Близкие враги

      Шагнув в темноту после яркого света, я на мгновение ослеп. Мне потребовалась пара минут, прежде чем глаза привыкли и зрение вернулось. Внутри было гораздо просторнее, чем казалось снаружи. Из стен торчали длинные, острые как кинжал камни. Нужно было идти медленно и осторожно, иначе был риск напороться на такой каменный штырь. Пол скользкий и неровный: становился то выше, то ниже. Жуткое эхо разносило крики погибших ангелов, и здесь я мог расслышать их последние слова.

«Помогите!»

«Нет, пожалуйста, не надо!»

      Иногда были просто вопли — это была настоящая пытка. Никто так и не смог понять, почему голоса давно погибших по-прежнему блуждали по этим пещерам. Кто-то думал, что это неупокоеные души, кто-то считал, что это магия, а кто-то предполагал, что это лишь иллюзия в голове, и что лишь по-настоящему виновный слышал эти крики. Я не считал себя виновным. Я не несу ответственость за то, в чём виновны другие. Сейчас я не был уверен в правдивости слов Мэйсона. Странно, но я не верил в то, что Ганнибал убил Бэллу. Выходит, он так упорно доказывал мне, что папа был революционером, что не все ангелы имеют ангельский характер и несут лишь добро, и через несколько часов после этого он убивает своим мечом самого милосердного Архангела? Конечно, таким образом он мог убедить меня в том, что он прав, и вынудить ступить на этот опасный путь. Однако он был так искреннен, говоря о дружбе с отцом. Я правда поверил в то, что он был ему дорог. Но теперь всё это было неважно: я шёл на встречу смерти и уже ощущал её дыхание. Буквально. Из глубины пещеры шёл теплый воздух, хотя здесь было прохладно и темно. Очевидно, у меня были суицидальные наклонности. Будь я человеком, мне бы порекомендовали посетить психиатра. Но я не человек, и терапия на меня не действует.       Чем глубже я заходил в пещеру, тем жарче становилось, однако не так как от солнца — это был горячий ветер. По мере приближения я понял, что на самом деле это было дыхание. Существо скрывалось во тьме пещеры, однако я мог слышать его. У него не было ауры, но я знал, что это нечто где-то рядом. Шаг, ещё и ещё, и вот я слышал его тяжёлое дыхание, словно у него был заложен нос и приходилось дышать через рот. Глухой стук ног; он не пытался двигаться тише, ему не нужно было быть незаметным. А затем тихое рычание и стремительное приближение. Мой тонкий слух подметил, что это либо два двуногих существа, либо одно четырёхлапое с двумя головами. Я чётко слышал два дыхания. Мне так и не удалось решить для себя, что хуже: два неведомых противника или один мутант с двумя головами.       Впереди показались две пары красных огоньков, и я инстинктивно шагнул назад. Это было глупо: я привык сражаться с бесами, я родился для этого. Но сейчас, глядя как на меня из темноты выходит нечто невообразимое и неизведанное, мне сделалось страшно, возможно, впервые в жизни. Во тьме пещеры было сложно рассмотреть его как следует, однако я заметил крупную продолговатую лапу, похожую на собачью или волчью, но раз в пять больше, чем у самого крупного представителя этого вида. Раздался злой рык, и я почувствовал, как зверь приготовился к прыжку, но вдруг из глубины пещеры послышался чей-то бодрый голос.       — Фло! Ко мне! — зверь моментально послушался и убежал прочь, на прощание сбив меня с ног неестественно длинным и тонким хвостом. Я ударился, однако сознание не потерял. В глубине пещеры была слышна какая-то возня, а затем послышались ещё шаги, направляющиеся в мою сторону, однако в этот раз они не принадлежали зверю. Это был бес, его ауру я ощутил сразу, а потом он появился передо мной с фонариком в руках. Фонарик? Это так по-человечески. Меня почему-то больше всего удивило именно это. Фонарик в руках беса... Просто анекдот.       — Привет. Ты, должно быть, Уилл Грэм? — он склонился надо мной и одарил задорной, почти мальчишеской улыбкой.       — Знаешь моё имя?       — У нас есть общий друг. Ганнибал Лектер, — он выпрямился во весь рост и подал мне руку, однако я не спешил принимать её.       — Хочешь остаться в пещере? Это рискованно, тебя могут учуять другие Оры.       — Оры? Кто это?       — Ты видел сейчас одного. Одну из них, если быть точнее. Фло моя любимица, она ещё щёнок, но разорвать на части уже вполне в состоянии.       — Это был щенок? То есть вот этот огромный зверь станет ещё больше?! — я, честно сказать, был в шоке ещё и от того, что никогда про них не слышал.       — Ну, так ты идёшь? Или решил до конца вечно в пещере валяться? — в этот раз я принял его руку, он помог мне подняться, и я пошёл за ним к выходу из пещеры. В конце была огромная арка, ведущая в просторный зал. Здесь горели факела, и я смог как следует рассмотреть того зверя, ужином которого чуть не стал. Размером с небольшую лошадь, однако гораздо шире; короткая шерсть не скрывала рельефные мыщцы. Большие лапы, длинный хвост как у рептилии, и две головы. У существа действительно было две головы, похожие на головы собак. Одна из голов увлеченно грызла какую-то огромную косточку, а вторая внимательно следила за нами.       — Вы знаете моё имя, а как ваше?       — Мэттью Браун.       — Значит, это правда... В пещерах начинается темное измерение?       — Это не темное измерение, скорее его отстойник. Тут обитают только бесы, и если у тебя нет покровителя, то ты плаваешь в нечистотах.       — У бесов свой мир?       — Нет. Это просто пещеры, в которых живут и охотятся Оры. Так было до тех пор, пока Ганнибал Лектер не создал здесь более комфортные условия для жизни. Большинство бесов бегают по земле или служат демонам рангом выше, а здесь обитают те, кто не смог устроится ни среди людей, ни под ногами хозяина.       — Так значит вы живёте под ногами Ганнибала Лектера?       — Ну, в некотором роде, но он тут редко бывает. Только если возникает острая нужда, как сейчас.       — И что за острая нужда возникла теперь? — Мэттью посмотрел на меня так, словно я идиот.       — Это ты, дурачок. Ганнибал появился несколько часов назад, выглядел так, словно стометровку за секунды пробежал. Сказал, что скоро в этих пещерах может появиться ангел-воин. Велел обеспечить тебе безопасность и комфорт до его возвращения.       — Человеческий облик тебе тоже он дал?       — Правильно мыслите, мистер Грэм. Ганнибал заботится о нас и, в отличие от других демонов, относится к нам с уважением.       — А разве другие демоны не должны волноваться по поводу того, что у одного из них здесь небольшая армия?       — Им нет до нас дела. До тех, кто живёт здесь, никому никогда не было дела. До прихода Ганнибала мы просто гнили, — Мэттью расспахнул тяжёлую дубовую дверь и мы оказались внутри роскошной гостиной. Такие интерьеры подошли бы королям.       — Ого. Роскошные апартаменты, — я был искренне восхищён увиденным.       — Я сам занимался интерьером, — в голосе Мэттью была гордость.       — Так это твой дом?       — Да, Ганнибал построил для каждого из нас жилище и позволил самим решать, как его обставить.       — Очень великодушно с его стороны.       — Так и есть. Демоны могут не только калечить и убивать, — Мэттью открыл бутылку вина и взял два бокала.       — Я не буду пить, спасибо, — пить что-то в гостях у беса? Да ни за что в жизни.       — Как хочешь, — Мэттью поставил второй бокал и заполнил первый, почти до самых краёв. — Пока мы ждём, я бы хотел немного поболтать.       — Поболтать? О чём же?       — Например о том, как какой-то ангел низшего ранга смог так заинтересовать верховного демона? — я усмехнулся от столь прямого вопроса.       — У меня есть встречный вопрос. Как простой бес смог так понравиться верховному демону, что получил царские хоромы в качестве жилья, а не стал его ужином? — Мэттью весело рассмеялся, чуть не пролил своё наверняка не дешёвое вино.       — А ты мне нравишься. Мы бы с тобой могли подружиться...       — Мне не нужны друзья среди бесов, без обид.       — Никаких обид, однако друзья тебе всё равно нужны. Ведь те, кого ты считал братьями и сёстрами, отправили тебя на верную смерть. Не знаю, чего от тебя хочет Ганнибал, но я бы на твоём месте сделал всё, чтобы удержать его расположение. Ведь от этого зависит твоя жизнь.       — Мне уже ничего не грозит.       — В данный момент — нет. Но однажды твои собратья узнают, что ты выжил, и попытаются убить тебя ещё раз. Вполне возможно, что у ангелов инстинкт убивать гораздо сильнее, чем у демонов.       — Это не так, — я нахмурился. Не нравится мне, куда сворачивает наш разговор.       — Нет? Значит ты не был рождён, чтобы убивать? Мы с тобой мало чем отличаемся: нашу судьбу решили за нас.       — Говоришь так, словно ты непорочен. Скольких людей ты убил? А ангелов?       — Ни одного.       — Что? Не верю.       — Я всю жизнь провёл здесь. Десять тысяч лет. Я ухаживал за Орами, воспитывал, дрессировал. Жил в вонючих, грязных пещерах. Иногда поднимался на землю, в мир людей, но скорее из любопытства, чем из жажды убивать. Мне нравятся всякие человеческие штучки, — он повертел в руках фонарик и указал на полку у дальней стены. Я подошёл ближе, чтобы лучше рассмотреть. Там была самая разная мелочь: блокноты, ручки, карандаши, спички, клей, диск с песнями из фильма «Титаник», статуэтки ангелов(?), презервативы(?!). Что ж, у Мэттью, похоже, была склонность к собирательству всякой мелкой ерунды.       — Ганнибал сказал, когда собирается вернуться?       — Нет, но не думаю, что слишком долго. Он никогда не заставлял себя чересчур долго ждать. Вероятно, ему просто нужно время, чтобы найти тех, кто взорвал его дом.       — Его дом... что?!       — Взорвали.       — А как же эта супер магическая защита?       — На любое заклинание найдётся контрзаклинание. Особенно если очень хочется. Грубо, но эффективно. Несколько магических бомб, которые бросили вслепую, всё-таки попали в цель, ну а дальше дело техники. Плюс эффект неожиданности. У него много дел сейчас, однако он позаботился и о тебе. Видимо, ты ему чем-то очень дорог, — Мэттью с интересом смотрел на меня. Думаю, он ожидал ответа, но я молчал. Очевидно — это была дань памяти моему отцу. Он не смог уберечь его, но защищает меня. Начинаю думать, что Ганнибал Лектер не лишён благородства.       Интересно, что ещё было между ним и моим отцом?