Повелитель-неудачник. Том 2 - Эльфы

Три недели. Почти месяц. Именно столько мы сидели во дворце. Выжидали до последнего и не прогадали. Хотя не сказал бы, что всё это время я проводил в переживаниях и судорожном обдумывании нового плана. Совсем наоборот. Я бы сказал, что это время мы провели вполне с комфортом. У нас было всё: и еда, и вода, и даже слуги. В тот же день, когда я впервые подверг принцессу наказанию, мы провели ревизию припасов, что были во дворце. И, как оказалось, мы были вполне обеспечены всем необходимым, так как в обширных погребах дворца хранилось достаточно много всякого, чтобы при нашем количестве очень долго ни в чём не нуждаться. Следом я приказал освободить всех эльфов, что до этого работали во дворце, после чего объявил им всем, что, если они не хотят умереть, то продолжат выполнять свои прямые обязанности, но уже под моим руководством, за одним только исключением – не выходить наружу. Во всём остальном им предоставлялась полная свобода действий (но конечно же под строгим надзором). Некоторые эльфы даже под угрозой смерти отказались подчиняться, поэтому я приказал увести их в дворцовую тюрьму и закрыть на всё время осады. К счастью, таких оказалось подавляющее меньшинство. Что же до Лаэниты, то тут началось самое интересное. Я начал тщательно тренировать свою новую рабыню. И хоть я всё ещё был полностью против рабства, был чётко уверен, что такая, как она это точно заслужила, а какие-либо проявления совести давил на корню. Начал же я, со списка правил и запретов. Первым, как уже и было обговорено стал запрет на ношение какой-либо одежды, кроме той, что разрешу я. Спала она теперь исключительно только на коврике перед дверью, а если я её там не находил, то наказывал. Самым же, наверное, сложным для неё, оказалось правило всегда ходить на четвереньках, а на ноги вставать только с разрешения. Эта новость настолько вывела её из себя, что на следующий час она закатила мне истерику, с ломанием вещей, криками и слезами. В последствии она всё же потом приноровилась к такому виду передвижения, но в самом начале мне постоянно приходилось сгибать её конечности и связывать между собой, чтобы она физически не могла подняться на ноги. Когда же я заставил её в первы раз пройтись в таком положении по комнате, то каждую секунду наслаждался, видя, как она страдает от того, что твёрдый пол неприятно ощущается для её коленей и локтей. По любому все, наверное, уже прекрасно поняли кого я делаю из принцессы. Мне показалось забавным превратить гордую и величественную эльфийку в своего питомца, а именно – в собаку. Стоит только представить себе, что я превращаю её в свою преданную и покорную суку, как тут же начинаю не на шутку возбуждаться. Конечно же, стороной Лаю не обошли и другие собачьи «атрибуты». По типу личной миски и ошейника. Последний мне пришлось делать самому из кожаного ремня (магия в помощь). К сожалению, мои труды не оценили по достоинству. Ошейник она наотрез отказалась одевать, пришлось применить силу и в конце затянуть его, как можно туже. Из миски она тоже не ела, но только первую неделю, а потом, устав от постоянного чувства голода, всё же сдалась. Определённой проблемой из всего этого - стали походы в туалет. Теперь она не могла просто так сходить в уборную, а была вынуждена делать это прямо на улице. Я специально выводил её на прогулку, где она могла свободно гулять. И конечно же, выходила она при полном параде, в ошейнике и на поводке. Как же Лаэнита краснела и мило опускала голову, когда нам встречался какой-нибудь солдат или, что ещё лучше, эльф. Помню, когда мы впервые так сделали, то она всю ночь проплакала и на следующее утро отказалась выходить из комнаты. Я не стал тогда её заставлять, и весь полный день она терпела, в отчаянной попытке силясь удержать остатки своей потрёпанной гордости. В последствии, когда война бы закончилась, я думал вновь посетить Мирабель. Мне очень хотелось похвастаться перед ней своей новой игрушкой, а за одно и попросить пару дополнительных приблуд, которые улучшили бы образ моей «собачки». Думаю, что и советы по дальнейшей её дрессировке она тоже с удовольствием мне даст. Всё-таки я считал, что у этой монахини с фантазией всё более чем отлично. Сидя очень долгое