Колдовство для чайников.

- Я туда не полезу, - буркнула Тилен Сарендас, ученица первого курса школы Колдовства, раздраженно топнув ножкой. Вычурные туфельки, обшитые ярко-синим бархатом, уже вобрали в себя килограмм пепельных песчинок с дороги и заметно потрепались. Неудивительно, что в процессе топанья из обуви вылетела целая волна серой пыли, еще сильнее подпортив настроение. - Ну и не лезь, - смирно кивнул стоящий рядом Джулан. - Пойдем обратно, пропустим по стаканчику, переждем ветреную ночь в удобных постельках. Девчонку, правда, все это время будет грызть всякая нечисть, но пускай. Не наша это проблема. - Мы даже не знаем, там ли она… - А ей надо было табличку на дверь повесить? - Ни один здравомыслящий данмер не станет тревожить гробницу, охраняемую предками! - Здравомыслящие данмеры вообще не обретаются в здешних местах. Ты лучше остуди пыл и посмотри вон на того очаровашку. Он же тебе улыбается. Брошенный неподалеку гуар ответил на все это добродушным урчанием. Бедолагу оставили посреди бела дня прямо вместе с упряжью, пухлыми сумками и половинкой пепельного батата, который в данный момент мерно пережевывался. Если бы не его сомнительные серенады, напоминающие мурлыканье чудовищно огромного кота с больными бронхами, они бы вообще прошли мимо. А так пришлось переглядываться друг с другом, ломиться через колючий черный кустарник и лицезреть закуток меж двух скал, украшенный знакомой округлой дверью с песчаным козырьком. Предвкушение визита в безмолвные усыпальницы очередного древнего рода данмеров вызывало одну только изжогу. Почему именно гробница? Почему не логово старых добрых и легко идущих на диалог контрабандистов? Хуже и мрачнее только пещеры с фанатичными последователями Шестого Дома. Тилен прекрасно понимала, что в итоге ей придется туда спускаться - хотя оставлять без присмотра такое обаятельное вьючное животное будет опрометчивым поступком - сожрут ведь за милую душу. Приказ дома Редоран, блистающий благородством и отвагой, все еще пламенел перед ее глазами. Похоже, в окрестностях их города с каждой пепельной бурей теряется порядочное количество народу, раз подобные приказы о нахождении путешественников поступают столь часто. - Ладно, - выдохнула девушка, поправляя синюю мантию с золотыми цветочными нашивками. - Только быстро, тихо и чтобы никто не успел проснуться. Со стороны это звучало немного странно, но предупреждение было выслушано ее спутником с полным отсутствием улыбки на лице. - И урны не трогать, - поддакнул Джулан, загодя вынимая короткий серебряный меч из ножен. - Иначе будет как в прошлый раз. Тяжелая деревянная дверь прошлась по высокому порогу с сухим скрежетом. Снаружи вход в гробницу выглядел абсолютно безобидно и больше напоминал фасад жилого здания. Те же округлые очертания песчаного карниза, спускающегося по бокам от двери до самой земли, то же аскетичное отсутствие украшений и росписей. Нигде не виднелось даже предупреждения, которое внятно объясняло бы путникам о том, что они чудовищно ошиблись адресом. Некромантия на острове Вварденфелл была негласно разрешена в прямо-таки неразумных пределах, так что вполне возможно, что при попытке ограбить склеп каких-нибудь Дреласов незадачливому вору оторвет руки давно уже покойный дедуля Дрелас, а бабуля Дрелас съест его исходящее паром сердце. Поэтому Тилен спускалась по лестнице вслед за Джуланом с выражением крайнего огорчения на лице. Неизвестно было, кто здесь похоронен, но это совершенно точно не гробница ее родной семьи. И они оба совершенно точно не священнослужители. А это значит, что им обоим совершенно точно будут здесь не рады. Внутри было гораздо светлее, чем представлялось. Громадная подземная усыпальница регулярно подвергалась бережной уборке и уходу, о чем свидетельствовали потрескивающие негасимые факелы и свежие цветы, благоухающие на ближайшем постаменте. Один-единственный просторный зал уходил в глубину и полумрак, и в его плотном тяжелом воздухе плавали целые клоки белесого пепла. Тилен без лишних слов схватилась за платок на своей шее и подтянула его повыше, закрыв рот и нос. Хотя облака пыли были совершенно безвредны и даже не мешали дышать, в силу суеверной брезгливости данмерке не хотелось втягивать в себя чьи-то кремированные останки. Джулан был покрепче желудком и потверже лбом, полностью подтверждая свое эшлендерское происхождение. Так что он ограничился еле слышным фырканьем и двинулся вперед, прислушиваясь к каждому постороннему шороху. Высушенная циновка с неразличимым рисунком тянулась между аккуратными постаментами, высокими запечатанными урнами и предметами около них, которые могли показаться совершенно бессмысленными постороннему гостю. Ветхий стальной кинжал, на рукояти которого кто-то нацарапал «Р. В.», сиреневая веточка вереска, книга с множеством разноцветных закладок и - неожиданно - маленькая детская куколка. Должно быть, на гобеленах, покрывающих стены, тоже было изображено что-то, проливающее свет на историю рода, но со своего места Тилен не могла ничего разобрать. Зато разбирала другое, пока они осторожно подступали все ближе к противоположному концу зала. Туда, где виднелись очертания низкого круглого ограждения и белеющих среди пепла костей. В воздухе, помимо пыли и невесомых частичек «кого-то», витал едва различимый многоголосый шепот. Скопище бесцветных умерших голосов, которые звучали так ровно, что нельзя было разобрать ни возраста, ни пола. Словно успокаивающая молитва или благотворная сказка на ночь. Обычное явление для массовых данмерских захоронений, поэтому пришедшие сюда маг и эшлендер не проявили никакого беспокойства, но и за своими движениями стали следить в два раза внимательнее. Не рубить воздух мечом, словно упившийся медовухой нордлинг. И не убегать на улицу без оглядки, сбивая по пути урны с прахом. Как и в любой другой, наполненной глубоким сном комнате, передвигаться здесь следует на цыпочках и разговаривать исключительно одними губами. Иначе появится призрак какой-нибудь ветхой тетушки и мастерски насадит их обоих на свою клюку, словно на вертел. Пропавшая девушка обнаружилась внезапно и безо всякого предупреждения, словно отклеившись от стены в дальнем углу зала. Ни следа удивления в облике, словно в здешние гробницы заходят с той же частотой, что и в оживленную таверну. Все закутанное в плащ тело напряжено, голова втянута в плечи, на посеревшем лице с запавшими глазами отпечаталось отчаяние. Ведь наверняка забрела сюда по глупости, наудачу добралась до конца зала и запоздало поняла, что обратно ноги уже просто не идут. Словно провалилась в трясину Чернотопья и провела несколько часов в неподвижном состоянии - лишь бы не затянуло глубже. Джулан не спускал глаз с пепельного «озера» на полу, пока Тилен знаками показывала девушке идти медленно, дышать тихо и ни в коем случае не плакать. Та вроде бы все уяснила и не без труда заставила себя сдвинуться с места. Но перед тем, как добраться до своих спасителей, легкомысленно выбросила обратно в гору пепла чью-то небольшую выбеленную косточку, ранее спрятанную в сжатом кулаке. "О великий Сангвин. Она бы еще плюнула туда..." Тилен очень захотелось схватить за воротник эту идиотку и швырнуть ее вслед за треклятой костью, но времени на это уже не хватило. Чадящие вокруг них факелы потускнели и почти полностью погасли, а шелестящие на самом краю слуха голоса обрели определенно враждебное звучание. Гробница просыпалась, и если они продолжат топтаться на месте, швыряя чьи-то кости обратно в круг захоронений, то вскоре здесь станет очень даже