Я - твой фильтр

***

      — То есть… Нет, не так. Ты серьёзно хочешь мне сказать, что тот горячий альфа просто взял и сбежал, как мальчишка? — Сокджин пытался сдерживать смех, что получалось откровенно плохо, ведь ситуация действительно была очень забавной. По крайней мере для Кима, чего не скажешь о Паке.       Последние клиенты ушли где-то час назад, а потому в помещении оставался только бармен, охранник и владелец клуба, которым, собственно и был Пак Чимин. Омега, не смотря на своё желание в начале вечера не пить, даже тот виски, что он взял себе, так и остался стоять начатым на столе, когда он утащил Чонгука на танцпол, теперь тихо нажирался в компании Сокджина. Альфа же методично убирал своё рабочее место, подготавливая его для своего сменщика.       — Он и есть мальчишка, — жалостливо протянул Чимин, лежа головой на барной стойке и сонными глазами сверля стакан с янтарной жидкостью. — Мне кажется, что ему и двадцати нет.       — Но он точно совершеннолетний, — резонно заметил Сокджин. — Всё-таки у клуба строгая пропускная система.       — Ты так уверен? — поднял Чимин глаза на альфу, немного воспрянув духом от того, что парень, которого он так самозабвенно имел в рот несколько часов назад и которого, если быть честным, снова хотелось опустить на коленочки, не оказался школьником.       — Да, он уверен, — прозвучало из-за спины, а потом на соседний стул с громким вздохом плюхнулся Чон Хосок, разминая затёкшую спину и плечи. — Я всё ещё достаточно хорошо выполняю свою работу, босс.       — Боже, Хосок, мы же договаривались, называй меня по имени. В конце-концов, ты тут работаешь с основания.       — Да, Чон, мы уже семья, можно сказать, — Ким шутливо пихнул его в бок, а потом поставил перед ним стакан колы со льдом.       Чон Хосок никогда не употреблял алкоголь. Даже после работы, даже на встречах с друзьями, предпочитая безалкогольные напитки.       — Как там Мисо? — развернулся к нему Чимин.       — Нормально, — пожал плечами Хосок, благодарно кивая Сокджину и отпивая прохладительный напиток. — Завтра к врачу пойдём, правда, вряд ли скажут, кто у нас.       — Это здорово, хён!       — Да, главное, чтобы малыш был здоров, — подержал Чимина Сокджин, а потом обратился к омеге. — Кстати, о малышах. Ты думаешь что-то делать с… Как ты там сказал… — он наморщил лоб, словно пытался вспомнить, но Чимин знал, что он драматизирует. — Чонгуком?       Чимин знал, что до этого дойдёт. Что Ким не отцепится от него, если увидит, что альфа Чимину подходит. Такое уже случалось один раз и тогда у Пака были первые серьёзные отношения. Потом, конечно, отношения были ещё, но он не мог не согласиться, что у Сокджина был намётан взгляд на нормальных альф. При том, что Ким сам был альфой.       — Я не знаю? — больше спрашивал, чем утверждал Чимин, смотря на своих хёнов. — Он не выглядел как тусовщик или как человек, который хоть когда-то ходит на вечеринки.       — Ну да, ананасовый сок тому доказательство, — подтвердил Ким, а Хосок бросил на него вопросительный взгляд.       — Серьёзно? Парень заказал сок вместо алкоголя? — неверяще уточнил Чон.       — Да, хён, в этом он чем-то похож на тебя, — утвердительно произнёс Чимин. — Я так хочу ещё раз с ним встретиться, он классный, — снова начал ныть омега.       Сокджин только кинул грустный взгляд на снова унывшего друга, который по-новой наливал себе выпить, а сам продолжил протирать стойку, минуя лежащего на ней головой Чимина. Хосок, видя, что больше ничего не будет происходить, достал телефон и начал переписываться с женой, которая спрашивала, когда Чон будет дома.       