Мой ангел убил себя сам

***

Быстро кидаю в рюкзак самые необходимые вещи, а остальные оставляю в шкафу. Руки предательски трясутся, в животе завязывается тугой узел, а щёки вспыхивают пунцовым румянцем. Мне становится страшно, но я обязана это сделать и… рискнуть. А если не получится? Последний раз оглядываю «свою» комнату, надеваю капюшон толстовки на голову и открываю окно. Я осторожно перелезаю, облокачиваясь о подоконник. Почти бесшумно удаётся приземлятся на асфальт, а сердце начинает неприятно колоть от тревоги. Боже, что я творю. Но у меня нет выбора, так ведь? Я нагибаюсь, затем выуживаю из кармана телефон, чтобы включить режим полёта — так нельзя будет отследить мою геолокацию. Вроде бы... Перевожу взгляд в сторону и замечаю, что вольер пса перенесли немного ближе к веранде, а это означает, что сегодня я должна обойтись без его укусов и остаться незамеченной. Я, словно мышка, бегу к забору, почти не дыша. Страшно. Стою неподвижно ещё несколько минут. Дверь со скрипом открывается и охранник проходит в свой небольшой домик. В последнее время охрана Глеба вообще не стоит на своих постах и, скорее всего, это из-за блондина, который снова уехал по своим делам на несколько дней. Как только улица пустеет, я быстро подрываюсь с места. Подставляю к забору лестницу, которую заранее приготовила, и ловко перелезаю через него. Ощущаю себя какой-то опасной преступницей, но что поделать? Я быстро бегу к лесу и всё время оглядываясь назад. Останавливаюсь возле дерева, как сказал Марк, переводя дыхание в норму, и через несколько минут уже направляюсь к трассе. Именно он звонил мне три дня назад. Именно с его поддержкой я рискнула сбежать из этого дома. Именно сейчас увижу его и наконец-таки обниму и… поцелую(?). Когда впервые я услышала голос дорогого мне человека, я чуть ли не сошла с ума. Я не показывала своих эмоций Глебу, иначе бы всё сорвалось и три дня сидела, как на иголках. Теперь я поверила — поверила в настоящие чувства между людьми. Марк не побоялся помочь мне и я поверила ему. Парень позвонил и сказал, что у нас всё обязательно получится, вселил в меня, почти угаснувшую, надежду. У нас обязательно получится сбежать из этого городка и забрать с собой мою бабушку. Он думает обо мне. Он хочет со мной будущего.. Откровенно говоря, я не думала, что наш институтский роман настолько осядет в моём сердце. Но, порой, в голове часто вспыхивает вопрос: «а любовь ли у нас?». Мне хочется в это верить. Крепко держу лямку рюкзака, боясь разных шорохов, но вокруг меня тишина: нет ни одной машины, ни фонаря, ни какого живого существа, и почти ничего не видно, а из-за этого становится ещё страшнее. Как глаза привыкают к темноте, я смогла разглядеть силуэт, который выходит из автомобиля, громко хлопая дверцей. Разумеется, что наш план очень глупый, и на данный момент стоит полагаться лишь на удачу. Голубин — влиятельный человек и сейчас я рискую жизнью бабушки, но больше не могу сидеть на месте и бездействовать. Назад пути нет. Надо идти дальше. — Марк? — проговариваю, замирая на месте, и мгновенно охаю, когда парень крепко обнимает меня, а после накрывает мои губы своими. Я скучала. — Моя малышка, — молодой человек целует поочередно мои тёплые щёки, держа их обеими руками. — Моя самая любимая девочка, — я не сдерживаю. слёзы и утыкаюсь носом в его шею. — Я снова счастлив. — шепчет на ухо, прижимая мое тело сильнее. — Мне было плохо без теб… — все, что успеваю произнести, услышав позади себя громкий хлопок. Я дрожу, сглатывая ком, и медленно оборачиваюсь, всё прижатая к телу парня. Сначала ничего не вижу несколько секунд, а потом начинаю щуриться от яркого света фар автомобиля, которые светят прямо в наши лица. Что происходит? Сердце сжимается, когда из автомобиля выходит Глеб. Нет-нет-нет! Только не он! Я утыкаюсь лицом в грудь парня и сильнее прижимаюсь к нему, пытаюсь ощутить себя, словно за каменной стеной, но тот опускает кольцо из своих рук и делает несколько шагов назад. Непонимающе смотрю на него, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Прости, Милена. — произносит Марк и опускает взгляд на землю. — Ч-что? Что это з-значит? — мой голос дрожит. — Любил и любить буду… тебя, предел моих фантазий. — произносит напоследок и отходит от меня дальше, прямо к своему автомобилю, в то время, когда блондин уже