оживленно. В абсурдно противоположном смысле этого слова. - Уходим, держимся за мной, - прошептал Джулан, выводя всех из оцепенения. Тилен затравленно взглянула на него и успела мимолетно позавидовать такому самообладанию. Но как только увидела за его плечом чье-то бледное, проступающее из темноты лицо, то моментально перешла в стадию безмолвной паники. Она успела среагировать прежде, чем тусклый затуманенный меч снес ее спутнику полголовы. Кричать или отталкивать его в сторону было бы слишком долго, так что данмерка просто попыталась отвесить ему затрещину по шее. Проделать этого не удалось, но увернулся он отменно, аккурат перед тем, как ее рука сменилась шипением разрезаемого воздуха. Призрак усопшего, состоявший из пепельного савана вперемешку с обломками костей, отшатнулся с утробным гулом, избегая ответного выпада серебряным клинком. Двигался он медленно, но это ровным счетом ничего не значило в связи со способностью размахивать почти невидимым клинком. Рядом с его силуэтом появился еще один, такой же безмолвный и настроенный на то, чтобы понаделать как можно больше дырок в незваных гостях. И за ним еще несколько. Тилен ни на шаг не отходила от Джулана, волоча за собой хрипящую от страха девушку. Они успели преодолеть половину зала, прежде чем на них набросились всем призрачным скопом, занося над их головами тонкие длинные мечи. Один из призраков поймал Тилен за руку, до вполне материальной жуткой боли скрутив запястье, и уже собрался раскроить ее мантию наискосок до самого пояса. Но тут же отшатнулся и дрогнул, когда рука данмерки вспыхнула огнем, ярко осветив стены с темными гобеленами. Матерчатая перчатка Тилен почернела и сползла с кончиков пальцев, а сама девушка успешно превратила напавшего на нее призрака в облако копоти, с размаху ударив тыльной стороной ладони по белому невозмутимому лицу. Джулан успел несколькими обманными движениями, уколами и замахами уложить двоих, добавив в воздух еще больше пепла и пыли. Призраки были скоры на расправу и не знали усталости, но их оружие являлось частью сущности, продолжением их бесплотных тел. Натолкнуться этим самым продолжением на серебряный меч и превратиться в кучу костей на полу никто из них не планировал. Так что Тилен почувствовала громадное облегчение, наткнувшись пяткой на нижнюю ступеньку у подножия лестницы, и немедля потащила за собой бесполезную девчонку, оставив своему напарнику возможность свободно прикрывать отступление. И ровно в этот момент, из-за ближайшего постамента, отряхиваясь и скаля мелкие зубы, появился противник, который оказался удачливее всех похороненных в этой гробнице мертвецов. Он был весьма здоровым, с локоть длиной, и это не считая длинного лысого хвоста. Весьма лохматым, почти полностью скрываясь за комками бурой свалявшейся шерсти. И, как оказалось, весьма свирепым, потому что моментально вытаращил рубиновые глаза-бусинки, заверещал на всю усыпальницу и взвился в воздух, метя в то самое место, которое Джулан и в обыденной-то жизни берег как зеницу ока. К счастью, данмер успел заметить движение на уровне ног, последовал за священным инстинктом, которым обладают все уважающие себя мужчины, и быстро метнулся в сторону, избегая нежданной атаки со стороны. Крыса со всего размаху врезалась оскаленной мордой в его выставленное колено, сдавленно пискнула и свалилась на циновку бесформенной лохматой грудой, явно жалея о том, что вообще рискнула вылезти из гнезда. Тилен очень хотела бы едко прокомментировать случившееся, но при взгляде на лицо данмера, который развернулся и без лишних слов ринулся вверх по лестнице, решила немного повременить. К счастью, подъем оказался весьма коротким, а дверь, вопреки суеверным опасениям, не превратилась в глухую стену, так что уже через несколько секунд вся компания энтузиастов вывалилась прямо под серое, насупленное небо западного Эшленда. Гуар равнодушно взглянул на покрытые копотью и пеплом лица, порванные одежды и согнутые, выдающие крайнее измождение позы. А затем продолжил щипать жухлую поломанную траву под своими лапами со все той же милой добродушной улыбкой. *** - Я всего лишь хотела отыскать его! Одним глазком глянуть и все! – слезно оправдывалась босмерка перед суровым редоранским капитаном, встретившим их у ворот. – Его родня даже смотреть на меня не хотела. Я, видите ли, не красноглазая зарвавшаяся дрянь, как они, а значит, не подхожу для брака! А потом… потом он погиб, и я даже не успела с ним попрощаться. Во имя Талоса, неужели было так сложно кому-нибудь из этой семейки проводить меня туда?! Я даже не поняла, где лежат его кости! Тилен не видела лица капитана Данара, скрытого за глухим костяным шлемом, но была на все сто уверена, что при упоминании имперского божества у него раздраженно дернулась щека. Босмерка же, ничего не заподозрив, продолжила рыдать и заламывать руки. Даже как-то жаль ее стало. - Я только хотела найти его останки и… - И съесть их? – иронично подсказал капитан, обдав всех троих ледяной волной презрения. - Вы, босмеры, вроде бы так и делаете с телами своих, разве нет? Лесная эльфийка, получив такую оскорбительную незримую пощечину, мигом замолкла и уставилась в прорези на шлеме с горящей ненавистью в глазах. «Это было обидно», - промелькнула в голове Тилен сочувствующая мысль. - Вы все… просто сборище мокроухих расистов, - прорычала она, ткнув в него пальцем. – Когда-нибудь ваше скотское отношение к другим народам обернется большой бедой. Попробуйте только попросить о помощи, если вам будет нечего есть и некуда идти. Да вы сдохнете от голода у нас на пороге. «И это после того, как мы ей жизнь спасли. Хотя что, собственно, взять с босмера...» - хмыкнула данмерка про себя, не заметив, что тем самым только подтвердила тираду лесной эльфийки. Капитан выдержал мучительно долгую паузу и обратился к потерпевшей ничего не выражающим бесцветным голосом, отчего ближайший зевака начал бочком уползать с улицы. - Госпожа Эллинойн, полгода назад вы прибыли в Морровинд на одной барже с бандитами и полными ящиками фальшивого даэдрического оружия... - Они представились торговцами, и я...! - Баржа пришвартовалась ночью, - продолжал явный сторонник консервативного Болвина Венима, чуть повысив голос и прервав босмерку плавным движением руки. - Туманной ночью, должен заметить. Якшаться с такими отбросами было крайне неразумным решением. Где ваши сопроводительные документы из Валенвуда? У вас есть что-нибудь, что позволит вам и далее пребывать в нашей провинции на законных основаниях? Миниатюрная эльфийка еще пару секунд сохраняла боевой дух и сверлила капитана возмущенным взглядом, но, в конце концов, сникла и опустила глаза. - Я... я немедленно покину остров. Если вы мне это позволите. - Действительно. Если позволю, - он кивнул ожидающим рядом стражникам и подтолкнул понурившуюся Эллинойн в их сторону. – Балвер, прошу остаться для дальнейших указаний. Один из редоранцев с готовностью отделился от уходящей процессии и застыл безо всякого движения. Тилен молча ожидала, когда же драгоценное внимание дотошного капитана дойдет и до нее. Прыгать и возмущенно махать руками не возымеет положительных последствий - дом Редоран хоть и слыл самым благородным среди всех остальных, но задетая гордость здесь исцеляется все тем же методом копья в живот. - Свяжись с семьей Велас. Они должны проводить ее в гробницу со всей подобающей безопасностью и проследить, чтобы она увидела то, что искала. Покрывать расходы на священнослужителей и сопутствующую охрану дом Редоран не станет. Вопиющая невнимательность Веласов привела к