Спаси мою жизнь

Сегодня был удивительно тяжёлый день и я ооооочень хочу спать. Однако подумала, что пусть и с опозданием, но я выложу запланированную главу, что бы порадовать вас) Учитывая, как долго вы меня ждали всё это время. Так что, лечь чуть позже — это меньшее, что я могу сделать. Надеюсь, вам понравится)*

Глава 66

      Впервые за свою жизнь Зартан почувствовал такое колоссальное давление. Сейчас обстоятельства были сильнее него и это вызывало неприятные чувства, но он точно знал, что в этой комнате есть тот, кому гораздо хуже.       — Надеюсь, ты не возненавидишь меня за это… Но у меня нет другого выхода. Прости.       Зартан опускает левую руку в воду и касается возбуждения Тиана, обхватывая его ладонью. Он успевает совершить всего одно движение вверх, но этого оказывается достаточно, чтобы прийти к финалу.       «Всё не так страшно, как я думал».       Зартан был готов радоваться, что всё так быстро разрешилось. Оставалось достать Тиана из воды, завернуть в полотенце и, после тщательного высушивания, уложить в постель. Вот только, если задуматься, всё прошло слишком гладко… даже очень. От того и поверить тяжело. Тяжело и страшно. После стольких потрясений вроде как должен наступить просвет, но слишком опасно доверяться этому затишью. Самые густые тени всегда перед рассветом, поэтому Зартан не успокоится, пока не наступит этот самый рассвет. Помимо этого, есть ещё одна странность. Несмотря на столь интимное прикосновение в своём чувствительном состоянии, Тиан не издал ни единого звука.       «Пусть его разум и находится под контролем, но он всё ещё способен соответствующе реагировать на такой сильный триггер».       Обернувшись, Зартан увидел тот же пустой взгляд. С одним лишь… едва заметным, но серьёзным отличием. В самой глубине всё столь же прекрасных глаз плескалось болезненное отчаяние. И он так же увидел причину тишины, которая беспокоила и озадачивала не меньше: острые белые зубки до крови прикусывали губу, запирая даже малейшие звуки. Рана была настолько глубокой, что несколько тоненьких красных струек уже стекли по подбородку и упали, растворяясь в воде.       — Нет-нет-нет, не нужно так делать. Хороший мой, разожми зубки, — Зартан нежно гладил лицо Тиана стараясь до него достучаться. Он поверить не мог, что не заметил, как тот поранился. — Ну же, не делай себе больно. Давай… Вот так. Очень хорошо. Молодец. Ты молодец.       Зартан осторожно провёл мокрым пальцем по подбородку и нижней губе, стирая кровь. Рана затянулась на его глазах.       «Хорошо, что я не снял браслет».       Вода остывала всё больше. Он бы очень хотел успокоить тревогу Тиана, чтобы из его глаз пропал страх, но держать его в холоде, после того как он и так простоял босой в коридоре, не хотелось. Из-за сегодняшних событий, подвергших организм нешуточному стрессу, вероятность заболеть только увеличивается. Зартан быстро нашёл в шкафу большое махровое полотенце.       — Солнце моё, сейчас я вытащу тебя из воды и укутаю в полотенце. Не пугайся.       Зартан легко поднял Тиана на руки, а после поставил на пол, на всякий случай придерживая. Тот был безволен, но ни в коем случае не ослаблен, поэтому ему было по силам стоять ровно. Обернув мокрое тело полотенцем с головы до пят, Зартан вновь поднял своё счастье на руки.       — Давай вернёмся в комнату, и я тебя высушу.       Надеяться на ответ даже не стоило, не известно, слышит ли вообще его Тиан, но Зартан продолжал говорить с ним. Пусть это и маленькие реакции, но они всё же есть и дают хоть какую-то надежду. Нельзя точно установить на что происходит реакция: слова, голос, интонация или прикосновения, а может и всё вместе. Остаётся только продолжать.       В комнате за время их отсутствия ничего не поменялось. Это и не удивительно. Все в поместье сейчас заняты, а даже если и хотят помочь, то по вполне определённым причинам не могут.       — Ну, ничего, мы и сами справимся.       Тиан на руках совсем не шевелился. Его лицо загораживало полотенце и нельзя было увидеть глаз. Однако, Зартан был уверен, что тот не спит. Несмотря на насыщенность прошедшего дня и сложность наступившей ночи, любой другой валился бы с ног, но тело на его руках слишком напряжено.       