Латунная поступь

      Меся подсохшую грязь, караван двигался вперед. Преодолевая милю за милей, порой тормозя из-за поломки оси или же колеса. Пыль, что всегда поднималась при таких путешествиях не донимала меня. Мелкие дожди и общая влажность, стали спонсорами моего хорошего настроения. Вот никогда бы не подумал.       Ну, а еще, конечно, еда. Сушеное мясо, яблоки, несколько яиц и прочая мелочевка, которую мне без особого труда удалось сторговать за серебрушку. Еда приятно наполняла желудок, согревая и отгоняя тягостные мысли. В кой то веке захотелось просто смотреть вперед и не думать ни о чем. Ни о проблемах, ни о далеко идущих целях и тем более о тех кто окружает меня.       Торговец. Я решил последовать за ним, что именно меня сподвигло сделать это, я и сам не мог до конца осознать. Поразмышляв над этим, придти удалось лишь к одному простому выводу: Я устал.       Да, мне просто захотелось оказаться вновь в социуме, делегировать проблемы другим, используя монеты по назначению, а не копя их в небольшом ящике, что скрыт в топливном отсеке. Золото, серебро и медь именно эти материалы используют существа населяющие этот мир. И сделать их для меня не составляет никакой проблемы, я даже прикидываю конструкцию небольшого устройства, много меньше того, что использовал для создания щита. Только вот выходили они уж слишком чистыми. Не такими, какие были тут в ходу и над этим стоило немного поразмыслить на досуге, но не сейчас.       Сейчас меня волновало небо на юге, черное будто угольное. С холма, на который выехал мой тягач, это стало особенно хорошо видно. Мне это не нравилось. Опять холодный дождь, колкий ветер и слякоть, вот последнее заставляло меня нервно бить пальцами по панели. Любая труднопроходимая местность это расход и так уже весьма растраченной батареи. Которую пополнить не представится возможным в объективном будущем.       Квинтэссенция. Вот ресурс о растрате которого я переживал особенно сильно, да, пусть он и грязный, часто вступающий в конфликт, разрушающий мои творения, но без него мои самые грандиозные механизмы просто не заработают! Не в том виде в котором они представлены сейчас, а значит вновь потребуются расчеты, а следовательно дни тонкой и напряженной работы. Которую я бы с удовольствием отсрочил и на как можно более долгий срок.       Так вот, небо, до меня уже доносились очень отдаленные звуки рокота, а глаз едва, но все же улавливал отблески молний и не мудрено, что как только на холм заехал дилижанс из него высунулся торговец и громко вскричав, подал сигнал остальному каравану о остановке.       Позади послышались звуки рожка и дилижанс чуть отъехав с дороги повернув и встал на вершине холма, я же развернувшись припарковался чуть ниже, а за мной полукольцом стали располагаться другие. Сразу стало очень шумно. Лошади громко ржали, их отцепляли от телег, дабы напоить и накормить, натягивались тенты и доставали котлы, в которых на скорую руку стали готовить не хитрую кашу.       Суматохи, как таковой не наблюдалось. Все уже знали, как и что нужно делать. Наблюдая за этим мне почти верилось в свое возвращение обратно, в родные места, пусть и на века назад. В нашей среде пусть и редкое, но вполне себе вероятное событие. Если мы конечно не трогаем вопрос о том, как же пробужденному это удалось? Иногда просто не стоит задавать этот вопрос особенно если имеешь дело не с кем-то из нашей традиции...       Предаваясь не нужным размышлениям, я следил за тем, как юный поваренок, едва ли пятнадцати лет выливал в подвешенный на рогатинах котел небольшой бочонок воды, а второй уже тащил охапку поленьев. Скоро будет ужин, на который меня пригласил торговец. Конечно же он не ел вместе со всеми, ему подавали отдельно, в его вагончик.       