тому, что мы потратили на поиски этой дурищи и арендованного гуара три дня. Пускай будут рады, что я не пойду к ним лично. После этого она может отправляться куда хочет. Проконтролируй, чтобы никто не натворил глупостей. Тилен выдохнула с облегчением, когда этот закованный в панцирь дреуга сухарь повернулся в ее сторону. А то ведь было подозрение, что он начнет поучать еще и отдыхающего рядом гуара, а затем сделает замечание прохожему, у которого помялась льняная рубаха. В этих доспехах, покрытых трещинами, даэдрическими письменами и темно-красными нашивками, темный эльф явно чувствовал себя на своем месте. Такому страшно будет пересаливать суп из батата. Или вообще в чем-то отказывать - закопает нотацией на три метра в землю. - Прошу прощения, сэра, что заставил вас ждать, - куда приятнее заговорил он, почтительно снимая шлем и являя миру уставшее лицо с умными внимательными глазами. - Хотел разобраться со всем до окончания своей смены. - Вы... очень мягко с ней обошлись, - высказал свое мнение стоявший неподалеку Джулан. Он занимался скучающим наблюдением за безрадостным холмистым пейзажем и за редкими кустиками, покрывающими пепельный песок. Пятна копоти на лице ему даже шли. - Мы не мясники и не поднимаем беспомощных чужеземных девчонок на копья, - ровным тоном проинформировал капитан, задержав на эшлендере изучающий взгляд. – Попади она к Телванни, из нее бы уже подстилку сделали для какого-нибудь тысячелетнего мага. Тилен сморщилась, вспомнив свой краткий визит в Садрит Мору. Магия там так зашкаливала, что в городе трещал воздух, уличные растения выкручивало в самые невообразимые формы, а от лотков с зачарованными амулетами она согласилась отойти, только когда Джулан начал скрипеть зубами. Однако, сырой запах, волнами идущий от огромных грибов, просто сшибал с ног. Хорошо, что ей туда нужно будет лишь на последнем курсе учебы. - В любом случае, я признателен, что вы разобрались с этой проблемой. Мадам Сарендас не ранена? - Мадам не ранена. А Джулану только крыса ногу поцарапала, броню кожаную прокусила, - ухмыльнулась данмерка, заметив рядом с собой возмущенное резкое движение. - Все было совсем не так! Она убилась о мое тактично использованное колено! – немедля взвился задетый за живое эшлендер. - Ну, по правде крыска-то была небольшая, так что… - Да она отожралась до размеров матки квама! - И больше сонная, чем агрессивная… - А пена из пасти была сущим пустяком, да?! Капитан стражи Редорана, чья смена закончилась уже пять минут назад, позволил себе учтивую улыбку, наблюдая за их перепалкой. Кажется, с каждым потраченным на них мгновением своего свободного времени его затаенные мысли уходили все дальше от миролюбивого направления. В его присутствии не особо хотелось дурачиться и позволять себе лишнего в разговоре, так что Тилен примирительно промурлыкала своему другу: «Расслабься, ты победитель», - и спокойно повернулась обратно. Над их головами уже собирались тяжелые тучи нездорового пунцового оттенка. Жители, которые прогуливались на улице, один за другим приобретали озабоченный вид и скрывались за дверями своих домов, гильдий или просто ярко освещенных трактиров. Молодой данмер, совсем еще мальчишка, важно прогуливался от одной двери к другой и зажигал над ними разноцветные бумажные фонари. На Тилен неожиданно напала сонливость и усталость – сейчас бы только вымыться и лечь спать, а дальнейшая дорога подождет до свежего утра с лазурным небом и теплым солнышком. - Вот ваша награда, до последнего дрейка, - в протянутую ладонь девушки опустился до приятного тяжелый мешочек. – И еще кое-что, но уже от меня. Я слышал, вы такое любите. Джулан недоуменно заглянул через плечо своей подруги, только чтобы дернуть уголком рта и закрыть рукой лицо, еще сильнее размазав по нему пепел. - О-ой, скрибовое желе! – в восторге прочирикала Тилен, открутив крышку от блестящей круглой баночки и заглянув внутрь. – А… почему оно зеленое? - Болотный тростник, для вкуса, - капитан повел плечом и втянул носом сухой воздух. - С горы спускается пепельная буря, сэра, и мы будем рады, если вы из соображений безопасности переждете ее в Альд’руне. Эшлендер, защищай ее. - А можно не гавкать в ответ, как песик? – едко осведомился Джулан, нахохлившись. – Я и сам знаю, что мне делать. Однако Тилен, опасаясь, как бы они не начали избивать друг друга, просто утянула своего напарника в сторону трактира, на ходу бормоча оправдания, извинения и благодарности за лакомство. Таверна «Альд Скар» была до отказа набита разношерстным народом, который не успел попасть на последнего силт-страйдера, не сумел снять отдельную комнату для ночлега или просто решил переждать бурю в светлом зале с бутылкой вина в обнимку. Какой-то похожий на глыбу орк неосторожно толкнул хрупкую начинающую волшебницу плечом и тут же послушно извинился под сердитым надзором Джулана. Даже такому недалекому вояке было понятно, что в случае буйства и разбитых о голову трактирщика тарелок, его, как и любого другого буйного, просто вышвырнут на улицу. Прямо под секущий ветер и горячий обжигающий воздух, вихрями спускающийся с Красной горы. К счастью, они загодя заняли за собой комнату, и теперь оставалось только до нее добраться. Пришлось аккуратно миновать развалившихся прямо на полу хаджитов, столпотворение у стойки с напитками и шныряющего под ногами трехмесячного гуара, который, судя по истошному плачу, потерял в толпе своего хозяина. - Я тебе говорю, прямо у дороги к Гнисису! Кто-то ограбил, раздел и бросил в чем мать родила! – взахлеб вещал трактирщику какой-то взвинченный босмер, то и дело прикладываясь к кружке. – Пришлось задержаться на пару часов, хоронить, читать молитвы. На него напали сзади, и бедный парень вообще не понял, что произошло и… - Тилнор, мой друг, отдышись, - кто-то похлопал эльфа по плечу и всучил в руки миску с полосками вяленого мяса. – И перестань так хлестать суджамму, нам же с утра выдвигаться! - Дайте девушке пройти! – рявкнул трактирщик, получив небольшую передышку и с явным облегчением поклонившись. – Вы уж простите, сэра, сегодня здесь не протолкнуться. Желаете чего? - Добрый вечер, нам бы ужин прямо в комнату и горячей воды для ванны, - она уже собралась уходить, но внезапно кое о чем вспомнила. – Тут кстати бегает крохотный гуарчик, явно напуганный. Никто о нем не спрашивал? - Нет, сэра, - трактирщик в недоумении почесал затылок. - Но пускай посидит у меня, там куда тише и спокойнее. Джулан отдавать гуара уж точно не хотел. Когда Тилен оглянулась, выискивая на полу паникующего растерянного питомца, тот смирно лежал на руках у молодого эшлендера, в изнеможении раскрыв пасть и вывалив шершавый язык. Кажется, сил на беготню у него уже не осталось. Ее друг был не в духе с тех самых пор, как они выползли из той гробницы, и сейчас было куда приятнее смотреть на его просветлевшее растроганное лицо. Тилен пришла в голову дурацкая мысль, пока этот пухлый детеныш передавался из рук в руки, помахивая длинным хвостом. Дурацкая, но вполне выполнимая. Так что, когда у них, наконец, появилась возможность отправиться на отдых, она тронула эшлендера за рукав и благодушно отчеканила прямо в заостренное ухо: - Если к утру никто за ним не явится, то мы возьмем его себе. Это подействовало вплоть до широкой радостной улыбки. Слава Азуре, аж от сердца отлегло. *** Когда они только встретились, Джулан искренне не понимал, почему в присутствии девушки не следует раздеваться догола, во всей красе принимать ванну и справлять нужду под ближайшим деревом. Парочка моментов с вытаращенными