Усадив свою ношу на постель и присев перед Тианом на колени, Зартан снял полотенце с его головы и, взяв прихваченное из ванной поменьше, принялся высушивать волосы. Красные глаза всё так же выглядели застывшими. Они больше не были «приклеены» к двери. Теперь просто смотрели в одну точку. И этой самой точкой был Зартан, но невидящий взгляд проходил будто бы сквозь. Временами, на самом его дне проскальзывали отголоски эмоций. Настолько слабые и едва заметные…       Зартан может лишь отчасти представить, что сейчас переживает его маленький целитель. Каждый раз, когда они выслеживали очередную группу одичавших и спасали похищенных детей, кровь закипала от уведенной картины и понимания в каком аду те находились. Вот только слишком большая разница разделяет того, кто понимает эти чувства и того, кто непосредственно их испытывает. Эта касается абсолютно всего.       — Скорее бы ты выбрался из этого кошмара, — Зартан с сожалением и болью смотрит на ещё совсем недавно оживленного, а сейчас безразличного Тиана.       Влажные волосы в полном беспорядке и представший перед ним образ вполне можно было бы назвать милым или даже забавным, вот только ситуация не давала выдавить даже улыбку.       — Очнись скорее. Мы все с нетерпением ждём твоего возвращения, — осторожно касается лица, нежно проведя большим пальцем по щеке. — Я тебя жду… Очень.       Закончив с волосами, Зартан принимается стирать оставшуюся влагу с тела Тиана, медленно и мягко промакивая каждый сантиметр кожи. Достаёт сперва одну руку, потом другую. Опускает большое полотенце, одновременно протирая им узкую спину. Затем приходит черёд груди. На взгляд Зартана, у Тиана потрясающая фигура. Он замечал это и ранее. Вся одежда, пусть она и не отличалась разнообразием цветов, лишь подчёркивала привлекательность. Можно было лишь догадываться, насколько изящные линии прячутся под тканью, строя мысленные образы прекрасного. И эти образы заставляли сердце волнительно биться. Подумать только, что лишь какие-то мысли могли нарушить тщательно выстроенное спокойствие и выдержку. Трудно было представить, что может случиться если он всё увидит воочию. Будет ли трудно сдерживать своё желание? Сколько времени вообще продержится его выдержка? Минуту? Пять? Или несколько секунд? Вот только всё случилось не так, как он хотел. Не та ситуация и не те обстоятельства. Сердце спокойно, дыхание ровное, мысли кристально чисты. Нет никакой эйфории, хотя перед ним то, о чём он мечтал. И нет никакого физического отклика, несмотря на абсолютную сексуальность тела перед ним. Нет, он не разочарован увиденным, скорее даже наоборот. И желание коснуться никуда не исчезло. Вот только…       «Нужно быть полным извращенцем, чтобы испытывать возбуждение в таких обстоятельствах».       Вновь сосредоточившись на текущей задаче, Зартан продолжил своё дело. Он был рад, что несмотря на прохладный душ, Тиан быстро согрелся. Всё же не хотелось подвергать его опасности простудиться после и так непростых событий. Когда с обтиранием верхней части тела было покончено, настал черёд нижней. И как только Зартан распахнул полотенце, он понял, что сложности не закончились. Проблема, с которой они разобрались в ванной, появилась вновь.       — Значит, дело не в том, что ты согрелся, — тяжело вздыхает. — Это возбуждение вернулось.       Жар постепенно нарастал, а вместе с ним изменилось и дыхание Тиана. Зартан слышал, как в тишине комнаты бухает маленькое сердечко. В его быстром ритме смешиваются всё увеличивающееся желание и страх.       — Нужно ли использовать тот же способ? — и тут в голову Зартану приходит мысль: — А что, если в тот раз помогла вовсе не вода? Жар значительно снизился после…       Вампирам не свойственна высокая температура тела, они же не оборотни. Обе эти расы болеют редко, но всё же такое случается. И именно вампирам тяжелее всего в такие моменты. Даже люди, которые значительно слабее, лучше переносят тяжёлую простуду. У Тиана к тому же проблема с регенерацией. Ему не справиться с внутренним жаром. Это лишь предположение, но если температура тела и правда спала после того, как была устранена проблема с возбуждением, то…       «Стоит попробовать».       Выровняв одеяло, на котором сидел Тиан, Зартан осторожно укладывает того поверх. В душе неприятный осадок от того, что сейчас произойдёт. Тиан ничего не может сделать. Он лишён права голоса в этой ситуации.       — Прости меня… — касается лица, убирая мешающие пряди.       Больше терять времени было нельзя. Жар стал настолько сильным, что его можно было ощутить не касаясь. Надеясь, что и сейчас всё пройдёт как в тот раз, Зартан просто обхватил возбуждение Тиана ладонью и сделал несколько движений рукой. Пусть и не сразу, но дело завершилось так же быстро. Маленькое влажное полотенце Зартан использовал, чтобы убрать следы. Вот только… ничего не закончилось. Жар даже не спал, а возбуждение вернулось вновь уже через минуту. Повторные действия ни к чему не привели. Теперь даже после разрядки не происходило никаких физических изменений.       