до и после

- Рома, подойди ко мне, - мягко позвала мама сына из зала. Он тут же оказался перед ней. - Да, мам? - поинтересовался парень, чего же это его потревожили. - Сегодня воскресенье, нам нужно сходить в церковь, - предупредила мама, смотря прямо в глаза сыну. - Мам... Можно я не пойду? Нах... Кхм, пожалуйста? - мысль о церковной службе конфузила Рому. Мать совсем ушла в монастырь, когда отец погиб на Афгане. Было несколько решений дальнейшей судьбы семьи, но его мама выбрала пойти в церковь и судорожно молиться, словно это поможет. Будто ошмётки отца соберутся в единое целое и он воскреснет, но чудес не бывает... Он был рад тому, что она не спилась, как бывает в привычном сценарии жизни, пусть так, мама находит успокоение в потусторонних силах. Рома не был против веры, напротив мыслил по этому поводу рационально, но религиозный фанатизм... Это уже чересчур. Фанатизм во всём - ужасная тягость. Особенно для родственников сектантов и глубоко верующих. - Ты почти перестал ходить в церковь, сегодня ты должен прийти, никаких отговорок, или... В тебя вселился бес? - испуганно выпучила глаза мать и прикрыла рот от шока. - Мам, не начинай, прошу... Я пойду... Только не думай так. - Рома любил свою родительницу, хоть и ненавидел её паранойю во всём, он терпеливо выдерживал её заскоки, хотя порою хотелось вывалить всё недовольство. - Ромочка, умничка! Надень ту белую рубашку и чёрные брюки, ты в них выглядишь чудесно! И крестик не забудь! - нараспев сказала мама и лучезарно заулыбалась. - Да, мама, хорошо, - губы Ромы тронула трогательная улыбка. Он очень на неё похож, не зря говорят, что сыновья похожи на матерей. Тёмно-карие глаза с зелёным пятнышком по центру, пухлые губы... Шелковистые волосы! Всё в них было идентичным. Мама Ромы выглядела молодо, хотя страдальческие морщинки проскальзывали в её мимике. А так их можно было спутать, подумать, что они брат и сестра. Через некоторое время Рома вышел показаться маме в культурном облачении. Она с восхищением разглядывала сына, какой же он у неё красивый! Юноша закатал рукава, но мама их опустила обратно, негоже так портить общую картину. Она поправила ему отросшие, слегка вьющиеся волосы, сейчас он похож на денди, а не на местного гопника. Как сильно одежда меняет человека... - Ну всё, пошли, сынок! Тебя все будут рады видеть! - мама радостно отозвалась у порога, поправляя свою длинную косу, Рома же покорно кивнул. Делать маму счастливой, он готов любой ценой, посещая эти мероприятия, даже когда абсолютно впадлу идти. * Мама на фоне Ромы была дюймовочкой. Она с нежностью приобнимала сына за руку и гладила по спине, причитая какую-то спасительную молитву. Церквушка была хоть и маленькой, да удаленькой. На фоне села она выглядела, как божеские почивальни, хотя погодите... Так и есть! Дома были старыми и серыми, а церковь небесно-голубого цвета, прямо как глаза у Тоши...с золотыми куполами. Такое сравнение вызвало у Ромы в голове образ юноши, возраждая момент, когда Антон, словно порхал своими белыми ресницами и задумчиво всматривался в портреты писателей, висящих в кабинете. У церкви скопилось большое количество людей, ведь большинству ничего не остаётся, как только лихорадочно молиться и выпрашивать прощения у Бога за грехи свои содеяные. Надеяться на обетованный рай и счастливую жизнь после смерти. Женщины бальзаковского возраста радостно поприветствовали маму Ромы, а на него посмотрели немного осуждающе, как на дальнего родственника, приезжающего раз в пять лет на семейные праздники. Рома натянул агрессивную улыбку и сделал реверанс, сегодня даже джентльменом не жалко стать. Мама смущённо хихикнула. И пошла за своими церковными подружками в храм божий. Рома последовал за ней, как верный пёс. Среди всей верующей толпы парень узнал до боли знакомую макушку. Светлую- пресветлую! Сердце Ромы учащенно забилось. Тошка... Какого хера он тут забыл? Исповедоваться решил? Смешная шутка. Антон повернулся и прищурился. Парни встретились взглядами. Между ними проскользнула искра. Рома направился к юноше. Петров поматал головой, намекая на недовольство его матери, но Пятифан был упрямым, шёл напролом. Толпа раступалась, как волны океана перед Моисеем. Вскоре он и вовсе подошёл к парню, который пребывал в недоумении. - Здарова, Тох, как спина? - искренне поинтересовался Дон Жуан. - Привет, Ром, всё нормально,- расстеряно ответил Антон. - Харэ переживать, не бойся, не укушу же, - увидев беспокойство парня, Рома попытался расслабить его, оголив клычок, как бы шутя. Антон прикусил нижнюю губу. - Антон, ты с кем там разговариваешь? - строго спросила мама позади. - Ни с кем. - Антон виновато посмотрел на Рому и ушёл к матери. Пятифан разочарованно вздохнул. Ему тоже надо маму искать. А вон она! В церковном хоре поёт, она ему машет, чтобы он присоединился. А что? Почему бы и нет, так Антона разглядеть будет легче! В детстве Рома пел в детском хоре, на него даже возлагали надежды, ведь у мальчика такой хороший, чистый голос! Увы, всё кануло в лету. Парень встал рядом с мамой, весь из себя, выглядит как самый примерный и послушный юноша, да ещё с такою укладкой! Он разглядел Антона, Петров смотрел на него , как зачарованный . «Господи помилуй наши души, да прости наши грехи». Прощение. Просить прощение за жизнь... Помилование за существование, на которое сам Бог нас и обрёк, но если он настолько чист и блогоразумен, тогда зачем вся эта молва " так Бог хочет", разве он хочет, чтобы происходили такие ужасные события и зверские , непростительные поступки?... Рома пел и внимательно смотрел на него, видя как Карина грубо сжимает ему плечо. Блять, да что с ней не так? Пятифану надоело лицезреть эту картину и он спустился обратно, направляясь к Антону, чтобы нахуй его отсюда забрать, подальше от бешеной мамаши. Горячая рука Пятифана схватила холодную ладонь Тоши и потащила к выходу из божеских покоев.