время одна в своей церкви, она, вероятно много чего успела опробовать на своём сверхсексуальном теле. На следующий день я снова вывел принцессу на улицу, и та уже ничуть не сопротивлялась. А позднее, даже сама стала проситься. Это было так смешно и почему-то очень возбуждало. Но всё это было только уже после того, как я начал её ломать. А подойти к этому не хитрому процессу, я решил с творчеством. При осмотре дворца мне удалось найти одну интересную небольшую бутылочку в форме сердечка, в которой плескалась жидкость нежно-розового цвета. Поспрашивав эльфов, я узнал, что это нектар Лювенииль, иначе – зелье любви, то есть афродизиак, причём, судя по рассказам и тому, как на него смотрели опрашиваемые, весьма сильный, а ещё запрещённый. Цветы Лювенииль растут только в этом лесу и то все во лишь в паре мест, закрытых для посторонних. Все остальные места их произрастания разрушаются самими эльфами. Нектар используется в некоторых религиозных обрядах и при сильных ранениях, чтобы заглушить боль. Вполне логично, что при таких его свойствах он числиться, как особо сильный наркотик. Даже представить себе не могу, что целая бутылка делала прямо в королевском дворце. Тем не менее, узнав всё это о нектаре Лювенииль, я загорелся идеей проверить его на принцессе, поэтому прямо перед обедом капнул немного ей в еду. Эффект не заставил себя долго ждать. Уже спустя каких-то пять минут Лая начала немного ёрзать на месте, но вскоре стала понемногу тереться своей голой киской о ковёр, оставляя на нём вполне видимые влажные следы. Причём, делала она это только, когда думала, что я не смотрю. Один раз я нарочно долго на неё смотрел, наблюдая, как она покрывается испариной и начинает краснеть. Логично, что через какое-то время она, уже нисколько не стесняясь, а возможно, что и не вполне осознавая, что делает, стала мастурбировать, потираясь об угол комода. Думаю, что в этот момент девушка мечтала о том, чтобы дотронуться руками до своей киски и начать яростно себя удовлетворять. Правда к её сожалению, сделать она этого не могла по вполне понятным причинам – её руки и ноги всё ещё были связаны в согнутом положении, от чего её приходилось сбрасывать своё напряжение в точности, как собакам во время течки. И конечно же, желая насолить ей ещё больше, я взял да перевернул эльфийку на спину, прижав её при этом ногой. Ух, как она тогда верещала, весь этаж, наверное, слышал. Сначала она плакала, затем угрожала, а в конце и вовсе начала меня умолять дать ей кончить. Оргазм подходил к ней, словно волны, накатывающие на берег, но, в точности, как и они - он отходил назад. В тот день кончить своему питомцу, я так и не дал. Промучавшись столько времени, Лаэнита заснула только под утро, а я для себя решил, что буду поить её зельем на постоянной основе, но дозу всё же снижу. Стоит сказать, что за всё то время я так и не притронулся к своей рабыне. Мне хотелось вынудить её первой проявить инициативу. Правда, сделать я это мог только измором. Мне пришлось взрастить в принцессе сексуальный голод и развить его до такой степени, что она была вынуждена постоянно думать только об одном. До этого, за невозможностью взять самое сладкое, я наслаждался фруктами пониже. Я нашёл ту эльфийку-служанку, что повстречалась мне в саду. Она всё так же выполняла свои обязанности: прибирала, мыла и помогала готовить. Встретил я её совершенно случайно, наткнулся в коридоре, когда гулял по дворцу. Девушка поклонилась мне, а потом попыталась скрыться, но я успел её остановить. Немного поговорил и пригласил к «себе» в комнату. Отказаться она не смела, ведь кто знает, что за наказание за этим последует. Насколько я знал, по всему дворцу, ещё до его захвата, ходили самые разнообразные слухи обо мне. Некоторые я вполне мог подтвердить, а другие были настолько нереалистичными, что вызывали шок даже у меня. Доходило даже до полнейшего абсурда, вплоть до того, что я ем детей. И конечно же, все эти слухи только ещё больше укрепились, когда я неожиданно возник прямо посреди эльфийского королевства с целой армией за спиной. В общем, теперь меня многие боялись и при первой же встречи старались обойти стороной. Поэтому совсем не удивительно, что эльфийка изо всех сил пыталась отмазаться от моего