В голове проскользнула мысль, которую не хотелось признавать, но она была единственной разумной в данных обстоятельствах. Если тот, кто всё это затеял, знает прошлое Тиана и хочет причинить непоправимый вред… И если происходящее сейчас не последствие снятия гипноза, а заранее спланированные события, то всё складывается.       — Выходит, полумеры нам не помогут.       Зартан поднимает взгляд на лицо Тиана. Вновь до крови закушенная губа от страха произнести малейший звук. Боль и отчаяние в самой глубине алых глаз и дорожки слёз в уголках.       Если его размышления верны, а он в этом, к сожалению, уверен, то им придётся это сделать. Зартан зажмуривается до белых кругов перед глазами. Тошно от того, что нет времени подумать и найти другой выход. Ему даже спросить не у кого. И нет времени на сожаления.       Из своего БС, с которым так и не расстался за всё время, особенно он его берёг после проведённой Тианом модификации, Зартан достаёт травяную мазь. У неё приятная текстура и она хорошо заживляет раны. Как нельзя лучше подходит для их безвыходной ситуации. Кто бы вообще мог подумать, что ей найдётся такое неординарное применение.       Сняв грубый ремень и рубашку, чтобы случайно не поранить или не раздражать чувствительную в данный момент кожу, Зартан ложится рядом, как можно ближе, делая их контакт максимально тесным. Левой рукой он касается лица Тиана, совсем немного заставляя того повернуть голову в свою сторону. Их взгляды встречаются. Точнее аметистовые глаза, полные сожаления и вины, заглядывают вглубь безразличных алых. Это должен был быть самый романтичные момент, но не судьба.       — Хороший мой… — Зартан старается подавить невольно вспыхивающее раздражение и злость, чтобы случайно не навредить Тиану. — Прости меня за то, что сейчас произойдёт, — шепчет едва слышно, нежно проходясь большим пальцем по щеке, поглаживая. — Я готов до конца жизни на коленях вымаливать у тебя прощение. Когда ты очнёшься… Я сделаю всё… Всё, что ты скажешь, — стирает мокрую дорожку в уголке глаза. — Только прошу, не замыкайся в себе. Можешь возненавидеть меня, если тебе так будет легче, но не прячься вновь в свою ракушку.       Тиан казался достаточно замкнутым и пугливым, когда они только встретились. Его поведение значительно отличалось от привычного для его возраста. Сейчас подоплёка этого стала понятна. Нахождение в плену оставило сильный отпечаток и Зартан понимает, что Тиану было сложно начать контактировать с кем-либо, что уже говорить об отношениях. Если его похитили, когда он был совсем маленьким, то он не только не пробовал, но и не думал о том, чтобы встречаться с кем-то. Выходит, что их только зарождающиеся чувства для Тиана незнакомы и новы. Это его первая влюблённость и первая попытка романтического сближения. Хотя, если вспомнить, происходящее между ними, то Зартан уверен, что его маленький целитель пока не осознал в полной мере своих чувств.       Пусть тот, кто нацелился на Тиана, желал причинить ему сильнейший психологический вред, ведь всё свелось бы к очередному принуждению, но Зартан со своей стороны намеревался подарить максимум нежности и любви. Даже, если Тиан не будет помнить, с ним могут остаться ощущения. Зартан хотел бы показать, что происходящее между двумя созданиями способно приносить небывалую радость и восторг. Это достаточно заносчиво с его стороны, но он хотел бы своими действиями стереть всё плохое.       — Ты самая большая радость и счастье, что со мной случились. Ты лучик света в моей темноте.       Они находились настолько близко, что горячее дыхание Тиана обжигало Зартана, а гулкие и тяжёлые удары сердца были слышны едва ли не возле самого уха. Хотел ли он когда-нибудь заполучить это тело в свои руки? Хотел ли ощутить под пальцами гладкость кожи? Увидеть приоткрытые от возбуждения влажные губы и замутнённый желанием взгляд? Конечно хотел. Вот только в некоторой отдалённой перспективе. В ближайшем будущём он хотел иметь возможность свободно держаться за руки и получить право на первый поцелуй, потом на второй, а позже и на все остальные. Желания Зартана были достаточно просты и полны уважения к своему партнёру.       — Пожалуйста, прости меня, — больше не отвлекаясь на мысли, он подаётся вперёд и касается губ Тиана, захватывая их в плен поцелуя. Нет никакого сопротивления или поощрения на эти действия. Он будто целует куклу. Красивую и совершенно бесчувственную. Вот только в его руках не бездушный манекен, а живое создание, которое не только может, но и будет реагировать на происходящее.       «Вопреки ожиданиям врага, я подарю тебе настоящее наслаждение».