Мой ангел убил себя сам

***

Почти бесшумно приоткрываю дверь и заглядываю внутрь. Я широко начинаю улыбаться, а после чего начинаю громко визжать. Молниеносно подбегаю к любимой женщине и крепко обнимаю её, расцеловывая ее розоватые щёки. — Боже, ба, я так скучала по тебе! — смахиваю подкатившие к глазам капли слез и поднимаю глаза. Блондин стоит около выхода, облокотившись левым плечом о дверной косяк, внимательно на меня смотря, чуть усмехаясь. — Как ты себя чувствуешь? — делаю шаг назад, чтобы лучше рассмотреть бабушку. — Господи, чуть не задушила меня! — хохочет та. — Я чувствую себя просто превосходно! — воодушевлённо отвечает та и нежно сжимает мою руку. — Миленочка, солнце мое, ты совсем похудела... — слегка нахмурившись, бабушка оглядывает меня. — Ты вообще кушаешь? — Ба, даже не начинай... — цокаю и закатываю глаза, лишь потом вспомнив про Глеба. — А ещё я хочу познакомить тебя с... а... э... — заикаюсь, но блондин быстренько берет контроль над ситуацией в свои руки и приближается к нам, вежливо протягивая свою ладонь женщине. — Я Глеб Голубин, — он широко улыбается. — Парень вашей замечательной внучки, — я удивлённо вскидываю брови, но молчу. — Мы очень рады, что с вами всё хорошо. — блондин слегка кивает, отходя чуть назад. — Ой, — женщина хлопает глазами от неожиданности. — А давно вы... встречаетесь с Миленой? — любезно интересуется, внимательно осматривая зеленоглазого. — Чуть больше недели, но знакомы мы уже давно, — блондин переводит свой взгляд на меня. — Извините, — облизывает губы, когда в его кармане телефон начинает вибрировать. Глеб покидает палату, а я нервно улыбаюсь бабушке и по-дурацки хлопаю глазками. — А как же Марк? — расстроенно спрашивает. — Так вышло, бабуль. Не будем об этом, ладно? Я сейчас счастлива, правда. — Ты такая у меня красивая. Очень похожа на свою маму. — вдруг произносит бабушка, а прозрачная слеза медленно скатывается по бархатистой щеке. — О, нет-нет! Что сказал тебе доктор? Без переживаний! — говорю максимально серьёзным тоном и поправляю ее одеяло. — Кстати, тебе уже сказали про санаторий? — Да, но я хочу отказаться. — Что? Почему? — Миленочка, родная моя, я просто хочу оказаться дома и покопаться в своём огороде. — Бабуль, ты полжизни отработала в больнице без заслуженного отдыха и неужели тебе не хочется сменить обстановку и просто отдохнуть? Познакомишься там с кем-нибудь, — я склоняю голову на чуть бок. — Проведёшь там время с пользой, а самое главное — поддержишь свой организм после тяжёлой операции. — Это наверняка дорого. — тяжело выдыхает и смотрит на меня. — Деньги нужны лишь на дорогу, а остальное всё за счёт оздоровительного центра. — Я не знаю, Миленочка. — Подумай об этом хорошенечко, ладно? На этой неделе уже отправляется одна группа, в которой только десять человек. Знаешь, мне кажется, что это хорошо, и так тебе будет легче в дороге, — смотрю, как бабушка медленно прикрывает глаза. — Тебе нужно отдыхать, — последний раз поправляю ее одеяло. — Тебе привезти что-нибудь в следующий раз? — Только зубную щётку и нижнее бельё. — Хорошо, я поняла, — положительно киваю и решаюсь на вопрос, который мучает меня. — Ба, меня сильно смущает этот синяк... Откуда он? — Ох, я просто неудачно упала, — ее глаза быстро забегали, а я понимаю, что это ложь. — Хотела поправить шторку, а у стула ножка была некрепкая. — тяжело вздыхаю и хочу сказать, что не верю, но бабушка устала. — Ладно, бабуль. Я завтра обязательно зайду. Отдыхай! — целую женщину в щёку и крепко обнимаю. — Признайся, твой парень совсем тебя не кормит? — слегка щупает меня за бок, звонко хохоча. — Кормит, ба, — хмыкаю, вспоминая Глеба в ярости. — Очень хорошо кормит. — Незаметно. — Всё, отдыхай давай. — лучезарно улыбаюсь, доставая телефон из кармана, потому что на него пришло уведомление. — До завтра, милая. — последний раз обнимаю её и выхожу из палаты. Игнорирую входящее сообщение от Кирилла, ведь сейчас мне совсем не до него. Я сажусь на стул в коридоре и молча смотрю в пол: всё равно мне не даёт покоя этот синяк. А если что-то серьёзное? Прикрываю глаза и сглатываю, начиная глубоко дышать, но быстро поднимаю голову, когда слышу тяжёлые шаги. — Всё? — спрашивает Глеб, сверкая зелёными глазами. У