Деревенские идиоты

Молодого посла ничто не могло остановить перед достижением поставленной цели: ни жаркая погода, ни буйная реакция соседей, ни летящие помидоры в его лицо. Шатен всегда отличался своей настойчивостью и чистосердечной верой всякой несусветице. И вот, он уже сидит в беседке у очередного друга и проповедует ему битый час. — Чонгук, я уже говорил тебе, что не верю в эту чепуху, — устало цокнул золотоволосый и снова уставился на собеседника с нескрываемым презрением. — Это не чепуха, как вы не понимаете! — одновременно злясь и расстраиваясь, пролепетал младший. Чон достал следующую книгу и раскрыл подготовленную страницу. — Вот послушай, тут написано, что неверующих людей Никто знает, и после смерти будут они в муках жи... — Чонгук! — повысив голос, парень перебил мальца. — Я про твоё нездоровое увлечение расскажу твоему отцу, пускай любыми способами вернёт тебе рассудок. — Мой отец со мной! — прикрикнул юноша ошарашенному Тэхёну и отодвинув стул от товарища подальше — ему неприятно находиться близко возле злых людей, и продолжил: — Наш Правитель может сжалиться лишь в том случае... Ким пропускал мимо ушей половину сказанного его другом. Если не родители, то только товарищи смогут вправить мозги пострадавшему селюку. Перебирая разные варианты в голове, Тэхён и не заметил, что Гук резко остановил монолог и уставился на старшего. — Что случилось? — переспросил золотоволосый, с опаской наблюдая за парнем. — Какое сегодня число? — последовал встречный вопрос от сидящего напротив. — Двадцать восьмое, а что? Услышав ответ, младший округлил глаза, и ничего не ответив Тэхёну, стремительно покинул беседку, а после перешёл на бег и скрылся за калиткой. Ким смотрел в след Гуку, ошарашено приподняв бровь. Что с ним случилось он так и не понял, поэтому продолжил размышления о спасении наивного Чона. Бежал селюк по направлению к дому, не отвлекаясь ни на что, вломился и стал стаскивать простыни и одеяла с диванов. За этим всем наблюдал его отец, что до этого в тишине читал новый выпуск газеты. — Чонгук, что ты делаешь? — в недоумении мужчина глядел на сына, что взял в руки скотч и подошёл к окну. — Нет времени объяснять, грешник. Лучше помоги мне, — тон мальца был настолько серьёзным, что господин Чон онемел на несколько секунд, будто перед ним стоит не его пятнадцатилетний сын, а уже самодостаточный мужчина. — Чего вылупился? Помогай. Родитель вышел из транса и уже зло посмотрел на сына. — Как ты разговариваешь с отцом? Давно мы тебя не запирали в комнате? — он стукнул кулаком по столу, от чего шатен передёрнулся и с мольбой уставился на него. — Ну, па-а-ап! — заныл Гук, положив скотч на подоконник. — Я прочитал сегодня в книге, что двадцать восьмого числа все должны сидеть дома с закрытыми окнами, чтобы и лучика света не просочилось в помещение, а выходят на улицу только грешники. Никто это проверяет. — Так почему ты сразу не сказал? — начиная паниковать, мужчина встал со стула, подбежал к сыну и начал помогать ему завешивать окна покрывалом. Ещё минут двадцать двое нервных верунов бегали по этажам и перегораживали свету путь в свой дом. Когда закончили, спокойно сели на кухне за стол, при этом облегчённо выдохнув. Теперь они спасены. — Что здесь происходит? — напротив них оказалась грозная женщина в тёмно-синем платье. В темноте её не было практически видно, но по очертаниям было понятно, что стоит она в позе «руки на боках». Это значит лишь одно — им пора спасать свои задницы, ведь хозяйка вернулась. *** В полдень жара стала просто невыносимой — ни одного дуновения ветра или облака на небе, что закрывало бы землю от палящих лучей. Как хорошо, что работать Киму старшему пришлось за домом в тени. — Джису, подай мне шуруп, — сидя на корточках перед собачьей будкой, Намджун повернулся к сестре. Девушка послушно достала винт из деревянной коробки, что держала в руках. Когда этим утром матушка принесла их псу свежей воды, заметила трещину на одной стенке и попросила сына