глазами, истошным визгом и точным попаданием полена в лоб быстро расставили все по местам. Но, кажется, он до сих пор соблюдал все приличия только потому, что его попросили их соблюдать. И мог периодически забыться, как будто его нисколько не беспокоил факт повторного контакта с поленьями. Он вообще ухитрялся сохранять холодный расчетливый разум в любом бою, но в обыденности крупных городов чудовищно плохо ориентировался и поражал своей наивностью. Поэтому, когда на пол их комнаты полетела расстегнутая кожаная кираса, рубашка и левый сапог, Тилен без лишних восклицаний шмыгнула за дверь, прихватив с собой книгу. Скамп с ним, пускай моется первый. Редоранская архитектура славится своим уютом, огромными печами в центре строений и решением проблем низких потолков путем ухода вниз. Та часть Альд Скара, которая была видна снаружи, занимала всего четверть от общей площади, остальное же было сокрыто ниже уровня земли и безо всяких проблем вмещало в себя впечатляющее количество народу. Кто-то горланил в шумной компании, сбившейся за несколькими столами, кто-то изучал рукописные свитки, сидя в мягком кресле с подушками, а кто-то просто слонялся без дела, не зная, куда себя пристроить. Мелькнувший перед глазами трактирщик вручил сложенное одеяло человеческой паре, приютившейся в углу подальше от шума. Голова побледневшей женщины лежала на плече у встревоженного спутника, а ее окруженные морщинками глаза были плотно закрыты. Кажется, она не очень хорошо переносила здешние скачки атмосферного давления. И чего таким не сидится на южном побережье? Книга, которую Тилен взяла с собой, устроившись поудобнее на подушках, называлась «Ужас замка Ксир». Весьма неплохое произведение и весьма плохой выбор места для его оценки, благо читать такое стоит в одиночестве в темной комнате, в компании одной лишь свечи и остатков своей смелости. Естественно, она не смогла сосредоточиться и вникнуть в события, происходящие на страницах, ибо этому крайне сильно мешал орочий гогот поблизости. Рядом пошевелилась куча, оказавшаяся при рассмотрении потрепанным плащом из тяжелой серой ткани. Из центра кучи выглянуло насупленное пепельное лицо с характерным «злым» изломом бровей и парой пунктирных татуировок на висках. Судя по отсутствующему взгляду, блуждающему по переполненному залу, данмер повидал много всякого и ничему уже не удивляется. И, судя по дрожащим пальцам, поправлявшим измятый воротник, его не стоило ни о чем спрашивать. Когда из комнаты выглянул посвежевший Джулан, отбрасывая со лба черные волосы, Тилен совершенно молча и невозмутимо угощала своего соседа чашкой крепкого чая с тарелочкой печенья. На лице у оцепеневшего угрюмого данмера мелькнуло выражение трогательной беспомощности. Как у бандита, который не знает, как реагировать на подаренный ребенком цветочек. Однако, как только он увидел, что девушка без ожиданий благодарности встает, идет к своему, без сомнения, благоверному и обвинительно тычет пальцем в голый торс, то заметно расслабился. Выпил немного чаю, растекся по стулу и почувствовал, как известный только ему камень на душе немного убавил в весе. - Джулан, урожденный Каушибаэль! Мы не в диких местах и не в твоих дикарских поселениях, так что я не позволю тебе шастать по культурному заведению в одних штанах! – отчитывала его Тилен, заперев за собой дверь и вытряхивая сумку в поисках запасной рубашки. – Куда ты дел сверток с постиранными вещами? - Когда мы прибыли сюда, то увидели танцующего на столе голого аргонианца. Я чуть было не ослеп, а ты говоришь, что здесь культурно? – отчаянно защищался он, вытирая волосы. – И в диких местах ходить без одежды будет куда опаснее, чем здесь, не считаешь? - Не считаю, - хмуро буркнула девушка, протягивая ему аккуратно сложенную, перевязанную ремешком рубашку. – Здесь нет хищников, но есть озабоченные орчихи. Знаешь, каким колоссальным успехом у них пользуются молоденькие наивные эльфы с томными глазками? Рубашку буквально выдернули у нее из рук, чуть не оторвав рукава мантии. - И ничего они не томные, - пробубнил он, просовывая голову через ворот. – Томные у твоего поклонника Данара, поэтому он всегда ходит с этим чайником на голове. - В каком месте он мой поклонник? - А эту склизкую гадость в банке тебе кто всучил? Я давно заметил, что он пытается поболтать с тобой подольше и явно бесится, когда я мозолю ему глаза. - Если б ты хоть раз попробовал это желе, ты бы по-другому заговорил… – с угрозой прошептала Тилен, опуская руку на крышку баночки. – Давай же, всего одну ложечку. Джулан отчетливо занервничал, наблюдая как данмерка зачерпывает из банки внушительный кусок зеленой дряни, который особенно противно колыхался при малейшем движении. Один лишь вид этой субстанции явно вселял в него отторжение. - Т-ты не посмеешь, - заикаясь, попятился он. – Имей в виду, на мне новая чистая рубашка и… Было сложно прыгать по всей комнате, перескакивать через сундуки с кроватями и одновременно при этом соблюдать равновесие в той руке, что держала ложку. Девушке почти удалось добраться до перекошенного рта своего спутника, но он одним хищным, отработанным в боях движением мотнул головой в сторону и отшатнулся. Желе испачкало только его влажные волосы, а затем пронеслось дальше вперед и плюхнулось прямо в горячую воду. А за ним деревянная ложка. А за ней и вся Тилен, получив аккуратную подсечку и задрав кверху увенчанную пыльной туфелькой ногу. Когда она вынырнула, отфыркиваясь и распутывая упавшие на лицо волосы, Джулан уже перестал хохотать, как последняя сволочь. Вместо этого он опустился на колени и окунул испачканные волосы в набранную до краев ванну. - Не беспокойся, вода чистая, я все за собой убрал, - успокоил он данмерку, глядя на нее прищуренными блестящими глазами. Тилен на мгновение замерла, почувствовав, как его длинные волосы коснулись под водой ее запястья. Затем последовали какие-то странные несколько секунд, которые продлились в немом наблюдении девушки за тем, как Джулан, склонив голову набок, вымывает желе из своей шевелюры. Однако не успела она криво улыбнуться и выдавить из себя разряжающую обстановку шуточку, как он уже выпрямился, встряхнувшись в последний раз. Тилен совершенно не уразумела, что это было за мгновение такое. Но оно ей однозначно пришлось не по нраву. Слишком на нее не похоже. - Я хочу помыться, - холодно и обиженно заявила она, что было вдвойне комично, учитывая ее абсолютно мокрое, уже погруженное в воду положение. – Выйди, пожалуйста, на час или около того. Подняв ладони в примирительном жесте, данмер спокойно кивнул и сноровисто скрылся за дверью вместе с несколькими ведрами использованной воды. Тилен же, подтащив поближе к ванне пустую бадью, скинула туда сперва промокшие насквозь туфли, а затем и мантию со всеми сопутствующими элементами одежды. До девушки все дошло почти сразу, едва она добралась до намыливания той руки, что несколькими часами дальше спалила «замертво» агрессивного призрака. Аккуратно подстриженные ногти чуть-чуть потрескались по краю и болели, если на них надавить. Да и перчатку теперь остается только выкинуть. Однако не это в данный момент полностью завладело ее встревоженным вниманием. Магам приходится пропускать через себя огромное количество энергии, раскрываться, обнажать нервы и вообще предпринимать все способы соединения с нужными волнами, способными реализовать запланированное заклинание. Образно говоря, они превращаются в шкатулку с дорогими сердцу вещами, которую кто-то нещадно начинает трясти и топтаться по узорчатой крышке. В итоге содержимое шкатулки