Ох, что же это был за дилижанс! Огромный деревянный вагон с нарисованным желтым кругом и двумя птицами, обшитый дополнительными досками по бокам и полностью покрытый ящиками, сетками с товаром и двумя клетками с голубями, на крючках около возницы. Все это везла двойка крупных тягловых лошадей с коричневой шерстью. Настоящих монстров! Широких и невероятно выносливых, с просто чудовищными мордами. Мне откровенно страшно было к ним подходить, а уж тем более поворачиваться спиной.       Подождав немного, пока лошадей отведут подальше, коротко кивнув девушке на прощанье, я слез с тягача. Чувствуя на спине ее тяжелый взгляд. Ну, хватит уже! Скоро наши дороги разойдутся! Так, стоп, хватит. Ты уже надумываешь, не смотрит она тебе в спину, это просто твои домыслы. Иди спокойно и наводи мосты с этим торговцем, а о ней старайся не думать. Ты уже ничего не сможешь с этим сделать, нужно просто выйти в ноль и забыть о ней и ее проблемах. А так же о мыслях, что посещали меня...       Сделав еще с десяток шагов, почти упираясь в дверь вагончика, глубоко вздыхаю и стучу. Да, я сейчас просящая сторона, но мне слишком важно углубиться в пусть и чуждый, но социум. В большое скопление людей, тех кто будет рядом...       - Хватит! - Проклятье, соберись ты уже! Ты просто поговоришь и обозначишь границы, возможности, настоящие или выдуманные это совершенно не важно, просто сделаешь это и попытаешься выиграть еще немного времени, только вот для чего?       - Для чего мне еще время? – Рука вновь опускается на дверь, это уже третий удар, еще один, максимум два и он откроет. – Я ведь будто в ступоре, живу реагируя лишь на раздражители, плыву по течению не видя конца пути и даже не желая его видеть!       - Да, что со мной не так? – Четвертый удар и я уже вижу, как дверь распахивается, на мысли остается лишь мгновение. – Может я серьезно так запутался?       Дверь раскрывается и я вижу своего нового знакомого. Одетого в рубаху и широкие дорожные штаны. Его опоясывал расшитый золотыми нитями ремень с крупной бляхой, а уже на нем висела шпага с крупным кошачьем глазом на рукояти и россыпью прочих полудрагоценных камней. Явно оружие парадов и статуса, но никак не войны.       Хотя, с точно такой же целью и я взял свою винтовку под револьверный патрон сорок четвертого калибра. Одна она стоит около четырех сотен золотых в местных реалиях, так что несмотря на неказистость моего облачения и прочую запущенность, сейчас мы с ним на равных.       - Ох, я приветствую вас Герр Анри Д'Арамиц, проходите и присаживайтесь, – он поклонившись, слегка отходит от дверного проема и я наконец оказываюсь в его обители, – я очень рад, что вы согласились почтить меня своим присутствием.       - Как же я мог не принять приглашение, от столь уважаемого человека, в этих землях, – вот, вроде, правильно построил предложение, – тем более в столь опасные времена.       - Времена опасны всегда, но вы проходите, присаживайтесь, – он сделал еще несколько шагов, широким жестом указывая на один из стульев у массивного стола, сейчас полностью очищенного от всего кроме пары кубков и небольшой тарелки закусок, – не желаете ли вина?       - Вы абсолютно правы, – присаживаюсь и будто невзначай осматриваюсь подмечая детали окружения, – да, я не прочь пропустить пару бокалов.       Мужчина не спеша подходит к небольшому шкафчику, что видимо исполнял в его передвижном жилище роль бара. Дверцы открываются и я вижу красивые бутыли из темного стекла, с небольшими ручками сквозь которые продета толстая льняная нить. Он оборачивается и ставит одну из них на стол. С приятным звоном она ударяется о кубок и предчувствуя сладость рот наполняется слюной, но я держу себя в руках, и продолжаю осматривать дилижанс.       Кроме крупного стола и нескольких ящиков явно заполненных какими-то вещами, взгляд мой зацепился за тяжелую даже на вид штору за которой проглядывалась кровать. Хотя, это скорее перина на паре скамеек. Весьма удобная скорее всего, нужно обязательно обзавестись такой. Как выпадет случай. Под потолком весела явно гномьей работы масленная лампа, а на стенах несколько небольших мешочков, явно с травами.       