отремонтировать её как можно скорее. Только получив подзатыльник от матери парень пошёл выполнять поручение. Лучше поздно, чем никогда. — Мони так вырос! — восхищался Хосок, играясь с собакой Кимов недалеко от хозяев. — А то! — воскликнула Джису, с улыбкой глянув на резвящегося питомца, что бегал вокруг ног Чона. — Ты дала мне болт, а не шуруп, — нахмурился тёмноволосый и протянул его помощнице. — Какая разница? Что то, что то — винтик, — невозмутимо пролепетала она, пожав плечами. В ответ последовал глубокий вдох Намджуна, после чего он забрал у сестры коробку и сам вынул нужную деталь. — Кстати, Намджун, ко мне тут недавно заявились очень экстравагантные гости... — обратился к приятелю рыжий, одновременно поглаживая собаку возле себя, что вымазала свою белую шёрстку в пыли. — Эти чокнутые с фольгой на голове и до тебя добрались? — встревожился Ким, отвлёкшись от ремонта. — Откуда ты знаешь? — искренне удивился Чон. — Так они уже несколько дней шастают по селу, — встряла в разговор Джису. — Всё пытаются людей к себе заманить да книжки про своего Повелителя пораздавать. — В деревне началось какое-то безумие... — нервно мотал головой Намджун, старательно вкручивая шуруп в деревяшку. — Ты не слышал, что Чонгук к ним присоединился? — Чонгук сделал что? — Хосок оцепенел и вытаращился на друзей. — Да-да, он стал одним из послов, — добавила тёмноволосая, подняв коробку с инструментами. — Ещё и дань этим помешанным принёс. — Что принёс? — снова переспросил парень, изумляясь всё больше и больше от слов товарищей. — Козу их, Серафиму, — продолжила рассказ девушка, встав лицом к Хосоку. — Отвёл бедняжку прямо в логово фанатиков за новую шляпу. От такой новости юноша раскрыл рот. Двоюродный брат всегда был особенным, но до такого уровня идиотизма ещё не доходил. — С этим нужно разобраться, — решительно проговорил Хосок, выйдя из состояния потрясения. — Где находится их логово? — Что ты задумал? — поинтересовался Джун, учуяв что-то странное в боевом настрое друга. — Чтобы больше никто не пострадал, мы должны прогнать этих очковтирателей! — поднявшись с земли, уверенно проговорил Чон. В его глазах появился азарт. — Кого-кого? — Джису прищурилась и наклонила голову. — И как ты предлагаешь это сделать? — проигнорировав сестру, спросил Ким, вместе с девушкой посмотрев на отважного приятеля. На лице рыжего появилась лукавая ухмылка. Он наметил нечто действительно фееричное. *** Вечерело. Не так яростно припекало солнце, а мычание и кудахтанье из загонов оживляло тихую обстановку на улочках. Наконец-то подозрительные и отчасти агрессивные конспирологи не донимали сельских жителей целый день. — Мне в бок что-то колит! — шёпотом возмущалась Джису и чесала живот. — Ну, конечно. Ты видишь, где мы находимся? — ворчал брат, поправляя свою растрёпанную причёску. — Вижу — в засаде, — ответила девушка. — Но почему в куче сена? — Тишина! — поднял руку перед лицами родственников Хосок, остановив их перепалку. — Если будете и дальше бухтеть, наш план пойдёт коту под хвост, — Кимы закатили глаза и замолчали, готовясь к исполнению задания. Троица притаилась в одном из стогов сена внушительного размера, прямо возле домика пришельцев. Чтобы изгнать сектантов из деревушки, рыжий решил воспользоваться рисковым приёмом. — Достаньте петарду, — вполголоса приказал Чон, вытянув руку. Намджун вытащил одну из своей кожанки и вручил товарищу.  — Теперь спички, — вытянул вторую руку. Девушка стала рыскать по карманам, пока юноша ждал, не двигаясь с места. — Я забыла, — промямлила Джису. — Как забыла? — вспылил рыжий, резко повернувшись к подруге. — Это же была твоя задача! Что сложного в том, чтобы принести коробок спичек? — Возьми мою зажигалку, — встрял спокойный Джун и положил её на ладонь Чона. — Так, хорошо, — угомонился Хосок и немного высунулся из сена. Со стороны были заметны лишь руки, торчащие из соломы. Подростки пристально наблюдали за действиями друга: как перевернул петарду хвостиком вверх, как подготовил палец к