xoxo

— отличный отчет, ацуши-кун! правда, у тебя тут слегка чернила смазались, хе-хе. «мозги у меня смазались», — думает накаджима, а на деле говорит: — дазай-сан, вам так удобно стоять? дазаю на самом деле очень удобно. все началось с того, что наставник подошел посмотреть отчет по последнему заданию, а в итоге прижал оборотня куда-то к столу, упираясь в складку ткани между ног коленом. и пока оба стоят, усердно стараясь не пялиться друг на друга и удивительным образом сохраняя равновесие (куда уж тут без уникальных способностей великолепного дазай-сана), между их лицами остается буквально несколько сантиметров; можно протянуть перебинтованную ладонь прямо до носа тигра. осаму ухмыляется и отвечает: — конечно, но, если тебе — нет, я сменю позу. а ацуши стоит два вопроса: первый — чуть ниже пояса, заставляющий чувствовать себя просто ужасно неловко, а второй — как намекнуть эсперу напротив, чтобы тот действовал не так томительно. впрочем, ждать долго не приходится, потому что чужое колено начинает напирать чуть сильнее в области паха и немного двигаться, будто пытаясь раздвинуть тигриные ноги еще больше. уши накаджимы краснеют больше, чем накахара-сан, когда злится. дазай тянется к вороту его рубашки, аккуратно растегивает несколько пуговиц, приспуская галстук. — ацуши-кун, хочешь я скажу тебе нечто уморительное? тигр правда не знает, насколько больше еще можно залиться краской, когда хололные длинные пальцы начинают очерчивать его ключицы. — п-попробуйте, — от волнения, возбуждения и этих идиотских бабочек в животе ацуши запинается и резко выдыхает, когда наставник заново мягко надавливает на промежность. дазай наклоняется к нему ближе, дыша почти что в губы (невероятно, дазай-сан и впрямь великолепен): — я люблю тебя. и все. больше никаких намеков, все можно выкладывать на чистоту, и от этого у накаджимы буквально голова кругом. у него в целом ноги подкашиваются от того, что чьи-то губы соскальзывают на его, а чей-то язык проскакивает в рот. мозги действительно смазываются, расплываются. думать даже незачем, просто хочется человека перед собой. — я вас тоже, — хрипит ацуши, когда осаму наконец отстраняется, хотя дыхания как раз хватает только на эти три слова. дазай про себя хихикает, потому что даже сейчас, раскрасневшийся кохай выглядит просто очаровательно. в общем, осаму смущается во второй раз в своей жизни, когда оборотень быстро прикусывает свой палец правой руки. он обещает потом рассмотреть каждый уголок его тела бережно и досконально. колено сменяют ловкие руки, вырисовывающие узоры на ткани в области паха, и, честно сказать, это просто превосходно. ацуши дерганно вздыхает, когда молния застежки съезжает вниз, и чужие (родные) руки обхватывают его всего еще ближе. миг третьего признания в любви кажется просто бесконечным, и им обоим не хочется, чтобы он заканчивался.