Однажды (не) в сказке

Я стояла и смотрела. И мир мой рушился у меня на глазах. Мои надежды, мои мечты и МОЯ ЛЮБОВЬ. А вокруг был праздник…

- Однажды не в сказке! – И мой тихий шепот заглушили крики восторженной толпы.

***

С ним никогда не было банально и скучно. Каждый день как на войне, каждый раз, как взрыв тысячи атомных бомб в голове. До Великой войны я была глупой Непризнанной, и он посмотрел на меня, выбрал меня, потянулся своим горячим и темным естеством, окутал меня в свои цепи и заставил повиноваться мое сердце. И я влюбилась, влюбилась безрассудно и жадно в самого Дьявола. Тянулась к нему всеми фибрами своей нежной, цветущей души. Каждый раз выбирала его, ждала, и верила, что смогу научить любить самого Сатану. Люцифер - моя любовь и мое вечное проклятье. По воле Шепфа я оказалась втянута в самое жерло горячей и пышущей любви. Жадной и всепоглощающей. Первый поцелуй, первая необузданная страсть, первое признание своих чувств. Мы бились за любовь и шли против правил. Были рядом в трудные времена, сломленные обстоятельствами и запретами, казалось, ничего не может нас сломить, ведь мы нечто большее. Я видела, как рушился старый мир и воздвигался новый. Смотрела на своего Дьявола и тихо скулила от счастья, от трепета и нежности к самому злу. И это была моя погибель. Я пошла за ним в Ад, приняла темную сторону. Я была той, что подавала ему патроны за спиной в его борьбе за трон в Преисподней. И его признали, признали ангелы и демоны, признала Цитадель и Верховные Серафимы, признал сам Шепфа. Я смотрела на него с восхищением и трепетала. Мой Король, мой Царь и Бог. А потом настал мир… Он строил новый Ад по своим правилам и законам. Был свирепым и безжалостным. Не в его правилах было отступать от задуманных целей, и мы стали отдаляться. В какой-то момент в мое сознание проникло жалкое осознание того, что его глаза перестали смотреть на меня жадно и всепоглощающе. Сколько прошло времени 100, 200, 300 лет? Время эфемерно, вы же помните. Каждый день отдалял нас друг от друга, но мое сердце по-прежнему было привязано к нему. Перед ним трепетал весь Ад, его боялись и уважали, а моя душа болела от осознания того, что мой демон снова закрылся и потерялся. Каждую ночь, я выла от душевной боли и понимания своей потерянности для Люцифера. Я ощущала энергию других демониц на его теле и в наших покоях, сжимала кулаки и лила слезы на нашу постель с чужими запахами и энергиями. Видела, как он смотрел на них жадно и несдержанно, при этом отстраненно держа меня за руку. Осознание всесильности развязало Люциферу руки. И я лопнула, банально, как струна натянутая слишком сильно. Бежала от него из замка, но каждый раз мои попытки бегства оказывались провальными. Сколько их было уже и не посчитать. Меня возвращали силой и сажали к его ногам, как любимую игрушку, от которой сложно отказаться. Я видела на его лице коварную ухмылку, а он видел на моем лице безысходность. А дальше были муки... Его голос, холодный и отрешенный, засел в моей голове. - Дорогая, ты посмела ослушаться своего Короля и будешь за это наказана! Не смейте ее жалеть, она должна понять, что не оправдала моих ожиданий. Но физические мучения для бессмертных ничто по сравнению с душевными. Сидя очередной раз в затхлой камере, с измученным от ударов плетью телом, я в бреду шептала мольбы Всевышнему об отпущении. Я жаждала сбежать, жаждала получить глоток свежего воздуха, жаждала сохранить хотя бы маленькую толику своей истерзанной цветочной души. Каждому дается страданий по его силам. Но моих сил уже не оставалось. И я стала смиренно ждать освобождения. Только вот от чего: от Люцифера или от моей все еще бьющейся любви к нему. И этот был самый настоящий Ад. Время тянулось медленно. Каждый день я стояла с высоко поднятой головой возле чудовища, которого любила всем своим израненным сердцем. Во мне осталась моя гордость. Я видела массовые казни, пытки неуместных и предателей, масштабные пиршества, напоминающие дикие вакханалии с драками и оргиями и не понимала, как могла оказаться частью этого. Натягивала обольстительную улыбку каждое утро и шагала с ней по Преисподней. Каждый день, каждый гребаный день, в течение вечности. Но больше всего я ненавидела ночи. Ведь ко мне приходил Король. Это был не мой Люцифер, не тот страстный демон, который любил меня своим огнем и топил в нежности алых омутов, это был жадный до удовлетворения своих похотей Сатана. Он брал мое тело, как хотел и где хотел. Грубо и безжалостно, оставляя метки в виде засосов, синяков и кровоподтеков, и я терпела. Терпела даже это, в жалкой попытке отыскать в его взгляде моего любимого, но каждый раз натыкалась лишь на кроваво-красные глаза чужого мне существа. Из ночи в ночь страдало мое тело, а после его извращений, выла и душа. Таких ночей были сотни, но последнюю, я запомню на все свое бессмертие…