подходил ближе ко мне. Я дергаюсь с места и хочу подбежать к моему парню, но пальцы блондина грубо хватают меня за локоть и дёргают на себя. — О, нет. Ты остаёшься со мной. — улыбка Глеба расползается на лице, а мое сердце пропускает несколько болезненных ударов. — Нет.. — я начинаю всячески вырываться, ударяя руками по лицу Голубина. Блондин быстро ориентируется и берет всю ситуацию надо мной в свои руки: одним крутящим движением он вынуждает мое тело сделать несколько оборотов вокруг собственной оси и припечатывает меня к своему торсу так, что я становлюсь к нему спиной. Одну руку Глеб кладёт на мою шею, слегка надавливая, а второй накрывает мой живот, прижимая к себе. Я ещё раз предпринимаю попытку увернуться, но парень усиливает хватку, и с моих губ срывается болезненный стон. — Отпусти меня. — шикаю на парня, сильно наступая ему на ноги. — Отпусти меня, блять! — я уже срываюсь на крик, а тот мигом сжимает мои скулы. — Слушай меня внимательно, — шепчет на ухо. — Думала, что так просто сбежишь? — спрашивает грубым голосом. В уголках раскрасневшихся глаз снова собираются капли слёз. Мне хочется закричать во всё горло и убежать вглубь леса и там же потеряться. — Кажется, ты кое-что забыла... — кончиком носа Глеб прижимается к моей щеке. — Ты, блять, совсем не помнишь на что я способен, если меня ослушаешься? Или тебе напрочь отшибло память и ты забыла, как я чуть ли не прострелил башку твоему, уже бывшему, парню? — железно чеканит парень каждое своё слово, отчего меня бросает в дрожь. — Кстати, скоро твоя бабушка возвращается домой, птичка. — Замочи. — Хм, наверное ты ещё наивно думаешь, что Марк любит тебя? — процедил зеленоглазый сквозь зубы. — Глупая. Он всего лишь обычный студент, который захотел срубить денег, — я сглатываю и замираю на месте, внимательно смотря на Марка, и не хочу верить ни единому слову Голубина. Он — всего лишь манипулятор! — И я решил устроить тебе проверку и предложил ему помочь мне с этим. Как видишь, он согласился, — мир вокруг резко меркнет и теряет цветные краски, осыпаясь в пыль. — Запомни, — одним рывком он разворачивает меня к себе и пристально смотрит в мои глаза, в которых замерли слёзы. — Ты не уйдёшь от меня никуда, пока я сам этого не захочу. — я поджимаю губы и принимаю поражение. — Да пошёл ты! — делаю шаг назад, но парень хватает меня за горло, а затем достаёт пистолет и дуло приставляет к моему лбу. — Ненавижу! Я ненавижу тебя, Голубин! — мгновенно затыкаюсь, потому что слышу выстрел, который Глеб быстро произвёл в небо. — Заткнись, а иначе я сделаю тебе плохо. — блондин угрожающе смотрит на меня, а я лишь кошусь на Марка, который молча наблюдает за нами, облокотившись о собственную машину. Одинокая слеза катится по моей мокрой щеке. — Нет, не надо! — громко вскрикиваю, когда Глеб направляет дуло оружия на парня. — Пожалуйста, нет! — Он же предал тебя? — Хватит ломать жизни другим. — Не бойся, птичка, я не собираюсь его убивать. — Голубин издевательски улыбается и хватает меня за волосы, убирая свой пистолет. — Он помог мне, а я ему. Мы друзья. — напоследок зеленоглазый машет рукой Марку, а затем тащит меня к автомобилю, на котором приехал. Я молчу: не начинаю снова кричать, не начинаю оскорблять его, не пытаюсь избить его кулаками — ничего не делаю, потому что просто устала. Устала и хочу сдаться. Я надеюсь на то, что Глеб наиграется мной и отпустит. Но прежней Милены уже не будет — это психологическая травма, которая будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь. Слишком много смертей произошло на моих глазах, а теперь…. Теперь предательство. Предательство от родного человека, на которого я полагалась. — Мне больно! — произношу, когда зеленоглазый грубо вытаскивает из своей машины. — Завались нахуй и не смей злить меня ещё больше. — рявкает в ответ. Глеб отковывает дверь в дом и швыряет меня так, что я теряю равновесие и падаю на пол, чувствуя свою слабость. — Мне больно. — шикаю на блондина, потому что тот сильно хватает за запястье. Я отталкиваю его, но не бегу от него в свою комнату, так как уже предугадываю его реакцию на этот поступок. Голубин шумно вздыхает и спокойно кладёт свой пистолет на небольшой столик, после чего садится на диван. Он прикрывает глаза и проговаривает хриплым голосом: — Подойди ко мне. Потираю раскрасневшийся запястье, но не