Взыскание, мисс Грейнджер!

      — Каго драккла?! — разъярённый Снейп на всех парах вихрем влетел кабинет Дамблдора.       — Северус? Что случилось, друг мой? — вздернув седые брови, недоуменно сказал директор Хогвартса. Его пронзительно синие глаза смерили ворвавшегося в комнату профессора с головы до ног.       — В чём дело?! — сквозь зубы прошипел Снейп. — Я вам отвечу, в чём дело, Альбус! Только что я применил Легилименцию к Грейнджер. Каким-то образом девчонка смогла переместиться из будущего назад, сюда. И не просто переместиться, а оказаться в собственном теле! — зельевар принялся беспокойно мерить шагами кабинет.       — Северус, вы говорите какую-то ерунду, — следя за метаниями профессора, сказал Дамблдор. — Возможно, вы что-то перепутали? И сядьте уже, Мерлина ради.       — Нет, Альбус не перепутал, — скрипнув зубами, сказал Снейп и опустился в гостевое кресло напротив директорского стола. — Если вы не заметили, я довольно хорошо владею навыком проникновения в чужой разум, а заодно неплохо защищаю свой. Настолько, что у меня даже хватает сил противостоять Темному Лорду. Ведь именно поэтому вы раз за разом поручаете мне эту роль, не так ли, директор?       — Насколько мне известно, — сверкнув глазами из-под очков-половинок, начал Дамблдор, — сегодня на уроке зельеварения произошел неприятный случай. Смесь мисс Грейнджер, кажется, взорвалась. Дело было в испорченной настойке помутнения рассудка, или я не прав?       — Пары настойки безвредны, Альбус, даже если она испорчена, и вам это известно не хуже меня. Девчонка стояла за партой, варила зелье и вдруг сыпанула в котел от всей души жабьих бородавок. Раздался хлопок и яркая вспышка, весь кабинет зеленым туманом заволокло. А затем, когда я подошел, Грейнджер начала бормотать о том, что я пожиратель смерти, что меня не должно здесь быть. Я и назначил ей отработку, чтобы разобраться во всём.       — А если кто-то из учеников поймет, что девочка была в своем уме? — хмыкнул директор.       — Я более чем уверен, что ни у одного из остолопов, находившихся в тот момент в классе, не хватит мозгов поискать информацию об этом зелье в библиотеке. Кроме, разве что, самой Грейнджер, — поморщился зельевар.       — Северус, вы неестественно бледны, может лимонную дольку? — мгновенно переводя тему, сказал Дамблдор. — Кажется, вы всё ещё не совсем оправились после…хм… мероприятий, на которых присутствовали в эти выходные. Было довольно опрометчиво назначать девочке отработку именно сегодня. Составы вашего собственного изготовления хоть и эффективнее обычных, но все же их действие не вечно, Гермиона могла что-то заподозрить сегодня. Да и вообще вы выглядите сейчас… Что еще вы приняли, Северус? — на лице Дамблдора играло беспокойство.       — Речь не об этом сейчас, — отмахнулся Снейп. — Зелье продержит меня на ногах ещё около получаса. Этого как раз хватит, чтобы завершить наш разговор и добраться до кабинета.       — Но Северус зелье с таки сильным действием наверняка особо токсично!       — Альбус, не рассказывайте мне про токсичность составов! Я, в конце концов, мастер зелий! — выходя из себя, рявкнул Снейп. — Не начни мисс Грейнджер сыпать фактами, о которых даже гипотетически не может знать, я бы ни за что не принял это зелье и не стал бы лезть к ней в голову!       — Что же такого наговорила вам бедная девочка?       — Она знает и о крестражах, и о непреложном обете, и о задании Малфоя. А ещё она сказала, что вам суждено умереть 30 июня.       — Действительно, очень захватывающе, — аккуратно подбирая слова, проговорил Дамблдор, поглаживая седую длинную бороду. — У вас есть предположения, откуда она могла об этом узнать, Северус?       — Судя потому что я увидел, девчонка не врёт, она действительно каким-то образом переместилась из будущего сюда назад и то, что я увидел в её голове, та участь, которая постигла её и её друзей… Это определённо не вписывается в ваш план, Альбус.       — План имеет силу лишь до определенной степени, — невозмутимо проговорил Дамблдор. — Не стоит всецело полагаться на него, Северус.       — Не стоит полагаться?! Чем же мы здесь занимаемся, если на ваш план не стоит полагаться?! — рявкнул Снейп. — Вы хоть понимаете, что сейчас вся наша работа вот-вот полетит дракклу под хвост лишь от того, что девчонка может не удержать язык за зубами?! — он резко поднялся из кресла и вновь закружил по комнате, беспокойно меряя шагами вытертый ковер.       — Я думаю, вы недооцениваете мисс Грейнджер Северус. Девочка будет молчать. Но для этого вы должны как-то с ней об этом поговорить. В конце концов она знает законы времени и знает о том, что вмешиваться в него нельзя.       — Судя по тому, как она разговаривала со мной сегодня, ей уже абсолютно плевать на то, как поведет себя время. Она пошла в абсолютный разнос и сделает всё, лишь бы спасти своих друзей, и осуждать ее за это трудно. То что постигло их — это выше всякого зла, директор.       — Неужели всё так плохо?       — Гарри Поттер умрет, крестражи Волдеморта не будут уничтожены, а сама мисс Грейнджер останется последней, кто знает об этом. Но и ее ждет участь игрушки Беллатрисы Лестрейндж, а затем Фенрира Сивого. Таким образом, мы получим торжество темного Лорда над всем существующим ныне. Всё, что мы сейчас делаем, уйдет впустую, — хмуря черные брови и скрежеча зубами, выдавил Снейп.       — Нельзя допустить чтобы девочка рассказала все друзьям, Северус, — вмиг теряя напускное спокойствие, встрепенулся глава Хогвартса. — Если она проговорится, и Гарри узнает о своей неминуемой гибели…       — Мы ведь уже это обсуждали, директор, — перебил его зельевар.       — Разумеется, — кивнул Альбус. — Гарри узнает о своей неминуемой гибели, но явно не сейчас и уж точно не от мисс Грейнджер, которая, судя по всему, находится в крайне нестабильном эмоциональном состоянии. Уж не знаю, что произошло там в будущем, пусть этот секрет останется между вами двумя, но девочка определённо не может мыслить адекватно и принимать здравые решения. Поэтому я ещё раз прошу вас, Северус, присмотреть за ней и не дать наделать глупостей.       — То есть, помимо мечущегося Драко Малфоя и сующего во все свой нос Поттера, теперь на мне будет ещё висеть гриффиндорская зубрилка? — уточняющие констатировал Снейп и гневно сверкнул глазами в сторону наставника.       — Ну почему же висеть, — поправился Дамблдор и слегка улыбнулся в бороду. — Мне казалось, мисс Грейнджер вполне самостоятельная девушка. Не думаю, что вам надо будет следить за ней денно и нощно. В конце концов она не пытается никого убить в отличие от Драко.       — Исключая меня, — хмыкнул Снейп. — Девчонка искренне уверена, что я всех предал, запустил в вас Авадой и всё это время служил исключительно Темному Лорду. О, гриффиндорская заучка сейчас определенно жаждет моей смерти, — голос мастера зелий сочился ядом пополам с сарказмом.       — Чтобы убить вас, Северус, ей понадобится немало усилий, — усмехнулся Дамблдор. — Вас не смогли отправить на тот свет даже авроры на вчерашнем рейде против пожирателей смерти. Неужели вы испугались школьницы?       — Эта школьница ведёт себя так, будто ей абсолютно нечего терять, и это невыгодно отличает ее от авроров. У тех хоть инстинкт самосохранения на месте, — фыркнул Снейп. — Если верить её воспоминаниям, она полгода проболталась с мальчишками в палатке, изучила такие боевые заклинания, какие не все маги с учеными степенями знают. В целях самообороны, разумеется. Девочка прошла войну, Альбус. Маленькую, но всё же войну. По ней катком проехались пытки и смерть близких людей. Пусть даже сейчас эти люди живы, я сомневаюсь, что это прошло для нее бесследно. Мисс Грейнджер и без того невероятно тяготится собственным знаниям и стремлением к учению, а сейчас у нее этих знаний вагон и маленькая тележка, и все это давит на неё бетонной плитой. Чтобы она держала язык за зубами придется приложить немалые усилия и одних моих уверений в собственной невиновности будет маловато, — жёстко чеканя каждое слово, сказал зельевар. — Я хочу, чтобы как минимум Макгонагал знала обо всем. Она префект гриффиндора, Грейнджер доверяет ей больше, чем кому бы то ни было.       — Оказывается вы знаток человеческих душ, Северус. Неожиданно. Я не думаю, что стоит втягивать Минерву во всю эту неприятную историю, — покачал головой Альбус.       — Помяните мое слово, Альбус, девчонка обязательно полезет не в свое дело! Я буду очень удивлен, если она не станет шпионить за мной на каждом шагу. Это сильно осложнит жизнь, не говоря уж о том что будет сильно мешать в наблюдении за Малфоем.       — Тогда вам следует все же подобрать слова и убедить её в собственной невиновности, — развел руками Альбус, — Мисс Грейнджер должна молчать как ни крути.       — Так может вы сами с ней поговорите? — окончательно теряя терпение, прорычал Снейп.       — Не думаю, что мои слова возымеют должное действия, Северус, — сказал Дамблдор, вновь оглаживая длинную седую бороду. — Вы сказали, что в воспоминаниях мисс Грейнджер всё-таки выполнили мою просьбу, а значит девочка, как и все остальные, считает вас предателем. Помнится, я всегда говорил о том, что полностью доверяю вам. То же самое, вероятно, Гарри говорил своим друзьям, и ваше предательство в воспоминаниях Гермионы не сделает мои слова более убедительными. Даже если произнесены они будут не для Гарри, а персонально для его подруги.       — Что же вы предлагаете делать? — сузив глаза, спросил мастер зелий.       — Скажите правду! Сумейте убедить ее в собственной невиновности, — переплетая длинные пальцы на животе, сказал директор и откинулся на спинку высокого резного кресла.       — Прямо сплю и вижу, как убеждаю девчонку в том, что убил вас во имя Всеобщего блага и по вашей же просьбе, — едко процедил Снейп.       — Ничего не поделаешь, Северус, — пожал плечами директор. — Вам придется убедить её, иначе мисс Грейнджер начнёт действовать, и что натворит девочка в попытке уберечь собственных друзей от страшной участи, можно лишь догадываться.       — Так расскажите ей об этом сами! — не унимался профессор ЗОТИ.       — Вы сами сказали мне, что мистер Малфой велел мисс Грейнджер идти к вам и только к вам, Северус! — повысил голос Дамблдор. — Это означает, что о нашем с вами секрете знаем не только мы. Люциус как минимум догадывается о том, что вы работаете на два фронта. По какой-то неведомой причине он сохранил это в тайне и велел девочке идти именно к вам, что она и сделала, ведь просьбой умирающего не так легко пренебречь, и мы оба это прекрасно знаем. Долг жизни нелёгкая ноша.       — Подозреваю, Люциус просто не планировал отправлять её так далеко, — поморщившись, сказал Снейп.       — И тем не менее рекомендация Малфоя-старшего сыграла свою роль, Гермиона не побежала ко мне и не пошла к Минерве, она пошла сразу к вам. Значит в её голове вы уже не однозначно отрицательный персонаж. Если постараетесь с ней по-человечески поговорить, мисс Грейнджер все поймёт.       — Да что, Мэрилина ради я могу ей сказать?! — взвился зельевар, вновь повышая голос. — Уж извините, Альбус, но одного покаяния мне хватило с головой. Выворачиваться перед студенткой наизнанку я совершенно не собираюсь!       — Скажите ей правду, — вновь развел руками Дамблдор. — Расскажите ей всё так как есть на самом деле. Расскажите о Драко, о наших с вами планах на мою смерть, дайте информацию о крестражах. Девочка учится на гриффиндоре, там ценят искренность, она всё равно не успокоится, пока не докопается до истины. В наших с вами интересах чтобы Гермиона верила в вашу версию происходящего, а не выдумывала свою собственную.       — Это безумие, Альбус, — покачал головой Снейп. — Я всё ещё считаю, что мальчишка Поттер — не лучшая кандидатура для поиска частиц души Темного Лорда. А уж посвящать в наши с вами планы его лучшую подругу — тем более сумасшествие. Как вы вообще себе это представляете? Я вызову её в кабинет и начну рассказывать о том, что вы смертельно больны?       — Вы же сами сказали, что назначили мисс Грейнджер отработку, — хмыкнул Альбус. — Еще и продлили наказание на целый месяц. У вас есть время, чтобы найти подходящие слова.       — Я всё ещё считаю, что я так себе кандидатура для поиска подходящих слов, — фыркнул Снейп.       — Вы недооцениваете себя, друг мой, — улыбнувшись самой доброй из арсенала своих улыбок, сказал Дамблдор. — И, кажется, ваше время практически истекло. Действие экстренного зелья совсем скоро закончится, как бы вам не свалиться по дороге до собственных покоев.       — «Нет уж, спасибо, одной свидетельницы моего обморока на сегодняшний вечер достаточно», — с отвращением подумал зельевар и направился к выходу из директорского кабинета.