нажатию рычажка зажигалки, как зажмурился и начал отсчёт. Кимы отодвинулись от неопытного поджигателя на всякий случай, но не сводили с него взгляд. Вот-вот и Чон скажет «три», закинув фейерверк к дверце. Но почему-то верёвка не поджигалась. — Что-то не так? — еле слышно спросила Джису, прищурив глаза от страха. — Только не говори, что ты купил просроченные петарды... — медленно развернувшись к Намджуну, вымолвил раздражённый Хосок. — Ты хотел, чтобы я ради этих сумасшедших, — Ким кивнул в сторону деревянного дома, — потратился на дорогие взрывчатки? Да никогда в жизни! Довольствуйся тем, что есть. — Намджун, ты прикалываешься? — рыжий развёл руками, не выпуская из них зажигалку и неработающую петарду. — По-твоему, я их должен швырять просто из упаковки? Они же не горят! — А почему бы и нет? — влезла Ким младшая, получив злобные взгляды Чона и брата. Пока приятели шёпотом спорили, кто из них виноват в провале миссии, девушка взяла зажигалку с петардой и попробовала подпалить её самостоятельно. «Эти мальчики постоянно делают всё неправильно» — мелькнула у неё мысль. Взрывчатка всё ещё не поддавалась. Вдруг старшие одновременно остановили ссору и стали принюхиваться. — Что за... запах? — встревожено процедил Хосок, взглянув на тёмноволосую. — И где зажигалка? — Пожар! — крикнул Намджун и начал энергично вылазить из сена. Остальные двое заверещали в один голос и помчались за Кимом, выбросив всё из рук. Солома вспыхнула, а огонь распространился по всей горе сухих веток, где прятались селюки. Даже та жалкая петарда сдалась и бабахнула, от чего горящее сено разлетелось в разные стороны. На крики из деревянного вагона выбежали три шокированных посла и узрели высоченный огненный столб. Упав на колени, начали вопить на всё поле: — О, Властелин Никто, наш Повелитель! Прости этих грешных за непослушание и неуважение! За то, что не повинуются твоим законам!.. Не успели завершить свою молитву, как под хворостом зажглась вторая петарда, что выпала из кармана Намджуна, когда тот вылезал из-под соломы, и с оглушительным грохотом взорвалась прямо на глазах у мужчин. Неистово закричав «Владыка, прости, что покинули наш дом!», забежали в своё убежище и двинулись в противоположном направлении от пожара по кочкам и камням. Услышав визги пугливых подростков, из своего двора вылетел золотоволосый. Радар в его голове показывал источник крика — на севере. Не добравшись до точки назначения, уже заметил струйку чёрного дыма, что стала для парня маяком. Тэхён прокручивал мысль «Только бы не огонь, только бы не огонь...», но прибыв к месту возгорания, с испугом в глазах оглядывал ситуацию. Подойдя к не менее напуганным Кимам и Чону, что отбежали от пламени на несколько метров и застыли в ужасе, быстро затараторил: — Выносим все запасы воды! Живо! Первым очнулся Намджун и пулей помчался к своему дому, чтобы отыскать как можно больше вёдер. Джису последовала за братом и с криками «Пожар! Горим!» ринулась к сараю, возле которого у них был кран с водой. Недоумевавший и впечатлительный рыжий продолжал стоять, как вкопанный, и не вдуплялся в происходящее. Видимо, от третьего помощи можно не ждать. Тэхён поспешно развернулся на сто восемьдесят градусов и в его поле зрения оказался большой металлический бидон. Подойдя к нему ближе, сразу же выдохнул с облегчением — это бочка с водой, которая была поставлена десять лет назад на случай подобного происшествия. После того как отец Чонгука случайно чуть не спалил пол села, выбросив непотушенный окурок в сухую траву, на территории оставили и несколько огнетушителей, но в темноте найти их было практически невозможно. Проблема не решилась, ведь нигде поблизости не было шланга. Собираясь лететь к соседям за помощью, Ким боковым зрением заметил справа от себя бежавшие со всех ног силуэты: Чимина с двумя вёдрами воды, Сыльги с открытым ртом и Чонгука в чёрном одеянии и фольгой на голове. Последний в ту же секунду заголосил: — Это Никто злится на вас, грешников! Срочно все