выполняю то, чего он просит. Сначала я смотрю на оружие, а затем на лицо Голубина, задавая себе немой вопрос: «Способна ли я на убийство? Способна ли я лишить жизни этого человека?» Нет. Я быстро хватаю пистолет со столика и прицеливаюсь в голову парня. Он медленно открывает уставшие глаза и широко улыбается. — Неужели ты сделаешь это? — довольно спокойно задаёт вопрос. Не боится. — А ты как думаешь? — неподвижно стою на месте, пытаясь удержать оружие, хотя тело начинает бросать в дрожь. — Ты не сможешь. — уверенно отвечает, складывая руки на груди. — Это ещё почему? — Потому что ты слишком добрая, — пожимает плечами парень и я поджимаю губы, принимая уже сотое поражение за этот ужасный день. — Так что не балуйся со взрослой игрушкой и подойди уже, блять, ко мне. — Ты прав. — тихо произношу и прислоняю холодное дуло к своему виску. Глеб остаётся сидеть на месте, но взгляд его заметно поменялся: скорее всего немного переживает, что потеряет очередную марионетку, которая больше не сможет помочь ему с остальными грязными делами. — Я устала, Глеб. Ты — чудовище, которое по щелчку пальцев разрушает судьбы невинных людей и из-за тебя я уже больше не смогу вернуться к прежней жизни. Посмотри на свои руки, — произношу, а тот усмехается, но покорно выполняет то, что я ему сказала. — Этими руками ты убил Кирилла, который мечтал открыть новую галерею, но у него ничего не получилось. А не получилось, потому что в его жизни нарисовался ты — мистер, сука, Глеб Геннадьевич Голубин, который, почему-то, возомнил себя Господом Богом. — парень по-прежнему выглядит уверенным, так как знает о том, что пистолет не снят с предохранителя. — Ну, давай. — Глеб встаёт с дивана и делает первый шаг вперёд, — Сделай это, — засовывает руки в карманы. — Выстрели себе в череп. — он улыбается, но по глазам было видно, что вся его уверенность пропала. Я выдыхаю и закрываю глаза, но делаю два шага назад и стреляю прямо в вазу, которая, разлетается на мелкие осколки, и которая меня раздражает не первый день прибывания здесь. — Запомни, — пытаюсь говорить с ноткой жёсткости в голосе и внимательно смотрю на парня. — Я никогда не сдамся, — делаю шаг вперёд и тыкаю указательным пальцем на него. — И уж никогда не лишу себя жизни из-за таких мерзких людей, как ты. — швыряю пистолет в сторону, а тот с грохотом падает и скользит по полу. — Ты, блять, что-то выпила перед побегом, м? — усмехается, кончиком языка скользя по своей нижней губе. Блондин хватает меня за шею, отчего я поджимаю губы и прикрываю глаза, ожидая удар с его стороны. — Прибавилось дохуя смелости, да? — Глеб сильно толкает меня на диван, затем разворачивает мое тело так, что я утыкаюсь носом в диванную подушку. Он заламывает мои руки за спину и ставит одно колено между моих ног, надавливая на спину, отчего я шиплю. — Тогда сейчас посмотрим через сколько исчезнет твоя смелость. — зеленоглазый начинает стягивать с меня штаны, но я всячески извиваюсь в стороны. — Насильник. — Заткнись. — Убийца. — Заткнись, иначе пожалеешь. — я оказываюсь без толстовки и за это больно кусаю его его за руку. Глеб хватает меня за талию и сажает перед собой, чтобы я смотрела на него. — Не рыпайся. — грубо произносит, целуя мою шею. Голубин замирает на несколько секунд, ощущая, как я осторожно кладу руку на его голову. Чувствую, как его губы расползаются в улыбке, но, как только я неожиданно и болезненно сжимаю волосы, улыбка исчезает и с его губ срывается стон. Больно, идиот? — Ненавижу тебя. — Заткнись. — рявкает в ответ и проводит ладонью по моим бёдрам. Рука замирает, как только раздаётся звонок в дверь. Я хмурюсь и глазами встречаюсь с глазами парня, который непонимающе смотрит на меня. — Мне больно. — Глеб вздыхает и закатывает глаза, встаёт с дивана и швыряет в меня толстовку. — Я ещё не закончил с тобой, — угрожающие произносит и проводит ладонью по волосам. — А теперь съёбывай отсюда. — молча встаю с дивана под его взгляд и показываю фак, направляясь к лестнице. Захожу в комнату и закрываю дверь на замок, заворачиваясь под одеяло. Я всхлипываю, а слёзы начинают течь по щекам, и теперь я полностью осознаю и признаю тот факт, что Глеб может сделать всё, что ему вздумается. Мимо комнаты проходит зеленоглазый и незнакомый человек, направляясь в кабинет, а я поворачиваюсь на бок, чтобы побыстрее уснуть.

***