Emotional exhaustion

Новый день, к сожалению, наступил.

***

November 7.       Мне приходится вставать очень рано, чтобы не опаздывать в школу. Уроки начинаются в 8:30, что, конечно, мне не нравится.       Сейчас идёт второй семестр, месяц ноябрь. Я запомню эту осень навсегда. Слишком насыщенными получились первые два месяца учебы — насыщенными негативными эмоциями. И до какого момента я буду просыпаться с такими мыслями и жить прошлым?       Мама ещё спит и сегодня работает из дома. Она много трудится, не всегда успевает отдыхать, поэтому я стараюсь как можно тише собраться и уйти, чтобы её не разбудить.       Первым делом иду в ванну. Утренняя рутина довольно простая: умываюсь, чищу зубы, в который раз замечая, что после сна брекеты оставили кровавые следы на слизистой. Расчёсываю волосы и надеваю линзы — со зрением не повезло.       Осталась только одежда, тут выбор небольшой — бледно-лиловая рубашка, тёмно-красный галстук, который буквально меня душит, жилет светло-кремового цвета и коричневая юбка. Как всегда одно и тоже, зато думать над тем, что надеть — не надо.       7:30, значит, пора выходить. Достаю первую сигарету за этот день и чувствую, что все ещё живу. Уже скоро, когда выйду из метро, меня охватит раздражение, потому что видеть компании друзей: счастливые лица, слышать их смех — отвратительно. Самое страшное, что я понимаю, почему бешусь. Зависть — ничего более. Ведь и сама была в такой компании, но всё когда-то кончается, иногда не так сказочно, как хотелось бы.       Не думайте, что у меня нет друзей, они есть. Однако, их количество сократилось в три раза. Остались только…       — Томоко! — вот одна из выживших.       — Хитоми, и тебе доброе утро, — я улыбнулась. Постаралась сделать это с особенным теплом, ведь она достойна этого. Flashback:       — Ребята, помогите, пожалуйста, Томоко освоиться тут, она недавно переехала и очень волнуется, не обижайте её.       — Мы поможем! — выкрикнули ребята. Всего три человека и одна из них, девочка с необычной внешностью, стала мне самым близким человеком. Now days:       Прошло десять лет с нашей первой встречи, а мы с Хитоми все также вместе: всегда помогаем друг-другу, хоть и немного отдалились из-за нехватки свободного времени. Она — та самая девочка с необычной внешностью: ее брови и ресницы разного цвета — одна сторона светлая, а другая темная. Она — тот самый луч в конце моего туннеля.       — Томоко, я конечно понимаю, что сама не идеал, но не хватит ли тебе курить? — с явным недовольством спросила подруга.       — Дай подумать, — делаю вид, будто реально «напрягла мозг», ответ все равно очевиден. — Нет, не хватит.       Я достала ещё одну сигарету. Всё-таки в школе покурить не получится, а сейчас прекрасное время, воздух не слишком холодный, горло не заболит.       Желанная затяжка. Я чувствую, как дым заполняет мои легкие. Становиться лучше, могу не думать о чём-то серьезном, а просто наслаждаться моментом.       — Что это у нас тут? — одна секунда и я вижу перед собой его. Всё так хорошо начиналось.       — Что ты делаешь? — злость моментально заполонила меня. Он отобрал у меня сигарету. Угроза уровня мстителей. — Яхаба, какого…       — Томоко, я просто о тебе забочусь, — проговорил с улыбкой, а потом взял и выбросил сигарету. Растоптал мою жизнь.       — Ты… Ты серьезно? — поднимаю глаза с земли, вглядываясь в его лицо. — Какая нахрен забота?       Парень свыбесил меня этим поступком и явным желанием очистить свою карму, но контроль — далеко не лучший вариант, тем более со мной. После затягивающейся тишины поправляю лямку рюкзака, начиная отдаляться от Шигеру.       —Пойдём, Хитоми.       — Подожди! — опять решаю убежать от своих проблем, хотя это просто разговор. Отличное начало дня.