по домам! — Чон хотел взять под руку близ стоящую Кан и отвести её в укрытие, но молодая девушка выдернула руку с такой силой, что толкнула селюка, от чего малец с грохотом упал на спину. — У кого-то есть шланг? — вдруг раздался громкий голос Тэхёна, что обращался к прибывшим. Пак коротко и отрицательно помотал головой и побежал к стогу сена, чтобы вылить воду. Правда, два маленьких ведра никак не помогли, поэтому он снова двинулся домой за новой порцией. — У меня есть! — ответила Сыльги и побежала к деду за шестиметровым шлангом. Теперь подоспела и Джису с мамой. Женщина недовольно спросила у дочки, что за крики раздавались среди вечера, а узнав ответ, помогла принести ещё четыре ведра с водой. Намджун нервно копошился в сарае, пытаясь найти нужные ёмкости, но всё безуспешно, ведь все вёдра забрали родственницы. Вскоре пришла и Сыльги с новым шлангом, подбежала к Киму и они вдвоём принялись прикручивать его к бочке. Рычаг, что открывал доступ к воде оказался невероятно тугим, поэтому парень попросил Кан развернуть шланг к огню, пока он с остальными выбежавшими соседями попытается его закрутить. Девушка чётко выполняла поручение, в то время как рыжий всё ещё стоял в ступоре и молча пялился на пламя, Чонгук нёсся к себе в убежище, женская часть семьи Кимов возвращалась домой за водой, а трое сильных мужских рук откручивали рычаг, а точнее: Тэхён, дедушка Сыльги и сосед с другого квартала, которого девушка никогда не видела. Общими усилиями получилось заставить воду большим напором литься в прикрученный кран. Шатенка, готовая направить струю в нужное место, поняла, что напор настолько мощный, что это не она управляет шлангом, а шланг управляет ею. Непослушное орудие выкручивалось в разные стороны, никак не поддаваясь регулировке. Напор воды даже сбил с ног проходящего мимо Чимина, который ещё и опрокинул на себя свои же вёдра воды. Увидев эту картину, золотоволосый устремился выручать подругу. Будучи полностью сосредоточенной на тушении пожара, городская и не обратила внимания, кто к ней подтянулся сзади. Парень тотчас прижал Кан к себе, заставив её от внезапности слегка вздрогнуть. Крепко вцепившись в её руки и тем самым обхватив шланг, Ким уверенным движением поднял и направил струю прямо в эпицентр возгорания. Только спустя пару мгновений Сыльги сообразила, кто навис над ней, закрывая от жара и клубóв дыма. Опустив глаза на руки помощника, она не поверила увиденному — отныне эти длинные и тонкие пальцы, что обвили её запястья, девушка узнает из тысячи. Ощущая парня каждой клеткой своего тела и его крепкую хватку, Кан чувствовала себя в полной безопасности. Лишь сейчас Сыльги осознала, что похожа на действительно миниатюрную девочку возле Тэхёна. На секунду отвлёкшись от огня, она взглянула вверх, на напряжённое лицо юноши. Всегда уравновешенного и невозмутимого парня, который не стал паниковать, как многие, а грамотно всех скоординировал для успешного пожаротушения. Остроязычного и временами бесящего умника, что не оставил её на этот раз мучиться самостоятельно, но взял на себя всю тяжесть неуправляемого шланга и прикрыл от смога. Сыльги сочла это достаточно благородным жестом, и, не сдержав улыбки, продолжила свою работу. Суета и галдёж вокруг гигантского костра продлились аж до сумерек. Почти весь посёлок присоединился и активно участвовал в поливке пожара, в итоге командный труд деревенских взрослых и молодёжи показал отличный результат. Разноголосица была такой оглушительной, что даже ленивый Юнги притопал поглазеть на сжигание соломы со стаканом воды, который торжественно вылил, поставив жирную точку в случившемся. — Ничего сложного, — надменно ухмыльнулся брюнет, когда Тэхён и Сыльги одновременно отпустили шланг и устало выдохнули. Радости сельчан не было предела: и подростки, и старики победно хлопали в ладоши, собирая свои вёдра и бутылки по полю и постепенно возвращаясь по хижинам. Пока предки Кимов и Кан удалялись к кварталам со своими ёмкостями, друзья задержались