него явно что-то случилось. — Да. — Поехали, — грубо хватает меня за руку и ведёт в сторону выхода. — Сегодня вечером наступит твой звёздный час, — на хожу блондин снимает с себя халат. — Документы должны быть сегодня на столе. — смотрит в мои глаза, затем выходит на улицу. — Блять. — получается довольно громко выразить свои эмоции и я тут же цокаю, когда из-за матного слова на меня смотрят мамочки, которые качают детей. Ой, извините, я не святая. С меня иконы не спишешь и вообще какая разница, что я сказала? Дети даже и не поняли. — Девушка, вам не стыдно? — Стыдно, — киваю незнакомой женщине. — Видите, даже щёки покраснели. — напоследок подмигиваю ей, а после чего покидаю больницу. Быстро сажусь в машину, хлопая дверью. — Не хлопай так дверью, блять. — снова холодный тон Глеба. Парень заводит автомобиль, расслабленно держа руль. Ничего этот парень не боится. — А ты не смей морочить всем голову. — Я справляюсь с ролью твоего любимого парня. — демонстративно усмехается, закуривая сигарету. — С этой ролью справляется лишь Марк. — Справляется? — издевательски переспрашивает, выдыхая грязно-белое никотиновое облоко. — Может быть, — на секунду замолкает и облизывает губы, переводя на меня взгляд. — Справлялся? — я молчу, хотя безумно хочется ударить блондина. — Сейчас-то у тебя другой парень. — закатываю глаза, отворачиваясь к окну. Прикусив нижнюю губу, рассматриваю свою руку: аккуратно поправляю пластырь на пальце и снова смотрю в окно. Мы очень быстро выехали из города. Я обожаю дороги и очень люблю ездить. — Напиши Савельеву, что сегодня хочешь посмотреть на его мастерскую. — Нет. — Повтори ещё раз. — резко тормозит и останавливается прямо на проезжей части. — Я не хочу врать ему, понятно? — хмурю брови, смотря вперёд. Кирилл приятный человек. Я не хочу и не буду лгать ему, да уж тем более делать то, что мне не надо. — Сколько раз ты будешь сопротивляться, м? — руки блондина схватили мою талию, и я, как игрушка, моментально оказываюсь у него на коленях. Глеб заставляет сесть ближе, и моё лицо тут же заливается пунцовой краской от такого крошечного расстояния. — Неужели ты решила, что я стал с тобой нежнее, поэтому не смогу причинить боль? — говорит он со злобой в голосе и с не добрым блеском в глазах. — Или ты соскучилась по моему другу? — парень выуживает из тёмного бардачка свой пистолет и преподносит его ближе ко мне. — Что ты скажешь сейчас? — внимательно рассматривает мое лицо и ожидает дальнейшей реакции. — Угрожаешь мне? — хочу пересесть на переднее место в нормальную и удобную позу, но одна его рука крепко лежит на моей талии, заставляя сидеть смирно. — Хочешь убить меня? — начинаю чаще дышат, потому что мне безумно страшно. — Окей, убивай. — я гордо приподнимаю подбородок, хотя внутри я вся трясусь, как мелкая собачонка. — Детка, — облизывает пересохшие губы и опускает голову вниз на несколько секунд. Я вздрагиваю, когда холодные пальцы парня начинают обводить своеобразные круги на разгоряченной коже моего горла. — Я не буду тебя убивать, — сердце отбивает бешеные ритмы, будто бы я сейчас бегу марафон. Сидеть на его коленях — небезопасно. Его палящее дыхание слишком близко. — Но запросто могу пропустить пулю прямо тебе в ногу. Будет очень больно. Готова? — мне хочется громко закричать, разреветься и закрыться от него, но сдерживаю себе, чтобы не показать свои эмоции. Я не слабая. — Или ты хочешь, чтобы я пропустил пулю в твоего близкого человека? Мне не составит труда это сделать. Поэтому просто, блять, смирись и прекрати перечить, — его зелёные глаза в упор смотрели в мои, и я готова была просто сбежать, пытаясь спрятаться от этого надменного взгляда. Болезненный стон срывается с моих губ, когда сердце начинает колоть так, что не могу сдерживать боль. — Что такое? — победно хмыкает Голубин. — Наконец-то осознала свою ошибку? — предательская слеза катится по моей щеке, но быстро смахиваю её. — Таких жалких и ничтожных людей я ещё не встречала. Боже, только не говорите мне, что его половой орган решил проявить реакцию. Блядство. — Пиши Савельеву и без фокусов. — блондин резко отталкивает меня, от чего моя голова чуть ли не сталкивается с лобовым стеклом. Глеб по-новой заводит автомобиль и срывается с места.