запутывается, бьется и превращается в бессистемный комок цепочек, кулонов и бисерных нитей. Если провести параллель, то в сознании наступает легкая каша, сменяющаяся повышенной взвинченностью, путаются мысли, снижается внимательность и скорость чтения. Если на первых этапах практики последствия испытаний нервной системы еще не заметны, то в дальнейшем, с использованием более сильных заклятий, изменений и призывов, эти самые последствия дают о себе знать все сильнее. Поэтому волшебники более раздраженные, дерганые и психически нестабильные. И, к тому же, вдвойне более голодные в одном не предназначенном для приличной публики смысле. Далеко не всем из них подходит выпивка и кутеж в качестве неотложного снятия напряжения. Телванни не дадут соврать. С одной стороны, Тилен стоило бы порадоваться – ее мастерство в магии Разрушения достигло того уровня, которому присуще эхо и отражение в теле заклинателя, а не просто исчезновение где-то в пространстве. С другой, у нее возникла существенная проблема, о решении которой стоило задуматься немедля. А ведь она слышала об этом от своей учительницы еще полтора года назад, когда только поступала! Как она там говорила? Маги становятся похожи на кувшинчик, медленно заполняемый водой, и чтобы кувшин не переполнился (сиречь, маг не самовоспламенился), необходимо его периодически опрокидывать. «Моя дорогая девочка, - проворковала учительница, одарив ее грустным взглядом темных глаз, демонстрирующих весьма печальный жизненный опыт. – Всем сердцем пожелаю, чтобы ты нашла мужчину, который все это будет понимать…» - Опрокинуть. Меня нужно опрокинуть, - решительно пробормотала эльфийка, осторожно переступая через бортик ванной и вытирая ноги свежим полотенцем. Нет, конечно же, от одной всего лишь огненной пощечины она не превратится в бегающий вопящий факел. Но то, что промывающий волосы Джулан целых три секунды выглядел весьма вкусно и соблазнительно, доказывало, что кувшинчик-то, кувшинчик уже начал заполняться! Скоро она даже собственные письмена читать не сможет и одной прекрасной ночью просто сгорит заживо в своей собственной постели! «Погоди, Тилен, будь спокойна и рассудительна. Прежде, чем у тебя переполнятся все так называемые внутренние емкости, ты проживешь спокойно еще лет пять и отработаешь около полусотни заклинаний». Но в книге же советовали сразу приводить мысли и голову в порядок, иначе возникнет накопительный эффект! И когда, наконец, удастся его снять, он уже не опустится обратно до нулевой отметки. Иными словами, Тилен потерпит беспорядок в голове несколько лет и будет обречена вечно ощущать внутри себя его маленькую толику, которая не исчезнет, что ни предпринимай. «И что, интересно, мне выбрать? Выпивку? Ну, так я ее не люблю. Азартные игры мне точно не сделают лучше. Глотать алхимические зелья вредно для здоровья, ведь можно легко заменить их чем-то более естественным. А скуумой балуются только те, кому обычные методы уже не помогают. Остается только одно - заглянуть к капитану Данару перед отбытием. Я ведь ему симпатична, ну так за чем же дело стало?» Джулан где-то застрял. Это было на руку, потому что размышлять в его присутствии, как бы поудобнее с кем-нибудь переспать, девушке совсем не хотелось. Так что она переоделась в сухую одежду, забралась на свою кровать с ногами и начала рассеянно выкладывать из своей сумки потрепанные свитки и колбы с зельями, чтобы затем аккуратно сложить их обратно. «Погоди, Тилен, давай мыслить спокойно. И рассудительно. Данар, конечно, темпераментный мужчина, без сомнений. Он двигается так, будто танцует, и сшибает с ног полным внутреннего достоинства поведением, но ты его почти не знаешь. К тому же, он слишком строг и выглядит лет на триста, по-обычному ему будет уже скучно. А вдруг заставит испить жучиный мускус и переодеться в шаловливую жрицу Храма? Или вообще предложит притвориться Альмалексией, а он будет якобы Нереваром, наказывающим ее за многочисленные измены? О темных эльфийках и так ходит слава беспорядочных всеядных женщин, спасибо тем нашумевшим книгам о Барензии. Не нужно доказывать всем, что это правда». Свиток исцеления болезни безнадежно помялся, и письмена на нем частично стерлись. Горестно вздохнув, девушка порвала его на мелкие кусочки и положила на столик рядом с кроватью. Надо будет пополнить запас с утра, ведь больше в заплечной сумке не было ничего похожего по воздействию. Необходимо найти порядочного, молчаливого и исполнительного, который имел дело с волшебницами и, следовательно, все поймет. И непременно данмера. Тилен не могла вынести мысли о том, что к ней будут прикасаться руки разной степени шерстистости и расцветки. Да и вообще, самой тоже следует быть порядочной, а не тащить в переулок первого попавшегося. Ну и еще желательно, чтобы она хорошо его знала. Порядочный, молчаливый, исполнительный и хороший знакомый. Какой-то узкий круг вариантов получается. Раньше она о таком совсем не беспокоилась. Видимо, начала взрослеть… - …О, ты уже закончила? – протянул Джулан, без стука заглянув в комнату. Бесцеремонное поведение, как, впрочем, и обычно. – Могла бы и позвать, я ведь дожидаюсь тебя здесь с едой. - Научись, пожалуйста, стучать, - отреагировала девушка, почему-то с едкой злобой. И затем пасмурно уставилась в сторону - в несуществующее окно. «Нет-нет, Тилен, погоди. Даже не думай об этом. Фу, плохая Тилен. Он же твой друг. И он же такой правильный, простой и открытый. Ты попросту испортишь мальчика и разочаруешь его в данмерских женщинах!» - Ну, не злись, - вполголоса попросил он, со стуком ставя поднос на маленький стол. Голос получился просящим и виноватым. А еще низким и восхитительно хриплым. «Тилен, я тебя предупреждаю…» - Смотри, что я тебе принес. Данмерка нехотя повернула голову в его сторону, но со своего места почти ничего не увидела, кроме серебристых кубков с питьем. Джулан продолжал стоять к ней вполоборота, деловито накладывая отварное крабовое мясо к себе в тарелку из общей миски. Руки у него были красивые, с умелыми сильными пальцами и аккуратными кистями. А когда он брался рукой за вилку, то под пепельной кожей скульптурно шевелились сухожилия… «Тилен, твою мать!» - Что… что там у тебя? – она не без труда отогнала от себя неправильные наблюдения и приподнялась на коленях. До нее донесся приятный горячий аромат трав и цветочный запах золотого канета. – Это чай? - Он самый. Из корня трамы, - он щедро протянул ей круглую чашку без ручки. На золотистой, исходящей паром поверхности плавали крошечные янтарные лепестки. – Сходил наверх, и теперь у нас есть целый сверток такого. Хватит на три месяца. - Спасибо, - пробормотала девушка, устраиваясь поудобнее и стараясь ничего никуда не проливать. Ужин прошел в неторопливом поедании горячих блюд, стуке столовых приборов о тарелки и привычном молчании, которое нисколько не казалось странным. Они частенько ужинали похожим образом, только второпях и придвинувшись поближе к потрескивающему костру. Растягивать трапезу разговорами было неразумно, потому что в любой из таких болтливых моментов из кустов могла вылететь никс-гончая, и тогда на земле окажется вся драгоценная горячая похлебка, а содержимое котелка будет нещадно проглочено ее длинной наглой пастью. И потом придется готовить уже мясо никс-гончей, а оно какое-то не очень, жестковатое… - Мы отправляемся завтра утром? - Угу. - Когда сдача материалов по экзамену? - Через шесть дней. - Тебе сказали, что нужно будет сделать? - Джулан явно отказывался сдаваться и все пытался настроить ее на более расслабленный