гостеприимства, приводя доводы, что вот у неё ещё полно работы и так далее. Но я был непреклонен и, словно хищник, тащил в своё логово новую добычу. При нашей первой встрече, на мне был шлем, так что девушка совсем и не думала, что я тот, кто совсем недавно трахал её на улице. Хотя, уже при нашем с ней разговоре, она начала что-то подозревать, а в конце даже поделилась со мной мыслю, что я очень похож на её возлюбленного, который, вероятнее всего, погиб во время ночного сражения, как в общем-то и все остальные стражники. Я на это только посмеялся и сказал ей, чтобы не забивала свою голову этими глупыми мыслями. Пропустив эльфийку в комнату, я вошёл следом. Отметив про себя шокированное лицо моей гостьи, я тоже решил взглянуть на открывшееся нам зрелище. А посмотреть было на что. Лаэнита, одетая в один лишь ошейник, с перевязанными конечностями лакала воду из своей миски. Для меня это уже не было чем-то особенным, но для личной фрейлины принцессы, видеть как её госпожа, которой она служила всю свою жизнь, которая казалась ей совершенством и абсолютным эталоном прилежной аристократки, а теперь, словно животное стоит на полу на четвереньках и своим языком загребает воду - было ненормально. Я бы даже сказал, что это вызвало у неё в голове лёгкий диссонанс. -В-ваше Высочество? Это правда вы? – Немного растерянно спросила она. Услышавшая знакомый голос Лая, подняла голову и в немом шоке уставилась на свою бывшую служанку. -Инэль? Что ты здесь делаешь?! Немедленно выйди от сюда! – Запаниковала принцесса, совсем, видимо, позабыв, в каком виде предстала перед своей подчинённой. Девушка, которую, по всей видимости, звали Инэль поспешила было выскочить обратно в коридор, но я перехватил её и крепко прижал к себе, да ещё так, будто мы старые друзья. -Лая, как тебе нестыдно пугать мою гостью? Я ведь говорил тебе, что к нам сегодня заглянет одна моя подруга? -Чего? Какая ещё гостья? Благополучно проигнорировав её вопросы, я провёл служанку вглубь комнаты и усадил на кровать рядом с собой. Она, уткнувшись лицом куда-то мне в грудь, наотрез отказывалась смотреть на то, кем стала её госпожа. Я по-быстрому вернулся в коридор, чтобы перехватить какого-нибудь слугу и заказать нам лёгких закусок на двоих и вина, после чего вернулся на кровать. Лаэнита, чтобы не позориться ещё больше – попыталась спрятаться в дальнем углу и затаиться. Правда, получилось у неё не очень. Я совершенно не обращал на принцессу внимания, так, будто кроме меня и Инэль тут больше никого не было. Ежедневная порция нектара уже улетела в ужин принцессы, так что оставалось лишь ждать. Я посмотрел эльфийке в глаза, от чего она немного покраснела, после чего придвинулся максимально близко к её лицу и чувственно впился в её губы поцелуем. Первые мгновения она не могла сообразить, что случилось, но потом я почувствовал, как понемногу мне начали отвечать. Сначала робко, осторожно, а затем всё более и более охотно. Распаляясь, мы уже начали играться друг с другом язычками, обмениваясь слюной и передавая её друг другу. Спустя пару минут таких поцелуев, я уложил Инэль на кровать. Причём сделал это так, чтобы она могла видеть Лаэниту, которая уже мало по малу выпадала из вменяемого состояния. В данный момент, я хотел, чтобы не только служанка разочаровалась в своей госпоже, но и Лаэнита увидела, как её беру то, что когда-то принадлежало ей. Теперь, та, кого трахала раньше она – трахну я, как бы грубо это не звучало. В дальнейшем, в моих планах было сделать Инэль частым гостем в наших с Лаей «играх». Да и, если я смогу доверить этой служанке выгуливать принцессу, не боясь при этом, что та будет ей сочувствовать, то у меня освободится пара часов свободного времени. Через десять минут, в комнате стоял явственно чувствовавшийся запах секса. Я снова жёстко трахал эту извращённую эльфийку, а она только и делала, что стонала от удовольствия, пока я, обхватив её шею с силой вколачивал в неё свой член. Принцессе от, стоявшего в комнате дурмана и вида наших обнажённых тел, сливающихся друг с другом в экстазе, становилась по-настоящему дурно. Я чувствовал, что она на грани. Ещё немного и она сломается уже по-настоящему, окончательно и бесповоротно. Видимо, пришло время поставить ей ультиматум.