Серийные убийцы.

Как же хлопотно! И почему он не может просто исчезнуть, как в компьютерных играх? - больше всего в своём хобби Эндрю ненавидел именно этот процесс - избавление от тела. Тяжёлое и окоченевшее, вонючее и грязное, оно вызывало лишь отвращение, а каждое прикосновение к нему выводило Скота из себя. Трупы абсолютно его не привлекали, но, к сожалению, с ними приходилось мириться, ради того что им предшествовало: Именно ради момента ощущения полной власти и всесилия, невероятного душевного и эмоционального подъёма Скот мог простить трупу его отвратность! Конечно, можно было бы и не убивать жертв окончательно, отвозя их ещё живых в лес, куда ему и так придётся тащить трупы, и связав, оставлять их умирать самостоятельно или добивать на месте, но этот способ нёс за собой слишком много риска, а Скот, сильнее чем возиться с мёртвым телом, не хотел оказаться в тюрьме или на электрическом стуле, что, в случаи выживания или нахождения хоть одной его жертвы, было бы почти свершившимся фактом. Другой же причиной обязательного умерщвления был его азарт, он не умел вовремя остановиться, чтобы растянуть удовольствие, насладиться одним человеком несколько раз, стоило ему начать свои изыскания и веселье, как его отпускало лишь в момент последнего вздоха того мяса, что оказалось его попутчиков сегодня. Но как же это было чудесно! Наблюдение за тем, как тело покрывают рубцы царапин, как синеют перетянутые зубной нитью пальцы и конечности, как оттягивается кожа в момент вырывания волосков на голове или теле! И это лишь начало его игры. Стоило сделать иголкой достаточно глубокую дыру до жирового слоя, как начиналось самое интересное - выдавливание того самого жира. О как же весело он течёт в перемешку с кровью, сначало маленький жёлто-красный шарик, что увеличивается до того момента, как натяжение его не выдерживает, и он, лопнув, начинает растекаться по телу, рождая причудливые узоры, даже жаль их вытирать, но, чтоб получить новый шарик, приходиться. Ещё весело играть с лицом, так любопытно смотреть, как оно искривляеться от боли, как мечутся глаза, пытаясь убежать от иглы, ведь веки, приклеянные скотчем к бровям, а точнее к тем окровавленным участкам, где они были раньше, закрыть невозможно. А как потом этот глаз трескается? Это ведь просто не передать словами! Глаз вытикает, сдуваясь как прохудившийся мячь! Так весело тыкать в образовавшуюся глазницу пальцами, стараясь выскребать остатки глазного яблока, смотря при этом на дёрганье жертвы и наслаждаясь ужасом в другом, оставшемеся глазу! А руки! О как же они интересны, так любопытно на сколько они отличаются у разных людей! У одних пальцы невероятно гибгие, гнуться даже в обратную сторону! У других - короткие, как мини сосиски, и прямые, как палки, такие пальцы при попытке развить их гибкость так звучно хрустят, особенно весело если выскакивает кость, можно с помощью пилки для ногтей начать её подпиливать, как жертва мычит и дёргается в этот момент, загляденье! А спина, это же полотно! Какие рисунки и надписи можно на ней начертить - такой простор для фантазии! Можно вырезать участки кожи и мышц над каждым позвонков и вбивать в них гвозди! Жертва тогда становиться похожа на крокодила, и это выглядит так смешно! Крокодил, связанный по рукам и ногам, что на плёнке, растеленной по полу, ворочится как гусиница, в луже собственной крови и жира, обляпляя себя волосами, что плавают в них. Как веселит наблюдение за тем, как он, мыча и плачя, заливает солёной водой пустую глазницу, пытаясь унять боль или просто конвульсируя от задетых нервов и болевого шока - Такое смешное и нелепое зрелище, что меня буквально разрывает от смеха. Я даже иногда прокусываю собственный палец через перчатку, пытаясь его унять, так мне весело и хорошо в этот момент! Да, это стоит того чтобы возиться с трупом! Стоит! Но всё же жаль, что он не может пропасть, как тела поверженных врагов в играх, ужасно жаль.