***

      Раннее ноябрьское утро встретило замок Хогвартс ледяными сквозняками в неплотно закрытых рамах. Тусклое затянутое тучами осеннее небо едва серело на горизонте. Школой владело сонное оцепенение, какое бывает лишь в предрассветный час поздней осенью. В такое время воздух уже пахнет морозом, но набрякшие тяжёлые тучи ещё не спешат порадовать всех первым снегом и лишь угрюмо клубятся, низко прижимаясь к земле.       Гермиона лежала в своей комнате на постели, прижимая к лицу подушку. Сна не было ни в одном глазу еще с пяти утра. Девушка проснулась как по щелчку и все это время не могла сомкнуть глаз. Матрас спружинил, и по кровати, распушив рыжий хвост, гордо прошёлся Живоглот. Он осмотрел хозяйку, повел из стороны в сторону длинными усами и несколько раз лизнул руку девушки. Гермиона чуть сдвинула подушку, приоткрыла один глаз и покосилась на питомца. Полукнизл гортанно мяукнул, потоптался на месте и свернулся у нее под боком уютным калачиком.       — Живоглот, я такая дура, ты бы только знал! — отчаянно прошептала гриффиндорка и запустила пальцы в густой рыжий мех. — Нет, ты представляешь, я все же решилась с ним поговорить! Хотя нет… Это сложно назвать разговором. Я ему нахамила. Нахамила профессору Снейпу. Мееерлин всемогущий! Самому Снейпу! Как мне на уроки-то теперь ходить?! А еще отработки с ним длинной в месяц! — простонала девушка и вновь закрыла лицо подушкой.       Живоглот посмотрел на хозяйку с таким видом, будто видел в гробу в белых тапочках все возможные угрызения совести. Затем поднял заднюю лапу и принялся сосредоточенно ее вылизывать. Гермиона, подсматривавшая за котом краем глаза, села на постели.       — А знаешь, ведь ты прав, — сдвинув брови, сказала она. — Самопоеданием делу не поможешь. Аквариумы я в кабинете все же вчера почистила, а перед профессором сегодня же извинюсь за свои слова. Что я там говорила? Ой, нет… Чего я только не говорила. Лучше без подробностей, иначе со стыда сгорю, — девушка прикрыла глаза и со всего маху повалилась обратно на матрас. — Если он не убил меня вчера, так может и сегодня не убьет, когда я извиняться буду? — спросила она у кота. Живоглот в ответ посмотрел на нее своими янтарными глазами с видом абсолютного равнодушия и продолжил вылизывать заднюю лапу.       — Вот вечно ты так. Изливаешь душу, изливаешь, а тебя только состояние собственной шерсти и волнует, — хмыкнула Гермиона.       Она села на постели и оглядела комнату. Вчерашняя эйфория схлынула, позволяя наконец сосредоточиться на деталях.       — Куда, интересно, унесся вчера Снейп? — пробормотала гриффиндорская староста. — И ведь даже не проклял меня, не позаботился о том, чтобы я держала рот на замке. Я ведь могла и Гарри с Роном все рассказать… Что же вы такое скрываете, профессор?       Переполненная раздумьями, девушка поднялась с постели, умылась, натянула джинсы и джемпер и, прихватив теплую мантию, направилась к выходу из комнаты.       Замок встретил Гермиону предрассветной тишиной. Казалось, даже пламя факелов замедляет свой танец в стылом ноябрьском воздухе. Гриффиндорка, бесшумно ступая, шла по коридорам такой знакомой школы чародейства и волшебства. В столь ранний час все ещё спали в своих постелях, и она могла не опасаться лишних глаз.       Преодолев несколько галерей и лестниц, девушка вышла на балкон пятого этажа, откуда открывался вид на долину и озеро. Ветер свистел в ушах и норовил пробрать до костей. Гермиона зябко поежилась, но с балкона не ушла. Напротив, лишь плотнее запахнула на груди черную ткань, сделала шаг к проему между крепостными зубьями и глянула вниз на покрытый черепицей скат крыши.       — Видами любуетесь? — раздался за спиной вкрадчивый голос. Гермиона шарахнулась в сторону и, развернувшись, вскинула волшебную палочку. С губ уже было готово сорваться обездвиживающее заклятие, как она вспомнила, что все еще находится в школе. В арочном проходе, скрестив на груди руки и прислонившись плечом к каменной стене, стоял профессор Снейп. — Опустите палочку, мисс Грейнджер, поранитесь еще.       Гермиона стояла не шелохнувшись и продолжала в упор глядеть на преподавателя ЗОТИ. Все благие намерения по поводу извинений перед этим человеком мгновенно таяли, стоило ей оказаться с ним лицом к лицу. Перед глазами вновь встала картинка со вчерашней отработки, когда она внезапно увидела на месте усталого саркастичного профессора собранного и опасного темного волшебника. Пожирателя смерти.       — Ну же, мисс Грейнджер, я не убил вас вчера на месте, хотя у меня были на то веские основания, неужели вы считаете, что я запущу в вас Авадой сейчас, посреди школы? Включите уже свои мозги, их у вас, вроде, чуть больше, чем у остальных представителей вашего факультета, — закатив глаза, сказал Снейп. Он стоял в расслабленной позе и не подавал даже намека на то, чтобы потянуться к волшебной палочке, вот только Гермиону это совершенно не успокаивало, ведь при желании он мог просто-напросто столкнуть ее с балкона.       — Может вы просто ждете более подходящего момента, откуда мне знать? — дрогнувшим голосом проговорила девушка. Порывистый ветер никуда не делся и теперь взялся довести ее руки до окоченения.       Снейп на ее слова лишь поморщился, отклонился назад, осматривая галерею и, вытянув из рукава палочку, наложил несколько невербальных заклинаний.       — Почему вы не пошли со своим разоблачением к Дамблдору? — спросил он, убирая древко на прежнее место.       — Потому что тот, кому я обязана своим спасением, был весьма убедителен, — процедила Гермиона.       — А вы вообще уверены, что это было спасение, мисс Грейнджер? — на лице зельевара расплылась ироничная усмешка. — Ведь в нормальных условиях маховик должен был перенести вас целиком, вместе с телом.       — Меня едва не убили, маховик хрустнул, — ответила девушка.       — Я в курсе. Видел. Давайте без подробностей, — оборвал ее Снейп, морщась. — Речь не об этом. Ваше тело. Как вы думаете, где оно?       — Ну, я как-то еще… — начала было Гермиона и осеклась. — Погодите… Если тела нет, то оно… Оно осталось… как же… Так выходит там я умерла?!       — Это один из вариантов, — хмыкнул мастер зелий.       — А какие есть еще? — сглотнув, спросила гриффиндорка. Палочку она уже опустила. Было ясно, что профессор не собирается вот так запросто убивать ее, но разговор от этого не делался менее жутким.       — Вы нарушили ход времени, мисс Грейнджер, вмешались в него самым грубым образом. Теперь возможно вообще все что угодно. Может статься даже, что в стремлении залатать дыры время начнет возвращать вам ваше собственное тело, которое вы оставили в будущем.       — У вас не получится меня запугать, — выдавила Гермиона, и это было ложью. Вот так разговаривать на балконе с профессором было чертовски жутко. В придачу она сильно замерзла, стоя на ледяном ветру, но попросить Снейпа отойти с прохода и пустить ее внутрь было выше сил.       — Ваше гриффиндорство и так уже перешло все мыслимые и немыслимые границы, — фыркнул Снейп. — Напугать вас при текущем раскладе сможет разве что сам Темный Лорд. Давайте сюда руку.       — Это еще зачем? — встрепенулась девушка.       — Вы же не думаете, что я оставлю все как есть? — ухмыльнулся зельевар и, оттолкнувшись от стены, сделал шаг к студентке.       — Вы мне ничего не сделаете, — дрогнувшим голосом пролопотала Гермиона. Она отступила назад и уперлась спиной в ледяные камни. Внутри все вопило, что она последняя дура, которая от чего-то решила поверить одному пожирателю смерти и как глупая овца пришла на заклание ко второму, а тот над ней еще и смеется.       Зельевар остановился в упор глядя на гриффиндорку. Губы его сжались в тонкую линию, глаза опасно сузились. Терпение мастера зелий определенно из последних сил цеплялось за здравый смысл.       — Что вообще происходит, профессор Снейп? Почему Люциус Малфой отправил меня именно к вам и сказал, что я должна все исправить? — едва слышно пробормотала Гермиона не в силах оторваться от гипнотических черных глаз. Ей казалось, будто преподаватель выпивает из нее душу одним только взглядом. — «Всем дементорам на зависть», — пронеслось у нее в голове.       — Директор умирает, мисс Грейнджер. Будет хорошо, если он протянет до конца учебного года, — нависая над студенткой, тихо произнес Снейп.       — То есть… как? — опешив, выдохнула Гермиона.       — Мистер Поттер наверняка рассказывал вам о том, как профессор Дамблдор повредил руку, не так ли? — невесело усмехнулся зельевар.       — Да… то есть в этом времени еще нет, но в будущем — да, — пробормотала девушка, ошалело глядя прямо в лицо преподавателю.       — И вы наверняка уже достаточно изучили темные проклятия, чтобы понять, что там все не так просто, — прочти ласково, будто обращясь к душевнобольной, проговорил Снейп.       — Так директор все равно… и то, что вы убили его — это только… — начала было Гермиона.       — Да. Да… и да, — скрипнув зубами, кивнул преподаватель ЗОТИ. Сохранение спокойствия в разговоре давалось ему титаническим трудом.       — Меерлин…       — Давайте вашу руку, мисс Грейнджер, — нетерпеливо проворчал Снейп, доставая волшебную палочку.       — Что вы сбираетесь делать? — вновь напряглась Гермиона.       — Вы дадите мне непреложный обет, — ответил профессор таким тоном, будто сообщал прохожему который час.       — Что?! Нет! — возмутилась было гриффиндорка и постаралась отстраниться, дернувшись, но лишь больно стукнулась головой о каменный зубец стены. Сердце быстро забилось где-то в желудке. Ледяной страх пробирал не хуже пронизывающего холодного ветра. — Что я должна пообещать? — обреченно выдохнула она поняв, что деваться некуда. И тут же вздрогнула от неожиданности, когда почувствовала крепкую теплую руку ухватившую ее за ладонь.       — Вы клянетесь, что никому не расскажете о том, что видели и испытали в будущем. Никто не узнает от вас, о моей работе на Альбуса Дамблдора. Вы будете хранить мои тайны как свои собственные под страхом смерти. Клянетесь? — пристально глядя на студентку, едва слышно прошипел Снейп.       — Только если вы клянетесь не причинять вреда мне, Гарри и Рону, — вздернув подбородок, ответила Гермиона, прямо взглянув в глаза преподавателю.       — Клянусь, — после секундной паузы скрипнул зубами зельевар.       — Клянусь, — выдохнула Гермиона.       Золотая обжигающая нить обвилась вокруг переплетенных рук, скрепляя непреложный обет.