диалог. - Нет. Потребовали прийти за три дня до срока сдачи, тогда и скажут, - сухо разъяснила Тилен, пытаясь не думать ни о чем жутком. - Понятно, - ее союзник покивал с мудрым видом. - Весьма странные сжатые сроки. Он еще некоторое время просидел на месте, задумчиво дожевывая самую вкусную часть листа хальклоу. А затем плавно встал на ноги, подошел к баночке со скрибовым желе и решительно опустил в нее ложку. - Э, Джулан, тебя ж вывернет! – встревожилась темная эльфийка, наблюдая за его действиями. - Ого, сэра беспокоится? Ты ведь вся хмурая сидишь, потому что я отказался его попробовать? «Я сижу хмурая, потому что мне опрокинуться надо!» - Ну, так я его попробую, - возвестил он, вытащив наружу облепленную зеленой жижей ложку. – А ты за это перестанешь на меня злиться. - Куда суешь? Держи, запей хотя бы! Данмер торопливо взял протянутую кружку с остатками остывшего чая и залпом выпил все, что болталось на самом ее дне. - Такое ощущение, что мне скальный наездник в рот нагадил. Но в принципе не так ужасно, специфично только очень, - прокряхтел он, отдышавшись и торопливо закрутив крышку обратно. А затем сморщился и поболтал в воздухе левой ногой, той самой, в которую этим же днем вцепились острые крысиные зубы. - Крепко прокусила, тварь, - буркнул он и тут же усмехнулся, заметив насупленные брови своей подруги. – Не беспокойся, уже заживает. Пока этот наивный сын пепельных равнин по ее настойчивой просьбе вытаскивал на середину комнаты ширму из плотной шероховатой бумаги в деревянной раме, девушка яростно сражалась с наплывающими угрызениями совести. Такой хороший: и чай ей принес, и накормил, и желе скрибовое попробовал - лишь бы она не дулась. А она… она думала о нем совсем не хорошие вещи. «Держись, Тилен. В Балморе что-нибудь придумаешь. Главное - не обнаружить потом, что ты легла в постель к головорезу Камонны Тонг и что за пару часов до уединения с тобой он до смерти замучил какого-нибудь старого дряхлого хаджита…» *** На следующее утро она проснулась раньше Джулана и некоторое время глупо глядела в аккуратный ровный потолок, недоумевая, отчего же ее никто не будит и не потряхивает за плечо. Это было весьма странно – эшлендер спал в закрытых помещениях очень беспокойно, а в подземных закрытых помещениях вообще впадал в полудрему, изнывая в ожидании подъема. Когда данмерка сладко потянулась и села на хрустящей постели, она не услышала за ширмой ни шагов, ни шороха одежды. Пришлось вставать, одергивать вниз длинную рубашку без рукавов и шлепать босыми ногами в направлении своего друга. Камень душ, встроенный в светильник на стене, среагировал на движение на своем уровне высоты и залил всю комнату домашним золотистым светом, заставив прищуриться. Из-за двери доносились чьи-то тихие голоса и позвякивание тарелок – ничего общего со вчерашним гомоном, длившимся до глубокой ночи. Значит, буря уже миновала, и транспортные пути снова открыты. Надо будет быстренько позавтракать и отправляться по назначению. Джулан все еще спал. Глубоко и крепко, закутавшись в одеяло на манер гусеницы. Тилен видела только копну прямых черных волос, рассыпавшихся по подушке и совершенно неподвижных. Не может быть, чтобы он проспал, и не может быть, чтобы ему здесь спать понравилось. - Дж… Джулан? – неуверенно позвала она, уяснив, что впервые за все время общения будит его первая. – Уже утро, нам пора. Неужели он отравился этим несчастным желе? Неспроста ведь испытывает к нему такое отвращение. А она, считай, принудила его к поеданию этой своеобразной вкусности. - Эй, поднимайся, - чуть громче продолжила она, присев на краешек кровати и опустив руку на его обтянутое одеялом плечо. – Или хотя бы голову поверни, дай на себя взглянуть. Джулан пошевелился, что-то невразумительно промычал и съежился еще сильнее. А затем, не раскрывая глаз, перевернулся на другой бок и обхватил ее поперек талии одной рукой. Получилось весьма удобно, словно его руке там было самое место. - Каушибаэль, что это за шутки? – надменно отчеканила Тилен, мигом ощетинившись. Данмер наконец-то разлепил глаза, застонал с явным протестом и начал сгибать руку в локте, позабыв, что туловище у эльфийки весьма хрупкое, а крепкую спину на волшебстве не наработаешь. Пришлось хватать его за плечи и трясти настолько, насколько позволяет его вес, пока он не уложил Тилен поверх себя и одеяла. Вот теперь он соизволил полностью прийти в чувство, недоуменно захлопать глазами и разобраться, куда тянутся его руки. - Ох, прости, - сипло пробормотал он, проводя пальцами по виску и убирая волосы. – Мне как-то жарко здесь. Все мозги уже расплавились. - Естественно, ты же замотался во все сразу, - бросила в ответ девушка, вставая на ноги и отходя от него на приличное расстояние. – Ты… хорошо себя чувствуешь? Живот не крутит, не хочется никуда бежать с каменным лицом, снося на своем пути здания? - Что? Нет-нет, я в порядке, - растерянно ответил он, высвобождаясь из-под одеяла и отыскивая свою верхнюю одежду. – А что такое? У тебя что-то болит после ужина? - Нет. Я в норме, - настороженно ответила она, пристально его разглядывая. Джулан выглядел помятым, сонным и очень не в духе, но уж точно не походил на жертву несварения. Видимо, история с призраками утомила его слишком уж сильно, и потребовался полноценный здоровый сон. Выяснилось, что гуарчика забрала какая-то перепуганная и заплаканная альтмерская девчонка. Избегая смотреть в сторону притихшего друга, данмерка быстро расплатилась, взяла в дорогу сверток с едой, пару бутылей с чистой водой и торопливо выбралась на улицу. По причине приземистых зданий и абсолютного равнодушия местных жителей к проявлениям непогоды, ночная буря почти не причинила Альд’руну вреда. Мостовую заволокло тонким слоем светло-серого песка и пепла, кое-где валялись сорванные с карнизов фонари и комки разнообразного мусора. И вообще в городе стало куда меньше песочного цвета, а ведь он, собственно, целиком из него и состоял. Зато небо было чистым и вымытым, резко контрастирующим на фоне распростертой по земле невзрачности. Сапфировое, свеженькое и украшенное ослепительным солнечным медальоном. Мимо прошмыгнул какой-то подмастерье, удерживая в руках несколько рулонов бордовой ткани, и скрылся в лавке портного. Тилен вдохнула поглубже и двинулась вниз по улице, спускаясь по припорошенным лестницам, обходя группы беседующих между собой данмеров и бессознательно огибая молчаливых стражников Редорана по широкой дуге. Джулан следовал в некотором отдалении, крепко о чем-то задумавшись и периодически пиная те обломки шипастых растений, что не сумели выжить под вулканическим ветром. Дверь гильдии Магов была распахнута настежь, и оттуда доносился звук нескольких спорящих голосов. Девушка прошла мимо, приветливо кивнув головой молодому ученику, пытавшемуся выгнуть грань упавшего фонаря в правильную сторону. Если бы работал портал, они могли бы оказаться в Балморе уже через четверть часа, преодолев краткий эпизод головокружения и укачивания. Но, наведавшись в местное отделение гильдии пару дней назад, она со страхом выслушала возмутительную историю поломки транспортных сетей и решила добраться до своего дома традиционным способом. Один весьма напыщенный альтмер с кучей рекомендаций родной провинции решил наплевать на правила использования порталов и нахально активировал его в одиночку, забравшись на постамент. Не успел никто и глазом моргнуть, как этот надменный дурак исчез со свистом и совершенно не заметил явных признаков того, что своеобразную магическую дверь открывают с другой стороны, почти