А Чимин лежал. Сонный и разморенный от алкоголя, с полным нежеланием куда-либо двигаться в ближайшее время и снедаемый абсолютно противоречивыми мыслями. С одной стороны он понимал, что то, что было между ним и Чонгуком — обычный секс в клубе без шанса на продолжение, ради интереса, ради сбрасывания напряжения.       Тем более, что они были уж слишком разными.       Пак Чимин — двадцатишестилетний омега, у которого в подчинении больше десятка людей и один из лучших клубов в Тэгу. Он не заводит серьёзных отношений уже больше года, любит красивое бельё, хочет быть главным в постели и видеть в ней альфу с длинными фиолетовыми волосами и запахом вермута.       Чон Чонгук — девятнадцатилетний альфа, отличник-первогодка, безвылазно сидит в общаге, делая домашку. И который поймал нереальный краш на взрослого омегу в белом и был готов подчиняться ему во всём, особенно в постели, даже не смотря на то, что их знакомство началось с минета для омеги в туалете клуба.       И да, они оба хотели одного и того же, вот только… Они знали друг о друге совершенно не то, что следует знать при нормальном знакомстве. Ведь обычно люди сначала хотя бы имя друг другу говорят, а если дело обстоит в клубе, то возможно и выпивают вместе.       Но знакомство не начинается сразу с открытия друг другу своих кинков, которых у каждого было очень много. И которые странным образом, но совпали у обоих. Может это была их общая судьба?       — Чимин? — уже полностью собранный Сокджин смотрел на друга, который что-то шептал, пребывая где-то в своих грёзах. Ким начинал немного беспокоиться за младшего, он никогда не видел его таким. — Какая судьба, ты о чём?       — А? — встрепенулся Чимин, понимая, что сказал это вслух. — Нет-нет, хён, ничего, — торопливо заговорил Пак, приглаживая волосы, стараясь придать им божеский вид.       Омега тоже собирался пойти домой, чтобы хорошенько отдохнуть что от работы, что от того отдыха от работы, который был у него сегодняшней ночью. Сокджин повёл плечами, не очень веря омеге, но и лезть в его мысли он не имел никакого права.       — Иди домой, Сокджин, ты хорошо поработал сегодня, — альфа кивнул, а Чимин продолжил. — И да, я помню про твой выходной послезавтра, так что можешь не смотреть на меня так выжидающе. Кто у нас сегодня на смене?       — Тэхён.       — Новенький?       — Да, всего неделю здесь. Но неплохой парень, я как-то пересёкся с ним.       — Для тебя все неплохие, кто после себя бар убирает, — ухмыльнулся Пак, невольно вспоминая вечные перебранки главного бармена с его сменщиками.       — Не без этого, — уклончиво ответил Сокджин. — Предпочитаю сам контролировать чистоту своего рабочего места, так как не очень доверяю уборщицам. Доводилось иметь дело с халтурщиками.       — Кто-то из наших? — напрягся омега. Ему очень не понравились слова Сокджина, Чимин очень беспокоился о репутации своего заведения.       — Нет, господин, — не смотря на то, что Ким был старше, в разговорах о работе он употреблял формальные выражения. — Не здесь.       — Это хорошо, — расслабился Чимин. — Но если что-то будет не так, говори сразу, не медли.       — Разумеется, — кивнул головой Ким. Его коричневая чёлка упала на лоб, а руки крепче прижали к себе пиджак. — Я могу идти?       — Да, Сокджин. Отдохни хорошо, — слегка улыбнулся омега, глядя на уже порядком уставшего альфу. — До скорого.       — До свидания, — так же улыбнулся альфа, быстро покидая бар, как это сделал Хосок ранее.       Чимин же поднялся к себе в кабинет, на автомате собирая необходимые бумаги, с которыми он собирался поработать дома, но его мысли были далеко не о делах. Все они были заняты крепким телом с запахом вермута, который забивался в лёгкие и кружил голову. Омеге казалось, что он пахнет им до сих пор.