***

      — Шигеру, слушай, — начал говорить капитан команды, — а что у тебя с той девушкой, о которой ты постоянно говоришь? — часть тех, что остался в раздевалке после тренировки, замолчали. Много кому было интересна эта ситуация. Шигеру единственный, кто общался с девушкой так близко.       — М? В каком смысле? — он покраснел. Конечно ему не хотелось рассказывать всю историю их «дружбы» с Томоко, которую сам и испортил.       — Просто, — продолжил Ойкава, — мы вчера с Ива-чаном видели её на волейбольной площадке и я задал ей такой же вопрос, — после этих слов, взгляд Тоору переместился на друга. Иваизуми напрягся, что не скрылось от его глаз.       — Мы… — поджимает губы, чтобы не наговорить лишнего. — Между нами ничего нет, — голос Шигеру стал тише. Он понимал, что сделал больно, понимал, что сам виноват в том, как сложилась ситуация. — Раньше мы были лучшими друзьями, — его голова опущена, а руки быстро складывают потную форму в большую спортивную сумку. — Спасибо за тренировку, я пошёл, — он почти также, как и Томоко, убежал от разговора.       Ойкава какое-то время, после исчезновения из раздевалки сокомандника, смотрел на дверь.       — Ива-ча-а-ан, — к этому времени почти все разошлись, — тебе не кажется, что вся эта ситуация довольно странная? — глаза Тоору бегали по лицу друга.       — Может быть, — без особого энтузиазма ответил Иваизуми.       — Эти ребята подогревают интерес к своим личностям, если Шигеру мы знаем давно, то ту девушку нет и, — в который раз он получил подзатыльник от Хаджиме, — эй, за что?! — сделав обиженное лицо, спросил Ойкава.       — Хватит забивать голову бредом.       Убрав инвентарь, они вышли из зала. Прохладный ветер остужал разгоряченные после тренировки тела волейболистов. Из-за резкой смены температуры, щеки и нос покрылись румянцем.       — Тебе когда-нибудь хотелось отношений? — утомленный Ойкава решил нарушить тишину.       Этот вопрос определенно ввёл в ступор доигровщика. Хаджиме никогда не интересовали отношения. На это надо тратить слишком много времени, нервов, а все его свободное время было занято учебой и волейболом.       Да и с кем? Все девушки крутились вокруг Тоору, на него не обращали внимание, он вроде и не хотел внимания. А может просто закрывал глаза на свои желания.       — Нет, не хотелось, — спокойно ответил Иваизуми. — К чему такие вопросы, Дуракава? — никакой агрессии в данный момент. Он устал и тратить силы ещё на излишнюю эмоциональность, совсем не хотелось.       — Ну-у-у, — протянул сеттер и завёл две руки за голову, — помнишь я был в отношениях?       — Ага, — на улице спокойно, поэтому друзья двигались в сторону своих домов, разговаривая как можно тише, будто боялись спугнуть умиротворённость.       — Так вот, — продолжил Тоору, — отношения — это конечно сложно, но в тоже время, они дают мотивацию двигаться дальше ради человека, который всегда рядом. Ты всегда можешь попросить о помощи и будешь знать, что не один, конечно, для этого есть и друзья, но ты же не сможешь обнимать и целовать их, когда тебе вздумается? — он грустно ухмыльнулся. Воспоминания о девушке, которая бросила его из-за волейбола, всплывали в самые разные моменты.       Иваизуми всегда знал, что Ойкава носит маску на публике. Тот Тоору, которого видят почти все — не настоящий. А перед ним, Ойкава может позволить своим настоящим эмоциям выйти наружу, и то — это редкость.       — Может, — продолжил капитан, — если найду себе пару, мне станет легче? Хотя, я не должен перекладывать все свои проблемы на плечи какой-нибудь хрупкой девушки, — они приостановились, Ойкава прикрыл глаза: всё-таки Тоору выглядел слишком измученным, ему точно нужен отдых от волейбола. — В отношениях нужно не только принимать нежность, заботу, любовь, но и отдавать, а я пока что не могу этого сделать.       Его слова заставили задуматься доигровщика. Точно ли ему не нужны отношения? Точно ли ему не нужно внимание и тепло от другого человека и не хочет ли он делиться тем же? К этому разговору он возвращался ещё долго, прокручивал в голове одни и те же мысли, вплоть до того момента, как заснул.