На этом все. Свободное место кончилось, другие вещи приходилось везти на обшивке сего дилижанса. Скорее всего тут еще должно быть место, где он хранил одежду и деньги. Скорее всего сундук, именно в таких хранили вещи местные, находился он скорее всего где-то под периной, надежно укрытый от посторонних взглядов.       - Как вам погода в этом краю, – он разлил по кубкам, темную, почти черную жидкость, и тут же ее пригубил,- вы не привыкли, наверное, к такому?       - Соглашусь, – беру свой кубок в руку, но не отпеваю из него, нужно сохранить голову холодной, – эти вечные дожди доканывают меня, лишь недавно удалось избавиться от болезни, что едва не свалила меня.       - Ох, вам видно пришлось не сладко... - Франциско Гранья сделал осторожный глоток, после чего провел глазами по моей винтовке, – но видимо все обошлось и вы пусть и малым числом, но смогли добраться до обжитых мест.       - Я бы не назвал эти места обжитыми, пока мы ехали нам встречались только пожарища и окурки башен, – едва смачиваю язык в вине, сладком и приятно растекающемся на языке, – кто придумал, строить эти башни на холмах?        - Это переселенцы из Бретонии, рыцари, которым стало неуютно в своих владениях или же они решили сыскать славу в этих землях, – мужчина двузубчатой вилочкой подхватывает кусок белого сыра, странного и зернистого, и кидает в рот, после чего салфеткой прикасается к губам, будто протирая, – ну или золото, которого тоже вполне себе не мало в курганах и редких опасных пирамидах.       - А как же честь и обеты? – Покачивая темную жидкость и разглядываю стол, раздумывая о том, как же перейти к сути. – Разве они не должны быть выше всего этого?       - О, нет, к сожалению они часто прячут самые обычные человеческие слабости под маской благородства, – торговец кривовато улыбается, – но это только между нами.       - Конечно, эта маленькая беседа останется только между нами и не выйдет за пределы этого дилижанса, – улыбаюсь ему покровительственно, – только вот меня интересует кое-что более важное, чем корысть рыцарей Бретонии.       - И что же, Герр Анри Д'Арамиц? – Он ставит кубок на стол, беря вилкой еще пару кусочков сыра.        - Я хочу знать, зачем вы предложили мне поехать с вами, а не отправиться, как я понимаю, к вашему сюзерену, – тоже ставлю сосуд с вином, – ведь вы получили бы много больше, чем получите сейчас?       Пробный камень, мне не были доподлинно известны все хитросплетения политики и взаимоотношений местных. Я не знал, что именно значит вольный торговец, в какой позиции он стоит в кастовой системе средневековья и скажу даже больше, мне откровенно не хотелось в это углубляться. Слишком нелепым мне все это казалось.       - О, Герр, совсем нет, – торговец улыбается, складывая руки на коленях, – Я бы не получил от него ничего!       - Он настолько жаден, даже на банальную благодарность? – Спрашиваю, по удобнее устраиваясь на жестком сидении. – Или вы в плохих отношениях?       - Все намного проще, он не любит Империю и имперских дворян, – будто собравшись сказать нечто не приятное, торговец на секунду замолк, а после продолжил, - Жан Д'Олон единственный выживший рыцарь, в небольшой войне между Империей и отдельным герцогством, хотя это скорее потасовка, тысяч на пять человек с обеих сторон, тогда, после победы в поединке чести бретонского военачальника, отряды рыцарей расстреляли из артиллерии, которую подкатили, в тайне, во время дуэли.       - Скверно, – слегка морщусь, но больше для вида, хорошая военная хитрость, пусть за нее и заплатил жизнью военачальник Империи, – И Жан Д'Олон бежал?       - Его унесли на руках крестьяне, и прячась по лесам смогли избежать смерти от рук имперской армии, я знаю об этом немного, – его плечи слегка опускаются, а лицо принимает скорбное выражение, – лишь то, что мне поведал его лекарь который отправился вместе за своим господином, когда того изгнали за бесчестье, ведь никто не поверил в слова рыцаря и не стал слушать крестьян.       - Не поверил, – удивленно приподнимаю брови, – а разве слово рыцаря уже ничего не стоит?       - Не в той ситуации, – слегка морщиться Франциско, – всем было проще это замять, зверолюды усилили набеги и рыцари нужны были в других землях.       - Политика, – пожимаю плечами, – Всегда грязное дело.       - В ваших словах истина, ох, как же мне давно не доводилось разговаривать хоть с кем-то способным поддержать высокую беседу, не срываясь в грязные ругательства, – он вскинул руки вверх, а после опустил их, сложив замком, – ну, и, конечно, в восхваление себя.       - Да и я рад, признаться честно, мы в путешествии уже весьма долгое время и ваш караван стал очень приятным сюрпризом на нашем пути, – улыбаюсь, как можно более добро, кажется, мосты налаживаются, нужно продолжать, – но все же вы не ответили на мой вопрос.       - Ох, простите мою забывчивость, я пригласил вас в свой караван с весьма простым интересом, пусть и затрагивающим далеко идущие планы, – торговец чуть извиняюще улыбнулся, – вы на своем танке представляли не ясное и весьма опасное препятствие, на которое без легкой дрожи не взглянешь и я решил, что лучше обратить его на свою сторону.       - Ха, – громко восклицаю, – не ожидал такой прямоты от вас!       - Тут скрывать то особо нечего, все и так лежит на поверхности, – чуть покачнув плечами, мужчина взял кубок и сделал несколько больших глотков, а закончив продолжил, – Сейчас, когда дороги особо опасны, только глупец не вцепился бы в возможность пусть и на время, но обезопасить свой караван настоящим танком, смутило меня лишь одно, на нём отсутствовала геральдика и штандарт.       - Отсутствовала, она и должна была, – гну свою старую, придуманную историю в которой хватало белых пятен, но тем она и выглядела реальной, по крайне мере мне так казалось, – ни один из нас не нес ее и даже то, что тут ездит танк известно только магам.       - И как я понимаю маги не будут рады вашему возвращению в столь скудном составе, – он покачивает плечами, смотря в кубок, – хотя вы сохранили танк, а это великая ценность?..       - Я хочу переждать бурю, и в этих землях, да за крепкими стенами это будет сделать сподручнее, – слегка откидываюсь, всем своим видом показывая, что меня не особо волнует мнение магов и их ненависть, за провал миссии, придуманной миссии, – У меня влиятельная семья, и с магами они договорятся, но лучше переждать.       - Не волнуйтесь, отправить весточку в Империю станет наименьшей трудностью для меня и устроить вас на постой, даже если у вас нет денег, станет честью для меня, – его улыбка напоминала оскал, почуявшей запах крови пираньи, торговцы, как же я вас люблю, – и конечно же субсидирую расходы, на ваше возвращение, через перевал.       - Ха, я буду вам крайне благодарен, ибо, как таковых денег у меня нет, по крайне мере не в том количестве которое необходимо мне для хорошей жизни, – дай ему рычаг влияния и он будет более спокоен, не станет дергаться будучи уверен, что ты от него зависим, – но мне хотелось бы знать наперед, что именно потребуется от меня и моей семьи, помимо денег, конечно?       Тут то я и понял, что передо мной именно тот самый типаж человека, воспетый в песнях и легендах о покорении Америки. Эта яростная натура, жажда ловли золотой рыбешки в мутной и кишащей опасными тварями воде. Он будто сошел с иллюстраций старых книг, и мне даже на секунду стало его немного жаль, ведь в воде нет ничего, кроме ила.       - Все зависит от расходов, что мне предстоят, но ничего особенного, – хочет сначала пощупать, сколько я могу заплатить, а потом назначить цену или же... – думаю небольшие преференции в торговле, может быть протекция?       - Я бы больше предпочел говорить на языке цифр, я все же инженер, – так, нужно быстро прикинуть нужную сумму, что не отпугнет его своей не реалистичностью, он все же торговец, проклятье, еще бы знать какими объемами он оперирует, – Я бы сказал, что оцениваю месяц своей жизни примерно в сорок золотых, на полном содержании, со слугами, и так, как я не желаю рисковать, то отправлюсь в Империю весной, когда страсти поутихнут.       - Минимум четыре месяца выходит, – проговорил он задумчиво, – и вы конечно не включаете сюда обеспечение и поддержание, в надлежащем порядке, вашего танка?       - Вы абсолютно правы, на него будет уходить примерно золотой в месяц, – надеюсь не продешевил, – если не случится проблем и выездов, но об этом можете не волноваться.       - И как вы сможете подтвердить, что о вас, простите, не забудут, – последние слова он подбирал особенно тщательно, – и оплатят расходы?       - Я оставлю залог, – винтовка, стоящая все это время у ног, поднимается и бережно опускается на стол, – это мастерская винтовка, сделанная лучшими инженерами Нульна, таких всего десять, на всю Империю, и ее стоимость равна пятистам кронам, хотя вы и не сможете ее никуда продать, но предъявив ее верховному инженеру, вы получите его благосклонность, а она очень много стоит, к тому же я напишу расписку.       - Расписка это хорошо... – я, буквально, своими глазами видел, как в нем боролась жажда денег и его природная осторожность, но к моему счастью победила первая, – хорошо, тогда скрепим наш договор на бумаге!       И спустя час мы пожали руки.       Черные тучи так до нас и не дошли, лишь холодные ветра облизывали с макушки до кончиков ног и даже пламя разведенное вблизи моего паровичка не спасало от него до конца. Хотя пыталось и я ему всячески способствовал подкидывая ветки. Оно было благодарно и пыталось разгореться сильнее. Благодарный огонь, какая же жуть!

Сотворение магии; Арате 3; уровень наивысшей сферы 2(материя) + 3 за естественную магию - 1 за использование специализированного фокуса=4; 2 успеха. Металл размягчается, позволяя легко работать с ним.

      Пальцы мои медленно перебирали механизмы, собирая воедино щит. Раз выпал свободный вечер, в относительной безопасности, так почему бы не убить время с пользой? Работы предстояло не мало, но это всего лишь сборка. Самая простая часть, хотя порой и приходилось работать размягчителем, сглаживая отметины от соединительной проволоки. Но ничего, это мелочи.       Рядом, от особенно громкого щелчка, зашевелилась Люси, закутанная в пальто, лишь опустилась тьма, как она заснула привалившись к стенке тягача. Не знаю, чем она занималась, пока мы говорили, но вернувшись я увидел ее на кухне, среди поварят. Они мило переговаривались, а после она пришла с двумя тарелками каши с крупными кусками мяса. Вот у кого стоило бы мне поучиться наводить мосты...       Приоткрыв глаза она тут же заметила меня, сидящего совсем рядом и вздрогнула. Видно ее испугали отблески пламени играющие у меня на лице, а может и нечто иное. Скорее даже второе, не знаю уж, как она видит эти мелкие отличия меня от других, но в этом девушка набралась не малого опыта.       - Искры, они будто взрываются чуть-чуть, как порох, когда приближаются к тебе, – тихий голос очень мягкий и будто пытающийся успокоить, – ты злишься?       - Нет, это выходит само по себе, – она заметила мой резонанс, что стал несколько ярче из-за жизни тут, заметнее, что само по себе не опасно, но заставляет задуматься о том куда катиться моя жизнь, – не волнуйся, просто этот мир меняет меня, как и я меняю его.       Люси еще секунду всматривалась мне в лицо, а после чуть приподнялась проведя рукой в воздухе. Изображая символ какого-то бога и что-то бубня, я не помнил значения жеста или может просто не знал. Слишком много символизма, это бесило меня еще дома. Хотя может это просто в природе людей и тех, кто их эмитирует? Ха, а ведь не плохая тема для книги. К примеру: "Девиации экстрамерных созданий и их создателей". Неплохо, весьма не плохо.       - Я вновь не загорелся? – Уголок моих губ чуть приподнимается, все же это немного нелепо. – Можешь уже успокоиться.       - Ты и не должен был гореть, – ее тихий, но все еще певучий голос вселял какую-то странную надежду, боже, какая же это глупость, – я попыталась их убрать, но это не чары.       - Это не чары, – киваю, а сам задумываюсь над природой сего явления и когда оно стало проявляться впервые, в голову приходят мысли о пулях, но тонкая последовательность воспоминаний наталкивается на стену из трудов посвященных разбору явления, столь громоздкому и противоречивому, – это просто часть меня, прими это и не задумывайся слишком сильно.       Она не ответила ничего, лишь чуть ближе подползла к пламени, то и дело скашивая на почти заснувший лагерь взгляд. Сейчас бодрствовали только наемники в карауле, ну и мы, конечно. Все остальные ложились рано и просыпались чуть ли не с первыми лучами солнца. Специфика мира такая или времени, ничего более.       - Я поговорила с поварятами, – она стала говорить еще тише, – они рассказали мне о месте куда мы направляемся.       - Что-то важное, – шестеренка наконец заняла положенное ей место и механизм тихо застрекотал, наполняя меня мягким удовлетворением, – мы движемся в лапы злобного некроманта, что любит есть людей на завтрак, а по вечерам вырезать из их костей флейты?       - НЕТ! – Чуть громче, чем нужно воскликнула Люси, заставив меня усмехнуться, – Ничего такого, городок куда мы едем называется Ледербург, там занимаются кожей и разведением скота.       - Хм, и этой кожей и мясом торгуют, – чуть задумываюсь, – Франциско говорил мне, что его кузен занимается снабжением крепости в перевале.       - Да, только я не понимаю, как им удается защищать стада, – Люси вытянув руку, подобрала веточку и кинула ее в пламя, – тут же гоблины живут, а они очень сильно любят нападать на пастухов и сжирать скот.       - Легкая конница, – предполагаю не громко, – а может быть они договорились?       - С гоблинами!? – Она резко, несколько раз, качнула головой. – Эти мелкие звереныши не способны понять, что такое договор!       - Ну ладно, – пожимаю плечами, – тогда у меня нет других мыслей.       Ночь погрузилась в тишину. Лишь изредка ржали кони, да перекрикивались часовые. Стражи этой ночи. Сквозь облака показалась луна, сделав мир чуть светлее и заставив меня оторваться от механизма. Всегда находил прекрасными ночные пейзажи, тем более тут, в месте где огни городов еще не затмили звезды.       Вокруг лежали холмы, где-то очень далеко темнела громада леса, а за ним должна была течь река. Там, наверное, встали на отдых рыцари, что обязательно перебьют остатки тех тварей, убивших всех в Прибрежном. Может быть даже нагонят орду и станут ее беспокоить ударами по концу колонны. Все польза. Ну, а пока пора заканчивать и ложиться на боковую, завтра предстоит длинная дорога.       Стены укрепленного Ледербурга, кожаного города если переводить дословно, встретили меня запахом дубленой кожи, лишь несколько раз в своей жизни мне удавалось его почувствовать. Помню, как в чайнатауне, в Бостоне, где мне пришлось остановиться на несколько дней все им провоняло. Мерзкий запах, видимо придется подумать о затычках для носа или средстве, что отобьет мне обоняние...       Сами стены городка, примерно на тысячу душ, как поведал мне торговец, не поражали своей высотой, но они брали другим. Даже от сюда я чувствовал нечто, скрытое где-то там. В глубинах города, будто пульсировало что-то и я догадывался, не был уверен, но подкоркой чувствовал узел.

Сотворение магии; Арате 3; уровень наивысшей сферы 1(основы) + 3 за естественную магию - 1 за использование специализированного фокуса + 1 за быструю магию=4; 1 успех. Пробужденный ощущает пульсацию узла и уверен в том, что видит, но сказать о резонансе и мощности узла, точно, не может.