***

      Дом его встретил привычной пустотой, Чимин не заводил даже домашних животных, так как попросту боялся, что со своим графиком работы не будет уделять им достаточно внимания. Уже даже и не вспоминая о документах, он сбросил всю одежду на пол в ванной, ступая под душ во всё том же кружевном белье. Вода мерно стекала по его телу, на душе был включён массажный режим, который дарил отдых, разминая напряжённые мышцы.       Чимин невольно начал вспоминать о том, что делал с ним альфа, а потому поспешил избавиться от уже насквозь мокрого белья, бросая его рядом в раковину. Водные струи тут же попали на соски омеги, когда он развернулся обратно, отчего те мигом затвердели от сильного напора. Они были невероятно чувствительными. Пак легонько провёл по ним пальцами, касаясь сначала вершинок, а потом обводя ореолы.       Омега подавил судорожный вздох. Несмотря на недавнюю разрядку, его тело до сих пор хотело секса и отзывалось даже на такие лёгкие прикосновения. Он переключил кран, чтобы набиралась ванная, а сам сел, откидываясь назад на стенку. Чимин поглаживал свой подтянутый животик, вспоминая, как то же самое делал Чонгук губами, заставляя его испытывать сильное наслаждение.       Он простонал, в который раз касаясь своих сосков, а потом сжал их пальцами, чувствуя, как из его дырочки начинает выделяться смазка, а вода, которая постепенно набиралась, легко омывала его уже вовсю стоящий член и яички. Но касаться его он ещё не спешил. Продолжая сжимать соски, которые уже стали красноватого цвета из-за сильной стимуляции, омега потянулся рукой к полочке у зеркала, где помимо обычных принадлежностей для гигиены и косметики стояла небольшого размера анальная пробка.       Чимин выключил воду, которой уже набежало достаточно, чтобы наполовину покрыть его тело, а потом высунул язычок, облизывая пересохшие губки и увлажняя их слюной. Он уже давно не игрался с собой и сейчас было самое время, чтобы сделать это. Омега поднёс два пальцы ко рту, сначала облизывая их язычком по всей длине, как бы он это делал с членом, а потом медленно ввёл их внутрь, начиная ритмично ими двигать во рту и увлажнять слюной. Другой рукой он наконец-то коснулся члена, который уже был достаточно мокрым от возбуждения, хоть предэякулят и смывался водой.       Продолжая потрахивать себя в рот и медленно скользить по головке члена, он снова представил Чонгука, который так хорошо брал у него в рот, что Чимин неосознанно, но всё же пытался пальцами во рту воссоздать тот ритм, с которым сегодня трахал в рот альфу. Омега громко простонал, вытаскивая обильно смоченные пальцы изо рта, а потом подставляя их к совершенно мокрому анусу, обводя его, а потом надавливая, проникая одним пальцем внутрь, чтобы привыкнуть и вскоре добавить второй.       Пак со вкусом растягивал себя пальцами, разводя их внутри на манер ножниц или по кругу, оглаживая гладкие стенки и стараясь не задеть простату, так как к самому главному он ещё не перешёл. Продолжая двигать ими внутри, второй рукой Чимин пошарился по дну ванны, куда бросил свою пробку, а потом несколько раз провёл по ней ладонью, смывая пыль и подставляя к анусу, но не входя.       Омега судорожно всхлипнул, оглаживая чувствительную дырочку кончиком пробки и вытаскивая пальцы, возвращая их обратно на соски, а потом очень медленно ввёл пробку, привыкая к её размеру. У Чимина действительно давно не было полноценного секса.       — Блять, — слетело с его губ, так как пробка коснулась простаты, и да, омега только этого и жаждал.       Уже теперь, ни на секунду не останавливаясь, он начал трахать себя игрушкой, желая одного — растянуть удовольствие на максимум и наконец-то кончить, а потом пойти спать, хоть немного удовлетворив себя. Продолжая вращать внутри пробкой, он закинул ногу на бортик ванны, шире раскрывая себя и начиная делать поступательные движения, всё больше хлюпая смазкой внутри и водой вокруг. Его бёдра подрагивали каждый раз, как он задевал простату, член начинал побаливать от отсутствия стимуляции, но Паку было не до него, он полностью утонул в ощущениях и своих фантазиях.       Он пощипывал соски с каждым глубоким движением и вскидывал бёдра навстречу трахающей себя руке. С полных покусанных губ срывались стоны наслаждения, которые постепенно переходили во вскрики. Омега жаждал внутри себя большего, чем обычная анальная пробка. Ему хотелось крепкого члена альфы внутри, желательно с узлом, который бы так хорошо его растягивал и заполнял спермой, делая ещё более мокрым и грязным, чем обычно. Чимин ещё раз резко вставил в себя пробку, с силой её прокручивая по простате так, что его выгнуло, а рот открылся в звонком крике.       — Чёрт! — он прекратил трогать свои соски, его рука быстро опустилась вниз к члену и сжала яички, сминая их несколько раз в ладони, контрастируя с амплитудой движения пробки, а потом понимая, что больше не может терпеть, Чимин обхватил свой член у основания.       Хватило всего пару размашистых движений по стволу и непрекращающихся движений пробкой внутри, чтобы омега с громким стоном, прикусив губу и дёрнувшись вперёд, излился себе на живот, подрагивая всем тело от охватившего его оргазма.       — Чонгук! — тихо вскрикнул он, чувствуя, как дрожь наслаждения постепенно утихает.       Чимин всё так же продолжал лежать в ванной, лениво двигая пробкой внутри себя, чувствуя приятную растянутость и наполненность. Омега разомлело улыбался, все мысли из его головы словно испарились, оставив там только томную негу и желание сладко проспать аж до самого вечера. Чимин немного утолил свой голод, так что теперь точно мог позволить себе расслабиться уже иным способом. А бумаги с работы точно подождут его в портфеле до вечера.

