В душе и сердце

      У многих народов суббота — день, отданный мертвым. Это время памяти, когда живые обращают свои мысли к ушедшим предкам, когда путь многих ведет к могилам прородителей — туда, где царит тишина и шепчут тени. В такие дни на свет иногда приходят особенные дети — как будто рожденные на границе двух миров, они ближе к мертвым, чем к живым.

***

      Ты родился в день мертвых. Точнее в ночь, в тот зыбкий миг между двумя днями, когда граница между мирами особенно тонка. Еще бы пара часов — и все было бы иначе. Ты мог бы смеяться над историями о призраках, не ведая, что значит жить на их грани. Но ты появился в субботу — день, когда поминают мертвых.       С самых ранних лет ты возился с теми, кого нет. Ты тогда не верил в них, просто был ребенком, который не понимал, что за тени шепчутся в углу комнаты. Потом пришли голоса. Ты не всегда их видишь, но ты знаешь, как с ними говорить. Знаешь, что они не могут причинить тебе вред, и все равно страшно — потому что это не должно быть нормой. Так все говорят.       Ночами ты лежишь без сна и чувствуешь, как кто-то садится рядом, невесомо дотрагиваясь до плеча. Ты знаешь, кто это. Твой старый друг, с которым вы играли в семь лет. Он сгорел в лесном пожаре. Он немного сердится на тебя — ты вырос, а он остался тем же там, в глубине темных сосновых лап. Когда он касается твоей руки, по телу проносится холодный ужас, и ты не можешь его сдержать. Почему именно с тобой все это происходит? За что тебе все это досталось?       Они часто прикасаются к тебе, ведь ты — их. Они зовут тебя с собой. И в этом они, пожалуй, правы. Ты хочешь жить — тебе это вдалбливали с ранних лет. Так нужно. Жить, улыбаться, держаться, цепляться. Но ты чувствуешь, что не принадлежишь этому миру. С живыми тебе скучно. А мертвые пугают… Это пока. Это пройдет. Ты уверен, что просто еще не научился понимать их. Может с ними ты обретешь покой? Что тебя удерживает в мире живых? Страх? Привычка быть «нормальным»?       Ты все еще цепляешься за мысль, что это не духи — ты просто сходишь с ума. Что не зря тебя отдали на пару лет в психиатрическое. Тебе страшно, потому что ты не знаешь, что ждет по ту сторону. У тебя верующая семья. Ты веришь в Бога — а значит, путь к мертвым своими руками для тебя закрыт. Но будь честен хотя бы с самим собой — ты ведь ждешь. Случайность, например — чтобы машина сбила, чтобы подкараулил кто, чтобы неудачно упал, чтобы все решилось само. Такая смерть тебя бы устроила.       Ты поворачиваешь голову и замечаешь, как один из них растворяется в воздухе, словно играючи, будто хочет подразнить. И снова закрадывается сомнение. А был ли он на самом деле? Конечно был — ты это чувствуешь. Ты всегда чувствуешь их присутствие. У каждого из них своя особенность: один постоянно следует за тобой, другой ждет тебя дома, третий появляется впервые. Но все они повторяют одно и то же — зовут тебя к себе.       Ты же ближе к мертвым, чем к живым — не отрицай. Ты это знаешь. Но тебе не с кем об этом говорить, подумают, что ты сумасшедший. Иногда ты шепчешься с тенями, но и они не понимают твоих сомнений. А может, это ты их не понимаешь. Ведь ты пока еще жив.       Однажды ночью, когда тьма казалась особенно густой, а дом — чересчур тихим, ты снова проснулся от ощущения чужого взгляда. Сердце сжалось, как всегда в такие моменты, но ты не двинулся. Просто лежал, уставившись в потолок, слушая, как звенит тишина. Он появился у изголовья кровати — не внезапно, не пугающе, будто всегда был тут. Ты узнал его сразу. Внутри все обрывалось. Это был не друг из детства, не кто-то из привычных теней — этот был другим. Странно знакомым. Почти родным. Его черты менялись, словно вода отражала разные лица, и ты понял — это собирательный образ всех, кто звал тебя все эти годы. — Ты все еще сомневаешься, — на уровне слышимости. Ты с трудом сглотнул. — А ты правда существуешь?       Он улыбнулся — не холодно, не зловеще, а почти печально. — Это уже не важно. Ты ведь чувствуешь нас. Всегда чувствовал. Это твоя природа. Ты принадлежишь границе. — Я не хочу умирать. Просто… я не умею жить.       Он кивнул, как будто это было ожидаемо, даже в какой-то мере очевидно. — Мы не просим тебя умереть. Мы зовем тебя, потому что ты — часть нас. Мы не тянем. Мы ждем. — Зачем? — Чтобы ты не чувствовал себя одиноким. Мы видим в тебе то, чего не видят живые. А ты видишь нас, уделяешь нам внимание, когда все просто проходят мимо. Ты можешь стать мостом. Проводником. Или просто быть с нами. Когда будешь готов.       Ты не ответил. Просто лежал, чувствуя, как исчезает тревога, привычная как дыхание. Шепот подошел ближе и коснулся твоего плеча. На этот раз не было ужаса. Только прохлада, как от тени дерева в жаркий день. — Я вернусь. Когда снова станешь сомневаться. А ты ведь станешь. Это нормально.       И он исчез. Не тая в воздухе, не растворяясь в дымке. Он просто перестал быть. А ты остался. Один, но не так, как раньше.       Граница тоньше, чем казалось. Но переходить ее не обязательно. Или наоборот стоит наконец плюнуть на "нормально" и дать себе свободу познакомиться с ней поближе?