-концов – это лишь правила Джедаев требуют отправлять детей на войну, а в норме – родители обязаны поддерживать детей. Обязаны… Но и дети обязаны подтверждать то, что в них вложили. Нельзя сказать, что я не любил Стейри, Лайлу, Райлу и Эйдана, своих детей… Но каждый из них всё ещё мой ребёнок. Они должны показать себя… должны были. И показали ведь. Стейри, Райла и Лайла – отправились на войну, бросили вызов Империи и победили. Эйдан бросил вызов тем, что участвовал в создании Республиканских Звёздных Разрушителей и СЗРов… И его корабли тоже прошли своё испытание, возвеличив его, как конструктора. Именно об этом я говорил… То, кем вы родились не должно давать вам почти никаких преимуществ. Да, многие матери в том же Ордене Джедаев ненавидят что меня, что некоторых других апологетов таких воззрений. Да и вовне… Но стало ли хуже от всего этого? Частные случаи тяжёлых последствий от войны для некоторых разумных… Разве то, что те, кто сильнее изначально пострадали за слабых – делает жизнь хуже? Ведь долг сильных помогать слабым… Именно так определяется сила… Так определяется наша система, наша Республика. Если ты просто силён для себя – то мне тебя жаль. — Итак, Фэй ушла, — грустно произнесла Эйла. Она и Шаак Ти находились в моём кабинете. — Всё к этому ведь шло. — Да, — подтвердил я. — К этому всё шло… И к этому всё придёт в любом случае. Пусть у всех разный срок, но каждый в своё время уйдёт. — Тебе в этом случае – хуже всех, не так ли, Лайт? — спросила тогрута. — Я предпочитал об этом не думать, — уселся меж ними. — Однако смерть Фэй вновь заставила меня об этом задуматься… От двух, до четырёх сотен лет живёт сефи. А сефи, одарённый Силой – до тысячи лет. И я должен буду увидеть всё… — Даже так, не думаю, что у тебя есть роскошь останавливаться, — вдруг произнесла Шаак Ти. — Ты ведь давно говорил мне, что самое главное – это то, что мы строим. Есть разумные, которые просто не могут остановиться и позволить себе грустить, бросив работу. Хотя… нет, есть. Но ты к ним никогда не относился. — Точно-точно, учитель… Фэй ведь не хотела бы, чтобы вы слишком долго скорбели… — Я видел столько смертей за свою жизнь и о каждом можно было бы сказать его близким: «он не хотел бы, чтобы вы долго скорбели», — признался я. — Это универсальная отговорка, Эйла. Но в любом случае – даже без неё я понимаю, чего хотела бы на самом деле Фэй. — И чего же? — спросила твилечка. Я улыбнулся, пригладив щёку твилечки. — Чтобы у меня оставались силы на искренние улыбки…