одновременно с альтмером. В итоге покалечило обоих - и высокого эльфа, разом растерявшего все свои рекомендации, и соблюдавшего все правила ящера, который спешил из Вивека на урок высшей алхимии. От столкновения растрескалась магическая «тропа» между отделениями гильдии, оба портала знатно потрепало, а всем магам пришлось битый час отлавливать по помещениям целый выводок маленьких даэдротов, незнамо как очутившихся на плане Нирна. Тилен удалось на пару минут навестить пострадавшего аргонианина – бедняга полулежал на подушках в отдельной комнате, баюкая поломанную лапу, и пытался пошевелить заметно укоротившимся хвостом. Она принесла ему горячую булочку из столовой и быстренько убежала, чтобы не надоедать. О том, что делают сейчас ординаторы Вивека, получив к себе в пользование провинившегося саммерсетского чародея, ей даже думать не хотелось. Порт силт-страйдеров представлял собой несколько полупустых столиков под навесами, площадку под хранение крупных грузов, пару уходящих в небо лестниц и ровно одного распорядителя. Распорядитель, щеголяющий темно-алым ирокезом, развлекался путем нашивания заплатки на свою порванную накидку, которая явно провела последнюю ночь на улице. - Под этим солнцем и небом я тепло приветствую вас, - прозвучало неторопливое церемонное приветствие, полностью соответствующее спокойному яркому утру. От этого стало еще приятнее на душе. Выяснилось, что ближайшая отправка в Балмору состоится через полчаса, сразу после того, как произойдет отбытие в Хуул. И кому вообще нужно в Хуул? Это же самая настоящая дыра с рыбацкими хижинами и дырявыми лодками! Непонятно, зачем там вообще поставили порт. Пришлось коротать время под навесами, выставив ноги на солнце и лениво наблюдая за погрузкой. Силт-страйдер был настолько массивным, что его хитиновое туловище тянулось от одной вершины лестницы к другой. И настолько неподвижным, что не сведущий человек принял бы его за необработанный элемент стены. Все еще измотанная после вчерашних пугающих приключений, Тилен прикорнула на солнышке, но успешно встрепенулась после звука, исходящего от возвышающейся над стеной громадины. Один редгард, повстречавшийся ей в пути, как-то признался, что крик силт-страйдера напоминает ему сухопутного кита. Такой же нечеткий, сливающийся с туманом и водой и до странности успокаивающий. А ведь она хотела зайти в Гильдию, восполнить оскудевший запас свитков. Да и к Данару заглянуть обещала сама себе. Может быть, еще не поздно? Интересно, что ей следует сказать в свое оправдание? «Джулан, ты меня извини, но мне срочно понадобилось увидеть нашего занудного капитана, желательно без доспехов. Если не вернусь к назначенному времени, значит, он оказался лучше, чем ожидалось. Ну ты там, напиши, когда доберешься, хорошо?» - данмерка честно попробовала произнести эту короткую речь в голове и поспешно ее отмела. Силт-страйдер покачнулся на длинных ногах-сваях, сдвинулся с места и медленно побрел по дороге, почти не покачиваясь. Прикрепленные к панцирю стяги заструились на ветру длинными красными лентами. На дорогах снует множество хамоватых личностей, одичавших квама и прочей назойливой фауны, но никто даже не попытается напасть конкретно на этот вид транспорта. Покрывающий тело хитин невозможно пробить, ноги никак не подрубить, а до пассажиров было бы слишком высоко добираться. Всяко лучше популярных в остальном Тамриэле лошадей, которые просто одуреют от страха перед каждым кустом на Вварденфелле. Выход на большую, ведущую на юг дорогу не заставил себя ждать. Их силт-страйдер был несколько другой расцветки, обтянутый рядом белых канатов, на которых покачивались подвешенные синие фонарики. Сейчас никто и не думал их поджигать, но темной ночью такое явление будет весьма чарующим зрелищем. Она привычным шагом поднялась по лестнице, преодолела маленький деревянный мостик и спустилась на спину силт-страйдера. Караванщик коротко кивнул и подвинул ближе к маленькому клюву ведро с водой, давая животному (насекомому?) заслуженную передышку. У силт-страйдеров на спине есть пустое место, похожее на распахнутые створки морской ракушки. Довольно просторное, окруженное сухими шероховатыми пластинами, которые закрывают пассажиров по бокам, и нависают над головой, как тканевый балдахин. Изобилие подушек и ковров располагало к долгой созерцательной поездке, так что Тилен с готовностью на них опустилась, прислонив к теплому хитину заплечный мешок. Джулан устроился чуть впереди, перекинув руку через край и осторожно поправив сползающий с крючка канат. То, что он предоставил в ее распоряжение весь участок с мягкой мебелью, весьма трогало и умиляло. А вот его молчаливая, обтянутая в добротно сшитую кожаную кирасу спина – уже не очень. - Послушай, Джулан… ты не злишься на меня? - с затаенной опаской обратилась к нему волшебница, как только набралась храбрости. – Я же ничем тебя не обидела? Данмер немедля развернулся к ней лицом, и его удивленное выражение с поднятыми бровями ясно говорило о полнейшем непонимании прозвучавших вопросов. В этот момент «на борт» легко взлетел караванщик в льняной рубашке и с плетеной корзинкой в руках. Им пришлось дожидаться, пока он осмотрит своего подопечного на предмет повреждений, накормит и погладит по крохотной фасеточной морде. И, судя по приподнятому настроению, его силт-страйдер был здоров, как никогда. - Зря беспокоишься, я абсолютно в норме, - улыбнулся, наконец, Джулан и повернул голову обратно, недвусмысленно оборвав не успевший начаться разговор. Надо сказать, улыбка у него вышла какая-то неестественная, а спина так вообще начала излучать глухую враждебность. Тилен оставалось только беспомощно тискать в руках мягкую бордовую подушку с кисточками. Она настолько углубилась в мыслительные изыскания о причинах странного поведения своего спутника, что не заметила, как силт-страйдер тронулся с места. Если попытаться перебрать в мыслях все подлости, шпильки и козни, которые она устроила ему за последние сутки, то состава преступления наберется на целый отряд смертельно обиженных меров. Да и раньше тоже было предостаточно повода для планирования скрытой мести с его стороны. Взять хотя бы тот случай с двемерскими руинами и заевшим механизмом двери. Когда она перестала паниковать и заставила отпорные рычаги работать, Джулан внутри уже забрался под самый потолок, облепив собой горячую ржавую трубу и содрогаясь от щелканья толпящихся внизу центурионов. У одного из двемерских стражей на доисторическом арбалете болтался переломленный посередине лук. А у другого – оторванная штанина. На месте своего спутника она бы запомнила такое надолго. «Нет, он ведь не в центральном районе Вивека рос, чтобы размениваться на предательство и хитроумную схему возмездия. В случае чего выскажет претензию сразу, быть может, немного наорет. Но вот чтобы так… А вдруг он втайне учился телепатии и ни о чем мне не сказал? Нет, это самая настоящая чушь». В конце концов, ее размышления зашли в окончательный тупик, а тупик сменился временным откладыванием бесполезного самоедства на более подходящий момент. Тилен очень быстро расслабилась под ярким солнцем и разлеглась прямо на подушках, лениво подложив ладонь под голову. Скучающий караванщик задержал было взгляд на ее бедре, обтянутом полами мантии, но к неудаче своей перевел глаза на Джулана, и что-то в лице эшлендера быстро лишило его всякого интереса. Силт-страйдер передвигался так плавно, что перемещение почти не давало о себе знать. И о том, что они не стоят на месте, напоминали только покрытые лишаем скалы да верхушки