***

Я проснулась не от громкого хлопка дверью, как это обычно было, а от нежных поглаживаний щеки, которые теплом отдавались на гладкой коже. Открыв глаза, я увидела его, сидящего на коленях рядом с кроватью, моего старого Люцифера. Его глаза смотрели на меня с какой-то давно забытой теплотой, усталостью и молили о прощении. В них была тоска и сожаление. Я невольно вспомнила все, то лучшее, что было между нами, что бережно хранила где-то в глубине себя. Легкий поцелуй в губы, его нежные касания моего тела, которое помнило о нем и отзывалось волнами любви и желания к нему. Эта была одна из самых лучших ночей за долгое время, ведь именно в ту ночь он любил меня, и я отдавала ему всю себя. Мы горели от нежных касаний по телу, от губ в самых желанных местах, от сплетенных рук, от слов любви, которые шептали друг другу в порывах нежной страсти. Он возносил меня на небеса, и мое сердце трепетало от столь забытой и желанной нежности. - Глупая, моя глупая Непризнанная! – Он шептал мне, сбившимся от сладких движений, голосом. И эти слова я вбирала в себя как каплю живительной влаги в самый жаркий день. Я ласкала его тело, вспоминая, каково это обводить тонкими пальцами контуры его красивых татуировок, гладить его мужественные скулы и шею, зарываться носом в его алые перья на величественных крыльях и касаться губами его чуть огрубевших губ, касаться самой его души. Вспоминала, каково это отдавать себя всю без остатка и получать в ответ не меньше. Я любила, он любил, мы любили, плавились и раскалялись в объятиях друг друга. Впервые за столь долгое время я заснула в его теплых объятиях, укрытая его нежными перьями на тыльной стороне крыла, абсолютно счастливая и любимая. А потом он ушел, оставив после себя выжженное поле… Он не пришел ни на следующий день, ни через неделю. Пропал на месяц, по каким-то срочным дипломатическим делам. И я ждала, ждала послушно и верно, ведь мой мир ломался и изменялся от недосказанности нашей последней ночи. Я желала его увидеть и почувствовать себя снова любимой, услышать заветные слова, хотела, чтобы он снова прикоснулся к моей пылающей цветочной душе.

***

Тишину очередного утра, разбил стук в двери моих покоев. Слуга молчаливо поклонился и передал коробку с запиской. Трясущимися от непонимания руками, я открывала коробку, в которой было элегантное платье цвета его глаз, струящийся шелк ласкал кожу пальцев. Я не могла оторвать взгляд от подарка, сердце билось в предвкушении.

«Сегодня бал в честь Короля Преисподней и его Королевы. Будь готова к 00.00 ночи. Л.»

Именно в тот момент я поняла, каково это прокатиться на американских горках своих чувств. Кажется за тот день, я испытала всю палитру эмоций. Время тянулось бесконечно долго, и я в нетерпении ожидала, когда долбанная стрелка часов пробьет двенадцать, что бы увидеться с ним. Платье, подаренное моим Королем, сидело просто великолепно. Идеальный макияж и легкие локоны, цвета вороного крыла, спадающие на мои обнаженные плечи. Перья на больших и сильных крыльях трепыхали от предвкушения и волнения. Я выглядела, как искушенная и статная дьяволица, и, казалось бы, не было того времени, когда мир рушился у меня под ногами. Ровно в полночь я стояла на втором ярусе главного тронного зала и с восхищением наблюдала за церемонией. Высшие демоны, дьяволицы в шикарных платьях и в нелепо вычурных драгоценностях, роскошное убранство – все кричало, о великом торжестве. Я чувствовала, его энергию, мощную, тягучую, как лава, он пах Адом, нет, он им и был. Моим личным Адом, в котором мне нет спасения. Эмоции мои развеял, оглушительный рев. - Преклонитесь! Сатана и его Королева. Люцифер Денница и Ламия Денница. Они возникли в самом центре зала, прямо к подножию, возведенных ранее, двух массивных тронов. Могучие и страстные. Он обвивал ее талию своей сильной рукой и что-то жадно шептал ей на ушко, как будто не было всего это торжества, как будто не существовало никого кроме этой дьяволицы рядом. А я стояла и смотрела. И мир мой рушился у меня на глазах. Мои надежды, мои мечты и моя любовь. А вокруг был праздник… - Однажды не в сказке… – сорвалось с моих губ, и этот тихий шепот заглушили крики восторженной толпы. «На горло себе наступлю, но не покажу ему… не покажу!». Всего лишь гордая непризнанная, с безучастным лицом и разбитой душой. В этот вечер я надеялась сказать ему то, что перевернуло бы его жизнь навечно. Под сердцем я носила его наследника, это был сын, но теперь он вряд ли об этом узнает. Я сделаю все, что бы он не узнал кто его отец. Я буду любить теперь только его и закрою свое сердце от других. Он будет достойнейшим. Теперь это будет моим смыслом и целью. Я сильная. Подняв полный решительности взгляд на Люцифера, я столкнулась с его огненными омутами. Он смотрел на меня, а на его лице играла хищная ухмылка.

После этого взгляда моя жизнь разделилась на ДО и ПОСЛЕ.

- Прощай, моя любовь, - и это мой последний шепот ему. Я знала, что он услышал, чувствовала, но это уже не имело никакого значения. Гордо развернувшись, я медленно вышла из зала, что бы навсегда скрыться в водовороте и покинуть этот праздник не моей души.