***

Я закрываю дверь в свою комнату и медленно скатываюсь по стенке. Достаю телефон и звоню Кириллу. Я достану эти бумажки, гордо кину их в лицо Голубину, а после смачно плюну и сломаю нос, а может поставлю большой синяк под глазом. Ещё не решила. Ненавижу. Так сильно ненавижу, что каждый раз от него колит сердце. — Валерия! — восторженно говорит в трубку мужчина. — Я по тебе соскучился. — Привет, — придаю голосу нежность, но выходит не очень. — Извини, совсем не было свободного времени. Мы... можем увидеться сегодня? — Конечно. Я могу за тобой приехать. — Не стоит. Меня привезет водитель. — Хорошо. Я наконец-то смогу показать тебе свою мастерскую. — Через час буду. — До встречи, Валерия. Сбрасываю трубку и раздражённо выдыхаю. Мне. Надоело. Притворяться. Быстро скидываю с себя вещи и надеваю короткое, но не вульгарное платье. Я смотрю на себя в зеркало и осознаю, что я и правда похудела. И так была плоской, а теперь и вовсе превратилась в доску. Делаю высокий конский хвост, подкрашиваю глаза и наношу на губы насыщенную красную помаду, не забывая про вкусным парфюм. Я клала в сумочку телефон и этот долбанный порошок, обуваю туфли на невысоком каблуке и последний раз оглядываю себя с ног до головы, затем окончательно выхожу из комнаты. Спускаюсь по лестнице и вижу Артема, который расположился на диване в гостиной вместе с Глебом. — Вау, ну и что за цаца? — присвистывает шатен. — Выглядишь потрясно! Сто баллов из десяти возможных. — Спасибо. — хихикаю от его реакции и перевожу свой взгляд на Голубина. Блондин ставит стакан с виски на небольшой столик, встаёт на ноги и подходит ко мне. Снова близко. — Без глупостей, ясно? — Конечно. — Глеб резко вытягивает воздух и на мгновение запрокидывает голову назад. — Платье можно было и другое надеть, потому что в нём твоя задница выглядит ещё хуже. — его ладонь медленно скользит по моему дедок и он нахально ухмыляется, смотря в мои глаза. Он хочет меня унизить? Пф, бросьте. Девочки, запомните, ни один парень не в праве унижать вас и негативно отзываться о вашей внешности, фигуре и т.п. — У меня отличная задница, — шепчу ему на ухо, пододвигаясь ближе к блондину. — Классная грудь, — ладонью провожу по ней. — И стройные ножки, — напоследок одариваю своим горячим дыханием его губы, а затем отступаю, делая два шага назад. — Пока, Тём. — широко улыбаюсь шатену. — Нет, погоди, я отвезу тебя. — шатен подмигивает Глебу, который, видимо, уже успел закипеть. Выхожу из дома и направляюсь к белому автомобилю. Не разбираюсь в марках машин, но честно признаюсь, она выглядит лучше, чем у Голубина. — Надеюсь, ты сегодня достанешь документы. — проговаривает Артём, когда мы садимся в машину. — А если не достану? — Будет плохо, — прямо отвечает шатен. — На самом деле, Милен, эти документы необходимы нам завтра для одного важного дела. — Я не обещаю, но постараюсь, — тяжело выдыхаю. — Мне хочется навредить Глебу и предупредить Кирилла, — специально говорю так, чтобы проверить одну вещь. Но это не правда: мне совсем не хочется насолить блондину таким образом. — Этот ваш... Савельев - хороший человек. — Не стоит, Милен. — А Глеб думает, что я не смогу сделать по своему. — смотрю на Артема и внимательно изучаю его реакцию. — Успокойся, окей? Просто возьми и достань эти документы.

***