деревьев, мирно проплывающие мимо хитинового ограждения. Даже визгливых криков скальных наездников слышно не было – перед бурей они спешно попрятались в свои гнезда и пока что не спешили подниматься в воздух. Поездка обещала быть весьма приятной и ровно ни к чему не обязывающей. Пару раз приходилось делать остановки на прилегающих к дороге плато, расположенных на подходящей высоте. Пока это увешанное веревками членистоногое урчало и с благодарностью пережевывало целое ведро ивового пыльника, Тилен прогулочным шагом бродила туда-сюда, запивала водой хлеб с вяленым мясом и с беспокойством смотрела на то, как Джулан отказывается от предложенной еды. А затем наступила ночь, и опустился густой, сырой туман. Как и ожидалось, фонари очень скоро засветились призрачным синеватым светом, но, однако, почти не проясняли дорогу. Зато Тилен могла на что угодно поспорить, что плывущий в ночной мгле силт-страйдер, освещенный рассеянными огнями, выглядит весьма странно и весьма волшебно. Вварденфелл вообще вызывал впечатление сонного местечка, где постоянно царил наплывающий с горы туман и где все разговаривают исключительно вполголоса. На первый взгляд так оно и было. А потом встречаешь какого-нибудь полоумного мага Телванни, который вопит на все болота окрест и лупит по деревьям молниями, потому что его, видите ли, с позором бросила подружка. За этим шумом листвы, навевающим прохладу туманом и меланхоличным караванщиком, напевающим под нос заунывную мелодию, она и не заметила, как уснула. Ей снилось, что она спокойно лежит в своей урне в родной домашней усыпальнице и перешептывается с покоившимся рядом дедушкой о неуместном искоренении рабства и недостатке рабочей силы. А затем на ее территорию вступает какой-то увешанный амулетами сопливый авантюрист, почему-то в разноцветных перчатках и ботинках неподходящего размера. Распечатывает ее урну, сует туда свою лапу и начинает шариться в поисках несуществующих сокровищ. Ощущалось это весьма мерзко, как будто ей внутри переворошили все кости, да так и оставили их в жутком беспорядке. В итоге этот мальчишка ушел, несолоно хлебавши, но успел прихватить с собой дедушкин любимый каталог ковров и баночку скрибового желе с постамента Тилен. - …Вот же грязная имперская скотина. Верни… - пробурчала девушка в полусне, зарываясь глубже в подушки. Но как только потратила секунду на ленивый обзор окружения одним глазом, то вздрогнула и выпрямилась на руках. Несмотря на сизый предрассветный сумрак, окружавший дорогу, Джулан однозначно не ложился спать. По-моему он даже позы своей не поменял, по-прежнему опираясь боком о хитиновый край и лениво осматривая окрестности. Судя по распахнутой сумке в дальнем углу, он подло пробрался мимо спящей Тилен, выудил из недр багажа спрятанный кувшин мацта и уселся обратно. Наверняка всю ночь прихлебывал его с самодовольным видом. - Эй, тебя там совесть не мучает, нет? – иронично поинтересовалась данмерка, подползая поближе и шутливо тыча пальцем в его плечо. – Там что-то интересное внизу творится? Она заинтригованно перегнулась через бортик и уставилась прямо под плывущие в тумане ноги силт-страйдера. Но, хотя Джулан и смотрел прямо на землю, по-прежнему игнорируя понятия об уважительном разговоре «глаза в глаза», ничего занимательного там не оказалось – все те же кусты, блестящие лужи на дороге и парочка местных насекомых, брызнувших в разные стороны от длинных, напоминающих сваи лап. Волшебница все еще высматривала что-нибудь любопытное среди мелкой травы, как заметила краем глаза движение и безуспешно попыталась поймать звякнувший предмет в воздухе. Секунда – и с таким трудом упрятанный мацт печально улетел вниз, разбившись на множество черепков и расплескав содержимое. А вслед за ним, безвольно обмякнув и заваливаясь набок, чуть было не отправился Джулан. Разумеется, хитиновый бортик должен быть существенно ниже, чтобы через него перебросило тело взрослого мужчины, но Тилен все равно в испуге вцепилась в воротник его рубашки и резко потянула на себя. Данмер, который находился в полном бессознательном состоянии, послушной тряпичной куклой откинулся назад, чуть не придавив худую девушку к коврам и подушкам. Даже через плотную выдубленную кожу и стальные наклепки она сразу ощутила исходящий от него ненормальный жар. Мокрые черные волосы прилипли к шее, бледное лицо маслянисто блестело, а глаза под сомкнутыми веками постоянно двигались, как будто Джулан пытался выбраться из мучительного кошмара. - Да ты же болен… - с мрачным лицом прошептала Тилен, укладывая его на подушки и без лишних церемоний расстегивая куртку. – Ты был болен еще вчера и ни слова не промолвил. Самоуверенный дурак… Слишком крепкий сон в закрытом помещении, плохой аппетит, плохое настроение, фраза про расплавленные мозги. Он, несомненно, что-то подцепил, только решил понадеяться на милость Азуры и победить заразу лишь своими силами и тайной молитвой непонятно кому. «Может быть, его все-таки поймала ватага орчих, и он не сумел от них отбиться? Они же не очень чистоплотные… Так, Тилен! Думаем спокойно и рассудительно!» Даже сильное пищевое отравление не вызовет таких скорых и сильных симптомов вплоть до потери сознания. И простуда тоже. Но ведь он даже ранен не был! В той гробнице ни один призрак не смог его зацепить, не то, что серьезно нанести вред. Возможно, яд? «Обождите-ка…» Не подумав о том, что она своими действиями сделает еще хуже, волшебница без особой нежности вонзила ногти в его ногу. Результат в виде захрипевшего Джулана, успевшего за несколько секунд проклясть всех АЛЬМСИВИ сразу, не заставил себя ждать. Простая царапина от мелких крысиных зубов за каких-то пару суток превратилась в зияющий горячий порез. Весьма противный на ощупь даже через ткань штанов. Боль, должно быть, была ужасающей, однако эшлендер даже не заикнулся о своем состоянии. О чем он вообще думал? - Проклятье, вот идиот… Подняв руку и проследив за ниточками липкой крови, протянувшейся от своих пальцев к ране, Тилен медленно втянула носом холодный воздух и дала волю характеру. Вообще-то характер у нее был спокойный и мирный, достойный ловли бабочек и рассадки цветов. Но магическая составляющая ее сущности периодически делала его весьма небезопасным для окружающих. Последующие несколько минут караванщик, который успел проснуться от шума и шороха, просто боялся пошевелиться. Сначала он оказался свидетелем недвусмысленных домогательств со стороны данмерки в адрес ее молчаливого спутника. А потом, когда она уже обустроила его среди подушек, расстегнула броню и облапала колено, то внезапно начала ругаться, трясти до странности спокойного парня за плечи и причитать что-то про экзамены и опрокидывание кувшинов. Даже оплеухой его наградила, и, судя по электрическим разрядам, отскакивающим от ее рук, невезучему данмеру в ближайшие пару дней будет очень больно что-либо жевать. Когда эта бестия выбилась из сил и рывком развернулась уже к караванщику, то ее взлохмаченный вид с типичными малиновыми глазами стал достаточным поводом отчеканить: «Мутсэра, я довезу вас до Балморы со скоростью имперского фрегата, и ни один н’вах, будь он неладен, этому не помешает!» А затем приложить все силы, чтобы это перепуганное обещание полностью воплотилось в действие. Поскорее бы уже починили эти злосчастные гильдейские порталы и к нему вернулись старые добрые спокойные пассажиры. А то ведь это уже третий случай за неделю, когда ему приходится перевозить избалованного быстрыми перемещениями волшебника. Еще несколько недель в подобных компаниях он точно не выдержит…