***

      Я еле как доехала до дома после школы. Хотелось просто заснуть и не проснуться.       Меня до сих пор напрягает ситуация с Яхабой. Мы так и не поговорили нормально после того случая. Шигеру шёл на контакт, но выяснять отношения, после всего, что он успел наговорить — не хотелось.       Решаю выйти на улицу, подышать свежим воздухом, а потом сесть за уроки в более бодром состоянии. Как бы мне не хотелось ничего не делать, но приходиться выходить гулять, мама заставляет. ssshhhiiittt — Самый грустный.       Отличный выбор. Под любимую песню выхожу на улицу. *Ещё одну, пожалуй, покурю, ведь я не тороплюсь Опять я грустный, в это место никогда я не влюблюсь.       Из моих размышлений меня вывела вибрация от сообщения: Шигеру. Мы можем поговорить?       Может все-таки перестать бегать от проблемы в виде Яхабы и решить все сейчас? Недолго думая, отправляю ему ответ:

Сестренка Томоко Ладно. О чем?

*Как ты представляешь свою жизнь? И что ты видишь? Шигеру. С чего бы начать По-поводу моего отношения к тебе. Мне сказали, что все моё общение с тобой — ложь.

Сестрёнка Томоко

Так и было.

* Ты якобы свободен можешь всё, что хочешь, нет оков Почему же наша жизнь тогда игра про мудаков?? Шигеру. Поверь, все было искренне. Я был на эмоциях и мне очень стыдно за те слова, которые тебе наговорил. Flashback: October 7.       — Ты ничего не хочешь мне сказать? — Томоко прибежала к нему. Опять. Она всегда была рядом тогда, когда это было нужно ему. Сейчас нервы не выдерживали, эта встреча точно будет концом их дружбы.       — Честно? — ей показалось или он улыбнулся? Это была явно не радость. — Я такого же мнения, что и она, — он сидел на кресле в прихожей. Его вид кричал о том, что девушка напротив вызывает только раздражение.       — Что… — оцепенение. Он согласен со словами её уже бывшей лучшей подруги. Он опять защищает Наоки…       — Да, я считаю тебя лицемерной, — слова точно не могут убить человека? — Ты сама виновата во всем, надо быть честной с людьми изначально, — его взгляд упал на её лицо, самый холодный взгляд в мире.       Томоко чувствовала себя так отвратительно, при ссоре с кем-то, впервые. Наверное потому, что никогда сразу два человека, самых близких человека, не скидывали всю вину на неё.       — Шигеру, — она одна против двоих, жалкая картина, — но я же всегда была рядом, — нервно показывает пальцем на себя. Наверное не стоило переходить на крик, многие соседи уже спят, но эмоции, бушевавшие внутри этой девушки, выходили за края, — я всегда помогала тебе, я вела себя так, как тебе хотелось, я слушала музыку, которая нравилась тебе, я никогда не доводила конфликты до глобальных ссор, я всё оставляла в себе. А знаешь почему? — пауза после этого «вопроса» длилась недолго. — Потому что я любила и хотела, чтобы тебе было комфортно, — эти слова растворились в воздухе, — Наоки была в курсе, но потом сказала, что ты ей нравишься, — Томоко развела руками, — и знаешь, я уступила ей, хотела чтобы ты был счастлив, — держится из последних сил. Держится, чтобы не заплакать и не показать слабость.       Она правда считала, что слёзы — показатель её слабости.       — Прости, но я знал, — ступор. Они договаривались с ней о том, что это останется между ними.       Почему он так спокойно об этом говорит? Почему ему все равно? Они же были лучшими друзьями, называли друг друга братом и сестрой, провели всё лето вместе, каждый день проживали бок о бок.       — Когда она успела рассказать? — Томоко поникла: плечи и руки, которые уже начали трястись, опустились вдоль туловища. Она смотрела только на пол, больше не хотела встречаться с его глазами — когда-то настолько красивыми.       — Какая уже разница? — Шигеру встал, чтобы закрыть дверь. Разговор окончен.       Всё-таки подняла взгляд на него. В его глазах не читалось эмоций вообще, но напряжение во всем теле было заметно. Девушка развернулась и, не сказав ни слова, ушла.       Кто знал, что один парень разрушит дружбу лучших подруг и внутренний мир девушки? А были ли они по-настоящему лучшими подругами, если все разрушилось из-за кого-то мальчика? Now days:       Конечно я подозревала о чем будет разговор, такое чувствуется сразу. Но почему должна ему верить?       Прошёл всего месяц с этой ссоры. Вся компания отвернулась от меня: буквально на днях мне пришло голосовое сообщение от Наоки. Они были пьяными и на протяжении десяти минут говорили отвратительные вещи. Даже бывший парень, с которым мы мирно разошлись, обливал меня грязью. А всё из-за этой ситуации и Наоки, которая распустила абсолютно неправдивые слухи.       Да, когда мне довелось услышать новость о том, что они пара, в глубине души что-то кольнуло. Я закрыла на это глаза, поступив очень опрометчиво. Надо было сразу поговорить на эту тему с ним, возможно всего этого не было? *Опять я ничего не понял, значит грустный опять Почему я рассуждаю? Почему не плевать?