      Надев шлем я убедился в этом полностью. Там, глубоко внизу пульсировало нечто очень большое и я, признаться честно, никогда не видел столь массивного источника. Столь яркого и насыщенного, он даже будто закручивался. Я быстро снял шлем и протер глаза, а после раз моргнул и вернул шлем на ящик с которого его секунды назад взял.       Все резко наполнилось смыслом, я то был почти уверен, что узлов в таких местах не бывает. Только редкие обитатели несущие в себе немного сока, но тут я встретил противоречие. Заставившее меня немного усомниться. Опять усомниться, но я уже стал привыкать к этому. К чудесам этого мрачного мира.       Мой тягач спешащий в начале колонны поглощал последние топливные брикеты, по моим расчетам их хватило бы еще на два или три километра, совсем не много, но более чем достаточно, что бы въехать в город и устроиться на постой. Осталось только понять в каком месте и насколько много придется вложить в обустройство.       Отряд конницы, в пять человек резко отдалилась от нашего каравана и устремилась вперед обгоняя меня с двух сторон. Один из них громко что-то крикнул и махнул шляпой, что держалась на его голове каким-то неведомым образом во время скачки и устремился за остальными.       Мы ехали спокойно и не торопясь, даже конная охрана стала меньше пускаться в разъезды и тому была очень веская причина. Сам городок располагался на большущем холме, а все остальные возвышенности на километр вокруг, как и низины к слову, сравняли с землей. Убрав даже деревья и все ради того, что бы посадить рожь, колосья которой золотом должны дрожать под слабым ветром.       Ну, или не рожь, а кукурузу или капусту, а может свеклу, это я к тому, что не знаю. Перед моим тягачом лежали поля с которых уже, наверное, с месяц или более того собрали урожай и теперь они заваленные навозом ждали следующего года. Внушая спокойствие в каждого из нас ибо спрятаться на открытой местности было просто негде!       - Люди, я так устала ехать, – голос девушки раздался с правой стороны, – я приду к тебе ночью, за своими монетами.       - Хорошо, я так понимаю, что тебе будет лучше отдать все серебром, – поворачиваю голову видя, как девушка прижимается ногой к чуть теплой наружной плите механизма, там, в одной из трубок образовалась трещина и ее нужно бы заделать, но пока с потерей воды приходится мериться, – или хочешь золотом, сколько там вышло?       - Сорок семь золотых! – Четко отчеканила она, а я поймал себя на мысли, что не помню на сколько мы договаривались. – Серебром, но не кроной меньше!       - Хм, не мало, – прикидываю, сколько у меня осталось серебра в сундучке и долго ли придется мне его делать, по всему выходило, что да, - сорок семь золотых это девятьсот сорок серебряных монет, это, примерно, сто девяносто унций или же почти двенадцать фунтов, скажи ты сможешь спрятать большой мешок который будет звенеть?       - Я... не знаю, – кажется она до самого конца не осознавала сколько же это, не уверен, что она хотя бы раз видела сотню серебряных монет, – тогда возьму золотыми, не все, но золотыми.       - Хорошо, тогда жду этой ночью, – киваю, отворачиваясь и видя, как отряд конников въехал в ворота, – но ты будь аккуратнее.       - Разберусь, – отрывисто кивнула девушка, и сделав несколько шагов назад присела на ящик, – я далеко не беззащитна.       - Я не сомневаюсь...       Спустя, примерно, пол часа наша процессия наконец достигла ворот, сложенные из камня они встречали нас большой толпой, что буквально вывалилась и растеклась вокруг. Человек двести, если не больше! Еще с сотня стояла на надстройке врат и на самой стене.       Люди, как люди, в домотканой одежде, в шляпах и чепчиках, солдаты с копьями и алебардами, несколько особо хорошо одетых бродили по стене с ружьями, хотя скорее с мушкетами. Наконец из врат выехала процессия, трое всадников в богатых одеждах, но не в броне, им наперерез направился торговец. Разодетый в свои цветастые тряпки, с огромной шляпой с несколькими яркими, будто павлиньими, перьями. Это было в первый раз, когда я увидел его верхом и нужно признать держался он очень хорошо, будто родился в седле. Хотя я уверен, ему помогали на нее взобраться.       