Я - твой фильтр

***

      — Я бы хотел попросить одну вольность. Только на момент моих просьб, пожалуйста, — с неожиданной для Чимина твёрдостью в голосе произнёс Чонгук.       — Что именно ты хочешь? — небольшая дрожь начала пробирать омегу, он никогда ещё не видел парня таким.       — Это будет первая из трёх, — ответил альфа. — Можно я буду сейчас называть тебя по имени? Я хочу сказать тебе очень серьёзные вещи, но моё прежнее обращение вряд ли будет уместным именно сейчас.       Пак опустил глаза, на секунду задумавшись. С одной стороны, тематические отношения подразумевали специальные обращения только в рамках сессии, в остальное же время участники могли не использовать их, а называть друг друга по имени или ещё как-то, но с другой стороны, они с Чонгуком изначально не отходили от сессийного прозвища. Хотя в то же время Чимин понимал, что их тематические отношения на публику не выносятся, а их знакомство будет тяжело скрыть от близких людей, хоть они и пытаются это делать.       — Давай договоримся так, Чонгук, — медленно начал Пак, а Чонгук обратил всё внимание на омегу. — Ты можешь называть меня по имени когда мы находимся на людях.       Альфа кивнул, но не перебивал, так как Чимин ещё не закончил говорить.       — Например при Сокджине или Тэхёне. Сокджин уже знает, что между нами что-то есть, а от Тэхёна мы не сможем долго скрывать хотя бы наше знакомство.       — Хорошо. Тогда я буду называть тебя Чимином при людях, но наедине даже не в сессийной обстановке я всё равно предпочту обращение мамочка, — омега мягко улыбнулся, но улыбка тут же сошла с лица, как только альфа продолжил. — Но! Я хочу, чтобы как только дело доходило до серьёзных разговоров, — Чонгук на момент запнулся, лучше подбирая слова, — например, как сегодня обо мне или то, что я хочу тебе сказать дальше, мы использовали удобные обращения для нас обоих, а не только специальные.       Чимин молчал, никак не реагируя на монолог, и альфа уже начал переживать, не испортил ли он чего-то своей напористостью и своеволием.       — Я… — прохрипел Чимин, голос сел от волнения и молчания. — Я подумаю над этим, — лицо Чонгука начало мрачнеть, но альфа пытался не подавать виду. — Имею ввиду, относительно дальнейшего. Сейчас, пока ты озвучишь ещё две просьбы, можешь меня называть по имени, — Чон тихо и облегчённо выдохнул, а омега продолжил говорить. — Но только на это время. И без всяких приставок, пожалуйста.       — Конечно, — утвердительно кивнул альфа под напряжённым, пронзительным взглядом.       Чону начинало казаться, что ещё немного, и омега полностью откажется от своих слов и от отношений в общем, настолько потерянным он сейчай выглядел. Крепко сжатые в одну полоску пухлые губы, глаза, что всякий раз отводились, стоило альфе поймать их и прямо посмотреть, нос, что шмыгал и дёргался, и в любой другой раз Чонгуку показалось бы это забавным, но только не сейчас, когда парень чувствовал — омеге перед ним было ужасно неловко.       Чонгук поймал себя на мысли о том, что Чимину, так же, как и ему ранее, было сложно открывать перед другим человеком свои тайные желания посредством откровенных разговоров, омега открывался альфе путём прямой демонстрации своих намерений, но сейчас Чонгук понял, что своим вопросом зацепил в Чимине что-то очень важное. И ему было очень интересно, поделится ли с ним этим Пак.       — Каков твой следущий вопрос? — всё же проговорил Чимин после затяжного молчания.       Ни он, ни Чонгук не решались нарушить внезапно устоявшуюся тишину, так как оба понимали, что их разговор очень резко набрал обороты в не совсем приятные стороны.       — Чимин, — это тяжело далось им обоим.       Чон умудрился запнуться на первом слоге, а Пак всё же вздрогнул, не ожидая от себя такой реакции. Он настолько привык слышать от Чонгука ласковое «мамочка», что теперь его собственное имя из уст альфы звучало даже непривычно.       — Чимин… — Чонгук опустил глаза в пол, ему хотелось назвать омегу немного не так, ещё более ласково, но он понимал, что и так попросил слишком много не только за сегодня, но и в принципе за всё время их общения.       — Малыш, — ответил ему Пак, понимая, что Чону тоже трудно говорить.       Они сидели напротив друг друга, каждый со своими противоречиями внутри и пытались всё понять. И себя самих, и партнёра по ту сторону экрана, потому что знали, без взаимопонимания и таких разговоров у них не получится поддерживать даже то, с чего они начинали, не говоря уже о чём-то большем. Сейчас было важным разрешить все накоплённые недопонимания и возникшие в ходе общения вопросов, чтобы больше к ним стараться не возвращаться, а просто двигаться вперёд и развивать отношения дальше.       Омега не знал, что альфа хочет ему сказать сейчас, но понимал, что это что-то абсолютно серьёзное и очень важное, иначе Чонгук не вёл бы себя так. Так стойко, так решительно и так по альфьи, что мурашки шли по коже. Чимин старался не паниковать и не показывать волнения от непривычного образа Чонгука, от которого на самом деле становилось неуютно, поскольку альфа выглядел сейчас совершенно не на свои девятнадцать лет.       Они словно поменялись ролями, и Пак только сейчас заметил, что всё это время воспринимал Чонгука совершенно не так, как следовало бы. Да, он видел в нём взрослого человека и относился к нему так же, но всё равно считал себя мудрее парня. И разница в возрасте всё же немного, но напрягала Чимина, хоть он старался этого не показывать. Но теперь, сидя прямо перед Чонгуком, Пак сам ощущал себя на девятнадцать.       — У меня есть к тебе просьба, Чимин. Точно такая же, как и твоя ко мне. Пожалуйста, прошу тебя, рассказывай мне тоже о том, что тебя волнует и чего тебе хочется.       Омега внимательно слушал, не перебивая, а Чон пользовался случаем и пытался выговорить всё, о чём думал всё время их разговора.       — Я понимаю, что возможно я ещё не внушаю тебе того доверия, что следовало бы, я знаю, что ещё неопытен в отношениях любого рода, но если уж мы в них состоим вдвоём, то и делиться должны тоже вдвоём.       — Ты прав, Чонгук, я упустил этот момент, — смутился омега. — Просто переживал о том, как ты отреагируешь на мои желания, а их вряд ли можно вписать в рамки стандартных.       — Ты сейчас о сексе, верно, мамочка? — решил всё же уточнить Чонгук.       — Думаю, по большей части да. Есть много сценариев и практик, которые я бы хотел попробовать с тобой. Мне нравится твоя реакция на меня и действия.       — Я повторюсь: если тебе тоже чего-то хочется относительно меня — просто скажи и мы попробуем сделать это, Чимин, — снова слишком серьёзно проговорил альфа, не оставив Паку путей для отступления.       — Я постараюсь, Чонгук, — сдавленно проговорил омега, пытаясь прервать зрительный контакт, что наганял всё больше мурашек. — Спасибо, что сказал мне об этом.       — Не стоит этого делать, мамочка, — уже намного легче возразил Чон, а Чимин постепенно, но начал внутренне отходить от разговора, что тоже причинил ему много неудобства, как и альфе.       Пак начинал догадываться, что именно так чувствовал себя Чонгук каждый раз, как открывал ему свою душу, и если это действительно было так неприятно, с кучей сомнений и противоречий, то омега точно сбавит обороты и будет действовать намного осторожнее, чем делал до этого, и не давить своей прямотой.       — И это я должен тебя благодарить буквально за всё, — тем временем продолжал альфа. — Ты согласился выслушать мои просьбы, пообещал выполнить их и уже даже сделал это.       — Подожди, — медленно проговорил Чимин, немного непонимая. — Ты говорил о трёх, но озвучил только две. Какая была третьей?       — Ответить на предыдущие две положительно, — улыбнулся альфа, сверкая зубами, чем заставил губы Пака поневоле тоже растянуться в улыбке.       — Чонгукки, — улыбаясь, покачал головой омега, будучи в приятном шоке от поведения альфы.       Каждый раз с Чонгуком начинал ощущаться по другому. И если во время прочтения сообщений от альфы или отправки своих омега не начинал внутренне дрожать, то он не мог сказать, что не испытывает волнения и томления во время телефонных или видеозвонков. А уж говорить о личных встречах и вовсе лучше не стоит, Пак каждый раз боится заживо расплавиться, так как внимание Чонгука постоянно обращёно только на него, а тёмные глаза внимательно впитывают в себя каждую деталь.       Чимин старался не обращать большого внимания на это, но всё же испытывал неловкость от такого, давно на него никто не смотрел с таким обожанием, разве только во время первой влюблённости в средней школе, но тогда это было что-то сродни несерьёзному баловству, а здесь же дело набирало очень серьёзные обороты и с невероятно пугающей скоростью. И Пак боялся, что это очень быстро сможет перерасти во что-то абсолютно другое, совершенно не ограниченное только сексом и тематическими отношениями, на что изначально была договорённость.       Снова воцарилось молчание, только теперь каждый не просто им наслаждался, Чонгук и Чимин переваривали произошедший диалог и пытались решить для себя, что же делать дальше. И в особенности — что говорить, потому что обсуждение предпочтений стоило бы продолжить тоже. Оставалось совсем немного до конца списка, думалось омеге, но так как альфа пропросил и его говорить о себе тоже, то обсуждение грозилось затянуться ещё дольше. А этого нельзя было допустить, Чон должен был пойти спать вовремя, чтобы не быть уставшим завтра. И на контрольной, и после неё, к тому же альфий организм был ослаблен гоном, что тоже накладывало определённый отпечаток на поведение, а его особенностей у Чонгука не знали ни сам Чон, ни Чимин соответственно.       — Хороший мой, — позвал Чимин альфу, поднимая на него глаза.       Тот отвлёкся от жевания губы и посмотрел на омегу. Чимин грустно улыбнулся, глядя на милый вид парня. С розовыми мягкими щёчками, немного сведёнными вместе бровями, покусанной нижней губой и немым вопросом в глубоких глазах.       — Продолжим дальше обсуждение? — поинтересовался омега, не заостряя внимания на том, что делал Чонгук со своей губой. В конце-концов, сейчас это было не столь важным.       — Конечно, — кивнул Чонгук. — Я согласен на подвешивание, мне, как и тебе, тоже хочется это попробовать.       — Спасибо, маленький мой, — порозовел Чимин, не в силах выдержать ласковый альфий взгляд.       — Как я уже говорил раньше — мне тоже важны твои желания и хотелки. Я не хочу получать удовольствие один.       Чимин захлебнулся ещё одной благодарностью и попытался скрыть неловкую счастливую улыбку за кашлем. Но Чон всё равно всё понял и продолжал мягко улыбаться в ответ, не отводя глаз от прекрасного вида смущённого омеги перед собой.       — Предлагаю дальше немного ускорить процесс, — проговорил альфа, а Чимин прислушался, ставя галочку напротив пункта с подвешиванием. — Я буду просто отвечать да или нет на следующие вопросы. Без особого объяснения, в конце-концов, мы всё равно не сможем всё попробовать за один раз, поэтому, думаю, мы просто сможем обговорить детали уже в процессе самой сессии.       К удивлению обоих, Чонгук покраснел не настолько сильно, как делал до этого, когда речь заходила об их с Паком сексе. И омеге это даже понравилось, альфа становился всё более раскованным и менее стеснительным в интимном плане, так как Пак переживал, как бы чонгуково смущение от подобных вещей после не сыграло с ними неприятную шутку. Но к радости старшего, альфа постепенно начинал меняться, становился более серьёзным и решительным, при этом не теряя прелестного румянца на щеках и небольшого стеснения там, где это было уместно.       — Хорошо, это логично, — кивнул Чимин, не глядя на Чонгука, и прокрутил список ниже. — Афродизиаки?       — Нет, — быстро мотнул головой Чонгук, от чего несколько фиолетовых прядей упали ему на лицо. Мне не хочется их пробовать, и без них стоит нормально, — немного сдавленно проговорил он конец предложения, но после встрепенулся и большими глазами посмотрел на омегу. — Или тебе хочется? — тише проговорил он, стыдясь того, что не спросил омегу сначала об этом.       — Нет, мне хватает противозачаточных, которые я принимаю, — Чимин всё же решил сразу уведомить Чонгука об этом, чтобы не делать этого во время самого процесса. — Не хочу пичкать организм ещё и этим.       — То есть, когда активом буду я, то я… — замялся альфа, -… могу в тебя без презерватива?       — Да, ты можешь трахать меня без защиты и иногда даже внутрь кончать, — лукаво улыбаясь, ответил омега, а Чонгук нервно заёрзал на стуле. — Но ты же помнишь наше правило, верно, малыш?       — Не кончать без разрешения? — вопросительной интонацией, начиная потихоньку краснеть от происходящего.       — Да, это правило действует при любых обстоятельствах, если только я не сказал в начале сессии, что тебе можно кончать.       — Я понял тебя, мамочка, я запомню это.       — Умница, — решил похвалить Чона омега и снова вызвать румянец на щеках, так как похвала была тем немногим, на что Чонгук краснел без исключения. — Дальше идёт японское искусство связывание, знаешь о таком?       — Да, это шибари и я согласен на это. Я ведь уже согласился на обездвиживаение, просто используем комбинации, что не удерживают всё тело полностью.       — Хорошо. Порка?       — Мне было бы интересно попробовать, только не интенсивно. Возможно, не полноценная порка сначала, а пару ударов, что-то в этом роде.       — Конечно, — кивнул омега. — Я не буду сразу ставить высокую планку, это будет очень неразумно с моей стороны. Только девайсы обсудим в другой раз, ладно? — Чимин посмотрел на время, что уже поджимало.       — Согласен. Что там дальше?       — Асфиксия.       — Удушение? — переспросил Чонгук, а потом замолчал на пару секунд. — Мне немного страшно это пробовать, если честно.       — Мы можем сначала сделать это на мне, — огорошил его ответом Чимин, а альфа сглотнул набежавшую слюну, совершенно не ожидая подобного. — Мне нравится, когда так делают, особенно, когда к оргазму остаётся пару движений, ты находишься в полном экстазе, а тебе внезапно легко перекрывают и так недостающий кислород.       — Ты уверен, что я не задушу тебя случайно, мамочка? — всё же Чонгуку действительно было страшно проделывать подобное, но дослушать омегу он собирался в любом случае.       — Я просто возьму твою руку в свою и сделаю это, — попытался успокоить альфу Чимин. — На самом деле, — решил продолжить и дальше, чтобы точно всё окончательно прояснить, — мне раньше говорили, что я могу сделать это абсолютно неосознанно, такое уже было пару раз, когда я чьей-то рукой душил сам себя, и ещё раз или два — когда это делали абсолютно неожиданно, что было даже приятнее, на самом деле, правда, для этого всё же нужно большое доверие.       — Получается, что мы попробуем? — Чон посмотрел на Пака исподлобья. Он знал, что омега уже доверяет ему, но не знал, настолько ли, чтобы пробовать в постели удушение. И альфа догадывался, что, возможно, с предыдущими своими партнёрами Чимин был не настолько близок, раз прямо сказал о доверии.       — Мы можем, но только не в этот раз, я думаю, — проговорил Пак, немного подумав и взвесив все риски.       — Ага, — выдохнул альфа, не будучи способным на большее после столь обильного количества информации о самом Чимине, которую предстояло ещё осмыслить и принять. Этот омега ему нравился всё больше и больше, своей неординарностью и особенностью буквально во всём.       — Дальше идут игры со льдом. Как тебе такое?       — А где будет лёд применяться? — поинтересовался Чон.       — В любом месте, — ответил Чимин. — Здесь важна больше разница температур и сами ощущения, чем конкретное место применения. Хотя всё равно ощущения на животе и на головке члена будут отличаться.       — Я понял, — Чонгук потрогал свои краснеющие скулы. — Вписывай.       — Уверен?       — Да.       — Хорошо. Расплавленный воск?       — Тут так же, как и со льдом? — прищурился альфа.       — Да, но есть ограничения на воздействие в некоторых зонах. Оно более сложное, чем лёд и… — принялся рассуждать Чимин, чтобы подробнее объяснить Чону разницу в практиках.       — Вписывай, — перебил его Чонгук, ёрзая на подушке.       Чимин кинул на парня недоверчивый взгляд, но послушно вписал и это в общий список.       — Фистинг?       — Точно нет, — ответил альфа, а Чимин довольно и облегчённо выдохнул. Он и сам не особо любил эту практику.       — Царапание?       — Больше нет, чем да, хотя я не особо в этом уверен. Это ты, получается, будешь намеренно сильно царапать меня?       — Да, но я могу срегулировать интенсивность нажима.       — Всё равно не думаю, что хочу, — покачал головой Чон. — Разве что это будут твои ногти в то время, как ты будешь испытывать наслаждение от моих действий, — решительно произнёс Чонгук, а у Чимина заалели уши.       Он был приятно удивлен тем, что теперь Чон соотносил ответы на вопросы и свои желания с тем, чтобы было приятно не только ему, но и омеге. Даже если при этом альфа будет занимать нижнюю позицию или являться нижним участником сессии.       — Затыкание рта? Кляпом или подручными средствами, — уточнил омега и взглянул на альфу.       — Думаю, что да. Мне сложно сдерживать стоны, уверен, что ты заметил это в тот раз в кабинете.       — Да, малыш, ты так и хотел серьёзно ослушаться меня.       — Прости, — Чон склонил голову вниз, но не смотря на это заулыбался. — Я просто сильно громкий и очень чувствительный. Хотя я не думал, что настолько, пока мы не занялись виртом.       — Мне кажется, что ты намного чувствительней, малыш, просто ещё никто не ласкал тебя должным образом. И я исправлю это упущение.       — Уже хочу этого, мамочка, — альфа послал омеге воздушный поцелуй, а Чимин сделал вид, что поймал его и прислонил ладошку к свои губам.       — Грубый или жёсткий секс?       — Да, но не постоянно. Мне бы хотелось чередовать это, причём в обе стороны, если ты не против.       — Нет, не против, — медленно проговорил Чимин, взвешивая что-то в голове. — Только это буду уже я контролировать, но обещаю, что нежного секса будет больше, чем жёсткого.       — Конечно, я ведь твой нижний, мамочка. Это я подчиняюсь тебе, я не в праве принуждать тебя к чему-то и идти против твоей воли.       — Как и я, Чонгукки, — усмехнулся омега. — И да, я понял, что ты хотел сказать, хоть ты это немного не так сформулировал.       Чонгук заалел скулами и в смущении сжал губы в одну полоску, но глаза его улыбались.       — Но я всё равно могу сказать о том, чего мне захочется, правда?       — Естественно, малыш, — вздохнул омега, усталость уже начала одолевать его. — Давай этот момент решим уже в процессе самого секса, такое в основном от настроения зависит.       — Хорошо, — согласился Чонгук, а потом добавил. — Прости, если я поторопился где-то мамочка.       — Всё нормально, мой маленький, — успокоил его Пак, а потом дальше пошёл по списку. — Активная симуляция эрогенных зон: соски, головка полового члена, простата, шея, у тебя ещё и уши?       — Да, вот это точно да.       — Ты решил на все оставшиеся пункты просто согласиться? — Чимин с подозрением посмотрел сначала на альфу, а после на список, где практически не прерываясь был столбик из галочек.       — Нет, мне просто действительно понравилось это, мамочка. В прошлый раз вибратор постоянно касался простаты, и мне было очень хорошо от этого.       — Я тебя понял, — перебил его Чимин, так как альфа собирался дальше разглагольствовать.       Иногда Чонгук становился очень болтливым, и не то, чтобы это не нравилось омеге, но именно сейчас она была совершенно не к месту.       — Идём дальше? — поинтересовался альфа.       — Да, малыш, — вздохнул Пак. — Секс-игрушки тоже да, как я понимаю?       — Правильно. Но ты же обговоришь их со мной, правда?       — Я могу дать тебе ознакомиться с каждой. И рассказать об их применении.       — Я согласен, только вряд-ли у нас получится сделать это в самый первый раз, ведь я не знаю, как пойдёт дело, даже чего ожидать не знаю.       — Мы со всем справимся, малыш, — тепло улыбнулся ему Чимин, и спокойствие омеги передалось и альфе.       — Спасибо, — тихо проговорил Чон, так, что Пак его не услышал.       — И я так понимаю, что управление оргазмом для тебя тоже нормально? Как ты перенёс это в прошлый раз?       — Мне понравилось, я уже говорил тебе об этом на свидании, но повторю, что всё было нормально, только не хотелось бы, чтобы это снова было наказанием. Я просто этого хочу.       — Я понял тебя, малыш, в любом случае, если что пойдёт не так, просто скажи мне об этом или лучше всего используй стоп-слова, так как во время сильной стимуляции ты можешь кричать и просить меня прекратить, но на самом деле ты этого не будешь хотеть, просто иногда наш мозг работает немного по-другому.       — Я уже понял, что стоит говорить их, почувствовал во время вирта сегодня. Они совсем по другому ощущаются.       — Но и так же ты должен называть мне свой цвет независимо от того, спросил ли я тебя об этом. Особенно если это жёлтый или красный, Чонгук.       — Я понимаю и скажу это, мамочка. Что ещё осталось в пунктах?       — Оттягивание волос.       — Скорее всего да, не думаю, что это неприятно.       — Да, ты прав, тут всё зависит от силы воздействия. Тем более, что у тебя очень красивые волосы и удобные для этого. Разрешишь мне заплести тебе что-то на время сессии? — склонив голову на бок, застенчиво попросил Чимин, надеясь, что Чонгук согласится на его маленькую хотелку.       — Конечно разрешу, мамочка, — широко улыбаясь, довольно ответил Чонгук, радуясь тому, что омега выразил своё личное желание.       Чимин тоже не мог удержаться от того, чтобы не заулыбаться.       — Там осталось совсем немного пунктов, — заплетающимся языком проговорил он, так как до сих пор не отошёл от смущения. — Причинение боли… — весёлость быстро сошла, как только омега прочитал пункт. — Ты же не хочешь этого, малыш? — не совсем уверенно произнёс Пак, явно растерявшись.       — Здесь точно нет, — быстро сориентировался Чон, не дав омеге слишком занервничать. — Вычеркни это сразу, пожалуйста, тем более, тебе это вообще неприятно, как я вижу.       — Спасибо большое, — сдавленно и торопливо выпалил Чимин, полностью стирая эту строчку. — Мне действительно это совершенно не нравится.       — А как ты относишься к жёсткому сексу? Я на него хоть и согласился, но как это будет для тебя, мамочка.       — Мне он тоже нравится, — ответил Чимин, всё ещё продолжая смущаться и отвечать на вопросы Чонгука.       Омега совершенно отвык от такого, от того, что спрашивают его мнение и предпочтения в постели. Обычно он говорил, что ему что-то не нравится уже во время самого секса, но его либо игнорировали, либо же пускали совершенно неуместные комментарии.       — Дальше идут следы, — Чимин снова вернулся к списку и начал читать. — Засосы, укусы, следы пальцев, временная метка… Ой!       — Нам ещё рано переходить к этому, согласен, — усмехнулся Чонгук, снова наблюдая за розовыми скулами напротив. — Но остальное я хочу, только не на видных местах, пожалуйста.       — Аналогично попрошу и тебя, — омега тоже усмехнулся в ответ. — У меня нежная кожа и всё проявляется очень быстро, так что будь аккуратен, Чонгукки, пожалуйста.       — Конечно.       — Дальше жидкости. Обилие слюны, смазки, спермы, предэякулята… — омега сдвинул брови и прищурился, замедляясь.       — Точно да, давай дальше, — торопливо ответил Чонгук и откинулся на стену, прислоняясь к ней затылком.       Чимин кивнул, понимая реакцию. Он догадывался, что альфа согласится на этот пункт, так как он сам без всяких слов взял его член в рот во время их первой встречи. А от воспоминаний о том, как сочно Чон сосал его грудь Чимин до сих пор поневоле содрогался.       — Осталось три пункта всего. Перевязывание глаз?       — Я не уверен…       — Боишься темноты? — вскинул бровь омега, явно заинтересованный подобным.       — Мне она неприятна, — поёжился Чонгук. — Я не люблю всё, что с ней связано.       — Так я убираю этот пункт? — Чимин уже потянулся, чтобы стереть это, но Чон взепно дёрнулся вперёд.       — Не надо! — громко проговорил он, а после стушевался. — Пусть немного побудет, пожалуйста, мы попробуем и если не получится, то уберём уже тогда.       — Хорошо, — медленно проговорил омега, отводя курсор от пункта. — И практически последнее, от него наполовину зависит твой ответ на последний вопрос. Римминг.       — Мне?! — тут же выпалил Чон и вспыхнул от внезапного стыда, быстро прислонив пальцы к скулами. — Ой… — смутился альфа, наконец-то понимая, что именно сказал. — Я не хотел, не думал, прости…       — Вообще ты прав, — Чимин едва удержался от того, чтобы не засмеяться, но на губах всё равно заиграла улыбка. — Именно для тебя, малыш, мы всё ещё продолжаем говорить о тебе.       — Я не знаю, — явно расстерялся альфа. — Разве омеги делают такое для моего пола?       — Чонгук, — покачал головой омега, а Чон всё понял только от этого жеста.       Такое мягкое покачивание головы и сжатые губы свидетельствовали только об одном — Чимин был недоволен именно словами Чонгука и его недоверием.       — Прости, я снова сомневаюсь, — альфа быстро осознал свою ошибку и попытался исправиться. — На самом деле мне бы очень хотелось попробовать подобное, омеги часто получают подобные ласки, и мне всегда было интересно, как это…       — Чувствовать язык в заднице? — лукаво улыбнулся Чимин, собираясь немножко подразнить парня. — В своей тугой девственной дырочке?       — Да, — прохрипел альфа, начиная ощущать пульсацию между ног от слов омеги. — Именно так, мамочка.       — Тогда последний вопрос. Оседлание?       — Чего?       — Ну, — расстерялся Чимин, явно не понимая, что именно было новым для Чонгука в этом слове. — Это когда ты будешь садиться…       — Нет-нет, — замахал руками Чон, намереваясь прервать омегу и как можно быстрее. — Оседлание чего именно? Члена?       — Да, и не только. Ещё лица, — Чимин потёр свой нос, пытаясь скрыть неловкость от того, что сразу не смог понять альфу.       — Я думаю, что хочу всё это. Мне хочется попробовать подобное, хоть я раньше и не думал о таком совершенно.       — Это всё, малыш, — Чимин откинулся на спинку стула, потирая глаза. — Ты ещё не хочешь спать? Поздно уже…       — Есть немного. Но может расскажешь мне, что будет завтра на сессии?       — Я не спланировал ещё всё так, как хотелось бы, но исходя из твоих ответов я точно использую секс-игрушки и частичное обездвиживание, хотя не знаю ещё точно. — Ты бы хотел попробовать завтра что-то особенное?       — Если ты о нашем сексе, то я не знаю, на самом деле. Я понял, что абсолютно несведущ в подобных вопросах. Мои родители были достаточно строги относительно этого.       — Они запрещали тебе себя ласкать? Или мастурбировать? — разволновался Чимин, удивляясь своей реакции, хоть и понимал, что такое возникает довольно-таки часто.       — Нет, но я не мог спокойно это делать у себя в комнате, так как у них совершенно не существовало понятие личного пространства, — развёл руками Чонгук, но взгляд не отводил. — Только в редкие моменты, когда их дома не было и я точно знал, что это надолго я мог заняться самоудовлетворением. Мы можем после ещё поговорить об этом. Только не так, я хочу чувствовать тебя рядом физически.       — Я понял тебя, спасибо, что ответил, — Чимин понял, что в этот раз копнул слишком глубоко. — Мы обязательно поговорим лицом к лицу, как только ты захочешь, солнышко, всё же не всю неделю мы будем заниматься сексом.       — Я так не хочу уходить, — грустно проговорил Чонгук и всё-таки склонил голову вниз, исподлобья посматривая на омегу щенячьими глазками.       — У нас будет целая неделя, малыш, — нежно протянул Пак, но грусть и его одолевала. — Целая неделя вместе.       — А дальше?       — А дальше мы посмотрим, — заверил альфу Чимин, а Чонгук понял, что омега говорит не о расставании, а как обычно о недостатке времени, ведь вряд ли в ближайшее время они смогут видеться столь продолжительное время без перерывов.       — Мы можем ещё, мамочка? — тихо спросил Чонгук через некоторое время, на самом деле смущаясь от своей же просьбы.       Чимин внимательно смотрел на Чона, надеясь, что тот всё-таки договорит свою мысль, хоть в голову омеги уже закрадывалось продолжения его слов.       — Ну, заняться виртом… — альфа неловко смял пальцами одеяло в районе паха.       — Возбуждаешься, Чонгук? — нахмурился Чимин, скользя взглядом по фигуре альфы, пытаясь выцепить признаки. Его глаза остановились как раз на руках Чона       — Да, есть такое.       — Выпей подавители сейчас, — сказал Пак, чем обрубил на корню все надежды Чонгука на продолжение.       — Я не… — попытался возразить Чонгук, но быстро закрыл рот под стальными карими глазами.       — Чонгук, пожалуйста, — надавил Чимин твёрдым голосом. — Не заставляй меня.       — Ладно, — он отвернулся, непроизвольно выпятив нижнюю губу.       — Не дуйся, — Пак зачесал чёлку назад. — Я хочу лучше для тебя. Я был бы спокоен хоть немного, если это был бы твой не первый гон.       — Ага, — альфа не прекращал вести себя по-детски.       — Чонгук. Перестань.       — Извини, мамочка, — всё же сдался Чонгук под напором омеги. — Ты пойдёшь завтра на работу?       — Не думаю, хочу подготовиться к завтрашнему дню.       — Я думал, что ты ходишь туда каждый день.       — Малыш, я владею этим клубом и он имеет достаточно хорошую репутацию, чтобы я не появлялся там, скажем, неделями, — Чимин натянул подол сорочки немного ниже, так как он поднялся вверх от ёрзания на стуле. — Но ты прав, я прихожу туда часто, иногда разобраться с бумагами, потому что в кабинете лучше думается, иногда просто расслабиться. К тому же дома у меня нет кабинета, только гостиная, спальня, кухня и ванная.       — Я понял тебя, — Чонгук грустно сомкнул губы. — Тогда до завтра, получается? — он кинул быстрый взгляд на время.       — Получается, что так, — кивнул Чимин, ему тоже не хотелось расставаться. — Найди сейчас таблетки, пожалуйста.       — Ладно, — явно нехотя произнёс альфа, но всё же послушно встал и отправился к шкафчикам Тэхёна.       — Напиши мне, пожалуйста, завтра о своём самочувствии, хорошо? Чтобы я не беспокоился с утра. И точное время, когда у тебя закончатся пары, я сразу же заберу тебя, не задерживайся.       — Конечно, мамочка, — Чон вытащил из аптечки Кима нужный блистер и кинул его на кровать. — Спокойной ночи, тогда? Я нашёл таблетки, сейчас выпью.       — Давай, Чонгукки, не задерживайся с ними, — посоветовал Чимин, наводя курсор на кнопку выключения звонка. — Спокойной ночи, солнышко моё.       — Сладких снов тебе, мамочка, — Чонгук сложил из пальцев двух рук сердечко, а Чимин смущённо заулыбался, сделав милые глаза и тоже сердечко, только из большого и указательного пальца левой руки.       Незаметно для альфы он сделал скриншот, собираясь отправить его завтра с пожеланиями доброго утра. Он был уверен, что снимок точно поднимет Чону настроение.