***

      — Чонгук! Чонгук, давай, выходи оттуда! — в дверь душевой неистово долбился Ким Тэхён, так как понимал, что ещё чуть-чуть, и он начнёт опаздывать на смену.       Он только недавно устроился в клуб и совершенно не хотел опаздывать уже в первые рабочие дни.       — Чон, мне на работу надо! — Тэхён разозлённо хлопнул рукой по двери, понимая, что его слова словно о стенку горохом. Киму неистово захотелось приложить альфу о ту дверь головой.       Чонгук продолжал молчать, никак не реагируя на крики старшего альфы. Он понимал, что сейчас бессовестно подставляет хёна своим поведением, но ему надо было срочно решить что-то с одной очень важной проблемой. Той, с которой он проснулся после жаркого сна, участником которого был тот самый омега с сильным запахом розы из клуба. Во сне они словно поменялись местами и альфа наблюдал за тем, как омега сползает по телу альфы вниз, приближаясь к его члену и высовывая острый мокрый язычок, касаясь головки напряжённого сочащегося члена.       Альфа ещё повернул кран, делая воду холоднее, надеясь, что это поможет уменшить напряжение, скопившееся внизу живота, но это совершенно не помогало. У Чонгука из головы попросту не выходили картинки из сна, а также вполне реальные события давностью в несколько часов. Перед глазами стояли пышные крепкие бёдра омеги, увлажнённые слюной Чона, и мокрые кружева трусиков, сквозь которые было видно небольшой омежий член. Чёрт, Чонгук был бы и рад сделать так, чтобы видение исчезло и возбуждение ушло, но проблема была в том, что он не хотел забывать всё, что между ними было.       Он хотел ещё раз это повторить.       Парень запустил пальцы в мокрые фиолетовые волосы, массируя кожу головы и вспоминая, как пальцы омеги так же зарывались в его пышную шевелюру, направляя его голову в соответствии со своими желаниями. Чонгук до сих пор чувствовал вкус этого омеги на своём языке. И он нереально хотел почувствовать его снова. Хотелось снова ощутить себя ведомым и полностью подконтрольным старшему. Чонгука вело от такого с ним обращения, пусть он и испытывал это впервые. В его первый раз омега был тоже невинен и всё получилось довольно сумбурно, что парень совершенно не почувствовал того удовольствия, о котором говорили его хёны. Чонгуку хотелось крепкой руки в постели, которая бы вела.       Ему хотелось кого-то, кто был бы как тот омега с запахом розы из клуба.       Даже не так. Чон хотел именно того омегу-блондина с запахом розы из клуба. Чонгук вообще пошёл впервые в такое заведение за компанию со старшими просто потому, что ему было совершенно скучно сидеть дома одному. Тэхён куда-то ушёл, а все остальные как раз собирались в клуб потусить. Альфа подумал о том, что омеге невероятно шли цветные пряди в белых волосах и модной стрижке.       Чонгук снова обхватил свой член, в этот раз точно намереваясь быстро довести себя до разрядки. В конце концов, там за дверью был до сих пор сердитый Тэхён, который хотел принять душ перед походом на работу. Быстро и ритмично себе надрачивая, Чонгук не выпускал из головы образ омеги. В его голове отчётливо запечетлились открытые в стоне пухлые розовые губы, в которые на самом деле тогда очень хотелось впиться страстным поцелуем, но было нельзя, не разрешали. И кружевное бюстье, на которое у альфы был дикий кинк, как и на всё красивое бельё, и особенно, когда оно было одето на такое потрясающее тело, как у того омеги.       Чон на секунду представил, что было бы, если бы на омеге ещё были высокие капроновые чулки с кружевными резинками. Он бы точно кончил ещё раньше, наверное, прямо в тот момент, как только их увидел. Альфа подавился стоном, утопая в своих фантазиях, но вовремя вспомнил о том, что стены в общежитии не настолько толстые, как хотелось. Предчувствуя оргазм, он сдвинул руку по стволу вверх, обхватывая головку и проходясь по ней большим пальцем, растирая смазку и задевая уздечку. Его бёдра поддавались навстречу ласкающей руке, а грудь вздымалась от подавляемых стонов. Альфа только судорожно дышал, продолжая надрачивать всё быстрее.       — Да, да, вот так, — начал нашёптывать он, упираясь спиной в стену и другой рукой начиная ласкать тяжёлые яйца, крепче перехватывая член, готовый в любую секунду извергнуть сперму.       Чонгук вспомнил, что омега говорил точно так же, когда трахал его в рот и называл малышом. Альфа вспомнил свою реакцию на это прозвище и тихо, чтобы не услышал Ким за дверью, проскулил.       — Ах, мамочка, спасибо!       У Чона был кинк на грязные словечки и особенно на это. Он это понял однажды, когда нечаяно наткнулся на порно подобного содержания, а очнулся только тогда, когда смотрел уже третье видео, где альфа так называл свою омегу. Правда, так называли девушек, но ведь ничего не мешало Чонгуку представлять, что омега из клуба — его сладкая мамочка, а он его маленький послушный мальчик, готовый в любой момент исполнять его желания. На видео с дэдди-кинком альфу вставляло совершенно не так, точнее никак не вставляло.       Чонгук представил, как ублажает омегу, называя его своей мамочкой, а тот нежно гладит его по волосам, принимая всё, что даёт ему альфа. И ещё целует потом с благодарностью и любовью в карих глазах. Во время оргазма Чонгук видел те самые глаза, что смотрели на него тогда в туалете, и смотрели так, как Чону и хотелось. С обожанием и радостью от того, что ему подчиняются.       Чонгук кончил с громким стоном, который бы обязательно кто-то услышал, если бы альфа предусмотрительно не закрыл себе рот ладонью, немного прикусывая её и оседая по кафелю вниз, понимая, что конкретно утонул. Утонул в карих глазах, нежности кожи, запахе роз и самом омеге. В белом ангеле с цветными прядями. Чонгук понимал, что хочет. Хочет подчиниться ему, хочет так, как не хотел никогда до этого. Потому что таких, как тот омега он ещё не находил.

***

      — Здавствуйте, Пак Чимин-щи, — торопливо поклонился Тэхён, завидев босса, который неторопливой походкой приближался к стойке.       Ким заметно нервничал, перебирая в руках полотенце, которым до этого протирал некоторую посуду. Чимин кивнул альфе и прошёл к себе в кабинет наверх, чтобы оставить там вещи. Дома ему всё же удалось после сна доработать все необходимые бумаги до конца, так что теперь он просто решил отвезти всё обратно, заодно и посмотреть на новенького бармена, о котором говорил Сокджин. Тэхёна принимал на работу не Пак, а его помощник, но обычно омега сам проводил собеседования или же присутсвовал на них.       — Что нибудь желаете? — вежливо спросил Тэхён, когда Чимин вернулся и сел на стул прямо напротив альфы.       — Да, давай что-нибудь на твой вкус. Только безалкогольное, — омега был совершенно не настроен снова пить сегодня. Он думал немного пообщаться с Кимом, а потом заехать в какой-нибудь ресторан на ужин. В конце-концов, мог себе позволить.       Пока Тэхён делал ему напиток, Пак сосредоточенно наблюдал за его работой, невольно сравнивая движения альфы с движениями Сокджина. То, что Тэхён был альфой, Чимин прекрасно знал, так как при приёме на работу в резюме это указывалось в обязательном порядке. Омег в его штате практически не было, только бухгалтер и двое официантов, остальные же были либо бетами, либо альфами.       Чимин был очень доволен тем, как работает Тэхён. Чисто, быстро, аккуратно. Ему, конечно, не доставало профессионализма, но это и было понятно, он работал только неделю у них.       — Это ваша первая работа барменом, Тэхён-щи?       — Да, господин Пак. Я студент, устроился сюда на подработку. График гибкий, да и работа мне нравится. Я закончил несколько курсов, так что что-то да умею, — улыбнулся Тэхён. Чимин кивнул, отпивая напиток, отмечая, что он был приготовлен на уровне с его другими барменами.       Посетителей в клубе ещё не было, было только восемь вечера, а всё начиналось обычно с одиннадцати. Уборщики и официанты подготавливали зал, охранники стояли у входа и о чём-то тихо переговаривались, Тэхён стоял за стойкой, наблюдая за залом, а Чимин разблокировал телефон, ищя, куда бы поехать на ужин.       — Да, Чонгук, — вздрогнул Пак, когда услышал приглушённый голос Тэхёна.       Он обернулся в сторону Кима, который, прикрыв рот ладонью, пытался незаметно поговорить по телефону. Поймав на себе взгляд начальника, Ким смутился и покраснел, но Чимин махнул рукой, позволяя альфе говорить дальше. Пак очень надеялся, что ему не послышалось имя собеседника Тэхёна.       — Нет, я не приду домой сегодня, я на работе, Чонгук, — продолжал говорить Тэхён, а омега понял, что ему всё же не послышалось. — Да, я говорил тебе, что устроился в клуб, и если бы ты сегодня меньше торчал в душе с утра, я бы рассказал тебе больше, — понизил голос альфа, но Чимин всё равно расслышал его слова. Внутри омеги что-то предвкушающе сжалось. — Всё, мне некогда, Чонгук, я и завтра на смене, так что будет проще, если ты завтра сам подкатишь сюда, чем будешь ждать меня два дня.       — Твой парень? — обратился омега к альфе, когда тот сбросил вызов и засунул телефон с задний карман форменных брюк.       Чимин на самом деле не хотел задавать этот вопрос, но он сам сорвался с языка. Пак хотел это узнал, он хотел убедиться в том, что это был тот самый Чонгук, имя которого он выстанывал сегодня во время дрочки в ванной, и что там таить, он хотел бы сделать это снова, только чтобы альфа услышал.       — Нет, господин, мой сосед по комнате. Он тоже альфа, как и я, — Тэхёну было неловко говорить об этом со своим боссом, он не понимал, откуда у омеги к нему возник интерес, но не ответить он не мог. — Он первокурсник, вроде бы неплохой парень, только зажатый какой-то, — губы альфы дёрнулись в улыбке, вспоминая, как Чонгук заселялся к ним в комнату и какой он был красный в первые дни от смущения, когда Тэхён выходил из душа в одном полотенце. Со временем Чон, конечно, привык, но старший альфа до сих пор его подначивал.       — Ну первокурсник же, — усмехнулся Пак, вспоминая свои студенческие годы.       — Хах, ну это да, — хохотнул Тэхён. — Первокурсник первокурсником, но чудик он. Недавно все волосы в фиолетовый выкрасил после своего синего. У нас полванны заставлено его бальзамами и остальными штуками для волос, — говорил альфа, а у Чимина тот коктейль чуть носом не пошёл.       Он не думал, что мир настолько, настолько тесен. Омега провёл рукой по своим волосам, пропуская их между пальцами и уже не обращая внимания на Тэхёна, который продолжал что-то болтать. Все его мысли были заняты альфой с запахом вермута, который омега не пил из-за вкуса, но вот аромат Чонгука ощущался просто невероятно. Чимин поймал себя на мысли, что хочет попробовать, какой он на вкус. И нет, не напиток попробовать.       — Господин? — Ким аккуратно притронулся к плечу омеги. — Извините, я совсем вас заболтал, — потупился альфа, а Чимин только мотнул головой.       — Всё нормально, Тэхён-щи, — проговорил он, отставляя пустой стакан в сторону, а бармен торопливо убрал его вниз. — Так значит, — немного помедлив, всё же решился Пак, — твой… сосед… будет завтра здесь?       — Возможно, — неопределённо пожал плечами Ким.       Чимин встал со стула, собираясь уходить. Он надеялся, что альфа придёт завтра сюда. Чимин хотел ещё раз увидеться с ним, вдохнуть его запах и зарыться пальцами в мягкий фиолет. А ещё омега помнил о побеге альфы и о своём обещании ему отомстить. И омега надеялся, что Чонгук всё же явится завтра сюда. У Пака уже было несколько идей. Осталось только решить, какая из них лучше.       «Малыш любит подчинение, — усмехнулся он своим мыслям, вспоминая, как покорно Чонгук стоял на коленях у его ног. — Что же, посмотрим, насколько ты будешь послушным в следующий раз. Я научу тебя быть вежливым со старшими.»       — Надо бы ему хоть адрес скинуть, — сказал сам себе Тэхён, вспомнив о Чонгуке и смотря на спину уходящего Пака.       Ким подумал, что его начальник действительно горяч, даже очень, но он был совсем не во вкусе Тэхёна. Тэхён даже не думал думать о Паке в подобном ключе, ведь сердце альфы уже было занято нагловатым омегой-третьекурсником с лисьими глазами и запахом молочного шоколада.