в поле ещё на какое-то время. — Что здесь произошло? — подойдя к остальным, спросила вымотанная Сыльги, вытирая капли со лба. Троица, которая всё устроила, стояла молча и переглядывалась между собой, не решаясь что-либо говорить, дабы не взболтнуть лишнего. — Вы же первые пришли к пожару, — указал на них золотоволосый, громко кашляя из-за дыма, которым надышался. — Видели что-то странное? — Та нет, — ляпнул Намджун, сделав самый непринуждённый вид и по привычке почесав затылок. — Ничего такого... — Всё уже горело, когда мы увидели... — повторила за братом Джису, накручивая локон волос на палец. — Хосок, а ты? — поинтересовалась Кан, приблизившись к парню. — Я? А что я... Я с ними был и ничего не знаю, — прикусив губу, пробурчал Чон, вжавшись в плечо тёмноволосого. Делая глубокие вдохи и выдохи, Тэхён медленными шагами прогуливался по сожжённой траве, скрестив руки на груди и слушая беседу приятелей. Поведение троицы сразу показалось ему подозрительным, но он не знал, что конкретно они натворили. Внезапно его внимание привлёк непонятный объект, засыпанный пеплом и землёй. Присев на корточки, юноша осторожно встряхнул лишнее с предмета и вгляделся — это была зажигалка. — Ребята, — помахав находкой, окликнул товарищей Ким, — кажется, я нашёл причину пожара, — подойдя прямо к троице, Тэхён показал её друзьям. На его лице не дрогнул ни один мускул, в отличие от Кимов и Чона. Хосок громко сглотнул, смотря на зажигалку, Намджун прочистил горло, собираясь что-то объяснить, а Джису глупо улыбалась в надежде, что с неё подозрения спадут. — Ничего не хотите нам рассказать? — золотоволосый наклонил голову, покосившись на собеседников. Сыльги и Юнги, который подкрался поближе, тихо наблюдали за действиями знакомых, с трудом сдерживая смех. От неловкого момента их отвлёк звонкий стук недалеко от потушенного сена. Ребята одновременно повернули головы к источнику звука: мокрый Чимин вставал на ноги, при этом стучал вёдрами у себя в руках. Поднявшись и отряхнув промокшую одежду, он повернулся к друзьям. — Я пойду умоюсь, — с этими словами блондин удалился вглубь улицы. Эта минута дала шанс провинившимся селюкам придумать иную историю случившегося, в которой они не были в числе виновных. — Я спокойно сидел на дворе и пас гусей, когда всё случилось, — спокойно начал Джун. — Меня отвлёк звук машины в поле, поэтому мы вместе с Джису и Хосоком, который приехал к нам на ночёвку, решили проверить, что случилось. Когда пришли туда, увидели удаляющийся фургон с сектантами и горящее сено. Для Сыльги прозвучало всё вполне правдоподобно, поэтому девушка нахмурила брови и начала проклинать бесстыжих мужчин за содеянное. Только Юнги заметил несостыковку в фактах. — Тебя же после того дня мать не подпускает и на два метра к вашим курам, — вдруг выпалил Мин и подозрительно глянул в глаза друга. — Это гуси, — ответила улыбающаяся Джису. — Не важно, — отрезал брюнет и снова уставился на краснеющего Намджуна. — А... Я... — пытаясь придумать оправдание на ходу, Ким нервно чесал своё запястье. — Эту зажигалку я видел у Джуна, — вдруг встрял в разговор до этого молчаливый Хосок. После такого заявления Кимы посмотрели на предателя со злостью. — Не знаю, что здесь произошло, но вы определённо замешаны во всём этом, — сделал вывод Тэхён. — Поэтому и последствия убирать будете вы. Завершив допрос, золотоволосый молча направился к себе домой. Он был рассержен на друзей за то, что они по своей неосторожности подвергли опасности население деревни, так ещё и нагло врут ему в лицо. Кан молча глядела вслед уходящему соседу и с мурашками по коже вспоминала, как он помог ей справиться со шлангом. Когда Ким скрылся из виду, последовала его примеру и направилась в дом отмываться от неприятной сажи. Юнги не сильно заботили детали истории, поэтому сказав напоследок «Удачи в уборке, бедолаги», также ушёл. Виноватая троица ещё несколько минут стояли, прикусив языки, пока Ким младшая не нарушила тишину: — Зато очковтирателей прогнали!