+2 new message:

Шигеру. Мне правда очень стыдно… Я очень хорошо к тебе отношусь и жалею, что так вышло. Ты до сих пор у меня как сестрёнка записана)))       Это был контрольный выстрел в голову. Мне приходилось закусывать губу, которая тряслась из-за накатывающейся истерики. Я заплакала после сообщения о том, что он всё ещё считает меня сестрёнкой. Почему? Не знаю.       Как же сложно. Сложно жить в постоянных раздумьях и самокопании.       Простила ли я его? Однозначно да, но боязнь доверять кому-либо после той дружбы — сильнее. Тем более, доверять ему.       А ещё, чему-то меня должна была научить эта ссора: я больше не дружу втроём, особенно если это моя подруга и её парень. Мне надо было оставить Яхабу и Наоки, а не бегать по двум фронтам, говоря им одно и тоже, но в разных формулировках. Мне не надо было решать их проблемы. Они не так всё поняли, а лицемерной фальшивкой оказалась я.

Сестрёнка Томоко

Не добивай.

Я очень дорожила тобой и

не хотела, чтобы так получилось.

Я всегда понимала, что ты

будешь защищать её. И понимаю, к чему

ты клонишь, дай мне время, если я

буду готова, то скажу в школе.

Шигеру. Прости ещё раз. Спасибо тебе)       Опять достаю сигарету и пытаюсь заглушить эмоции. Невольно вспоминаю о том, кто научил меня курить. Конечно Шигеру. Только вот он бросил, а у меня не получается. Или я просто не хочу? Может, мне доставляет удовольствие вдыхать дым, который растворяется в моём теле и становится частью меня, а так как меня научил Яхаба и всё это время курила именно те сигареты, которые курил он, могу предположить, что хочу, чтобы он был рядом.       Пора двигаться к дому и думать, надо ли мне возвращать то общение? Не произойдёт ли такая же ситуация? Может всё-таки не идти на поводу у судьбы и её проверок, а оставить его в прошлом, даже если человек мне до сих пор дорог.

***

      Когда я пришла домой, мама уже вернулась с работы. Мы немного поговорили и я ушла делать уроки.       Кто же знал, что в старшей школе так сложно? Мне приходится очень хорошо учиться, чтобы в дальнейшем поступить в высшее учебное заведение мечты, оправдать ожидания самой себя и родителей.       Конечно, сложно всегда находиться в «строю»: работать на все сто процентов — невозможно, а я люблю себя нагружать по полной, отчего сама же и страдаю. Когда-нибудь я найду причину своих действий. Даже не так, причина давно найдена, но мне страшно её осознать.       На часах уже 23:55, значит надо идти мыться. С режимом все плохо, но сколько бы не пыталась, воссстановить его, не получается.       Меня опять посещают навязчивые мысли о том, чего делать я не должна. Но я точно знаю, что когда-нибудь это прекратится и мне станет легче. А пока надо смириться и пытаться жить дальше.