Франциско Гранья, подъезжал грациозно, подняв вверх руку он воскликнул приветствие и остановил лошадь. К нему тут же направился самый старый из участников процессии. Мужчина лет шестидесяти, на крупном коричневом скакуне, с тряпками красного и пурпурного цвета, да и сам он не отставал от своего коня.       Меховой плащ подшитый бархатом, белая рубаха расшитая узорами и шляпа с перьями, его лицо украшали усы, завитые к верху, а подбородок небольшая аккуратная бородка. Но больше всего меня привлекла цепочка, на его шее. Золотая, с крупными звеньями и большущим кристаллом розового кварца на ее окончании. Зрелище забавное, чем-то оно напоминало мне карнавальный костюм.       Я восседал на одном из ящиков, ожидая момента когда же приветственная часть закончится, наблюдая за радостным воссоединение, возможно, родственников. Ибо они спешились и очень крепко обнялись, закрутилась беседа, торговец, что-то рассказывал своему деду или отцу, махая в сторону меня, ну и конечно же всего остального каравана. Послышался смех, явный признак удачных переговоров и еще раз обнявшись компания сев обратно на лошадей отправилась внутрь. Лишь на прощание, Франциско Гранья, поймал мой взгляд и кивнул.       Только этого и ожидая, я поднял пару рычажков, выводя тягач из холостого хода и пуская его вперед, со свистом, выходящего из несколько увеличившего количества трещин, механизм покатился вперед. Заставив покачнуться толпу, будто единую живую массу, что замолкла, смотря на то, как металлический исполин катился во врата. Я же гордо, насколько это возможно, расправил плечи и смотрел вперед. Не обращая внимания на толпу, лишь правя тягач, если он уходил слегка в лево. На моем плече висела винтовка, как отличительный знак, а броня доведенная до блеска размягчителем и тряпочкой, отражала солнце, все это венчал шлем и я очень сильно хотел надеяться, что этого хватит. Ведь нельзя произвести первое впечатление дважды.       Осторожно рассекая толпу, механизм погружался в настоящий человеческий город, первый виденный мной в этом мире. Не большую деревню, а именно город! С большими двухэтажными зданиями, с мощеной камнем дорогой и небольшой крепостью по середине. Город бурлил, я видел сотни людей, кто-то из них радовался, кто-то осторожно переговаривался, а дети пытались прикоснуться к механизму. Я чувствовал себя рок-звездой на параде к которой были обращены абсолютно все взгляды и мне это льстило.       В метрах десяти, впереди моего механизма, остановился Франциск, он и его сопровождающие что-то обсуждали, самый молодой из них размахивал руками пытаясь донести до торговца свою правду. Тот стоял монументом и когда я подъехал к нему ближе, заставив подвинуться с дороги и напугав немного лошадей, мужчина выровнялся со мной и громко произнес, перекрикивая толпу.       - Заворачивайте на лево, там склады! – И поехав рядом, удерживая поводья лошади, продолжил. – Третьи большие врата!       - Хорошо, – произношу и кивнув, заворачиваю на просторную улицу, объезжая колодец.       Склад, который мне выделили нашелся очень быстро, единственный с полностью распахнутыми воротами, из него очень спешно выносили тюки в соседний, что располагался через улицу. Я громко свистнул, напугав лошадь и заставив разбежаться грузчиков, а после въехал внутрь, задев бортом одну из створок и оставив на ней глубокую царапину. Слишком узкий проем.       Люси вскрикивает, но быстро замолкает, я глушу двигатель, что уже работал на последнем издыхании и стравливаю пар. Облако водной взвеси заполняет склад, я тороплюсь, опасаясь навредить механизму сверх того, что он уже пережил. Становится жарко, как в сауне,но это быстро проходит и тягач затихает.       Я оборачиваюсь, находя взглядом Люси, что сейчас чуть дрожит и ободрительно улыбаюсь. Мы добрались до цивилизации, до людей... не совсем людей, но это сейчас не важно. Главное тут были те с кем можно поговорить и те с кем можно поторговать или же нанять, сбросив с себя груз проблем и забот. А еще тут были трактиры.       - Мы среди людей, – на моем лице улыбка и я встречаю точно такую же у нее, – не знаю, как ты, но я очень хочу поспать на нормальной кровати.       Она лишь кивает и я вижу в ее глазах счастье.